Срывая маски

Книга: Срывая маски
Назад: ГЛАВА 19
Дальше: ГЛАВА 21

ГЛАВА 20

В клуб, понятное дело, я все же вернулся. И хочу отметить, что по домам хоть и разъезжались, но не так уж и активно. Основную часть «зависших» составила молодежь, пришедшая без взрослого сопровождения. Вакия, Тоётоми и даже Мамио нашлись рядом со сценой, где образовалась небольшая группа ребят вместе с полным составом группы «Интер». Там же обнаружился и Райдон с сидящими рядом Анеко и Евой, единственной девушкой в «Интере». Сэн… Охаяси Сэн нашелся рядом со столом, на котором разместили готовку Кагами, а Хикару над чем-то смеялся, стоя рядом с сестрой. Ни Шины, ни Мизуки я не увидел. Ну да им особо и не светило остаться, вряд ли их сопровождающие, которым я до одного места, поддались бы на их уговоры. Если они вообще их уговаривали. Впрочем, Мизуки вполне могла.
Были тут и другие люди. Шмитты, отправив своих женщин и тех, кто помладше, стояли отдельной группой, что-то обсуждая. Весь состав директората Шидотэмору также присутствовал. Оба Нэмото — и старший, и младший — общались со Святовым и Щукиным. Остальная охрана из «моих» расположилась так, чтобы прикрыть оставшихся гостей. Хигаси Джобэн жался неподалеку от Нэмото. Я уж не буду перечислять всех, кто находился в зале, но пустым его назвать было сложно.
Зайдя внутрь, я тут же принялся всем кивать и вскидывать в приветствии руку, но направился в первую очередь именно к друзьям. Подбегать и спрашивать, как я, слава богу, никто не стал — всем хватило того, что я передвигаюсь сам и падать пока не намерен.
— Познакомьтесь, — подошел я к ребятам и положил руку на плечо ученику: — Мой воспитанник Сато Казуки. Он немного опоздал на праздник, но лучше поздно, чем никогда.
— У тебя весь бок в крови, — заметила обеспокоенно Анеко, даже не дав народу поздороваться с Казуки.
— Меня уже подлечили, — улыбнулся я ей. — Да там и была-то всего лишь царапина.
— Неслабая, я смотрю, царапина, — произнес Райдон.
— Немаленькая, — кивнул я. — Но тем не менее всего лишь царапина. Я правда не пытаюсь вас успокоить. Все так и есть.
Мои ведьмачьи силы не пропали, чего я немного опасался. Меня и раньше обрабатывали целители, и все было нормально, но ни разу при этом рана не была серьезной. Так что опасения все же были.
— Что там хоть произошло? — спросил Хикару. — Судя по твоему виду, ты чуть ли не в эпицентре взрыва побывал.
— Террорист со взрывчаткой, — пожал я плечами. — Я просто общался по одному делу с человеком, а тут это… Не повезло, — дернул я еще раз плечом.
— То есть все закончилось благополучно? — уточнил Сэн, подойдя.
— Насколько я могу судить, Охаяси-сан, — повернулся я к нему.
— Вот и отлично. Если потребуется помощь — обращайся, — кивнул он, после чего вновь отправился к столу с едой.
— Проглот, — проворчала Анеко.
Сэн вообще идеально ситуацию обыграл, как по мне. С учетом количества охраны, да и личных возможностей части гостей, они тут в полной безопасности. В отличие от пути домой. Плюс поддержал брата с сестрой в их беспокойстве за друга. Уверенность в своей силе и силе рода показал, мол, плевать на такую фигню, как близкий взрыв. Да и пофигизм в некоторых ситуациях положительно выглядит.
— Да уж, — провел по голове рукой Роко, основатель группы «Интер», — с тобой не заскучаешь, Син.
— Он не виноват в том, что праздник сорвали, — вставила Ева.
— Так я и не о том, — усмехнулся Роко. — Праздник, как по мне, вполне удался.
— Не каждый может похвастать таким окончанием, — улыбнулся Итару, барабанщик и единственный, кто у них пишет тексты.
— Ребята, — посмотрел я на Вакию с Тоётоми, — а где ваши спутницы? Нехорошо их одних домой отправлять.
Немного топорный уход с темы, но мне сейчас не до того.
— А друга бросать еще хуже, — отмахнулся Вакия. — Забей, нормально все.
Что ж, им лучше знать. В том плане, как на это посмотрят окружающие. Да и… я бы так же поступил. Не в этой ситуации, — тут, как я уже говорил, безопаснее, — но в целом так же.
Расходиться сразу мы не стали и еще минут десять общались. Потом я еще с полчаса обходил оставшихся гостей, еще немного поговорил с друзьями. Порасспрашивал главу местной охраны о ситуации. Вновь друзья. Короче, разошлись мы лишь часа через два. Меня из-за раны все пытались отправить домой, раз уж в больницу идти не хочу, но я даже развел «Интер» на пару песен. Пусть ушедшие потом локти кусают.
На следующий день СМИ подняли настоящий хай. Как ни крути, а взрыв посреди города, да такой сильный — это событие нечастое. Клуб был упомянут мельком, а вот версий о причинах взрыва было полно. Мне это все не нравилось, но поделать я ничего не мог. Оставалось надеяться, что аристо не дадут… ой, да кого я обманываю, никто не будет меня прикрывать. Еще день-два, и вся страна узнает, что в деле замешан я. Пусть как жертва, но пострадавшим людям плевать на это. Имен приглашенных, по крайней мере из числа аристократов, никто упоминать не будет, так что злоба владельцев пострадавшей собственности будет направлена именно на меня как на очевидную причину конфликта. Погибших, слава богу, не было, а вот раненые нашлись. В основном те, кто находился в ближайших от взрыва домах. А уж глава рода Ямана не упустит возможности покопаться в этой истории и вытащить ее на свет. А там и случившаяся не так давно война с преступной гильдией всплывет. Без доказательств, способных причинить мне серьезный вред, таковых просто нет. Но СМИ хватит и этого, чтобы построить множество теорий и подпортить мне жизнь.
Про сорвавшийся праздник и вспоминать не хочется. С чисто политической точки зрения для меня ничего не изменилось. Всякое случается. Пострадавших нет, и ладно. Но в следующий раз родители десять раз подумают, стоит ли отпускать детей туда, где хозяин не может… оградить посторонних от своих проблем. Служба безопасности у него есть? Есть. Работает хреново? Несомненно. Вот пусть в одиночестве и отмечает свой праздник. Ну и «любимчик» СМИ — тоже не самая лучшая репутация. Пока история только набирает обороты, но, думаю, уже через недельку обо мне заговорят многие. В данном случае все, что мне под силу, — лишь изобразить полный игнор. И надеяться, что ничего подобного больше не повторится, тогда через пару лет обо мне забудут. Ан нет, забыл. У меня же Малайзия на носу, такое СМИ не пропустят. Но там и освещение будет совершенно иное. Может, даже смогу компенсировать нынешние репутационные потери.
Были и звонки от Укита и Охаяси. Главы родов спрашивали, не стоит ли ненадолго прекратить тренировки у меня. Я хотел сказать, что все под контролем, но, пока не пойманы соучастники Ямасита, утверждать этого не мог. А вдруг остались какие-нибудь друзья детства, которые пойдут до конца? Так что пришлось приостановить их визиты. Заодно созвонился с Акено и отменил посещения Мизуки с Шиной. С Кагами разговаривать было даже страшновато. Она, конечно, не будет меня ни в чем обвинять, но встречаться со взволнованной и обеспокоенной беременной женщиной не хотелось.
В школе взрыв тоже обсуждали, но как-то лениво. Мой праздник, который проходил недалеко, тоже был помянут, но, опять же, только из-за взрыва. Мало кто в курсе, что теракт связан со мной.
— Тебе точно можно ходить в школу? — спросила Анеко на обеде.
— Говорю же, у меня всего лишь царапина. Целитель еще тогда почти все залечил, — ответил я.
— Отстань ты от него, — хмыкнул Рэй. — Раз уж Син не воспользовался ситуацией, чтобы прогулять, значит, и правда все нормально.
— Эй, я без достойной причины не прогу… стоп, я вообще не прогуливаю.
— Вот видишь, — усмехнулся Райдон.
— Я все равно беспокоюсь. Ты же весь в крови к нам пришел.
— Ты преувеличиваешь, — улыбнулся я ей.
— Если только чуть-чуть, — нахмурилась она, возвращаясь к своему салату.

 

— Ты по краю прошел, сын.
— В курсе, — хмуро ответил Акено. — Кто же знал, что Син окажется таким шустрым?
— А если бы девка не выдержала и взорвала парня? — перелистнул Кента страницу из папки.
— Бомба не сработала бы. Окунь ее активировал только, перед самым взрывом, — и на всякий случай добавил, хотя про обе бомбы в папке все и так было: — Снайперы точно поразили бы смертника.
— Между местом переговоров и клубом, это понятно. Но не учесть самого Синдзи? Ты, наверное, получше меня знаешь, на что он способен.
— Такого даже я не ожидал, — вздохнул Акено.
Да, все было, казалось, четко продумано: взорвать грузовик рядом с клубом, но так, чтобы взрыв до него не достал; дать уйти Ямасита, а потом уже прибить эту психованную женщину, обставив все как операцию СБ клана. Никто не должен был пострадать. Даже место взрыва было выбрано так, чтобы минимизировать ущерб городу. Но Синдзи вновь сумел их удивить.
— Последствия? — спросил Кента, не отрываясь от чтения.
— В целом как и предполагалось. С убийством женщины лично я не согласен, но нашим людям в тот момент было не до раздумий. Всего плана они не знали и действовали по ситуации. Операцию считаю законченной. Теперь твой черед. Подожди недельку, пока все не уляжется, в том числе и в головах общественности, а потом действуй. Только прошу, не перегни палку.
— Ты меня еще поучи, — буркнул Кента. — Разговор будет эталонный. Уверяю, — и, немного помолчав, продолжил: — Ты отлично поработал. Мне и не придется давить на него. Мы тут вообще не при делах. Он, считай, уже наш.
— Замни шумиху в прессе, — произнес хмурый Акено. — И тогда ему тем более некуда будет деваться.
— Кажется, — наконец посмотрел на сына Кента, — скоро я смогу передать тебе клан. В этой операции ты показал себя очень хорошо.
— Знаешь, отец, — произнес Акено, немного помолчав, — а не пошел бы ты к черту?

 

Я все же решился сходить в квартал Кояма. Так или иначе, но игнорировать Кагами было нельзя. Если она захочет выплеснуть на меня свое беспокойство — пусть. Переживу. Лишь бы требовать обратного переезда не начала.
— Синдзи! — обняла она меня и добавила строго: — Что ж ты, засранец, даже не звонишь?!
— Да как-то…
— И не говори мне о навалившихся делах, — предугадала она мою отмазку. — Уж на один звонок ты мог выделить время.
— Подумал, что проще сразу зайти будет, — среагировал я тут же.
— Ну конечно, — усмехнулась она. — А о том, как я тут беспокоюсь, не подумал?
— Э-э-э… — растерялся я, не зная, что еще добавить. — Простите глупого парня, Кагами-сан.
— Ох, куда же я денусь, — покачала она головой. — Пойдем, мне определенно нужно выпить чаю. Или фруктов съесть? — задумалась Кагами. — Не важно, пойдем.
— А где Акено-сан? — спросил я ей в спину.
— Как обычно, — махнула она рукой не оборачиваясь. — Прячется где-то с отцом. Как будто я монстр какой-то, — фыркнула она. Остановилась на пороге кухни, немного постояла, глянула на меня и неуверенно произнесла: — Пожалуй, чай могут и служа… — запнулась она. — Что-то мне нехорошо… Син… Я… — после чего слегка согнулась. — Кажется, время… пришло… Син…
— Чуни! — выкрикнул я, подлетая к Кагами. — Бегом сюда! Все будет в порядке, Кагами-сан. Пока я рядом, все будет в порядке.
— Отведи меня в мою комнату… — попросила она, морщась.
— Чуни, мать твою! — рявкнул я в очередной раз.
— Госпо… — вынырнула она из-за угла коридора. — Госпожа! — подлетела она к ней.
— Роды. Я в комнату, — выдавила из себя Кагами. — Син проводит. Ты знаешь, что делать. Синдзи…
— Обопритесь на меня, Кагами-сан.
Чуни уже испарилась, а я потащил Кагами в ее спальню. Не успели мы дойти, а дом уже превратился в муравейник. Из-за очередного угла появился бледный Акено и, не зная, что делать, начал суетиться вокруг.
— Да возьми ты уже меня на руки, идиот, — нашла в себе силы рявкнуть Кагами.
Когда Акено занес Кагами в комнату, ко мне подошел Кента.
— Я так понял, в больницу ее не повезут? — спросил я.
Пока мы стояли, да и пока добирались сюда, в комнату Кагами постоянно заносили различное медицинское оборудование. Дом наполнился людьми, которых еще пять минут назад тут точно не могло быть. Мужчины, женщины, какая-то старушка, прошмыгнувшая мимо.
— Нет, — ответил Кента. — Тут сейчас все гораздо лучше будет. Мы к этому давно приготовились, Синдзи.
— А что с Мизуки и Шиной?
— Уже бегут, — вздохнул он. — Хотелось бы сразу их обрадовать, но пусть здесь будут.
— Как-то это мрачновато прозвучало, — поджал я губы.
— Роды будут сложными, — ответил он мрачно. — Увы. Но по-другому и быть не может.
— Хватит нагнетать, Кояма-сан, — нахмурился я. — Она всего лишь во второй раз рожает. Не так уж и велики шансы на неудачу.
На старика я не смотрел, но, судя по шуршанию одежды, он повернулся ко мне и стоял так секунд пять. После чего отвернулся, но так ничего и не сказал. А через несколько секунд из-за поворота с заносом вылетела Мизуки.
— Все в порядке? — спросила она взволнованно. — Она ведь не ударялась ни обо что? Не отравилась едой? Врачи вовремя успели?
— Зайди да посмотри, — ответил Кента. — Пока еще можно.
Тут и Шина появилась.
— Деда! Как она?!
— Просто зайдите и посмотрите, — фыркнул он раздраженно. — Отец ваш там сейчас.
— А вы тогда что тут стоите? — спросила Мизуки, остановившись у двери.
— Там и так народу полно, — ответил я. — Не хотим создавать толкучку.
— Тогда и я… — начала Мизуки.
— Просто идите, — припечатал Кента. — Она должна вас увидеть.
Всего секунда нерешительности, и рыжая скрывается в комнате, а вслед за ней туда зашла и Шина.
— Вам тоже следует повидаться с ней, — все-таки произнес я.
Какие бы между нами ни были тёрки, но сейчас лучше взять перемирие.
— Не стоит, — покачал он головой. — У нас с Кагами-тян сложные отношения, не хотелось бы вызывать в ней негативные эмоции перед родами.
— Просто сделайте лицо попроще, — пожал я плечами. — Кагами-сан слишком добрая, чтобы долго злиться.
— Скажи это Урабэ Иори, — ответил он. — Это тебе все прощается, а мне лучше не портить ей настроение своим видом. Лучше сам бы сходил.
И правда. Туда надо зайти, но как-то мне… неудобно. Кто я такой, чтобы быть там в этот момент? Но это лишь чувства, голова говорит обратное. Кагами всегда относилась ко мне по-особенному. Так что, глубоко вздохнув и ничего не ответив старику, я отодвинул дверь в сторону и вошел внутрь.
Да уж. Шустро тут все медицинским оборудованием заставили. Кагами лежала на двуспальной кровати, которую облепили ее дочери и Акено. Несколько человек настраивали технику, незнакомая старушка возилась у стола с какими-то инструментами, которые я предпочел не разглядывать.
— А ну живо сюда! — рявкнула Шина.
Я даже злиться на нее не стал. Слишком сейчас все напряжены.
— Кагами-сан, — улыбнулся я, заняв место Шины, которая отошла мне за спину.
— Все будет в порядке, — улыбнулась она в ответ.
— Знаю. Я крайне везучий парень, Кагами-сан. Уверен, сегодня я не услышу ничего плохого. Только хорошее. Так что не волнуйтесь.
После моих слов она поморщилась, прикрыв глаза.
— Где там старик шляется? — спросила Кагами. — Тащи его сюда.
Выйдя из комнаты, глянул на Кенту.
— Кагами-сама приказала притащить вас к ее ногам. Сами пойдете? — усмехнулся я.
— Куда ж я денусь? — вздохнул он, после чего неуверенно зашел в комнату.
— Я подожду вас снаружи, — произнес я. — Не стоит посторонним мешать семейному разговору.
Старик даже воздуха в грудь набрал, чтобы что-то мне ответить, но все же промолчал, шумно выдохнув.
В какой-то момент всех лишних из спальни выгнали, а перед комнатой остались лишь члены семьи и я. Но ненадолго. Акено свалил довольно быстро. Послушал минут двадцать крики роженицы и убежал. Я последовал вслед за ним. Главное, не я первым сломался, остальное фигня. Засели мы на кухне, куда еще через десять минут пришли испуганные девчонки. А вот Кента так все роды и простоял рядом с дверью. Долго сидеть на месте ни Шина, ни Мизуки не смогли, поэтому первая взялась за приготовление чая, а вторая накрыла общий стол закусками, к которым, правда, так никто и не притронулся.
— И оно всегда так? — спросила Шина нервно.
— Всегда, — ответил Акено. — Рождение новой жизни не дается легко.
— Вот ведь… — пробормотала она.
С одной стороны — молодец Акено, напугал девчонку, которой предстоит в будущем быть матерью, а с другой — ну а что еще ему было говорить? Я вот тоже не знаю.
— Думаю, — заметил я, — Кагами-сан ни разу не пожалела, что родила тебя.
— Это так, — посмотрел на меня с благодарностью Акено. — Ни минуты, ни мгновения.
— Все будет в порядке, — произнесла Мизуки утверждающе.
Явно себя больше успокаивает, чем сестру.
— Конечно, будет, — пожал я плечами.
Изобразить уверенность было несложно, я не Акено, и не моя жена рожает, но сказать, что я был спокоен, было бы преувеличением. Причем немалым. Кента, скотина, да и Акено, нервничающий как-то уж слишком сильно, волей-неволей заставляли сомневаться. Ну а вдруг они что-то знают? Что-то нехорошее. Или именно сейчас случай сыграет против нас? Или метеорит на дом упадет? Да мало ли что может произойти! Коллективное-бессознательное, как говорится. Все нервничают, и я начинаю. Может, не так, как они, но определенно тоже. Кагами, как ни крути, далеко не чужой мне человек.
Помня роды жены, я настроился на длительное ожидание. В первый раз данный процесс может затянуться, десять-двенадцать часов — это норма. Но в нашем случае Кагами рожает во второй раз. Обычно — семь-восемь часов. Может пройти быстрее, а может и затянуться. Я не большой профи в этом, но в свое время узнавал. Правда, давно это было. В любом случае настроился я на восемь часов минимум. Семейство Кояма тоже, видимо, узнавало, что и как, потому что нетерпения в первые часы не выказывали. Но лишь в первые. Уже через шесть часов, после десятка выпитых кружек чая, Акено замер на стуле со сцепленными руками и абсолютно не шевелился. Даже взгляд был устремлен в одну точку. А Шина обходила по кругу кухню с болтающейся за спиной Мизуки. Рыжая вообще больше напоминала хвостик, виляющий то вправо, то влево, но от сестры далеко не отходила. И если Шина все время хмурилась, то выражение лица Мизуки с каждым часом становилось все испуганнее.
— Впереди еще несколько часов, а вы уже на грани, — произнес я, не выдержав. — Успокойтесь. В ближайшее время ничего не произойдет.
— Да что ты понимаешь?! — выкрикнула Шина.
— Шина, — подал голос Акено, — не кричи.
— Да как не… Ладно. Все, я спокойна, — продолжила она движение по кругу.
На седьмом часу ожидания к нам зашла одна из служанок. Шина с Мизуки остановились, Акено поднял голову и впился в нее взглядом, я же чисто из противоречия просто на нее покосился, хоть и сконцентрировал на ней все свое внимание.
— Роды прошли удачно, — дрожащим голосом произнесла служанка.
Акено тут же подорвался со стула, но его опередила Шина, чуть ли не сбившая с ног служанку, а Мизуки просто упала на колени и заревела. Я к Кагами не побежал, первым делом надо было заняться рыжей.
— Ну, — присел я на корточки рядом с ней, — я же говорил. Сакурай Синдзи тот еще везунчик.
На что она, не прекращая реветь, кинулась мне на шею, в результате опрокинув на пятую точку.
— Си-и-и… — после чего, хлюпнув носом, уткнулась мне в плечо и продолжила реветь. — А-а-а…
— Теперь все будет еще лучше, — гладил я ее по голове. — Вот увидишь.
Кое-как подняв на ноги, повел ее в сторону спальни Кагами. Когда я услышал, что все закончилось, причем удачно… сложно объяснить, что я почувствовал. Но одно точно — только после слов служанки я ощутил, насколько сильно был на взводе. Когда мы вошли в комнату Кагами, Акено стоял с стороны кровати, держа в руках сверток, очевидно, с наследником, а Шина сидела на полу с другой. Улегшись грудью на кровать, она, судя по вздрагивающей спине, тоже рыдала.
— Плаксы вы мои, — устало улыбнулась Кагами.
После чего рыжая пристроилась рядом с сестрой и разревелась с новой силой.
— Ну как вы, Кагами-сан? — улыбнулся я, подойдя к молодой матери.
— Отлично, — улыбнулась она чуть шире. — Все просто отлично. — И, повернув голову в сторону мужа, добавила: — Его зовут Шо. Будущий глава клана Кояма.
Шо… Это имя имеет два значения — бриллиант и приз. Как по мне, второе значение в данном случае ближе. Хоть и первое в тему.
Кента, как выяснилось чуть позже, тупо бухал. Убедился, что все нормально, и отправился хлестать спиртное. Я же до самого утра проторчал у Кояма, наблюдая за сияющими людьми. Беготня и суета продлились недолго, а после того, как появился абсолютно трезвый Кента, от которого все же попахивало саке, слуги передвигались только шагом. Быстрым, но шагом. Посреди ночи в доме появились другие члены рода. До этого им, видимо, ничего не сообщали, но как только роды закончились, кто-то все же сделал нужный звонок. Правда, гостей было немного, но это и неудивительно, учитывая, сколько их всего. Тем не менее Кояма Нибори с двумя женами и двумя старшими сыновьями приехал. Жили они не в квартале, так что им на это потребовалось некоторое время.
— Фух, — присел рядом со мной Ренжиро. — Наконец-то от меня отстанут.
Находились мы на кухне, и его младший брат Тама пришел вместе с ним.
— В смысле? — сделал я глоток холодного чая.
— Теперь у клана есть еще один наследник, — пожал он плечами.
— А сам что? — хмыкнул я. — Неплохая ведь должность.
— Иди ты, — отмахнулся он. — Когда у тебя есть все, лишние напряги с ответственностью как-то не прельщают.
— Многие с тобой не согласятся, — сказал я на это.
— Знаю, но я — не многие. Сам подумай, что дает пост главы клана? Кроме ответственности? И с учетом того, что у меня и так все есть.
— Сложный вопрос, — ответил я задумчиво. — Каждому свое. Кому-то свободу, кому-то власть над другими. Кому-то еще что-нибудь.
— Ты сейчас говоришь о людях, которым просто что-то нужно. Без оглядки, — посмотрел он на меня. — И плевать им, что весь клан будет висеть у них на плечах. Главное, свобода и власть. Они просто не видят ничего иного.
— Резонно, — кивнул я. — Но это одержимые. К тому же они все-таки есть.
— Я не из таких, — отрезал он. — Клан превыше всего, — добавил он, отвернувшись.
— Есть и не одержимые, — покрутил я в руках кружку. — Они жаждут чего-то и готовы пойти ради этого на жертвы. В том числе и на принятие ответственности.
— А, — отмахнулся Ренжиро. — Я готов, но уж лучше пусть кланом другой руководит.
Спорить я не стал, да и не о чем. Каждому свое. Лично я осознаю ответственность и в целом согласен с ним, но надо мной довлеют клятвы. Я не могу подчиняться, для меня это слишком опасно. Плюс жажда славы, но это вторично — славу можно обрести разными способами. В моем мире был другой менталитет, другая структура власти, другой уровень силы. Там я вполне мог быть главой корпорации и в ус не дуть. Да и слава у меня там уже была. Ну и нельзя забывать, что клятвы, данные мной, составлялись в том мире и для него же. А здесь… Здесь все резко стало запутанным. Да и нельзя здесь без раскрытия своего ведьмачества сослаться на клятвы. Да, слово тут решает, но, как и в моем прежнем мире, не всегда. А над многим и вовсе посмеются. Еще и потребуют рассказать, кому даны клятвы. В общем, тут не получится, как в дешевом романе про средневековье, поведать об уже данном обете, после чего от тебя резко отстанут. Кому дал слово, есть ли свидетели, можно ли все сделать незаметно? Или вон Ренжиро. Попадется такой начальник, и на все слова у него будет лишь один ответ — клан превыше всего! Особенно если клятвы твои и к нам отношения не имеют.
Для меня взобраться на вершину — это вопрос выживания. Точнее, не так, не совсем выживания. Видел я один раз ведьмака, который нарушил клятву. Здоровый мужик, за плечами которого не одна смерть, представлял собой обычный кусок мяса. Просто тело без малейшего огонька жизни в глазах. Он был жив… и мертв одновременно. Ведьмак не может нарушить клятвы без последствий. Это даже не психология, тут ближе к физиологии. Каким бы циничным мерзавцем ты ни был, насколько бы тебе ни было плевать на окружающих, нарушишь слово — и превратишься в овощ. Все, третьего не дано. Слабые ведьмаки сойдут с ума, среднего калибра — превратятся в живой труп, а сильные, вроде меня… в общем-то как и средние, только у нас есть внутренний стопор, не дающий нарушить слово случайно. Если поднапрячься, сделать это можно, но покажите мне идиота, который пойдет на подобное.
На следующий день Шину и Мизуки пинками выперли в школу. Я до подобного доводить не хотел, так что пошел без пререканий. Новость о рождении ребенка распространилась, как лесной пожар. Будь это кто-то другой, и вряд ли такое произошло бы, но Кагами… Кояма Кагами — это вам не среднестатистическая аристократка. Обсуждали новость в основном девчонки, но и некоторые парни упоминали в разговоре. Без девчачьего фанатизма, но тем не менее. Даже Анеко на обеде поинтересовалась, все ли у Кагами в порядке.
Блин, а ведь через месяц у Кагами день рождения. Опять подарок искать. Это помимо подарка Мизуки, чей день рождения через две недели. Интересно, ребенка до этого представят общественности или совместят два события? Теперь в будущем еще одна днюха, о которой надо будет помнить. Так малыш Шо еще и родился на два дня позже меня. Я… то есть Сакурай Синдзи — одиннадцатого февраля, а он тринадцатого.
— Анеко, — обратился я к девушке, — как думаешь, что можно подарить Мизуки? А потом Кагами-сан?
— Точно, у них же скоро дни рождения, — задумалась она. — Это сложный вопрос. Сразу так ничего в голову не приходит. Но я подумаю.
— Спасибо, — улыбнулся я ей. — Я тоже подумаю, но у меня уже фантазия буксовать начинает. Прямо марафон какой-то, — покачал я головой. — Сначала Казуки с Шиной, перерыв, теперь Мизуки с Кагами-сан.
А потом еще апрель, в начале которого день рождения Анеко, а в конце — Райдона. Но у меня Малайзия, и, если все пойдет как задумано, посещение Охаяси отменяется. С Райдоном я уже говорил на этот счет и даже просил намекнуть Анеко, что я могу пропустить ее праздник, но он открестился от подобной чести. Говорит, что хоть и друг мне, но жизнь и нервы дороже. Придется самому ей объяснять. Я понимаю, что сделать мне это будет проще, я не брат, мне в лицо не выскажут всякое, но пару дней все-таки поизображают обиду.
Кстати, насчет Малайзии, точнее, альянса и подготовки к походу. Шмитты продолжали наращивать темп. Хай, поднятый ими у малайцев, уже вряд ли можно решить мирным образом. Тем более — законным. Сами малайцы только посмеиваются над ними, а упоминание о наемниках вызывает лишь презрительные ухмылки. Это мне Мартин рассказывал. За пределами Японии мало кто знал, что это не Шмитты бузят, точнее, мало кто знает, что они целый альянс собрали. Для малайцев Шмитты никто, и они будут только рады, если те забредут к ним на огонек. Ну еще бы. Про меня и мои силы они не знают, сколько у нас на самом деле денег, не ведают, относительно количества пилотов тоже не в курсе. А наемники… Слабоваты они для демонстрируемых намерений. Наемники в этом мире вообще в основном берут лишь числом, и плевать, что те же малайцы уступают в профессионализме даже им. Точнее, японским наемникам. Так-то за всех говорить не буду.
В Японии вообще с бойцами все нормально. Да, техника не очень, пилотов немного, Мастеров тоже, Виртуозами из наемников вообще мало кто в мире может похвастаться. Но сами люди у них что надо. И если обеспечить всем необходимым наемный отряд, он многим задаст жару. Из-за этого, а может, и не только из-за этого, в большей части ведущих стран аристократы… Скажем так, есть негласное правило, запрещающее большим отрядам наемников участвовать в разборках аристо. И если это правило будет нарушено, мало не покажется никому. Например, во Франции наемники только-только начали появляться после большого выпила, который им устроили двадцать лет назад. Забавно то, что данное правило не действует, если воюют два клана или рода из разных стран. Из-за чего Нэмото пришлось постараться, добывая паспорта для стольких вояк. Правда, проблемы были недолгими — японцы быстро сообразили, что люди сюда на постоянку перебираются, и это не какой-то хитрый ход. А чем больше у страны стволов, тем проще ей будет, если начнется большая война. С Виртуозами-то у нас напряг. Да и численность бойцов, как ни крути, не настолько большая, чтобы всколыхнуть общественность. Вот тысяч пятнадцать — это да. Это повод задуматься. Про то, что их семьи — в основном обученные спецы, и вовсе говорить не стоит. Распростертых объятий не было, но и препон каких-то тоже.
И да, я чего о наемниках заговорил? Стоило только пронестись слуху о том, куда мы, пусть и теоретически, направимся, и предложения посыпались как из рога изобилия. Крупным отрядам сразу все пояснили, а вот мелкие и одиночки до сих пор нет-нет да и напрашиваются на участие. И вроде с чего бы, опасное ведь дело, но нет, прут и прут. Как сказал Ёхай — один раз рискнуть, и потом участие в таком деле принесет очень многое. Это еще что, после начала вторжения, когда всем станет ясно, с какой целью мы туда забурились, поток желающих поучаствовать увеличится еще сильнее. Сейчас все-таки слишком много слухов, и годичная осада — лишь один из них. Не самый популярный, к слову. Народ склоняется к тому, что Шмитты хотят отжать что-то, что отжали у них, а все остальное — просто пускание пыли в глаза. По деньгам, о которых мало у кого есть данные, Шмитты должны остаться в плюсе, мол, что-то там у них очень ценное отобрали. Не стоит забывать и о репутации. В то, что Шмитты готовят атаку и из-за нее тоже, верят многие. А вот получение ими японского подданства от внимания общественности пока ускользает. Никто ведь не афишировал этого. Да и сколько там Шмиттов теперь в подданных японского императора? Несколько детишек да пара взрослых? И что? Ведь только мы знаем, что их интеграция по-настоящему начнется с началом похода. Сейчас они перевели сюда капитала и людей ровно столько, чтобы, когда все закрутится, альянс возглавил именно гражданин Японии. И ни у кого не должно быть в этом сомнений.
Через пару дней Анеко определилась и предложила подарить Мизуки какую-нибудь брошку. Или цепочку. Я такой банальности удивился, но молча покивал. С другой стороны, если смотреть на подарки на мой день рождения, народ в большинстве своем не особо-то и оригинальничает. Да и попробуй сделать это, когда у тебя столько конкурентов. К тому же на следующий год придется искать подарок не хуже. Зато я сумел наполовину обставить особняк различным антиквариатом, а погреб забить… ладно, не забить, но несколько бутылок очень редкого спиртного у меня теперь есть. Так почему бы и нет? Цепочки ведь тоже разные бывают.
В СМИ продолжали обсуждать взрыв грузовика, правда, уже не так часто, как вначале. Странно другое — про меня до сих пор никто ничего не нарыл. А может, и нарыл, но еще не сделал вброс. Однако мне почему-то казалось, что к настоящему моменту моя морда уже будет украшать экраны телевизоров. Замяли? Тогда кто? Кояма? Эти могли. Но я их об этом не просил, и с учетом всего, что произошло, как бы меня не повязали с этим кланом крепко-накрепко. Уж лучше шумиха. Блин, и какого хрена я не поговорил об этом с Акено? Роды Кагами, конечно, отвлекли, но мог бы и подсуетиться. Хотя… ладно. Я был уверен, что никто не станет затыкать рот журналистам, так что это моя ошибка. Только и клясть себя последними словами поздно. Да и, опять же, роды. После них я банально расслабился, а тут и дела навалились. Я даже последние несколько дней к Кояма не ходил. На душе было спокойно, так что можно навещать Кагами пореже. Ей сейчас, наверное, и не до меня, хотя при встрече она, я уверен в этом, не забудет упрекнуть, что я стал реже появляться.
— А теперь о погоде…
— Эх, — выключил я телевизор.
Все-таки лучше бы шумиха была. Забавно, совсем недавно я сокрушался об этом, а теперь жалею. Откинув в сторону пульт от телека, пошел к тумбе, на которой надрывался мобильник. Кто там меня домогается в час ночи? Кента? Ох, не к добру это.
— Приветствую, Кояма-сан.
— Мог бы и как раньше звать, — усмехнулся в трубке Кента. — Сам себе что-то надумал, а теперь обижаешься.
Я, конечно, мог бы на это ответить, но он тоже, поди, не стал бы поднимать эту тему, не подготовившись.
— Такой уж я, Кояма-сан.
— Ну да. Молодой и гордый. А что это ты к нам заходить перестал? Кагами виду не подает, но ее это точно задевает.
— Разгребаю дела, Кояма-сан. На днях обязательно заскочу.
— Уж будь любезен. Фыркающая Кагами-тян меня немного пугает.
Понятно, приглашает для разговора. Блин, точно не к добру.
— Завтра и заскочу после школы.
— Спасибо, Синдзи. Выручил старика. Ну тогда до встречи завтра.
— До свидания, Кояма-сан, — произнес я, после чего дождался, когда он отключит связь, и отложил мобильник.
Вот дерьмище. И что ему на этот раз от меня потребовалось?
Назад: ГЛАВА 19
Дальше: ГЛАВА 21
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий