Пятая пробирка

Книга: Пятая пробирка
Назад: ГЛАВА 24
Дальше: ГЛАВА 26

ГЛАВА 25

Женщинам надо вменить в обязанность заниматься... военным делом; соответственным должно быть и использование этих женщин.
Платон, «Государство», кн. V

 

Дом Анджело.
Имея в активе только эти два слова, Натали долго и безуспешно листала все телефонные справочники, какие смогла найти. Ничего. Она обратилась к портье в своем отеле, и тот первым делом поинтересовался, не ослышалась ли она, может, женщина на самом деле сказала «дон Анджело».
—     А что, это что-то меняет? — спросила Натали, заинтересовавшись таким вариантом.
—     Нет, — ответил портье.
Ее португальско-английский словарь утверждал, что дом означает «дар», или «одаренный», а также титул, приблизительно соответствующий лорду.
Натали теперь уже была намного меньше уверена в том, что сказала ей на улице та встревоженная женщина в цветастом платье, и с тяжелым сердцем поднялась в номер. Она чувствовала себя совершенно разбитой. День выдался тяжелый, да еще эта жара, а кроме того давала себя знать разница во времени. Натали не помнила, чтобы когда-ни- будь ей было так больно и одиноко. Она, спортсменка, осталась с одним легким, теперь к тому же поврежденным. Шансов получить трансплантат было мало, и дон или Дом Анджело, даже если она его найдет, вряд ли мог исправить положение.
В эту ночь, чтобы заснуть, ей не потребовалось прибегать к помощи ни бразильского виски, ни чего-либо другого, кроме шума кондиционера. Завтра, решила Натали, она снова зайдет в больницу святой Терезы — сначала в офис Глории Дуарте, а потом в хирургическое отделение, в блок интенсивной терапии. Если не повезет ни там, ни там, придется снова идти в полицию.
Дон Анджело... Дом Анджело.
Засыпая, она видела, как названия, переплетаясь друг с другом, образовали бесконечную, как лента Мебиуса, череду вопросов. Был ли это чей-то титул? Или просто имя? Почему та женщина ничего не попыталась объяснить? Может, ей казалось, что доктор Рейес это обязательно поймет?
Но в результате той мимолетной встречи одно Натали поняла четко: в нападении на нее в том переулке и в последовавшей затем операции по удалению легкого скрывалось что-то такое, о чем она пока не знала.
Под мерное гудение кондиционера Натали заснула, но дважды за ночь ее посещали до боли знакомые картины — она снова переживала нападение. Ее обманул водитель такси в аэропорту, в нее стреляли, потом прооперировали и удалили легкое. Все это являлось абсолютной правдой, а вот теперь оказалось, что не все...
Заснуть ей все же удалось. Когда она проснулась, было уже почти одиннадцать. Приняв душ и одевшись, Натали отправилась в больницу. Дуарте была где-то на совещании, и ей сказали, что в больнице она сегодня не появится. Из чистого любопытства она спросила секретаршу Дуарте, говорит ли ей что-нибудь название дон или Дом Анд жело. Та вежливо улыбнулась и посоветовала обратиться к ее боссу, которая знает почти все.
По тому, как развивались события, Натали догадывалась: медсестры, которую она искала, в больнице тоже нет. Она решила подняться на следующий этаж, в хирургическое отделение, предположив, что если легкое ей удаляли в одной из двадцати операционных этого отделения, то, скорее всего, потом перевезли в палату блока интенсивной терапии.
«Только бы она оказалась здесь, — беззвучно прошептала Натали, проходя через автоматические стеклянные двери. — Только бы она оказалась здесь...»
Она оглядела оживленный коридор отделения, и ее настроение начало падать. Блок интенсивной терапии представлял собой десять стеклянных боксов, начиненных сложным современным оборудованием, расположенных вокруг центрального поста медсестер, где находилась аппаратура наблюдения за больными. Медленно, как бы беспечно кивая и улыбаясь встречным, Натали прошла по кругу. «Не надо было приходить во время обеда, — подумала она, следовало...»
Одетая в голубые брюки и куртку, делая на ходу записи в красном блокноте, из дальнего бокса вышла женщина, которую искала Натали, и направилась по коридору. Увидев ее плотную фигуру со спины, Натали в тот же миг узнала характерную прихрамывающую походку: это была она, женщина с улицы. У Натали бешено застучало сердце. Догнав женщину у поста, она сумела сбоку рассмотреть ее лицо. Оно показалось ей очень открытым и добрым. Табличка на куртке сообщала, что женщину зовут Дора Кабрал.
—     Простите меня, сеньора Кабрал, — тихо обратилась к ней по-португальски Натали.
Женщина, улыбаясь, повернулась, и в тот же миг ее лицо стало напряженным. Она нервно огляделась. Такая реакция рассеяла последние сомнения Натали.
—     Да? — спросила Дора.
—Простите, что вот так вас отрываю, но, поверьте, сеньора, я просто в отчаянии, — начала Натали, надеясь, что хорошо объясняет свое состояние на португальском. — Я полагаю, вы — тот человек, который говорил со мной на улице вчера вечером. Если это так, пожалуйста, помогите мне узнать, кто такой Дом Анджело. Я пыталась найти его, но не смогла.
—Это не кто, — сказала Дора шепотом. — Это где. Это деревня. Она...
Сеньора Кабрал вдруг замолчала, быстро написала что- то на клочке бумаги, протянула его Натали и направилась в сторону той палаты, откуда недавно вышла.
В полном смятении Натали хотела было взглянуть на бумажку, но что-то заставило ее повернуться ко входу. В блок вошел человек в форме военной полиции. Он двинулся прямо к тому месту, где стояла Натали. Было ясно, что именно его появление спугнуло Дору.
Натали все-таки скосила глаза на листок и увидела одну строчку:
8 веч. 16 УД. Феликс № 13
Через минуту полицейский, улыбаясь, подошел к ней. Натали узнала его: это был Варгаш, тот самый, который демонстрировал гостеприимство на смотровой площадке Пасмадо.
Хотя они увиделись первый раз в Ботафого, той же части города, где находилась больница и где, видимо, патрулировал Варгаш, Натали в глубине души была уверена, что их вторая встреча не случайна. И ей очень захотелось увести его подальше от поста медсестры, где Дора написала записку.
—О, вы, кажется, офицер Варгаш! — быстро заговорила она, поспешив навстречу. — Тот самый полицейский, который так хорошо говорит по-английски! Я вас сразу узнала.
—Мы, по-моему, виделись в Пасмадо, да?
—Совершенно верно! Очень мило, что вы меня запомнили.
Он спросил, как ее зовут, и Натали ответила, хотя почти не сомневалась в том, что ее имя ему уже известно. Видел ли он, как Дора писала записку? Стол находился всего в пяти футах от того места, где они стояли. Натали поспешила увести Варгаша подальше от поста.
—     Сеньорита Натали, — сказал он с чарующей улыбкой, — простите меня, но, по-моему, больница Санта-Тереза не входит в число туристических объектов.
Натали начала лихорадочно соображать. Что он делает здесь? Если он следил за ней от самого Пасмадо, то знает, что она солгала, сказав, будто остановилась в «Интер- Континентале». Но если он следил за ней с самого начала, от аэропорта Жобим, то происходит нечто действительно ужасное.
Натали никогда не отличалась любовью к флирту и тем более не считала себя специалисткой в подобных делах, чем даже гордилась. Но сейчас, кажется, выдался подходящий случай попробовать.
—     Когда я последний раз была в вашем городе, — заговорила она, — у меня случилась неприятность. Я столкнулась с одним бессовестным водителем такси...
—     К сожалению, у нас таких много, — перебил Варгаш, — хотя мы, военная полиция, стараемся искоренить это явление.
—     Так вот, этот шофер завез меня в темный переулок и... О, мне очень трудно об этом говорить. Я пришла в больницу, чтобы утрясти некоторые вопросы со страховкой и поблагодарить персонал — ко мне так хорошо все относились, пока я здесь лежала!
—     Я понимаю.
Натали шагнула вперед и посмотрела на полицейского так, чтобы это выглядело жалобно и беззащитно.
—     Офицер Варгаш, когда мы выйдем отсюда, я хотела бы побеседовать с вами о том, что случилось.
—     В самом деле?
—     У вас найдется для меня несколько минут? Может, мы выпьем по чашечке кофе?
—Для вас, сеньорита, я с удовольствием найду время.
—Спасибо! — она прикоснулась к его руке и вздохнула. — Со мной произошла ужасная история, и мне очень нужно докопаться до истины. Я готова на все. Наверное, мне просто повезло, что вы встретились на моем пути не один, а целых два раза!
—Возможно, — сказал полицейский, когда Натали повела его к выходу, а затем к кафе. — А возможно, повезло мне.

 

                                                                                           * * *
Дом Анджело, штат Рио-де-Жанейро, население 213 человек.
В районной библиотеке Ботафого больше информации об этой деревне не было. На некоторых картах она располагалась в семидесяти пяти милях к северо-западу от города, в том месте, где, как сказала библиотекарша, лежит восточная оконечность сельвы, знаменитых бразильских джунглей. На других картах этой деревни не было вовсе. Через полтора часа кропотливой работы Натали смогла нарисовать нечто вроде карты, которая, как она надеялась, поможет ей добраться до этого места, по крайней мере — в тот район. И еще она рассчитывала, что в восемь вечера Дора Кабрал расскажет ей еще что-нибудь об этом Доме Анджело и ответит на ее вопросы.
Чтобы отделаться от Родригу Варгаша, ей потребовался почти час. За это время она узнала, что он ветеран службы в военной полиции, имеет награды, давно расстался с женой, но принимает активное участие в жизни двоих детей. Он хорошо был знаком с детективом Перейрой и говорил, что тот слишком много времени проводит, сидя за столом. Во время их беседы Натали ни разу не упомянула Дору Кабрал или Дом Анджело, а полицейский никоим образом не дал понять, что его появление в блоке интенсивной терапии именно в тот момент, когда там оказалась Натали, не просто случайность.
Под конец разговора он сказал, что, учитывая ее печальный опыт пребывания в Рио, вполне понимает, почему она не захотела называть незнакомому человеку, даже в полицейской форме, отель, где остановилась. Он пообещал, что поговорит с Перейрой и попытается выяснить «некоторые подробности», и назвал ей бистро, где они смогут встретиться на следующий день за ланчем и обменяться информацией.
—     Надеюсь, что сегодняшний день станет началом нашей дружбы, сеньорита Натали, — сказал Варгаш, когда они встали из-за столика.
—     Я тоже надеюсь, Родригу, — ответила она, пытаясь соблазнительно улыбнуться и с замиранием сердца отвечая на рукопожатие. — Очень надеюсь.
После того как они расстались, Натали, узнав у справочной стойки больницы адрес, отправилась в библиотеку. На улице она приложила максимум стараний, чтобы, выполнив все виденные в кино трюки, выявить, нет ли за ней «хвоста». Пару способов пришлось придумать и самой. До встречи с Дорой оставалось четыре часа — четыре часа и длинный список того, что нужно было достать, если она собирается ехать в сельву.
До половины седьмого Натали посетила библиотеку, магазины, где продавали разные туристические и прочие товары, несколько лавок, торгующих одеждой. Кое-что она взяла с собой, за остальным пообещала вернуться позже, на машине. Если кто-то наблюдал за ее джипом, то взять его незаметно шансов не было. Но и выбора тоже. Хуже было бы, если бы машину угнали или каким-то образом повредили, но, к счастью, она оказалась именно там, где Натали ее оставила, в небольшом гараже в двух кварталах от отеля.
16 УД. Феликс № 13
С помощью той же библиотекарши Натали нашла улицу де Феликс в районе Гавеа, в трех милях к западу от Ботафого. Она загрузила все имущество в джип, прикрыв сверху брезентом. Потом, жалея, что еще слишком светло, долго кружила по улицам, вверх от пляжа на холмы, а затем обратно, проскакивая на красный свет, насквозь проезжая стоянки и переулки, делая бесчисленное количество разворотов и не отрывая взгляда от зеркала заднего вида.
Вполне удостоверившись, что за ней не следят, Натали остановила джип на хорошо освещенной улице, заперла его и с нехорошим чувством стесненности где-то в районе желудка остановила желтое городское такси. Водителем оказалась солидных лет женщина, которая все время жевала жвачку. Держа в руках карту и придумывая маневры по ходу дела, Натали некоторое время заставляла ее кружить по улицам, вокруг одних и тех же кварталов, проезжать одни и те же переулки. Наконец она попросила высадить ее на углу улицы де Феликс и немного успокоилась, когда таксистка так и сделала.
Квартал выглядел хуже и грязнее, чем ожидала Натали, зная о месте работы Доры. Дома, в основном грехэтажные, стояли вдоль узких, плохо освещенных улиц, тянувшихся вверх ио холму. Многие здания давно нуждались в ремонте. Кое-где высились многоквартирные дома, но их было мало. Сумерки быстро сгущались, но народу вокруг оставалось много, и Натали не ощущала себя в одиночестве.
Ровно в восемь она подошла к невыразительному четырехэтажному зданию, по обеим сторонам которого располагались узкие переулки не шире десяти футов, умеренно замусоренные старыми газетами, картонными коробками и консервными банками. На фасаде из красного кирпича белой краской был написан номер 16.
В закрытом холле висело два ряда относительно новых почтовых ящиков и вертикальная панель со звонками. Д. Кабрал значилась у самого верха. Натали нажала кнопку раз, потом еще, затем заглянула сквозь стеклянную дверь внутрь. На второй этаж вела короткая лестница. Натаяи позвонила в третий раз, а после, со смутным ощущением тревоги, нажала на ручку двери, и та открылась без всякого сопротивления. Вот вам и безопасность. Номер тринадцать, обозначенный золотистыми цифрами в середине темной деревянной двери, оказался справа, в дальнем конце холла. Натали прислушалась, потом осторожно постучала, затем еще раз, но уже громче. Тишина.
8 веч. 16 УД. Феликс № 13.
Сомнений в том, что она правильно поняла написанное второпях послание, у Натали не было. Десять минут девятого. Неприятный комок в горле рос с каждой секундой. Просьба Доры на улице, чтобы Натали не оборачивалась, и ее реакция на появление в блоке интенсивной терапии сотрудника военной полиции явно говорили о ее страхе, но то, что женщина назвала Дом Анджело и написала записку, позволяло предположить, что она хотела помочь Натали.
Ну же, открывай!..
Натали опять постучала, потом вернулась к входу и еще раз нажала кнопку звонка. Мысли ее уже бежали дальше, но доктор Рейес понимала, что не уйдет до тех пор, пока не сделает все возможно, дабы убедиться, что с Дорой Кабрал все в порядке.
Восемь пятнадцать.
Сначала Натали хотела постучать в соседнюю дверь и спросить, нет ли у них ключа от квартиры номер тринадцать, но потом передумала, вышла из дома, с опаской дошла до угла и снова вернулась назад. Ничего подозрительного она не заметила, и потому опять дошла до переулка и нырнула в него. Если предположить, что планировка всех квартир примерно одинакова, решила она, то пятое и шестое окно с левой от нее стороны должны принадлежать Доре. Их подоконники были фута на два выше головы Натали, и из окон пробивался тусклый свет.
Но не это Натали хотела увидеть. Темные окна означали бы, что Дора просто где-то задержалась, а включенный свет делал такую возможность куда менее вероятной.
Приняв решение, Натали поспешила по переулку к его дальнему концу, где рядом с уличным фонарем поблескивала железная урна. Она опрокинула ее, притащила к дому и поставила под окном. Теперь подоконник оказался на уровне груди.
Через окно виднелась аккуратная спальня с двумя кроватями. Свет лился откуда-то сзади, похоже из кухни. Натали моргнула пару раз, пока глаза не начали привыкать к полумраку. Теперь она разглядела раковину, спинку стула и часть кухонного стола. Через несколько секунд она поняла, что со стола свешивается рука.
— О боже, нет! — простонала Натали.
Не колеблясь, она резко ударила локтем в стекло, и сотня мелких осколков влетела в комнату. Несколько больших кусков все еще торчали из рамы, но Натали не стала их вытаскивать. Она сунула руку внутрь, открыла защелку, подняла раму и, собравшись с духом, перевалилась через подоконник в комнату. Не обращая внимания на кровь, сочащуюся из глубокого пореза чуть ниже локтя, она бросилась на кухню.
На столе лежала Дора Кабрал — мертвая. Ее голова была повернута набок, прижимаясь щекой к столешнице, рот широко открыт. Натали проверила пульс на запястье и сонной артерии, хотя уже знала, что его не будет. Тут же, на столе, поблескивал шприц, а рядом с ним пустая ампула, в которой находился, как догадалась Натали, сильнодействующий наркотик.
В то, что Дора наркоманка, просто нельзя было поверить. Натали понимала, что это убийство и, хуже того, оно как-то связано с деревней Дом Анджело в сельве и военным полицейским Родригу Варгашем.
Все еще не придя в себя от увиденного, Натали взглянула на пол и заметила, что кровь, капавшая с раны на ее j руке, уже образовала небольшую лужицу. Порез у локтя был длиной в пару дюймов и достаточно глубокий, но Натали знала, что перевязка остановит кровь, и со временем, если в дело не вмешается какая-нибудь инфекция, у нее просто будет еще один шрам на память о Рио. Она взяла лежавшее около раковины посудное полотенце и завязала им руку. В этот момент вдалеке послышался вой сирены. Звук приближался.
Неужели она попала в ловушку?
Приток адреналина заставил Натали соображать быстрее. Нужно уходить отсюда. Прихватив майкой ручку входной двери, Натали открыла ее, выбежала в холл, но тут же остановилась. Туда идти было нельзя. По узкой маленькой лестнице она сбежала вниз, в темный подвал. На ощупь попыталась найти на стене выключатель, и уже была готова сдаться и вернуться назад, как рука уперлась в пластмассовую коробку. Свет включился, и в десяти футах от себя Натали увидела голые бетонные ступени, ведущие наверх к двери. Открыв ее, она оказалась в проходе между тыльными стенами двух соседних зданий всего в шесть футов шириной. В нос ударил резкий запах мочи.
Сирена выла уже совсем рядом, затем откуда-то справа послышались быстрые тяжелые шаги. Значит, это действительно была ловушка, все сомнения отпали. Скорее всего, это опять Варгаш. Скоро, очень скоро ее убьют при попытке оказать сопротивление, дабы избежать ареста, и все концы будут обрублены.
Не замечая своего тяжелого дыхания, Натали рванула в дальний конец прохода. Она успела прижаться к стене как раз в тот момент, когда мимо по переулку пробежал полицейский. Доктор Рейес пересекла улицу, миновала еще один переулок, но через квартал, обессилев, остановилась. Окружающая обстановка резко изменилась — это был район, где жил «верхний средний класс», с частными домами и пышными садами. Задыхаясь, Натали опустилась на землю рядом с густой рощицей из пальм, папоротников и юкк. Не в силах больше сдерживаться, она заплакала, не столько от страха за себя и ужасной смерти Доры Кабрал, сколько от полного замешательства.
Ей предстояло либо найти ответы на массу вопросов, либо погибнуть в поисках. И поиски эти должны были начаться, а может, и закончиться в месте, называвшемся Дом Анджело.

 

Назад: ГЛАВА 24
Дальше: ГЛАВА 26
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий