Ты создана для этого

Книга: Ты создана для этого
Назад: Мерри
Дальше: Сэм

Фрэнк

Он лежал сверху, кряхтя от удовольствия, и при этом старался сдерживаться, чтобы не подойти к пику слишком быстро. Мы с ним были в сарае, где пахло сыростью и необработанной сосновой древесиной. «Прямо как животные какие-то», – подумала я.
А почему бы нет? Почему бы не пойти до конца? Не опуститься ниже, до самого дна, до омерзения? Сплетение обнаженных тел, грязная, постыдная тайна в полутемном сарае.
В этом мое спасение. Я намеренно ищу унижения. Когда становится совсем невыносимо, я давлю, заглушаю боль стыдом. Мне нравится это острое, обжигающее чувство. Отвращение к себе – мое единственное утешение.
– Но ведь ты женат! – протестую я, словно эта мысль шокирует меня.
– Да, – горячо выдыхает он мне на ухо, – но когда это кого-нибудь останавливало?
Его руки жадно ощупывают мое тело, бесстыдные пальцы и язык проникают в самые потаенные места. Да, о да!
Похоть, как я поняла за прожитые годы, делает мужчин совершенно омерзительными. Пробуждает самые низменные инстинкты. Сунуть, протолкнуть сюда, надавить тут, сжать здесь. «Все дороги ведут в Рим». Мы встретились с ним у мусорных баков – он выбрасывал накопившиеся за неделю пластиковые отходы.
– Пойдем со мной, – позвал он.
Меня не пришлось долго уговаривать.
Я закрыла глаза. Не ощущала ни удовольствия, ни боли. Мне вообще не хотелось ничего чувствовать.
Это всегда было моей проблемой. Повышенные эмоции. Слишком остро ощущаю.
Слишком сильно люблю.
Мерри хочет, чтобы я уехала. Нет, не так. Сэм и Мерри хотят, чтобы я уехала. «Мы», – подчеркнула она. «Мы».
Я полагаю, этого следовало ожидать. И она права. Мне здесь не место. Ей тоже, но это не мое дело. Мне предельно ясно дали это понять.
Сэм… Я не могу его осуждать за то, что он хочет, чтобы его маленькая семья сохранилась в целости. Если бы у меня была семья, мне бы тоже этого хотелось. Возможно, ему просто скучно. Возможно, я действительно настолько соблазнительна, как мне говорили. Мужчины, которые это говорили, не пытались сделать мне комплимент. Это звучало скорее обвинением. В том, что сбиваю их с пути истинного. Краду их у законных жен.
Искусительница – вот подходящее слово. Из тех женщин, с которыми мужчины жаждут заняться сексом. Не жениться, нет. Только трахнуть.
Да. Я умею подчеркнуть свою сексуальную привлекательность. Выпятить, принять выгодную позу, буквально в лицо им тычу своими прелестями. Дразню их иллюзией удовольствия, которое ждет их со мной.
Теперь он причинял мне боль, двигаясь резкими, агрессивными толчками, именно такой грубый секс ему нравился. Неудивительно. Это довольно часто встречается у женатых мужчин. С женой на тонких простынях египетского хлопка они ведут себя как истинные джентльмены, а с любовницами на стороне – как садисты.
Сколько женатых мужиков так поступает? Не имеет значения. Меня когда-либо раньше тревожило это? Что и меня настигнет такая же карма и я стану одной из тех, чей муж будет изменять или вовсе уйдет к другой, бросит? Но мужа у меня так и нет. И мужики меня всегда бросают.
«Они б остались, если бы ты не была такой приставучей, Фрэнк», – говорила мне Мерри несколько лет назад. «Ты просто душишь их своим вниманием, вот они и бегут от тебя куда глаза глядят».
Думаю, она пыталась помочь. Или уязвить. В последнем она всегда преуспевала, мастерски давая мне понять, чего у меня никогда не будет, чего я всегда буду лишена. Может быть, это и есть отличительная черта настоящих друзей: говорить те вещи, которые ты меньше всего хочешь услышать о себе?
В сарае было холодно. И совершенно темно, я могла рассмотреть только белки глаз да зубы, отчего мой партнер казался похожим на вампира.
Я отчего-то вспомнила о пауках. Об осиных гнездах в стропилах под крышей. О крысах, шуршащих по углам, – и содрогнулась от отвращения. Возможно, он подумал, что это был оргазм.
Да, о да. Он зажал мои волосы в кулак, отвернул от себя мое лицо и стал двигаться быстрее, подходя к финишу.
В старшей школе на уроках полового воспитания мы с Мерри смеялись над схематичным изображением женского тела. Когда рассматривали, где находятся яичники, где развивается ребенок.
Семяизвержение, эрекция; мы краснели от этих слов, вспоминая знакомых мальчишек и стараясь не представлять себе, как выглядят их пенисы. Нам даже не рассказывали о том, что у нас, девушек, тоже есть возможность получать удовольствие. Что мы можем заниматься сексом не только с целью произвести потомство или удовлетворить мужчину.
«Смотри, – сказала как-то Мерри, хихикая над муляжом женского торса без рук и ног, с зияющей дырой на месте брюшной полости, – похоже на открытый рот. Словно кто-то кричит о помощи».
Миссис Фостер шикнула на нас и вытащила из пластмассового муляжа ребенка, положив его на свой стол.
Все, решено, я оставлю Мерри и Сэма на их райском островке. И вернусь к той жизни, которая меня ждет. К жизни, которую я выстроила для себя одной лишь силой воли. Я сама всего достигла, разве не так? Больше, чем многие другие. Университет Брауна, Гарвард, одна роль желаннее другой. Партнерство в фирме, квартира в Лондоне – что может быть лучше? Это ли не мечта?
А чего добилась Мерри в своей жизни? Нашла мужа и родила? Как будто это можно назвать успехом в жизни!
Я – не Мерри. Эта жизнь – не для меня. И – боже мой! – после того вечера, того ужасного, чудовищного мгновения, когда я почувствовала, что ощущает она, чем упивается каждый раз, когда истязает своего сына, – если именно это и значит быть Мерри Херли, я благодарна небесам, что я – не она и никогда ею не буду.
Его тело конвульсивно дернулось, он вынул из меня свой член, густая сперма брызнула мне на грудь. Я слышала, как бешено колотится его сердце, удовольствие потребовало от него нешуточных физических усилий.
– Жена вряд ли позволяет тебе нечто подобное, – холодно заметила я.
Мужчина нащупал в темноте свою одежду. Я услышала, как он застегивает змейку на джинсах.
– Тут ты права, – признал он. Потом наклонился и поцеловал меня в губы. – Поэтому надо будет повторить это снова.
Он подхватил с пола свою куртку и ушел. Я вытерлась рубашкой и натянула пальто. Потом пошла к дому через поле, в пальто на голое тело. В сумерках тихо перекрикивались птицы, трава щекотала ноги.
Да, я уеду. Но сначала я позабочусь о том, чтобы она больше не смогла причинить вред Конору.
Назад: Мерри
Дальше: Сэм
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий