Светлая и Темный

Глава 25. Признание

Я знаю наверняка: любовь — самая значительная вещь. Что сильнее слов «я тебя люблю»? Она сильнее страха, сильнее смерти.
Джоан Кэтлин Роулинг
По окончании экскурсии я смотрела на Сэбиана, как Ноэль, с восторгом и обожанием. Для нас оседлали Серого и Трака и мы, перебравшись через ров, прогулочным шагом двинулись по окрестным землям. Здесь я увидела сады с плодовыми деревьями. Поля, ухоженные, но с суховатой глинистой почвой.
Мы остановились возле сильно чешуйчатого хвостатого дракана в традиционной свободной рубахе, но обутого не в сапоги, а в сабо. Мужчина присел на грядке и что-то с удивлением рассматривал.
— Негой, что ты там такого интересного увидел? — с хитринкой спросил Керо.
Дракан поднял голову, а увидев нас, быстро встал и поклонился. Меня он разглядывал как диковинку, а не хозяйку или просто женщину. А когда Сэбиан познакомил нас, Негой опять поклонился и пояснил причину повышенного интереса к огороду:
— Да вот, тыква в этом году быстро вылезла. Три дня как посадил, а сегодня уже третий лист выбросила, сейчас вот увидал… — он указал на зеленое растеньице с круглыми листочками. — Крепкий здоровый росток…
Мы с Сэбианом переглянулись. Я прочитала в его взгляде чисто мужское самодовольство, и у меня, как всегда, загорелись щеки. Уж мы-то оба знали, с чего это тыква полезла, хотя далековато-то от места нашей брачной ночи…
Спешившись, я неуверенно улыбнулась Негою, посмотрела на мужа, ожидая одобрения. Присела под его заинтересованным взглядом и погрузила пальцы в сероватую сухую землю, вспомнив чему учила дочь почившая леди Амалия. Привычно раскрылась, пропуская через себя энергию, и удивилась: не было здесь Тьмы, скорее грусть…
Я услышала, что Керо тоже спешился, подошел ко мне и положил ладонь на макушку. По ощущениям — муж волновался о моем самочувствии, вероятно, после вчерашних бурных событий. И эта трогательная нежная забота согрела, вызвала маленький эмоциональный взрыв. Одновременно на мою радость откликнулась земля, и я, будучи счастливой женой этого мужчины, не раздумывая, поделилась чувствами, пропуская целые потоки энергии через себя, освежая их, наполняя живым теплом, неосознанно обещая, что позабочусь, буду всегда рядом, едина со своей землей…
— Сафи, Сафи, глупая девчонка, ну кто ж так сразу и целиком себя отдает… — Керо испуганно рычал надо мной.
Я открыла глаза в объятиях мужа, сидевшего со мной на руках прямо в бархатном кафтане на земле. Счастливо улыбнулась, а слова признания сами по себе слетели с языка:
— Оказывается, это так приятно, дорогой. Делать кого-то счастливым… А твоя земля такая печальная и немножко одинокая, была так рада принять меня…
— Глупенькая моя, — хрипло шепнул муж, еще крепче прижимая меня к себе. А потом насмешливо хмыкнул. — Я тебя домой всегда теперь на руках в полубессознательном состоянии носить буду?
Погладила любимого по щеке и потянулась к нему губами. Наверное, мы слишком долго целовались, и неизвестно, чем бы дело закончилось, если бы не восторженные изумленные завывания Негоя, вырвавшие нас из страстного дурмана и заставившие вернуться в реальность:
— Клянусь Темным, даже сушняк прошлогодний поднялся… Надо же… Темный… а свежие посадки-то, вы только поглядите…О — о-о…
Чувствуя, что опять горят и щеки, и уши, и даже шея от стыда, обернулась к… хм — м, местному фермеру, а тот именно в этот момент повернулся к нам.
— Так это что, милорд? Она все? — потрясенно выдохнул он, глядя на гранта.
Керо рассмеялся, просто кивнув. А у хвостатого земледельца жадным фанатичным огнем загорелись темные глаза, как у змея, который всеми фибрами души мечтал совратить с пути истинного Адама и Еву.
— И далеко это распростра… — он оборвал себя на полуслове и заискивающе зачастил: — Ой, вечер-то близок, а не хочет ли миледи испить вкусного горячего миро? Моя Кими лучше всех его варит. А я пока покажу вам свой огород, вы там у себя, наверное, не видали, как темные растят все… А там и зелень, и корнеплоды, и…
Мой любимый дракан расхохотался над бесхитростным фермером.
— Негой, мы на днях заедем к тебе на миро, предупреди супругу. И на огород сходим. Моя жена здесь навсегда обосновалась, так что не гони лошадей.
А я вспомнила про семена, которыми сестра Аниза поделилась со мной, и с неуверенной улыбкой спросила:
— Уважаемый Негой, может быть ваша Кими согласится мне помочь с замковым огородиком для лекарственных растений? Мне сказали, они для всех подойдут… не только светлым.
И хотя Негой чуть поморщился при слове «светлые», совсем как Керо самодовольно ухмыльнувшись, заявил:
— Моя Кими почтет за честь помочь вам, миледи. И не забывайте уж нас, заходите… почаще.
В других хозяйствах подобной благожелательности я, увы, не встретила. По возвращении домой ужинали мы в тягостном молчании. Принимая еду из мужниных рук, я скользила взглядом по лицам собравшихся в зале. И как это ни прискорбно, меня тут вряд ли легко и, тем более, скоро примут. На меня старались не смотреть, но причиной тому был мрачный вид гранта, который не мог не заметить отношение своих сородичей к супруге. Темный исправно передал приглушенное недовольство хозяина. Лишь Ройван, сидевший по другую руку от меня, старался сгладить гнетущую атмосферу рассказами об их родине. А я прикидывала, каким образом расположить к себе клан. В атмосфере ненависти и презрения жить невозможно, надо придумать что-то такое — е-е…
Может пиво сварить монастырское? Помнится, монахинь оно весьма подвигало к откровенным душевным разговорам…
Перебирая в памяти все, что сегодня увидела, я пыталась решить, где еще могу быть полезна, особенно женщинам. Ведь если налажу отношения с ними, с мужчинами будет гораздо проще.
В очередной раз тяжело вздохнув, услышала тихое, но многообещающее предложение:
— Пойдем, я тебе еще наши бани не показал, как следует …
Не смотря на жалкие потуги изобразить бесстрастный вид, мои эмоции, наверное, фонтаном радости били, и муж, однозначно, их уловил. Вон как серые глаза зажглись огнем желания. Быть может, чувствуя мое напряжение и озабоченность, Сэбиан предложил сходить в бани?
Мы удалились, коротко кивнув остальным. По дороге он приказал первой же попавшейся девушке — горничной принести все необходимое.
Я уже второй раз за день восторгалась, проходя через несколько комнат со сложной системой вентиляции и естественного освещения, расположенных вокруг большого бассейна, вода в который поступала из горной реки. Осмотрев это великолепие хозяйским глазом, сама себе позавидовала: какая удача, что в мужья мне достался продвинутый не только магически, но и технически дракан, а не погрязший в мрачном нецивилизованном средневековье драк.
В одной из комнат Сэбиан сам раздел меня, медленно снимая одну одежду за другой, предвкушая… возбуждая… На миг замер, разглядывая мое обнаженное тело, а я поверхностно задышала, немного стесняясь наготы, перед полностью одетым мужчиной и уже распаленная. Через минуту он стоял такой же обнаженный, быстро сняв с себя кафтан и рубаху, распустив черные блестящие волосы. Подхватил меня на руки и понес в помывочную.
— А вдруг нас тут увидят голых? — заволновалась я, вцепившись в плечи Керо.
— Неженка и скромница… — глухой глубокий тембр голоса отозвался внутри меня сладким томлением. — Не переживай, мою ауру ощущает каждый в клане, и сюда без разрешения или чрезвычайной необходимости никто не войдет. Пока мы здесь…
— Уже привыкли… что ты не один моешься? — млея от мягких возбуждающих ласк, не смогла не спросить я. Утренняя выходка Бетины все же заронила во мне яд ревности.
— Привыкли, — ровно ответил муж, присаживаясь на мраморную лавку и притягивая меня к себе.
Я намылила тряпку и начала тереть Сэбиана, сама же невольно касаясь его своим телом, кажется, уже не могла не трогать, не гладить, не целовать. Но из-за такого ответа расстроилась:
— И многих из них ты сюда водил?
Он так же взял мыло, взбил пену и ладонями начал мыть меня. Захватил губами чувствительную вершинку моей груди, втянул в рот, пососал, пощекотал языком, а я едва сдержавшись, чтобы не застонать от удовольствия, отбросила тряпку и запустила мыльные руки ему в волосы, притягивая к себе голову.
Сэбиан оторвался от соска и подозрительно посмотрел на меня. Обхватив обе груди руками, ответил:
— Я не монахиня из обители…
Я положила ладони ему на плечи, а потом, обмирая, снова спросила:
— С этой Бетиной ты тоже здесь был?
— Да. — Бесстрастный ответ — и его ладонь переместилась с моей груди на бедра, погладила нежную кожу внутренней стороны и скользнула в средоточие женственности, вызывая дрожь во всем теле и жар в лоне, куда медленно, осторожно проникали мужские пальцы.
Я не выдержала, всхлипнула и стукнула его по плечу.
Керо, продолжая вытворять пальцами что-то невероятное, посмотрел мне в глаза, где частенько прозрачный серый меняется сумрачным или штормовым цветом.
— Мне тридцать семь лет, Сафира. И невинность я потерял давным — давно. Моими любовницами были многие женщины из моего клана и из других, но ни одна из них не стала женой, я даже не думал об этом.
Я обвила его крепкую шею руками, прижалась и, чувствуя как нарастает жар внизу живота и подрагивают мышцы, всхлипнула:
— Но ты меня не любишь, как и их…
Сэбиан на миг замер, прекратил ласкать меня, подхватил под ягодицы, буквально вынудив обнять его ногами за талию. И понес в парилку, по дороге спокойненько поинтересовавшись:
— А ты меня? Любишь?
Я чувствовала невероятное напряжение и нестерпимое ожидание, что передал мне темный, поэтому призналась, не раздумывая:
— Да, Сэбиан. Люблю.
— И давно? — осторожно переспросил он.
Уткнулась лицом ему в шею и ответила честно:
— Не знаю. Просто… вчера поняла, что люблю. — Помолчала и совсем тихо добавила. — И это чувство, оказывается, способно причинять боль… если оно не обоюдное. И страшно от этого…
Темный буквально затопил меня облегчением и алчной радостью собственника.
Мы зашли в полумрак парной, где пара светильников разгоняла темноту. Муж присел на полку, не снимая меня с колен. Сжал ладонями мои ягодицы, помассировал и потянулся за поцелуем со словами:
— У тебя все есть: мой дом, мой клан, моя земля и я в придачу. — Увидев, что я собралась ответить, быстро добавил. — А если вдруг чего-то еще захочешь, то будет обязательно, обещаю.
— Ты уверен? — выдохнула ему в губы… со стоном принимая его в себя.
— Драканы никогда не дают пустых клятв и обещаний! — рыкнул он и прижался к моим губам.
На этот раз я сама задавала темп и упивалась, то ускоряясь, то замедляясь… Только звезд над нами не хватало. А на задворках моего сознания шевелилась душа замка, радостно поскуливая, наслаждаясь нашим слиянием, моими зашкаливающими чувствами и эмоциями, как заправский вуайерист незримо присутствуя рядом. Жесть!
И снова, когда пик наслаждения прошел, а я оказалась лежащей на лавке под мужем. Открыв глаза, чуть не завопила со страха. В сумерках, смешиваясь с паром, пространство буквально затопила Тьма. Я всеми фибрами души ощущала ее удовлетворение и возрастающую мощь. Только больно в этот раз не было, лишь приятный прохладный бриз. Чисто из любопытства, особо не раздумывая, подняла руку, выглядывая из-за плеча Сэбиана, и… погрузила пальцы в эту черную густую субстанцию. Жуть!
Его Темнейшество сдвинулся в сторону, вольготно разлегся на спине и одновременно уложил меня сверху. Я тоже устроилась поудобнее, благо на нем места много, затем не выдержала и спросила, кивнув себе за спину:
— Это Ее твои бывшие любовницы плохо переносили?
Темный маг, зарывшись носом в мои волосы, глубоко удовлетворенно вздохнул, по — хозяйски прошелся по моей спине и ниже, где достал, ладонями. Покрыл поцелуями мокрый от влаги и пота висок и флегматично ответил:
— Да. Ни одна не смогла принять мою магию. Да и Тьма тоже… не любит конкуренток…
— …прямо как я! Теперь понимаю, почему мы нашли с ней общей язык, — проворчала в ответ.
Сэбиан обхватил ладонями мое лицо, заставил посмотреть на него. Я ощутила нежность, не хрупкую, как прежде, а всепоглощающую, глубокую.
— Я — твой, ты — моя. Больше не нужно бояться, Сафира. И твоя боль… лишняя.
— Вот когда полю…
Договорить мой мужчина не дал — начал новый виток страстной игры с поцелуя.
Бассейн я полюбила, и вообще, баня непременно станет моим обожаемым местом отдыха. Особенно в тесной компании мага… и его Тьмы… и под присмотром Дома. Одним словом, великолепная команда, кому рассказать, скажут я — извращенка, а у меня и выбора-то нет.
В коридор мы вышли, держась за руки. Меня распирало от счастья и довольства ровно до того момента, когда возле лестницы нам встретилась Бетина, явно торопившаяся в баню. Увидев наши сплетенные руки, бывшая фаворитка словно на стену налетела. Одарила моего мужа улыбочкой «я готова съесть тебя, дружок»; мне же достался ее полный ненависти взгляд, но исподтишка, чтобы грант не увидел. Вот змея, умеет же настроение испоганить. А, ничего, ночью любимый постарается его поднять и не раз. Я снисходительно ухмыльнулась и отвернулась, услышав скрежет чужих зубов.
На площадке перед лестницей Сэбиан легко поднял меня на руки и буквально взлетел на второй этаж, заставив уже привычно, с восхищением, смотреть на него. Сам снисходительно, довольно усмехался, ощущая мои чувства, и еще крепче прижимал к себе. Мне почему-то пришло в голову, что он подсаживается на мои эмоции и нуждается в моем присутствии рядом, так же, как я в его. И это радовало до чертиков.
— Если ты ничего не обещал Бетине, то отчего бы ей ненавидеть меня, — я все же решилась поделиться сомнениями.
Керо открыл ногой дверь в хозяйские покои, таким же манером закрыл за собой, прошел к кровати и уложил меня на постель.
— Стерва она, молодая, глупая и чересчур амбициозная. Контролировать себя не умеет и либо питается за счет унижения других, либо питаются ею…
Мой любимый дракан начал раздеваться, посмотрел на свои сапоги, потом — уныло на меня, раскинувшуюся в позе дохлой звезды.
— А в чем выражаются ее амбиции? Если ты все равно бы на ней не женился?
— Бетина — дракана не моего социального уровня. — Керо пожал внушительными плечами, стащил сапоги, рубаху и лег рядом. — Подобный мезальянс можно допустить, только потеряв рассудок. А вот учитывая степень моей силы, я бы мог еще долго в холостяках ходить, а она — считать себя хозяйкой Керодана.
— О — о-о, так у твоего дома есть имя? — восхитилась я.
— У нашего! — нахмурился муж. — Да, название переводится — первый камень Керо.
— Керодан… — попробовала на языке имя нового соседа в своей (!) голове. И тут же ощутила ответное радостное, родственное тепло.
Мой дом! Теперь точно мой!
— А ты с этой змеей подколодной после, хм — м, нашей первой свадьбы был? — ворчливо поинтересовалась я.
— Нет. Не смог, — признался слишком честный муж.
Значит хотел, но из-за насморка, под названием «проклятие Сафиры» не смог. Пока я злилась, Сэбиан снял с меня платье, а получив очередную волну моей ревности, недолго думая, защекотал до икоты. Зато сразу атмосферу разрядил. И засыпать после на мягонькой перине в объятиях любимого было та — ак хорошо… Не передать словами!
Показать оглавление

Комментариев: 1

Оставить комментарий

  1. дина
    Прочмтала с удовольствием.