Срывая маски

Книга: Срывая маски
Назад: ГЛАВА 21
Дальше: ГЛАВА 23

ГЛАВА 22

Сидя в машине, решил встряхнуться и подвести итоги. Разложить все по полочкам.
— Куда едем, шеф? — спросил Василий.
— Домой, — прикрыл я глаза.
Особняк на родовых землях… Если смотреть на ситуацию под микроскопом, то даже он достался мне не без помощи Кояма. Да, выиграл сам, да, удержал сам, но приглашение на тот вечер мне достали именно Кояма. Туда же и Ямасита-Корп идет — не попади я на аукцион, не было бы у меня и компании. И так далее и тому подобное. Я очень, очень многим обязан именно Кояма. И даже если предположить, что общественность не будет вдаваться в подробности моей жизни, то стоит только мне обозначить желание получить герб, и тот, кто мог бы его дать, обязательно поинтересуется моим прошлым. Если не сделает этого раньше. А уж Кента, жук, обязательно будет намекать об этом на каждом шагу. Поди потом узнай, почему меня считают их собственностью, из-за Ямасита или из-за распушенных Кентой слухов. Впрочем, старика можно понять: глупо не использовать подвернувшиеся возможности. А самое обидное при всем при этом то, что сами Кояма не потратились на меня совершенно. Я всего добился сам. Да, они помогли, но им это ничего не стоило. Без труда вытащили рыбку из пруда. Здорово, че.
Так еще и родители удружили. Хотя ладно, тут, скорее, с появлением на свет в этом теле не повезло. Но что есть, то есть — сын дважды изгнанных. Прав Кента, хрен мне кто в ближайшем будущем герб даст. Впрочем, это как раз ожидаемо. До своего совершеннолетия я и не рассчитывал стать аристократом. До того момента мне и при нормальных родителях никто герб не дал бы. Тем не менее с подобной репутацией надо что-то делать. Для начала эмансипация, а как появится возможность, надо и вовсе фамилию сменить. В конце концов, не обязательно, чтобы отказались от меня, можно и самому отказаться. Еще письмо есть, но до эмансипации им светить не стоит, да и если уж откровенно — то, чем может воспользоваться глава клана Кояма, не подойдет для меня. В том письме, по сути, только намеки, прямо в нем от меня не отказываются, и для остальных аристократов это просто писулька, которая еще и не факт, что настоящая.
И что мы имеем по итогам разговора с Кентой? Меня считают или вот-вот начнут считать собственностью клана Кояма. Никто с ними ссориться ради выдачи мне герба не будет. Особенно ради герба свободного рода. Сыну дважды изгнанных… Явных способов исправить ситуацию нет. Точнее, есть — начать войну с Кояма, но после этого проблем как бы еще больше не стало. Это если забыть о моральном аспекте дела. Ну или то самое наказание со стороны Кояма. В общем, по факту явных способов нет. А неявных я не вижу. И получается, что мне не то чтобы в ближайшее время, а и вообще в этой стране герба не видать. Все. Амба.
— Мм… — простонал я от пришедшей только что мысли.
— Шеф? — откликнулся Василий.
— Забей, — вздохнул я.
Малайзия. Как я мог про нее забыть? Мне же теперь и в Малайзию нельзя. Все планы идут к черту. Какая разница, кто там будет лидером альянса, если в конце концов захваченные земли получат Кояма? Мое участие в походе тупо всех подставит. И что теперь? В моих руках слишком много сил, нужных для похода. Я даже не про деньги говорю, их-то можно будет спрятать, но как они там без моих людей справятся? Без пилотов, без прикрытия от Кояма. Пусть оно и спорное. Без моих Мастеров, в конце-то концов. Есть у них шансы без меня? Есть. Шансы всегда есть. Возьмут еще кого-нибудь вместо меня, пусть даже двоих, может, и выйдет что-то. Но подстава, конечно, знатная. Особенно если учесть, что до начала операции остался месяц, плюс-минус неделя. А ведь для меня это был реальный шанс продать кусок захваченных земель за герб! Понятное дело, что продать не буквально, но это был шанс. Весьма реальный шанс. Теперь же… Черт бы побрал эту Ямасита! Так ее еще и убил не я. Даже этого удовольствия лишили, черти… Ну уж нет. Хрен им всем. Я буду участвовать в операции. Я получу эти земли. Отдадут Кояма? Пусть. Посмотрим, как завертится император, когда мы станем бороться дальше. Это ведь будет нарушением его слова — захватили одни, а приз получают другие. Несколько атак придется выдержать, это да, но если надо, я и партизанить буду, но хрен оттуда уйду! Я говорил, что война с Кояма нежелательна? Ну так уточню — если нападать первым и без причины. В случае с Малайзией, уверен, общественное мнение окажется на нашей стороне. Помощи не будет, но и сам конфликт пойдет мне в плюс. Потом. Если император вмешается. А он сделает это, не сможет не сделать.
Что ж, решение, пусть и не идеальное, найдено. Шмитты… Им придется все рассказать. В основном из-за Джернота, так-то мне не особо есть дело до их семейки, но я сомневаюсь, что они на этом этапе плана сдадут назад. Да им в любом случае хреново придется, так что — либо рисковать, либо все отменять. На второе они не пойдут. А вот остальные члены альянса могут и без подобного знания обойтись. Никто не обещал, что будет легко. Если подумать, ничего и не изменилось. Я как делал ставку на Малайзию, так и делаю. Да, будет еще сложнее, но мне ли бояться войны? Она часть моей жизни, и с этим ничего не поделаешь. А Кента пусть идет на хрен. Если он такой святой, каким хочет казаться, то сам все объяснит императору и не станет начинать конфликт между нами. Выхода он не видит? Я покажу ему выход, а там посмотрим, чего стоят его слова.
Боевое настроение, как и раздражение, рассосалось минут через двадцать, и я вновь начал прокручивать в голове варианты, как не допустить конфликта с Кояма. Все-таки это те еще монстры, воевать с которыми мне не хотелось бы. Нет, я не поменял своего решения ехать в Малайзию, но вдруг можно найти выход получше? И вот когда я обдумывал, можно ли как-нибудь использовать родителей, зазвонил телефон.
— Здравствуйте, Аматэру-сан, — произнес я, прикладывая мобильник к уху.
— И тебе не хворать, неудачник. Слышала, у тебя проблемы? Не надумал еще ко мне в род пойти? — спросила она ехидно.
Блин, а я тут еще вежливым пытаюсь быть.
— Какая-то ты слишком уж информированная.
— Не нужно обладать большим умом, чтобы понять, в какую ситуацию ты попал. А уж как я узнала о твоем разговоре с Кентой, только мое дело.
Интересно, Акено или Кагами? Скорее всего, Кагами. С Акено у нее после похищения Шины не все ладно. Остается вопрос, зачем она вообще ей звонила? Ну да мало ли. Наверное, меня просто упомянули в разговоре, а старуха сложила два плюс два.
— Ох ты ж, — усмехнулся я. — Ну прям шпионские страсти. Чего звонишь?
— А просто поиздеваться я уже не могу?
— А, ну дерзай, — хмыкнул я.
— Ты уже понял, что герб тебе не получить? Да и в Малайзию уже можно не ехать.
— В этой стране не получить, — хекнул я насмешливо. Не люблю такие разговоры по телефону. Приходится постараться, чтобы донести отношение к тем или иным словам. Лицом к лицу проще, там собеседник видит тебя и порой достаточно просто ухмыльнуться. — Да и с Малайзией ты не права. Мне теперь просто необходимо там быть. Опять же — если я хочу получить герб в Японии.
— Ты… умеешь удивлять, — произнесла она после небольшой паузы. — Признаться, я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Да и про другую страну… Ты серьезно? Мне даже слов не хватает, чтобы кратко выразить свое мнение по этому поводу.
— Ты умна, старая, но я умнее. И наглее. Да и в угол меня загонять не стоит.
— Ты сам себя в угол загнал, — заметила Аматэру.
— Скорее всего, так и есть, — согласился я. — Но на ситуацию это никак не влияет. Мне теперь только вперед переть остается. И рисковать. Если подумать, мало что изменилось, просто придется приложить чуть больше усилий.
— То есть принимать мое предложение ты по-прежнему не намерен?
— Ты чем меня слушала, старая? Твое предложение изначально мне не подходит — я в клан не пойду.
Пауза после моих слов была достаточно долгая, чтобы засомневаться, не заснула ли она там. Но уточнить я не успел.
— А если я выйду из клана?
Я даже не сразу осознал, что она говорит. Первую секунду я по инерции подбирал слова, чтобы заковыристо ее послать.
— Что? — переспросил я.
— Если я выйду из клана, ты войдешь в род Аматэру?
— Я… — Да, я не знал, что ответить на такое.
— Тебе ведь теперь плевать на решение императора. Будь ты в роду Кояма или Аматэру, эти твои Шмитты в любом случае не получат герб.
И только после этого я сумел собрать мысли в кучку.
— Ты не совсем права, — ответил я.
— И в чем же? Удиви меня.
А дело в том, что с Кояма я могу повоевать, пусть и чисто технически и недолго, а вот с самим собой такой номер не получится. Если я отправлюсь в Малайзию в качестве Аматэру, то все завоеванное достанется мне. Земли я еще смогу раздать в качестве подарков, а как быть с гербом? Ведь для Шмиттов важен именно он. С Кояма мы просто покажем императору, что он был не прав… Нет, не так. Что он немного ошибся. Даже не он, а те, кто собирал по нам информацию, но вот будучи Аматэру… Аристократы в таком деле не могут быть подчиненными, и либо все достается мне, либо я стою в сторонке. Не получится и поучаствовать, и герб для Шмиттов заработать… Заработать… Герб…
— Ты сейчас в каком онсэне? — спросил я Аматэру.
— В своем, — хмыкнула она в трубку.
— Очень смешно, — произнес я сухо.
— На родовых землях я.
— Есть серьезный разговор. Примешь?
— Не скажу, что удивил, но… Подъезжай.
Нажав на отбой, обратился к Василию:
— Давай к Аматэру. В дальний онсэн.
Он и знал-то всего два — ближний и дальний, так что уточнений не потребовалось.
Разговор предстоит забавный. Я нужен ей, после этого звонка тут сложно спорить. Может, в прошлый раз я и обидел ее своим отказом, но сдаваться старуха явно не намерена. Мне она тоже нужна. Если раньше меня прельщали перспективы рода Аматэру, то сейчас она мне именно что нужна. При всем при том камнем преткновения у нас выступает Малайзия. Старуха по-любому будет против моей туда поездки, и если Атарашики еще может подождать, надеясь, что у меня все получится, ну или что я выживу хотя бы, то у меня времени очень мало. Надо хорошенько обдумать предстоящий разговор.
Когда мы подъехали к онсэну старухи, солнце уже почти зашло, а выйдя из машины, я хмыкнул от пришедшей мысли. Даже Аматэру… в смысле даже наши с ней отношения показывают, как я близок к клану Кояма. Сомневаюсь, что есть еще какой-то простолюдин, который может так спокойно приехать к Атарашики, обитающей на родовых землях. Да и выбить несколько приглашений сюда тоже. Интересно даже, о чем думал Отомо, когда я упирался рогом, говоря, что сам по себе, но при этом достав это самое приглашение? Еще и похвалился, что оно было не единственным. Или не хвалился? Не помню.
У главных ворот меня встретила миловидная служанка в кимоно, чтобы проводить к Аматэру. Все как обычно в общем-то. А вот то, что меня повели не по главной дорожке поместья, а какими-то задворками, уже интереснее. Похоже, старая карга не хочет, чтобы меня лишний раз видели посторонние. Пусть их тут и мало — не каждый может попасть в элитный онсэн Аматэру, но они все же есть.
Комната, в которую меня привели, была обставлена в традиционном стиле, чего я не ожидал. Все-таки старуха имеет странную любовь ко всему викторианскому. Кроме одежды, правда. Наверное, если бы не традиции, она бы и дом себе в этом стиле забабахала. Оглянувшись, я чуть не поморщился, до меня вдруг дошло, куда именно меня привели.
— Чайная комната? Ты издеваешься? — спросил я сидевшую рядом со специальным столиком и заваривающую чай Аматэру. Одета она была, понятное дело, в кимоно.
— Присаживайся, — кивнула она на место напротив.
— Блин, — только и сказал я.
Вот блин. Не люблю я чайную церемонию. Долгая, нудная и скучная. Ну не японец я, чтобы ею наслаждаться. Хотя, думаю, и среди японцев найдутся те, кто считает так же. Хорошо хоть чай уже заваривается, большая часть процесса позади. Да и…
— Чего оглядываешься? Садись.
— Я так понимаю, ты поиздеваться надо мной решила? — спросил я.
Просто церемонией тут разве что пахло. Даже упрощенная версия требует некоторых вещей, которых я не заметил — или их и вовсе не было.
— Вот сейчас я не совсем понимаю, о чем ты, — посмотрела на меня Аматэру.
Ну да, я всего раз и присутствовал на подобной церемонии, да и то было это у Кояма, когда Кагами что-то в голову стрельнуло и она устроила своим дочерям мастер-класс. Ну и нас с Кентой и Акено зацепило.
— Забей, — присел я напротив нее. — Просто не люблю чайные церемонии.
— И что так? — поинтересовалась она, разливая воду по чашкам.
— Я слишком активный подросток, чтобы терпеть несколько часов этой нудятины, — пояснил я, приняв чашку из ее рук.
— Но знать, как она проходит, необходимо каждому, — заметила она.
— Да от нас, мужиков, там не особо что-то и зависит, — вздохнул я.
— От гостей, — уточнила она.
— Пусть так, — пожал я плечами и сделал маленький глоток.
— Ну как? — поинтересовалась она.
— Необычно, — признался я. — И слишком крепко для меня.
— Так и должно быть, — кивнула Аматэру. — Так о чем ты хотел поговорить?
Что ж. Соберись, Макс. Разговор крайне важен, и лажать ты сейчас не можешь. Если я не договорюсь с Аматэру, ситуация будет слишком непредсказуемой и опасной. Если император отдаст Кояма захваченные нами земли, вопрос для Кенты встанет ребром — либо нормальные, но равноправные отношения со мной, либо огромный кусок родовых земель. Дружественный ему Повелитель огня на срок одной жизни либо родовые земли навсегда. Нельзя забывать и другие кланы их альянса. Как они отреагируют в той или иной ситуации, непонятно. Но что-то мне подсказывает, что Кента до последнего нас трогать не будет, как и объяснять, что Сакурай не его креатура. И что в итоге? Этого мальчика не трогаем, он наш. А потом вдруг бац — ну ошибся чуток, с кем не бывает? Пусть забирают земли себе. Лично я на месте членов альянса возмутился бы. Кента старый опытный политик, он точно выберет атаку на непокорного мальчишку. Но в то же время он может придумать очень много способов не допустить этого. Предугадать, к чему дело идет, и сделать свой ход. Какой? Да бог его знает. Я не считаю его умнее себя, но у старика тупо больше знаний и возможностей. Я не могу предугадать всего. В общем, как я и сказал, многое станет слишком неопределенно и опасно. В то же время лично я просто не могу поступить иначе. Либо так, либо валить из страны. Может, я и смог бы найти другой способ выйти из сложной ситуации, но время не на моей стороне. Как по мне, невозможно всего за месяц убедить всех, что я не принадлежу клану Кояма, и при этом не прослыть неадекватом. Было бы больше времени — было бы больше возможностей, но как раз времени у меня и нет.
— Для начала хотелось бы уточнить, насколько ты была серьезна насчет выхода из клана.
— Более чем, — сделала она глоток.
— Почему? Мне тут Кента-сан недавно прямо сказал, что я еще не заработал на герб. То есть во мне нет ничего такого, чтобы… — запнулся я, — чтобы выводить род Аматэру из клана только ради меня.
— На герб ты, может, и не заработал, — ответила она спокойно, — но ты во сто крат лучше любого, кого мне прочат в наследники. Более того, я и сама не знаю того, кто мог бы подойти на эту роль лучше. Ты умен, независим, с сильной волей. И ты доказал это делом. Ты не стоишь на месте, смотришь в будущее, не останавливаешься на достигнутом. Ты ценишь свое слово, не поддаешься давлению. За тобой никто не стоит. Уж это я знаю точно. Я не говорю про заработанные тобой деньги и наработанные связи — в этом тебе во многом помогли Кояма, что бы ты там ни думал о себе. Но и просто талантливый мальчик не смог бы достигнуть таких вершин. Ты подходишь мне. Во всем.
— А как же сила? — решил я уточнить. — Я даже не владею бахиром.
— Ни за что не поверю, что ты не можешь пользоваться им вообще, — пожала она плечами. — Иначе зачем ты нужен Кенте? Всяко не из-за твоих фирм.
Резонно. Во всяком случае, ход мыслей старухи понятен.
— Ладно, с этим все ясно, — поставил я чашку на столик. — В целом я согласен вступить в род Аматэру, но необходимо кое-что уточнить заранее.
— Внимательно слушаю, — кивнула она.
— Малайзия. Я не собираюсь отказываться от этого похода.
— А как же Шмитты? — сощурилась Аматэру.
— Это другой вопрос. Мне нужно быть уверенным, что ты не станешь ставить мне палки в колеса.
— Я не могу рисковать наследником, — вздохнула она. — Если с тобой что-нибудь случится, у меня не будет второго шанса.
— Не понимаю, — признался я. — Убьют меня — возьмешь другого. В чем проблема?
— В том, что я не смогу взять другого, — ответила она раздраженно.
— Что же мне из тебя все клещами приходится вытаскивать? — уже я почувствовал раздражение. — Это секрет какой-то? Почему не сможешь?
— Не секрет, — поджала она губы. — Просто информация не для распространения. Извини, — удивила она меня. — Старая привычка помалкивать. Дело в том, что при принятии в род используется один древний ритуал. Знания не для всех, иначе проблем с наследниками было бы меньше. Те же Кояма пользовались моей помощью, когда принимали в семью Мизуки. Ритуал проводила не я, но аксессуары, скажем так, были моими.
— И в чем проблема?
— Во времени. Один человек может провести ритуал раз в двадцать лет. А я уже не так молода, чтобы быть уверенной, что доживу до следующей попытки.
— И что этот ритуал дает? — спросил я осторожно.
— Передача камонтоку, — сумела она меня удивить. — Мой камонтоку будет доминировать в твоей крови.
Но ведь Мизуки…
— А прежний?
— Он тоже остается, — ответила она. — Если ты сейчас вспомнил Мизуки, то ее дети в любом случае будут иметь камонтоку Кояма. Я имею в виду, даже если ее мужем будет простолюдин. Так-то все по-старому — камонтоку отца передается детям, но Мизуки теперь именно что Кояма — с еще одним камонтоку другого рода. Детям он не передастся и исчезнет вместе с ней.
— И кто проводил тот ритуал? — поинтересовался я из простого любопытства.
— Акено, — ответила она, чему-то хмыкнув. — Хотел Кента, чтобы у более молодою было больше попыток в будущем, но парень настоял.
— Понятно… То есть в теории Кагами могла и вовсе не рисковать с еще одним ребенком?
— Разве что в теории, — поморщилась она. — Думаешь, я раздаю артефакты направо и налево? Акено здоровый мужик, и их роду ничего не угрожало. Могли… и должны были сами выкручиваться. С Мизуки было не просто, и Кента сумел убедить меня, что это пойдет на пользу всему клану, но я им не собачка, чтобы по щелчку пальцев тащить всякие предметы.
— Два камонтоку, — покачал я головой, — Мизуки реально уникальна. И ее действительно не отдадут из клана.
— Да, детишки у Кагами что надо, — хмыкнула Аматэру. — Но двойной камонтоку — это не уникальный случай. Иногда такое получается вполне естественным образом. У ребенка остается камонтоку матери и доминантный — отца. Редкий случай, но не уникальный.
— Так ее могут отпустить из клана? Или нет? — запутался я.
— Могут, почему нет? — пожала она плечами. — Но, учитывая бзик Акено на дочерях, потенциальному жениху придется непросто. А вот Шину точно не отпустят.
— Ну это понятно. Будущий Виртуоз как-никак.
— Интересные у тебя вопросы, — хмыкнула она хитро. — Нацелился на крошку Мизуки?
Я даже задумался на секунду.
— Нет. Мизуки — это Мизуки. Я слабо представляю ее в качестве жены.
— Как скажешь, — усмехнулась она. — Но не могу не отметить, что девочка, не сломавшаяся в той ситуации, как минимум перспективна.
— Ты о войне?
— Скорее о последствиях, — ответила она. — Ты ведь не думаешь, что стоило ей только войти в род, и к ней сразу воспылали любовью?
— Да уж вряд ли, — покачал я головой.
— Это мягко сказано, Синдзи, — произнесла Аматэру строго. — В той войне погибли слишком многие. И если бы не потери рода Кояма, финт с принятием в род мог и не пройти.
— И многих они потеряли?
В принципе, это просто любопытство. Мне не особо важно знать такие вещи.
— Скажем так, — задумалась она. — Перед войной у Кенты были жены и брат. У брата было два сына и дочь. Про жен и внуков брата я и вовсе промолчу. От той ветви остался лишь Нибори.
— Неслабо, — покивал я.
Но Аматэру на этом не остановилась.
— А кроме этого, у Кенты было три сына, у среднего сына был свой сын, внук Кенты. В итоге остался лишь Акено. У которого было три жены… — Вот дерьмо, что тут еще скажешь? Но дальше пошла информация покруче. — Все его жены успели родить ему по ребенку, и все они были беременны вторым. Выжила лишь Кагами. Две жены, два сына, дочь. И если бы не твой отец, буквально вытащивший на себе из западни беременную, пребывающую в шоке от потери ребенка и всех близких Кагами, Акено потерял бы всех. Вероломное нападение на поместье Кояма, в котором успели собраться очень многие, ознаменовало собой начало долгой и очень кровопролитной войны. И это только Кояма. Мало кто в той войне не потерял хоть кого-нибудь. Кенте с Акено еще повезло, в тот первый день они оба с Нибори задержались и не попали под удар.
— А моя мать? — спросил я, продолжая переваривать информацию.
— Она уже тогда старалась не появляться на подобных мероприятиях.
— Стоп! — вскинулся я. — Но ведь тогда получается, что Кагами была беременна в третий раз?!
— Странно, что ты не знал, — хмыкнула Аматэру.
Ну, дела-а-а… Так у нее третий ребенок? Эта дура рискнула всем ради третьего ребенка? Охренеть… То-то на нее дышать боялись. Блин, хорошо, что я узнал об этом только сейчас. Даже представлять не хочу, как бы чувствовал себя, когда она рожала. Да и слуг Докья я бы даже не подумал собирать.
— И тут в клане появляется Мизуки… — пробормотал я.
— Да, — кивнула Аматэру. — Это на бывших слуг Докья, которых ты подобрал, всем плевать, а последняя из рода врагов, с ненавистным камонтоку в крови, раздражала очень многих. Да и сейчас раздражает. Она очень сильная девочка, и я бы посоветовала тебе присмотреться к ней. Такая жена будет отличной опорой.
— Даже не знаю, — ляпнул я, все еще переваривая услышанное.
— Но первую жену выбирает родня, — припечатала Аматэру. — И об этом я спорить не намерена.
— Да боги с тобой, — отмахнулся я. — Вот уж на что мне плевать.
— Да? Молодежь сейчас совсем распоясалась. О чистой и светлой любви мечтают. Что сами себе избранницу выберут.
— Если бы я был простым работягой, я бы с ними согласился, но раз уж решил окунуться в мир аристо, не мне тут выламываться.
К тому же это только первая жена. Я не тупой подросток, пускающий слюни и жаждущий гарема из няшек, но наличие вариантов несомненно радует.
— Хорошо, что ты это понимаешь, — произнесла она слегка недоверчиво.
— Давай уже вернемся к нашим делам, — вздохнул я.
— Там нечего обсуждать, — фыркнула Аматэру. — Я все тебе объяснила и считаю риск твоей поездки в Малайзию слишком большим.
— Нужно искать компромиссы…
— Лично мне, — прервала она меня, — никакие компромиссы не нужны.
Сволочь старая. Знает же, что у меня все плохо, вот и давит.
— Ладно, — согласилась она неожиданно. — Принимаем тебя в род, ты заделаешь мне внука и можешь катиться куда угодно.
— Это слишком долго, — нахмурился я. — Как минимум в начале кампании я обязан там быть.
— Да ты послушай себя, — не сдавалась Аматэру. — Если убрать эти ваши мужские заморочки, то зачем ты там вообще нужен? По-твоему, твои люди не смогут войти в ситуацию?
— Дело не в этом…
— Они настолько ненадежны?
— Да нет же…
— Если уж мы почти договорились, то что тебе мешает послать туда еще и бойцов рода Аматэру? Если ты так за них боишься.
— Да дашь ты мне хоть слово сказать?! — рявкнул я.
— Конечно-конечно, говори, — усмехнулась она. — Не терпится услышать о твоей серьезной причине, мешающей остаться здесь.
— Шмитты, — процедил я.
— Опять? — раскрыла она пошире глаза. — И что с ними на этот раз не так?
— Ты совсем тупая или притворяешься? Я вроде говорил о своих причинах.
— О чем ты? — нахмурилась она. — Если о гербе, то вроде и так все понятно. Если ты вступаешь в род, они в пролете.
— Не совсем, — усмехнулся я. — Есть выход. И ты должна о нем знать.
На что она, продолжая хмуриться, ненадолго задумалась.
— Сдаюсь. Я не знаю, о чем ты говоришь, — признала она.
— Странно, что до этого дошел я, а не ты.
— Говори уже, — буркнула она, поставив пустую чашку на стол.
— Ритуал «Подтверждения чести». Слышала о таком?
— Но… — вскинула она брови, после чего нехотя выдавила из себя: — Да. Это может сработать. А может и нет. Обычно такие вещи оговариваются заранее.
— У нас будет на это целый год. Неужто великая Аматэру не управится с этим?
— Все не так просто, как ты думаешь, — продолжала она вилять.
— Пусть. Но император не сможет проигнорировать данный факт. Ведь это единственный известный мне случай, когда аристократ идет всего лишь довеском. Причем вроде только в нашей стране. Я не знаю более официального и гарантированного варианта заявить о том, что самыми главными в альянсе будут именно Шмитты. На них вся ответственность за операцию, но и приз достанется именно им. А уж о сложности порученного дела и говорить нечего. Ведь в этом смысл? Показать стране, что твои слуги достойны герба. Император не сможет от этого отмахнуться.
— Вот именно что слуги, — цеплялась она за соломинку. — Шмитты ими не являются. И вряд ли согласятся на это.
— А вот этого мы еще не знаем, — возразил я. — Да и учитывая, насколько все упрощается, почему нет?
— Предположим. Оставим за кадром их доверие к Аматэру и к тебе. Не будем обсуждать, согласна ли с этим я. Объясни мне, глупой, с чего ты взял, что все упрощается? Ты не подумал, что альянс простолюдинов и слуги аристократов с вполне конкретной целью — это абсолютно разные вещи, на которые король Малайзии и реагировать будет по-разному?
Довольно здравые мысли.
— Мы справимся. Не забывай, что размер отряда, который вторгается в их страну, не изменится. Для короля будет потерей лица бросать на нас сразу все силы. Я уж не говорю о том, что это непросто. Про англичан и вовсе не стоит упоминать — если он попросит у них помощи, его весь мир засмеет.
— С англичанами согласна, а вот с остальным — нет. Вторжение аристократов из соседней страны даст королю карт-бланш.
— С чего бы? — удивился я. — Хочешь сказать, он тут же кинет клич кланам и свободным родам?
— Э-э… — растерялась она ненадолго. — Я не про кланы говорю. Разве что про те, на чью территорию вы претендуете. Но у короля и без них полно сил.
— Ты меня прям испугала, — покачал я головой. — Мы изначально и не рассчитывали, что будем воевать с малой частью королевской армии. Поверь, все учтено.
— Не верю, — поджала она губы. — Вам не выстоять против армии целой страны.
— Это смотря что за страна, — усмехнулся я.
— Да что ты…
— Поверь, — прервал я ее. — Ни у меня, ни у других членов альянса нет желания тратить огромные деньги ради призрачного шанса. Про опасность для жизни и вовсе не стоит говорить. Что бы ты там про нас ни навыдумывала, мы не самоубийцы.
— Да при чем здесь это?! — воскликнула она. — Никто не хочет начинать войну с маленькими шансами. Думаешь, те же Докья хотели растягивания конфликта на столько лет? А потом еще и проиграть? У них тоже было все рассчитано! Надо трезво смотреть на мир, — произнесла она, немного успокоившись. — Ваша кучка наемников не имеет ни одного шанса. Да вас там один Виртуоз всех раскидает. С небольшой поддержкой, — все же уточнила она.
— Виртуозы не бессмертны, — усмехнулся я. — И на них найдется управа. К тому же у короля всего два Виртуоза. Справимся.
— Всего? Ты совсем рехнулся?
— Король не пошлет против нас сразу обоих. Есть куча нюансов, начиная от Сукотая и заканчивая собственной аристократией, которая может воспользоваться шансом. И это только очевидное.
— Вам. Хватит. И одного, — произнесла она с расстановкой.
— И это один из нюансов, — улыбнулся я. — Насчет остального… Я знаю, на что способны Виртуозы, мои люди знают. И это не является проблемой.
— Не является?! — вскинула она брови.
— Не такой, как думаешь ты. Вот три Виртуоза — это проблема. Да и то, если зайдут с разных сторон. С одним-двумя мы справимся.
— Ты рехнулся… Хотя нет. Ты просто самоуверенный мальчишка, не знающий жизни!
— Наша страна до сих пор считается великой, — ответил я на это. — Напомни, сколько у нас Виртуозов?
— Не сравнивай себя с целой страной, — пробурчала она.
— Да не в этом дело. Просто кому как не нам знать, что Виртуозы не бессмертные монстры и прекрасно убиваются.
— Ты меня не убедил, — сказала она как отрезала, после чего начала заваривать новый чай.
— Знаешь, — вздохнул я, — пока моя фамилия Сакурай, я и не смогу этого сделать. С чего бы мне выдавать тебе свои секреты?
Например, о подавителе. Про свое патриаршество вообще молчу.
— Значит, это тупик. Я не могу рисковать, а ты не можешь выдать свои тайны, — усмехнулась она на последнем слове.
Блин. И не поторгуешься. Этот гадский ритуал принятия в род мне реально подгадил.
— А жен в род принимают? — поинтересовался я.
— С чего такие вопросы? — ответила она удивленно. С толку я ее все-таки сбил. — И нет, не принимают. Ты чем меня слушал? Артефакты для этого мало у кого есть.
— То есть ты сможешь найти женщину, у которой получится провести ритуал, — склонил я голову набок.
Она аж замерла от такого вопроса.
— Ты… Признаю, ты сумел посмотреть на ситуацию под другим углом, — произнесла она медленно. — О таком я не задумывалась.
— Зашоренность взглядов, — пожал я плечами. — Для тебя это тайна тайная, о которой и говорить-то лишний раз не стоит. А уж допустить хоть и родню, но давно уже члена другого рода к святая святых… Ну и ты слишком уж зациклилась на том, что последняя в роду.
— Вот именно… — почти прошептала она, но собравшись, произнесла уже громче: — Мне надо все обдумать.
— Тогда я, пожалуй, пойду…
— Сиди, — только и сказала она.
— И что мне…
— Просто посиди немного молча, — произнесла она, механически продолжая возиться с чаем.
И я сидел. Поначалу еще пытался придумать очередные доводы для старухи, вдруг она что-нибудь не то надумает, но минут через пять сдался, после чего мои мысли закрутились вокруг ритуала, Аматэру и шансов на успех наших переговоров. Но в основном вокруг ритуала и Аматэру. То, что старуха сейчас обдумывала, было спонтанным предположением. То есть я, как обычно, перебирал различные варианты, сразу их озвучивая. Признаться, я совсем не рассчитывал, что это так проймет каргу. Думал, она опять пояснит, почему у нас ничего не получится, и уже от этих аргументов я буду отталкиваться. Но на деле все оказалось несколько проще.
И что же мы в итоге имеем? А без малого — не один, а сразу несколько шансов для практически исчезнувшего рода. Атарашики сама как-то говорила… дословно не помню, но смысл такой: женщин, способных родить наследника для рода, нет. Женщин. То есть у нее сейчас не один шанс, а как минимум три. Она и еще парочка. Она может принять в род меня, пережить мою смерть, принять еще кого-нибудь… Да господи, она и сама может спокойно умереть. Все, что ей надо, это договориться с одной из своих родственниц, и даже после ее смерти у рода Аматэру будет шанс. А может принять сразу троих. Хотя тут ей лучше знать, как поступить.
Хм, а ведь это идея. Зачем ей останавливаться на одном мне? Берет меня в качестве наследника, раз уж я так хорош, и еще кого-нибудь в качестве запасного. Кого-нибудь, кто будет сидеть здесь, пока я воюю с малайцами. Стоп… А на фига ей тогда вообще я? Она, конечно, говорила, что я подхожу по всем критериям, типа лучший вариант, но учитывая, что я рвусь, по ее мнению, на смерть, то зачем тратить лишнюю попытку? Вот ведь дерьмо… Если она додумается до подобных вещей, мне сразу станет кисло. Пойти с козырей? Уж Патриарха она точно не упустит. Нет, рано. А ведь если подумать, есть еще Казуки. От него она тоже не откажется. А мне преданный человечек, который всегда будет на моей стороне, не помешает. Заодно прикрою парня, если он вдруг раскроется — уж у Аматэру Патриарха отбирать не станут. Если уж у клана Асука не отняли. Это сейчас они круты и сильны, а до того, как заполучили Патриарха, все было совсем наоборот. Как минимум у них не имелось влияния Аматэру, а сила… Пересилить можно кого угодно. Сила тут важна, но не критична.
Но это если она решит все же продинамить меня. Незачем сразу выкладывать козыри на стол.
— Что ж, — нарушил тишину голос Аматэру. — Возрадуйся. Я решила рискнуть.
— То есть я буду твоим наследником?
— Да, — ответила она, гордо выпрямив спину.
Ну то есть она и так сидела с прямой спиной, но сейчас это выглядело именно «гордо».
— И ты выйдешь из клана?
— Да.
— Несмотря на то что теперь это не очень актуально? Если попыток больше одной, то не лучше ли оставаться под зашитой клана?
— И где она, та защита? — вздернула она бровь. — Что-то не вижу я ее. Зато как прижало, меня чуть не растерзали. Очень, знаешь ли, неприятные ощущения. Под «защитой» клана Кояма великий род ужался до одной меня. Потерял все. Хватит. Я не упущу своего шанса. Сейчас не те времена, когда мой предок вступал в клан, но даже тогда положение не было настолько плачевно. Прежний глава Кояма был не сильно умным, — покачала она головой, — но чуйка на правильные поступки у него была дикая. Кента же… Кента просто фанатик, переставший видеть людей. Для него есть только клан. Рода превратились в абстрактные единицы, а люди в ресурс. Род Аматэру при таком отношении не выживет. А уж их действия при похищении Шины стали последней каплей. Ты думаешь, ему была важна внучка? О, может, и важна — в глубине души. Но знаешь, что он говорил мне? Клан не может потерять Виртуоза! Замечательный дед, ничего не скажешь.
— Но ты ведь такая же, — вздохнул я.
— Нет! — выпрямилась она. Казалось бы, куда еще прямее, но она смогла. — Я готова рискнуть. Готова увидеть в тебе надежду рода. И мои критерии совсем иные. Сила? Власть? Деньги? Плевать! Ты можешь вести за собой людей, ты заботишься о них, для тебя важно данное кому-то слово. Ты воспитаешь своих детей как должно, а не сделаешь из них фанатичных боевых юнитов. Для тебя честь и лицо рода не что-то абстрактное, чем можно торговать и что нужно использовать. Во имя чего ты живешь? Ну же, мальчик, ответь мне.
— Во имя мое, — произнес я на автомате. — Во славу мою.
— И что для тебя род? — не показала своего удивления старуха.
— Это я сам, — и все же решил добавить немного осмысленных пояснений. Нельзя же постоянно отвечать на автомате. — Мое имя — род и все, что со мной связано. Моя слава — его слава.
— Знаешь, каков девиз Аматэру? — спросила Атарашики. И тут же ответила: — Во славу нашу, сквозь время! Род Аматэру будет жить, и нашим потомкам не будет за нас стыдно!
Да, теперь верю. Если бы не ритуал принятия в род, эта женщина сдохла бы, но ушла красиво.
— Тебе понравится твой выбор, — произнес я, усмехнувшись. — Обещаю.
Назад: ГЛАВА 21
Дальше: ГЛАВА 23
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий