Светлая и Темный

Глава 22. У реки два берега

— Не путай понятия Света и Тьмы с понятиями добра и зла, — сказал Анхайлиг хмуро. — Тьма — такая же неотъемлемая часть этого мира, как и свет…
Наталья Жильцова. Проклятие некроманта.
Я в последний раз провела по зубам деревянной щеточкой со щетиной, позаимствованной в обители у сестры Анизы, которую она в своем лекарском арсенале для каких-то нужд держала. Набрала из кружки в рот воды и прополоскала от «зубного порошка», представлявшего собой смесь мела, в достатке имевшегося на Эсфадосе, тщательно истолченного в ступке той же Анизы и сложенного на хранение в сундук, и специй для запаха, раздобытых в Хемвиле. Мысленно не забыла посетовать на утраченные блага цивилизации. Только лишившись самого необходимого, начинаешь ценить даже самое малое.
Яркое утреннее солнце слепило глаза, по голубому небу неторопливо, с некоторой ленцой, плыли пушистые белоснежные облака. Я подошла к обрыву и застыла недалеко от края, ощущая себя песчинкой в этом мире: маленькой и боявшейся затеряться средь других, таких же одиноких и малозначимых.
Вновь посмотрела вниз, на речную долину, которую рассекал довольно широкий судоходный водный поток. На берегу виднелись причалы и небольшая рыбацкая деревушка. Когда вчера, поздним вечером, мы приехали сюда, Керо не захотел ночевать в таверне. Возможно, опасался покалечить лошадей, спускаясь по каменистому склону в темноте, а может у него другие резоны на этот счет были.
Мое уединение, безусловно, относительное — присмотр за мной осуществлялся тщательным образом — прервали уже знакомые ощущения: сильное желание горячей волной побежало, разгоняя кровь, затем вспыхнуло пожаром на губах, коснувшись груди, живота, разлилось лавой по бедрам. Конечно, я узнала, чьи они, медленно обернулась: в нескольких шагах стоял Сэбиан, лаская меня буквально ощутимым взглядом.
Все внутри меня невольно откликнулось на его желание, заставило трепетать и плавиться от радости — он хочет мое тело, но я чувствовала, что и нуждается во мне.
Опять полюбовалась уже привычной зелененькой лужайкой вокруг нашей палатки, которую собирали ранаты. Возвращаясь на темные земли, мы ночевали на предыдущих местах и, глядя на эти яркие полянки среди только начавшей просыпаться от зимней серости природы, я уже почти не смущалась. Сколько можно! Мало того, я расхрабрилась до такой степени, что, почувствовав себя с лошадьми более уверенно, решилась-таки на самостоятельную поездку на своем мерине. Правдами — неправдами, мы с Серегой, к моему невероятному облегчению, поладили.
Я зачарованно наблюдала за мужем, подходившим ко мне, не торопясь, поедая горячим взглядом. С каждой проведенной вместе с ним ночью, я постепенно раскрепощалась, а ему наоборот приходилось прикладывать усилия, чтобы сдерживаться, контролировать себя. Прошлой ночью он каким-то чудом в последний момент откатился от меня в сторону и замолотил кулаком о землю, злясь из-за неудовлетворенного желания. А я, распаленная до звездочек в глазах, испуганно прижимала к себе шкуру, в цветах и красках ощущая происходившее с ним.
— Мы сегодня переправимся на тот берег, — внешне бесстрастно уведомил меня истомившийся муж, подойдя вплотную.
Да только темный исправно сдал хозяина с потрохами, выдав нетерпеливое ожидание, что снедало его тело.
Ни в прежней, ни в нынешней жизни я никогда не испытывала столь потрясающе ярких эмоций, как рядом с Сэбианом. Последние дни я почти не задумывалась ни о чем другом, мысли в основном крутились вокруг его личности, характера, внешности, действий или чувств. Все, что беспокоило совсем недавно и считалось важным, притупилось, на первый план вышли плотские желания тела и пылкие чувства моей души. В общем, я размечталась о любви, ко времени или нет, но страстно и искренне.
В мужских объятиях я ощутила удовлетворение, это было так естественно, необходимо и необыкновенно приятно. Ветер растрепал мою косу, которую еще с вечера заплела, несколько прядок попали на лицо, закрывая глаза и рот. Сэбиан с нежностью заправил их мне за ухо, мимолетно погладив по щеке.
— Твои земли далеко отсюда? — тихо спросила я.
— Почти сразу за рекой, — ответил он, взирая с высоты своего роста. — Здесь граница территорий трех кланов. А поселение внизу — фактория, куда регулярно прибывают торговцы как с нашей стороны, так и драки с людьми. Похожих мест немного, и все под защитой клана. Каждый знает: грабеж или попытка такового в торговых поселениях карается смертью. Вне зависимости, кто совершил — светлый или темный.
— Сурово, — кивнула я.
— Нам нужно выдвигаться, не хочу время зря терять, — слегка подталкивая меня к лошадям, поторопил Керо.
Улыбнулась и опять кинула, уж я-то знаю, почему он время терять не хочет.
— Сафи, сегодня ты снова поедешь у меня на коленях, — неожиданно заявил он.
— Почему? Я же теперь неплохо держусь в седле?
— Так надо, — ушел он от ответа.
Вдоль береговой полосы поселка, куда мы въехали спустя часа два, располагались лавки, походившие скорее на склады. После трехдневного путешествия по безлюдным лесам и полям, я с любопытством крутила головой по сторонам, пока мы, не останавливаясь, двигались к причалу у реки.
Невысокие постройки из камня и дерева с маленькими оконцами. Сети, развешенные на жердях для сушки вдоль каменистого берега. Пронзительные крики птиц. Суда и суденышки, кормившие рыбаков и перевозчиков. Не очень приятный запах реки, вернее водорослей, выброшенных на берег, дыма и сушеной рыбы к которому примешивался аромат специй. Сверху я приметила большое строение таверны, но мы сразу свернули в противоположную сторону. Преимущественно там же располагалось и жилье. Собственно, ничего примечательного поблизости не попадалось, потому что мы «прямой наводкой» поспешили в скучную, портовую, часть, зато удивили мрачные лица жителей фактории. Создавалось ощущение, будто здесь поголовно смертники собрались или, в лучшем случае, большие — пребольшие пессимисты, которые ждут от жизни если не смертельной подставы, то очередной пакости. Неожиданно я уловила, что муж нервничает, и озадачилась причиной.
У одного склада — сарая сноровисто грузили бочки на телеги несколько мужчин людей. Нечистокровный драк у ворот беседовал с парой драканов — аристократов, одетых в расшитые золотом бархатные кафтаны и почему-то не считавших нужным прятать хвосты. Те, завидев нас, прервали разговор. Наша кавалькада во главе с лордами остановилась возле них. Все четверо молча, коротко кивнули друг другу под заинтересованным взглядом торговца, тем не менее, поспешившего отойти подальше, с трудом скрывая болезненное неприятие такого количества темных рядом.
Незнакомцы уставились на меня, и один из них глубоким баритоном почтительно спросил:
— Представите, грант Керо?..
— Леди Сафира Керо, моя жена! — глухо, с расстановкой, но с угрозой в голосе произнес Сэбиан, как если бы о чем-то предупредить хотел. Затем, чуть сильнее сжав меня, представил сородичей: — Лорды Рамус и Тимук Дайри… наши соседи.
Сразу же вспомнила, что раз затылки и виски у этих драканов не выбриты, а волосы до плеч, то это, скорее всего, сыновья главы клана, такого же гранта, как Керо. Поэтому, мило улыбнувшись, так же коротко кивнула, ответив:
— Рада знакомству, лорды.
Более молодой Дайри прошелся пристальным взглядом по моей фигуре, затем, остановившись на выглядывавших из рукавов парных цилях, не сдержавшись, выпалил:
— Милорд, вы удивили безмерно, — спиной почувствовала, как Керо напрягся, видимо ему совершенно не хотелось, чтобы кто-то развивал эту тему, но младший лорд продолжил. — Маг смерти решился на брак с дракой? Пусть и двухцветной чистокровной… — Я насторожилась, предположив, что бархатники намекают на мезальянс. — Повезло, что она пережила обряд, но…
Рядом яростно зашипел Данкеро.
До меня дошел страшный смысл сказанного.
Грант щелкнул пальцами — и чересчур разговорчивый дракан замолчал, вытаращив глаза и беззвучно разевая рот, как рыба, которую вытащили из воды. Следом темный маг обратился к благоразумно помалкивавшему старшему Дайри:
— Рамус, передай отцу, что он мне должен. — Тот кивнул, едва заметно, с досадой, поморщившись. Затем грант холодно и строго отчитал Тимука: — А ты, пока оттачиваешь свои способности и умения в магии, побереги язык. И учись снимать проклятия вечного молчания…
Сэбиан тронул бока Трака, и наш отряд двинулся дальше по дороге к реке.
Пока лошадей переводили на баркас, я не вытерпела и спросила, посмотрев мужу в глаза:
— Это правда? — отметив его демонстративно вопросительно приподнятые смоляные брови, пояснила. — Что я могла не пережить брачный обряд…
Темный «удружил» хозяину, залив меня прохладой ярости на болтливого парня, злости, сожаления и смятения.
— Понятно… Значит правда… — я потихоньку, но неумолимо замерзала от боли, считая, что меня предали в самых лучших чувствах.
— Ты настолько хорошо меня чувствуешь? — неприятно удивился мой лорд.
— Да. А ты меня — разве нет? — печально и безнадежно спросила я.
Сэбиан осторожно обнял меня, прижал к груди, зарываясь пятерней в волосы, а потом, спустя минуту, наверное, мучительного молчания, наконец глухо признался:
— Полная связь на уровне не только эмоций, но и чувств бывает исключительно у двух половинок одного целого. Это крайне редко случается даже у двух темных, что уж говорить про такие противоположности как Свет и Тьма. Ту Сафиру я не слышал даже на эмоциональном уровне, поэтому бесился, не в силах предугадывать ее настроение и поведение. И честно скажу, прикасаться к ней оказалось обжигающе неприятно. Поэтому не сильно-то и настаивал на близости.
— Да… уж… — с болью шепнула я.
— Соответственно, не торопился выяснять, жива светлая супруга или нет. И почему кольцо циля держится…
— Ну естественно… — тоскливо подковырнула свою «половинку».
— Да мне было по большому счету плевать, выживет она или нет после обряда. — Его руки не дали отстраниться. — Я искал способ обеспечить процветание своему клану. Выжила бы — значит, проблема устранена, нет — я бы придумал другой выход…
— Но ведь ты уже знал, что я не она, лез в душу, обнадежил и все же… — ударила его кулачком по груди, чувствуя, как слезы потекли по щекам.
— В тот момент ты меня заинтриговала — не более. — Глухо оправдывался Керо. — Но вынудила согласиться на повторный светлый обряд. Из-за которого я ослаб настолько, что Тьма не выжгла тебя, а вот твой Свет чуть не спалил меня.
— Надеюсь, ты в полной мере прочувствовал то, что хотел сотворить со мной! — с обидой прохлюпала сквозь слезы, справедливо считая себя глупой и наивной.
— Да, — угрюмо признал он, — полнее, чем ты думаешь. Амулет спас. Даже не предполагал, что ты настолько горячей и… светлой окажешься. В случае с той Сафирой смертельная опасность грозила ей одной, а в нашем с тобой — обоим.
— Ненавижу… — выдохнула, чувствуя, как призраками развеиваются мои воздушные замки. — Я так цеплялась за жизнь, а ты…
— Нет, — тихо произнес Керо, снова начиная массировать мой затылок. — Я не чувствую ненависти, только боль и разочарование.
Как же тяжело, когда врагу известны твои чувства, словно обнаженным перед толпой извращенцев оказался. Я с силой вывернулась из рук мужа, подчиняясь неудержимому порыву убежать куда-нибудь и спрятаться где-нибудь подальше от него, но он удержал меня за плечо. А я увидела напряженные лица ранатов, которые замерли вокруг нас, контролируя обстановку и не подпуская посторонних. И уж точно видели, а может и слышали нашу размолвку, к моему еще большему огорчению.
Сэбиан развернул меня к себе, обхватил лицо здоровенными темными ладонями и, всматриваясь мне в глаза, настойчиво пытался достучаться:
— Тогда было именно так. Но сейчас все иначе. Ты — моя, а я — твой. Навсегда. — Я всхлипнула, попытавшись мотнуть головой, но не смогла. Слезы застилали глаза. Сэбиан снова прижал меня к груди и повторил глухо, свято веря в свои слова. — Теперь, Светлячок, все иначе. Ты — моя, я — твой. И никому не позволю причинить тебе боль. Никому! Клянусь!
В это мгновение я впервые поняла, насколько мне повезло знать о чувствах мужа. Потому что он говорил созвучно эмоциям и чувствам, которые бурлили в нем настолько, что грозили сорвать мой личный контроль. Двойная эмоциональная нагрузка «сносила крышу», поэтому, услышав обещание Керо, я расплакалась от облегчения, спуская пар как большинство женщин. Судорожно вздрагивая и глотая слезы, обняла за пояс Сэбиана, изо всех своих жалких силенок прижимаясь к нему.
Чуть успокоившись, но, не желая потерять завоеванных позиций, подняла зареванное лицо и уточнила:
— Честно — честно?
Его Темнейшество ухмыльнулся и снисходительно напомнил:
— Драканы никогда не дают клятв, если не могут исполнить.
Я хмыкнула, мол, прониклась и, вытирая ладошкой слезы, закинула удочку дальше:
— И никаких измен? Будешь верным мужем?
Керо на миг закатил глаза.
— Ты сама себе это представляешь? Учитывая нашу полную связь?
— Ничего не знаю! — буркнула я, вытащив из кармана платок и прижимая его к лицу. — Но если почувствую что, все — конец тебе придет!
— Любопытно узнать, какой такой конец ко мне придет? — насмешливо поинтересовался муженек, видимо сообразив, что у меня отлегло от сердца.
— Твой собственный! Который отрежу твоим же ритуальным ножичком… — прошипела я.
— Ты уверена, что в тебе нет темной крови? — Серые чешуйки над приподнятыми бровями мужа опять топорщились.
— Тебе лучше знать, — мило улыбнулась я и не без ехидства тихонько прошептала, потянувшись к его уху, — в конце концов, сам со мной кровью делился и хвалился. Вот процесс и пошел…
Данкеро тактично кашлянул, привлекая к себе внимание.
— Баркас готов, нас ждет дом, — сообщил он с улыбкой.
* * *
С баркаса, похожего скорее на древние ладьи викингов я сходила на трясущихся ногах, поддерживаемая мужем. Тошнота подкатывала к самому горлу: укачало с непривычки. Рядом один из ранатов вел грустного притихшего Серегу, который тоже не был знаком с водным транспортом. Но стоило ему копытами коснуться твердой земли — воспрял духом, гарцуя и благодушно взирая на всех добрыми карими глазами.
Сэбиан расплатился с владельцем судна, вернулся ко мне и, глядя с сочувствием, спросил:
— Сама поедешь или все же со мной?
— Сама, хочу скорее привыкнуть к верховой езде, — вымучено улыбнулась.
— У вас будет для этого еще много времени, миледи, — мягко улыбнулся красавчик Данкеро, садясь на своего коня.
— Лучше я… вспомню забытые навыки сейчас, чем потом… — а про себя добавила: стану посмешищем среди драканов.
Муж подсадил меня в седло, потом с минуту поглаживал по ноге, пока я расправляла платье, плащ и усаживалась удобнее. Несколько мгновений смотрел на меня внимательным серым взглядом, затем с понимающей, едва заметной, усмешкой пожал мою коленку, как бы оказывая моральную поддержку, и буквально взлетел в седло Трака.
Пока наш отряд двигался по поселку с темной стороны реки, я неожиданно заинтересовалась любопытным фактом. Здесь смуглые чешуйчатые лица цвели и пахли улыбками. Просто сплошь загадочное благодушие, что так разительно отличало драканов от жителей светлого побережья, в сущности, с виду почти не отличавшегося от противоположного. Те же домики и сараи, сети, запахи, повозки и лошади. Однако здесь у жителей чувствовалось приподнятое настроение.
Я не выдержала и спросила, обращаясь к лордам, ехавшим слева и справа от меня:
— В этой деревне намечается какой-то праздник?
Мужчины, бросив быстрый взгляд по сторонам, недоуменно пожали внушительными плечами:
— Нет, а с чего ты взяла?
— Просто странно все это…
— Что именно, Сафи? — глухо поинтересовался мой лорд.
— За рекой вроде светлые живут, но у всех такие мрачные лица, будто к похоронам готовятся. Здесь же территории темных, но все улыбаются, словно на свадьбу пришли… — вопросительно приподняв брови, уставилась на одного, потом на второго.
Сэбиан усмехнулся, снисходительно покачав головой, а его «правая рука», улыбаясь, пояснил:
— Вы на темных землях, миледи Сафира. Здесь другие правила жизни и законы. Негативные эмоции и чувства — пища для дармоедов. Мы же рассказывали вам. — Я припомнила тот момент, стушевавшись, а Ройван продолжил: — Все темные весьма улыбчивые, даже если их оскорбляют — все равно улыбаются… только в предвкушении мести.
Распахнув глаза, я смотрела на Ройвана и переваривала информацию уже под другим «соусом». Вовремя поймав себя на том, что хмурилась, приняла такой же приветливый вид, как у окружающих, и спросила у мужа:
— А почему тогда ты редко улыбаешься?
Его Темнейшество одарил меня весьма зловещей улыбкой, которая, впрочем, нисколько не пугала — привыкла я к своему дракану.
— Я — темный маг. Маг смерти.
— Надо полагать, тобой питаться не могут? Да? — заинтересовалась я.
— Нет, — весомо ответил Керо, но через минуту скосил на меня настороженный задумчивый взгляд.
— Что? — осторожно спросила я.
Данкеро хохотнул:
— А вот об этом ты, брат, не подумал…
Керо скрипнул зубами.
— Да что происходит? — с досадой посмотрела на него.
— Просто теперь я связан с тобой. И хочу, чтобы ты всегда улыбалась и излучала положительные эмоции. Нечего кормить чужую силу, — приказал милорд.
Выразительно закатив глаза, я хмыкнула:
— Знаешь, это уже не только от меня, а в большей степени от тебя зависит.
— В каком смысле? — вкрадчиво произнес он.
— Помнишь, я говорила, что жену надо холить… лелеять… любить… чтобы она счастливой была… — мой голос звучал не менее вкрадчиво.
Данкеро от души расхохотался, по — моему, и позади нас некоторые ранаты посмеивались. А вот муженек укоризненно покачал головой, отчего черный гладкий хвост, в который он утром собирал волосы,
шлепнул его по острым ушам, и протянул с удовольствием:
— Хитрюга и проныра — а-а…
Я счастливо улыбнулась, глядя в глаза своему мужчине. И судя по тому шквалу эмоций, которые испытала от одного взгляда, наверное, уже любимому.
Неожиданно мою спину словно сквозняком обдало, я даже передернулась и плотнее запахнула плащ на груди. Обернулась, оказалось ранаты снимали шнурки с амулетами. Еще более сильный холод дошел до меня от Данкеро, когда тот с глубоким вздохом облегчения снял амулет, засунул его в сумку, притороченную к седлу. Сэбиан тоже вытащил из-за ворота нижнего платья свой амулет и начал снимать. Я даже сжалась подсознательно, подумав, что вообще сейчас замерзну, потому что грант самый сильный из магов. Удивительно, но стоило ему снять с себя защиту от светлых, я моментально согрелась. И теперь брачный браслет начал испускать мягкое ласковое тепло, распространявшееся по всему телу.
— Сафи, все хорошо? — обеспокоенно спросил муж.
Я кивнула, свыкаясь с магией вокруг и внутри себя. Это так потрясающе… до сих пор.
Показать оглавление

Комментариев: 1

Оставить комментарий

  1. дина
    Прочмтала с удовольствием.