Семь слов Спасителя на кресте

ЧЕТВЁРТОЕ СЛОВО СПАСИТЕЛЯ НА КРЕСТЕ

Господь умолк, произнеся Своё предсмертное завещание. Тьма продолжалась. Тишина царствовала на Голгофе. Ни распятые с Господом, ни воины не произносили ни слова.
Друзья Господа или не смели, или от сердечной тоски не могли прервать молчания.
Для Иисуса наступила теперь предвиденная некогда пророками страшная минута невыразимых страданий. Теперь у Него не осталось уз, соединявших Его с миром. Поручив Матерь Свою Иоанну, а Иоанна — Своей Матери, Господь остался в целом мире одиноким, без родства и без дружбы, без всякой помощи человеческой и без надежды на какое-либо земное утешение.
Он не принадлежал более никому в мире, чтобы принадлежать всем, целому человечеству.
Но чаша страданий не была ещё испита Им до дна. Ему предстояло принять ещё более тяжкие, более мучительные страдания. Наступило время, когда Господь должен был понести всю тяжесть креста Своего, не встречая ни малейшего утешения. Ему предстояло быть оставленным не только землёю, но и Небом, не только Матерью по плоти, но и Отцом Его Небесным — конечно, не по Божеству, по которому Он всегда с Отцом, но по человечеству. Он должен был Сам испытать богооставленность как Примиритель Бога и людей, как Тот, Кто принял на Себя и грех человека, и наказание за грех.
Иисус Христос вознёс теперь с Собою на крест грехи всего мира: всех племён и всех веков. Вместо человека став под удар карающего небесного правосудия, Он нёс теперь на Себе за всё человечество всю тяжесть гнева Божия. И подвиг этот Он должен был совершить один, при полном оставлении Небом и землёю, и притом в несколько мгновений!
И Он оставлен был Богом…
«Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» — возгласил Господь (Мф. 27:46).
Вопль Его прервал таинственное молчание на Голгофе. Одни из присутствовавших не поняли слов Господа, быть может, неясно расслышав их; другие намеренно притворились не понявшими и, в согласии с общим тогдашним ожиданием, проговорили, указывая на Господа: «Илию зовёт Он» (Мф. 27:47).
Почему же Илию? Во-первых, перед пришествием Мессии евреи ожидали появления этого славного ревнителя благочестия. Во-вторых, многих, скорее всего, соблазнило первое слово Иисусова восклицания: «Или, Или — Боже Мой! Боже Мой!»; по звукам оно было похоже на имя Илия.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий