Человек который видел антимир

Диктатор

 

Было три часа семнадцать минут по астрономическому времени системы Синих Солнц, когда Люпус Эст, гроза двенадцати планет, появился в отсеке управления звездолетом.
Через три минуты, бросив удовлетворенный взгляд на командира, лежавшего с раздробленным черепом, он направился в кабину помочь двум своим товарищам, добивавшим экипаж и пассажиров. Еще через час Службой Космического Оповещения было объявлено о потере связи со звездолетом ХВ-381, а объединенное полицейское управление двенадцати планет сообщило о дерзком побеге трех преступников, приговоренных Верховным судом к смертной казни.
В это время уже освобожденный от лишнего груза корабль взял курс на созвездие Лебедя.
***
— Отлично проведенная операция! — сказал Прох Хиндей, откупоривая вторую бутылку.
Люпус Эст самодовольно заржал.
— Неплохо, мальчики, но не нужно забывать, что это только начало. Основная работенка нам предстоит на Галатее.
— А какое у них оружие? — спросил Пинта Виски, самый осторожный из трех друзей.
— Планета населена слюнтяями, не умеющими отличить квантовый деструктор от обычного лучевого пистолета. Я там был десять лет назад, когда служил вторым штурманом на трампе. Не планета, а конфетка! Роскошный климат, двадцать шесть процентов кислорода в атмосфере, богатейшие запасы золота, а девочки такие, что пальчики оближешь. Словом, Галатея специально создана для таких парней, как мы, и взять ее можно голыми руками.
За третьей бутылкой были окончательно распределены роли:
Люпус Эст — диктатор.
Пинта Виски — начальник полиции и штурмовых отрядов.
Прох Хиндей — глава церкви.
План, предложенный Люпусом Эстом, основывался на тонком понимании человеческой психологии.
— Нынешнее правительство Галатеи — сказал он, ковыряя в зубах, — должно быть обвинено в попытке продать планету чужеземцам, арестовано и расстреляно без суда. Взамен него будет создано новое марионеточное правительство из элементов, недовольных своим положением в обществе. На этой стадии переворота нам придется оставаться в тени.
— А потом они пошлют нас к черту? — спросил туповатый Прох.
— Потом мы их пошлем к черту, но к этому времени Пинта должен закончить подпольное формирование штурмовых отрядов, а ты, Прох, довести религиозный психоз до предела.
— А как это делается?
— Начни крестовый поход против рыжих или тех, кто имеет больше пяти детей. Объяви их слугами дьявола. Нужно устроить заваруху, неважно какую, чтобы дать возможность отрядам Пинты вмешаться для наведения порядка.
— Здорово! Вот эта работенка по мне! — заорал Пинта, глядя влюбленными глазами на Эста. — У тебя, Люпус, не башка, а бочка с идеями!
— Подожди вопить раньше времени, — усмехнулся Эст, — поорешь от радости, когда золотые запасы планеты окажутся в наших руках, а лучшие девочки Галатеи будут за неделю записываться в очередь к нам на прием.
— Хип, хип, ура!
— Да здравствует диктатор Галатеи Люпус Эст!
— И его ближайшие друзья и соратники Прох Хиндей и Пинта Виски, — скромно поддержал тост Люпус.
***
— Так ты решительно отказываешься мне помочь? — спросил Люпус, стараясь сохранять спокойствие. Галатеец вежливо улыбнулся.
— Видите ли, я химик, а не врач, но кое-что могу сделать. Брат моей жены очень хороший психиатр, и если вы согласитесь с ним поговорить, то он, вероятно, подберет лечение.
Эст заскрипел зубами.
— Пристукни его, Люпус, — сказал Прох.
— Пойми, — продолжал Эст, — что ты предаешь свой народ. Ваши правители тайком распродают планету иноземцам, а ты не хочешь возглавить правительство национального освобождения. Какой же ты после этого патриот?
— Я не понимаю, о чем вы говорите. У нас нет никаких правителей.
Люпус вытер пот со лба.
— А что же у вас есть?
— Два координационных центра с электронными машинами. Если вы можете внести какие-то предложения по усовершенствованию этих машин, то Совет Кибернетиков вас охотно выслушает.
— Дай я с ним поговорю, — взмолился Пинта. У него давно чесались руки.
— Подожди, Пинта.
Люпус задумался.
— Перестань валять дурака! — внезапно заорал он. — Мне говорили, что твой проект, над которым ты работал пять лет, забраковали и что ты этим очень недоволен. Кем же ты, черт тебя дери, недоволен?! Машинами, что ли?
— Конечно, я недоволен. Сам собой недоволен. Было очень глупо зря потратить пять лет.
Люпус взял галатейца за шею и повел к выходу.
— Проваливай отсюда и держи язык за зубами. Помни, что мы тебя не прикончили только потому, что неохота возиться с падалью, но если ты проболтаешься, о чем с тобой говорили, то…
Выразительный жест Люпуса был понятнее всяких слов.
Галатеец вышел.
Прох укоризненно покачал головой, затоптал окурок и пошел к двери.
— Назад!
Прох неохотно остановился и сунул пистолет в карман.
— Мне кажется, Люпус, что так было бы спокойней. У них нет полиции, и если бы я бросил труп в канал…
— Забудь о своей профессии, болван! Теперь ты политик. Один труп не решает вопроса и только зря привлечет к нам внимание. Нам нужны миллионы трупов, без этого невозможна настоящая власть. Научи их стрелять друг в друга. Довольно вы тут побездельничали! Завтра принимайтесь с Пинтой за работу.
— А как же правительство?
— Пока придется подождать. Ты же видишь, что сейчас ни черта не получается.
***
Первая проповедь Проха имела сенсационный успех. Институт Общественного Мнения зарегистрировал свыше двадцати миллионов галатейцев, собравшихся у телеэкранов и радиоприемников.
Хиндей выглядел очень эффектно в желтом клетчатом костюме и зеленом галстуке.
— Братья! — начал он, солидно высморкавшись в красный платок. — Покайтесь, братья и сестры, ибо десница божья уже поднята для разящего удара. Велик ваш грех перед господом нашим. Мерзкие отродья дьявола бродят по Галатее, оскверняя образ божий, по которому он создал нас с вами. Я, ребята, имею в виду рыжих. Разве этот богомерзкий цвет волос был у наших прародителей, некогда изгнанных из рая? Нет, и тысячу раз нет! — ответит каждый ревностный христианин. Рыжий цвет пошел от дьяволицы Лилит, в блуд с которой был ввергнут Адам по наущению Сатаны.
Чем опасен для нас рыжий человек, если только можно применить это слово к подобным выродкам? Рыжий постоянно думает о том, что он рыжий, и душа его полна злобы на все человечество.
Мне могут возразить, что, мол, рыжих у нас на планете не больше двух процентов и потому они не представляют большой опасности. Пагубное заблуждение! Рыжие тем и опасны, что их мало. Оттого и бросают на них похотливые взгляды ваши жены и дочери, что рыжий им в диковинку.
Придет час, и рыжие настолько расплодятся на Галатее, что каждый, кто имел несчастие родиться брюнетом, блондином, шатеном или лысым (ораторская пауза, чтобы дать возможность слушателям оценить остроту)… или лысым (небольшая пауза для смеха), лишится своей порции воздуха на планете.
Побивайте рыжих камнями, распинайте на крестах, сжигайте их жилища, ибо этим вы сделаете богоугодное дело.
За каждого убитого рыжего вам будут отпущены грехи, за двух рыжих бог обещает спасение, за трех рыжих — вечное блаженство. Рыжие дети до десяти лет идут по три штуки за одного взрослого.
— Молодчина, Прох! — сказал Эст после окончания проповеди. — Я и не знал, что ты родился оратором.
***
Люпус Эст в бешенстве ходил по комнате. Друзья трусливо опускали глаза, когда он поворачивался к ним лицом. Они хорошо знали характер диктатора.
Дела шли из рук вон плохо.
Вторая проповедь Проха собрала всего двух слушателей. Один из них — глухой старичок, не разобравший прошлый раз ни одного слова, пришел с новым слуховым аппаратом, но в момент наивысшего накала ораторских способностей Хиндея поднялся с места и ушел. Второй (психиатр, брат жены того самого галатейца) просидел до конца, но, судя по многочисленным заметкам, которые он делал в блокноте, и попытке после окончания проповеди проверить способности Проха запоминать многозначные числа, руководствовался чисто профессиональными интересами к проповеднику.
Не лучше подвигалось дело у Пинты. Ему было удалось сколотить штурмовой отряд из десяти галатейцев, но когда выяснилось, что речь идет не о штурме одной из горных вершин, а о каких-то других делах, о которых Пинта говорил весьма загадочно, отряд распался.
Люпус подошел к своим помощникам. Те поспешно встали.
— Дальше так действовать нельзя, — сказал он, сверля их взглядом. — Еще неделя, и мы станем посмешищем всей планеты. Необходимо менять тактику. Сегодня ночью мы захватим золотой запас Галатеи.
***
Было пять часов утра — самое темное время на Галатее.
Отряд продвигался к складу, сохраняя полную тишину.
Шедший первым Люпус сделал знак своим помощникам подойти к нему вплотную.
— Стрельбы не открывать, — сказал он шепотом. — Стражу снимем ножами. Пинта останется охранять вход, а мы с Прохом займемся сейфами.
— Далеко до склада? — спросил прерывающимся шепотом Прох. Он очень устал тащить на себе квантовый вскрыватель сейфов.
— Вот ворота. Я иду первым. Стойте здесь. Когда будет снят часовой, я свистну.
Люпус исчез во мраке. В ночной тишине было слышно только тяжелое дыхание Хиндея.
Внезапно на складе вспыхнул свет.
— Тревога! Пожалуй, Прох, нам лучше смыться, — прошептал Пинта. — Я так и знал, что у них там автоматика!
— Прох! Пинта! — Люпус показался в освещенных воротах. — Склад не охраняется. Золото в слитках — прямо на земле. Жмите сюда!
***
Прошло трое суток со дня захвата склада. Пока галатейцы не проявляли по этому поводу никакого беспокойства.
Друзья сидели на слитках золота, не спуская глаз с закрытых ворот, готовые отразить любое нападение. Рядом с ними лежали лучевые пистолеты.
Прошли еще сутки, и постоянное напряжение начало утомлять. Чтобы скоротать время, Люпус предложил сыграть в покер. Играли на слитки.
…Шли шестые сутки с начала операции.
— Двести, — сказал Прох.
— Пас, — ответил Пинта.
— Еще сто, — поднял ставку Люпус.
— И еще сто пятьдесят, — добавил Прох.
— Откройся.
— Каре королей!
Люпус тихо выругался. Уже больше двух третей золотого запаса перешли к Проху. Такая концентрация капитала и духовной власти в одних руках создавала реальную угрозу положению диктатора. Эст небрежно бросил карты. Одна из них упала на землю. Прох нагнулся, чтобы ее поднять.
Люпус был мастером своего дела. Когда затылок Проха поравнялся со стволом пистолета, ослепительный луч прошил насквозь голову новоиспеченного финансового магната.
— Зачем ты это сделал? — спросил бледный Пинта. — Что же теперь будет?
— Придется воссоединить церковь с полицией, — небрежно ответил Люпус, — поработаешь, Пинта, за двоих.
***
Прошло еще семь дней. Галатейцы не появлялись. Казалось, они совершенно не интересовались своим золотом.
Моросил дождь. Пинта, как мокрый воробей, сидел, втянув голову в плечи. Наученный опытом, он вежливо отклонял все предложения Эста сыграть в карты.
Кончились запасы продовольствия.
— Знаешь, Люпус, — мечтательно сказал Пинта, — в центральной тюрьме двенадцати планет все-таки было лучше, чем здесь. Кислорода, правда, там поменьше, но зато крыша над головой, горячая пища, а на прогулках можно перекинуться несколькими словами с приятелями и всегда узнать что-нибудь новенькое.
Люпус презрительно посмотрел на него.
— Может быть, ты рассчитываешь, что твои подвиги при захвате звездолета заставят присяжных заменить тебе смертный приговор на общественное порицание?
Пинта опустил голову.
— Конечно, Люпус, Синих Солнц нам не видать больше, как своих ушей, но чего мы добьемся, сидя здесь на этих слитках? По-видимому, это золото им просто не нужно. Валяется на складе без всякой охраны. Никакой власти оно нам не даст. Зря мы только мокнем под дождем.
— Подождем еще денек. Золото это всегда золото. Не может быть, чтобы они про него забыли.
Люпус был прав. К вечеру у ворот появился парламентер — старичок со слуховым аппаратом, один из слушателей второй проповеди Проха.
— Откройте ворота! — крикнул он, стараясь разглядеть через ажурную решетку лица экспроприаторов. — Сейчас придут машины за золотом!
Люпус с пистолетом в руках подошел к воротам.
— Как бы не так! Золото теперь наше, и всякий, кто попробует сюда сунуться, живым назад не уйдет!
— Это мое золото! — завизжал старичок. — Вы не имеете права захватывать чужое золото, это беспрецедентный случай!
Положение прояснилось. Наконец-то вместо таинственной безликой массы галатейцев перед Люпусом был реальный обладатель богатств Галатеи. В таких ситуациях он чувствовал себя как рыба в воде.
— Послушай, — в голосе Эста появились добродушные нотки. — Золото теперь наше, но я не хочу, чтобы новый порядок на вашей планете начался с нарушения права частной собственности. Номинально ты останешься владельцем золота, а распоряжаться им будем мы. С сегодняшнего дня все слитки поступают в фонд Промышленно-финансового банка, а ты назначаешься его директором. Думаю, что десяти процентов акций тебе хватит.
— Отдайте мое золото! — продолжал кричать старичок. — Если для ваших опытов нужно золото, то я вам приготовлю несколько тонн, но не раньше, чем через неделю, а это золото я сегодня должен превратить в свинец. Вы не имеете права задерживать пробный пуск моей установки.
— В свинец? В какой свинец? — Люпусу показалось, что он ослышался.
— В обыкновенный свинец для защиты реакторов. Я руководитель лаборатории алфизики и синтезирую тяжелые металлы из кварцевого песка. На первой установке мы не могли подняться выше золота. Эти слитки — полуфабрикат для второго каскада, превращающего золото в свинец. Отдайте мне мое золото!
— Открой ему ворота, Пинта.
Старичок вбежал в склад, быстро пересчитал слитки и подпрыгивающей походкой направился к выходу.
— Через недельку я пришлю несколько тонн золота для ваших опытов, — крикнул он Эсту на ходу.
Люпус сплюнул и пошел к воротам.
— Куда ты, Люпус?
— Просить у этих ангелов горючее для звездолета. Решил отправиться в Страну Голубых Обезьян.
— Но они же голозадые, лазят по деревьям и жрут какие-то корни.
— Ничего не поделаешь, не так уж много осталось мест в Галактике, где еще можно стать диктатором.
— А как же я? — жалобно спросил Пинта.
— Ты полетишь со мной, — ответил великодушный Эст. — Жаль, что нет Проха, он бы мне там тоже пригодился.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий