Смех мертвых

Книга: Смех мертвых
Назад: Глава 1
Дальше: Глава 3

Глава 2

Пока он шарил по карманам в поисках ключей, дверь распахнулась.
— Входи, — сердито буркнула Джейн. — Да входи наконец. Вечно ты где-нибудь застрянешь. Часами приходится ждать.
— Всего пять минут, дорогая, — мягко поправил ее он. — Там на улице мертвая собака.
— Давай ты расскажешь об этом в комнате. Я замерзла.
— Вообще-то сейчас тепло.
— А мне так не кажется!
— Поплавала бы ты вокруг Тасмании пару недель назад, — пошутил Баррет.
Он шагнул вслед за ней в дом, в длинную гостиную, которая начиналась прямо от входа. Чемоданчик упал, Баррет положил ладони на ее за хрупкие плечи и повернул к себе лицом. Пару секунд он смотрел в ее прекрасное тонкое лицо, обрамленное копной гладких темных волос, смотрел на этот широкий, щедрый рот… когда-то щедрый. Потом поцеловал ее. Он чувствовал — они оба чувствовали — что в этом чего-то недостает. И недоставало уже давно. Ну и ладно. Правой рукой он нашарил застежку ее платья.
Джейн отпрянула.
— Потише, морячок. Не так быстро. На сегодня изнасилование не планировалось.
— Я еще даже штаны не снял, — кисло пошутил Баррет.
— Вот и не снимай. Вначале дело — потом развлечения. Сядь.
Баррет вздохнул, выпустил ее, и Джейн тут же исчезла в кухне. Он плюхнулся в свое кресло. На журнальном столике громоздилась кучка распечатанных конвертов. Посмотрим, что нам пишут… Так, счет за газ. Баррет снова вздохнул, взял следующий. Счет за телефон.
Высокая — выше большинства знакомых ему женщин, — грациозная, Джейн вышла из кухни с подносом в руках. Похоже, она немного оттаяла — по крайней мере, уже не хмурилась.
— Если не ошибаюсь, ты успел пропустить пару-тройку стаканчиков прежде, чем сошел на берег, — заметила она. — Но закусывать будем вместе.
— Кофе пахнет бесподобно, — откликнулся Баррет.
— Понятное дело: знаешь, кто его варил? А еще есть сырный пирог из австрийского магазинчика.
— Зачем ты сказала про сырный пирог!..
— Затем. Такой, как ты любишь, — она чопорно поправила халат, обнаживший было стройные ноги.
— Ох, — выдохнул он. — Прекрасно.
За кофе они говорили о расходах и обо всем, что произошло за время его отсутствия. Когда последний кусок пирога был съеден, Баррет достал трубку, набил ее — и вдруг вскочил и принялся рыться в карманах.
— У тебя что, шило в одном месте? — взвилась Джейн. — Ты можешь хотя бы пять минут посидеть спокойно?
— Спички, — объяснил он. — Должно быть, вывалились в машине.
— Сиди, — приказала Джейн. — Сейчас принесу коробок из кухни.
Баррет взял воскресную газету и начал читать заголовки. Таинственный пожар-вирус, судя по всему, набирает силу. Самое странное в этих пожарах то, что системы обнаружения и гашения огня первыми выходят из строя. Правда, по мнению Баррета, в этом не было ничего странного. Он еще не забыл, как недавно на борту «Катаны» вспыхнул пожар. Огонь уже подбирался к грузу — только тогда они спохватились. Когда пожар был потушен, проверили детектор обнаружения дыма — он работал отменно: все красные лампочки были целы, сирена выла так, что могла разбудить покойника. Но когда такое повторяется раз за разом… Да, пожалуй, это уже наводит на размышления. Новости из Индонезии… Здесь разыгралась эпидемия бубонной чумы. Неудивительно, что портовое начальство следит, чтобы на прибывающих кораблях принимали меры против грызунов. Но как бы то ни было, даже такая эпидемия вряд ли выйдет из-под контроля в стране, где гигиена и санитария на должном уровне.
Баррет раздраженно пошевелил языком холодный чубук. Черт бы подрал эту женщину… уснула она, что ли? Он открыл спортивную страничку, чтобы узнать, что за «шоковое решение» приняли в Рандвике — и услышал, как Джейн чертыхается на кухне. Ладно, стоит взглянуть, в чем дело.
Джейн стояла посреди кухни, ее глаза метали молнии.
— Если бы я не знала, что ты сюда не заходил — ох, и влетело бы тебе!
— А в чем дело?
— Да всего-навсего маленький домашний полтергейст, — ядовито бросила жена. — Что еще может быть? Последнее время у меня постоянно что-то исчезает. Например, вот этот коробок спичек. Он должен был лежать на плите.
— Сейчас его там нет, — заявил он, окинув взглядом плиту.
— Ну разумеется, болван, — проворчала Джейн. — Как ты думаешь, почему я так ругалась? — Она подошла к буфету и достала новый коробок из упаковки. — Вот, держи. Можешь курить, пока не позеленеешь. Я отправляюсь спать.
— А что там насчет разорванной шины? — спросил он.
— Ты же не будешь копаться в гараже посреди ночи. Или вставать ни свет ни заря. В общем, решай сам. А я хочу спать. Поедешь в порт общественным транспортом, а я позвоню мистеру Уилкинсу на станцию техобслуживания, чтобы приехал и все уладил.
— Идет.
Он решил обойтись без трубки.

 

Баррет разделся в пустой комнате и аккуратно развесив одежду. В гардеробе по-прежнему висела черная шелковая пижама, которую так любит Джейн… по крайней мере, любила раньше. Ладно, ночь теплая, так что не стоит кутаться. Шлепая босыми ногами, он вышел из ванной. Джейн уже лежала в постели, и ее темно-каштановые волосы так и блестели, рассыпавшись по подушке. Загорелые руки и плечи контрастировали с белизной постели и нежно-розовой ночной рубашкой. Темно-синие, почти фиолетовые глаза критически обследовали его фигуру.
— Ты прибавил в весе, — холодно заметила Джейн.
Баррет был не на шутку уязвлен.
— Могла бы придумать что-нибудь более романтичное.
Она рассмеялась, уже не так зло.
— Да брось ты, Тим. Мы же не парочка потных тинейдежеров в пылу первой страсти. Мы видали и черные дни, и белые… и, я думаю, черных могло быть и больше.
— Все равно, теперь все не так, как должно быть, — упрямо возразил он.
— Конечно. Мы уже не те, что прежде, — ее полные губы тронула немного печальная улыбка. — Кем я была тогда? Глупой девчушкой, которая истратила все свое крошечное наследство на билет в Австралию, страну великих возможностей. А ты был красивым и напористым старшим помощником на большом и красивом корабле.
— А теперь я — старший помощник на маленьком паршивом каботажном судне, — отозвался Баррет и присел на краешек кровати. — Да, конечно, денег стало побольше, а ответственности, между прочим, поменьше.
— А ты не жалеешь, Тим? — она спросила совсем серьезно.
— Я был бы наглым лжецом, если бы сказал, что не скучаю по большим кораблям — таким красивым, комфортабельным… По той атмосфере, по тому обществу. По бесплатному грогу и куреву, черт возьми. Но я знал, на что шел. Ради двух-трех дней дома каждые две недели. По крайней мере, три месяца отпуска ежегодно, да еще месяц — в середине года, — его лицо помрачнело. — Здорово, правда? На самом деле здорово, но…
— Но — что?
— Ты сама знаешь. Черт побери, Джейн, ты не догадываешься, что я завидую другим офицерам, каждому, кто успел жениться? Я вижу, как они спешат домой. Дома у них не так хороши, как наш, а про их жен и не говорю — куда им до тебя. Но есть вещи, которые гораздо важнее красоты. Их жены любят то же, что и они — те же книги, те же фильмы, еду, напитки. Завтра утром я увижу ребят — и все они будут выглядеть довольными и отдохнувшими. Будто все напряжение, все проблемы оставили дома. Они будут счастливы. А я? Что с нами происходит, Джейн?
— Ты остался самим собой, Тимоти, — сказала она. — Я бы не хотела, чтобы ты изменился. Но ты же знаешь, что со мной происходит — все еще происходит.
Он пожал плечами.
— Знаю. Мы хотели ребенка, но… это еще не все. Не знаю, что бы я делал, если бы потерял тебя, — ему удалось выдавить улыбку. — Тогда бы я мог жаловаться на жизнь. Но я хочу тебя, Джейн. Хочу до безумия. И ты знаешь это.
— Да. Я знаю. Знаю, дорогой. Все наладится, я обещаю.
Она привлекла его к себе. Скользнув под покрывало, он ласкал губами ее кожу… Но что-то холодное все еще стояло между ними.
— Нет, не сейчас, — чуть слышно прошептала она, снова отстраняясь.
— Пожалуйста, — настаивал он. Тепло ее тела ощущалось сквозь тонкую ткань ночнушки. Джейн уперлась ладонями в его грудь и почти оттолкнула его. И тут до него дошло, что кто-то барабанит в дверь.
— Миссис Баррет! Миссис Баррет! — взывала какая-то женщина.
Баррет выругался.
— Соседи, черт бы их побрал, — он мрачно ухмыльнулся: — Всем в укрытие, Марс атакует!
— Это миссис Пурдом, из соседнего коттеджа, — холодно сказала Джейн. — Когда истратишь запасы яда, сходи, выясни, что ей нужно.
— Почти уверен: стакан сахара.
— Не глупи, Тим. Это может быть что-то серьезное.
Призвав всю свою решимость, Баррет вылез из постели, закутался в халат Джейн и кое-как затянул пояс. Пол неприятно холодил босые подошвы. Он подошел к двери и распахнул ее.
— Ох, мистер Баррет, я и не знала, что вы дома!
Баррет глядел на маленькую женщину: ее худое лицо было бледным, как мел, и мокрым от слез.
— Ни за что не стала бы тревожить вас так поздно, но все очень серьезно. Вправду серьезно. Можно мне позвонить?
— Ну конечно. Входите.
— Это маленький Джимми, мой сын, — она снова заплакала. — Ох, это ужасно, ужасно… А у мужа ночная смена…
Баррет провел ее в спальню. Джейн уже встала и закуталась в плотный домашний костюм.
— Вы хотите позвонить доктору, миссис Пурдом? — встревоженно спросила она.
— Да, да, миссис Баррет. Доктору Хьюму. Мы всегда к нему обращаемся.
— Сейчас найду номер, — сказала Джейн.
— Ох, не беспокойтесь, миссис Баррет. Я помню, — склонившись к телефону, который стоял на прикроватном столике, она дрожащими руками стала крутить диск, но сбилась и начала сначала. — Ох, доктор, доктор… Ох, миссис Хьюм, можно мне поговорить с доктором? Это миссис Пурдом… Да, это важно, очень важно… маленький Джимми… ему искусали все лицо… нет, не паук.
— Думаю, ты можешь оказать первую помощь, Тимоти, — тихо произнесла Джейн.
— Конечно.
Он быстро прошел в соседнюю комнату, натянул брюки прямо на пижаму, сунул ноги в кожаные туфли. Входная дверь была все еще открыта; он широким шагом вышел на улицу. Сквозь соседнюю дверь пробивался свет.
Баррет вошел. Планировка была почти такой же, как у них в доме, вторую спальню использовали как детскую. Вот детская кроватка; на полу под ней растекалась лужа крови. Ребенок, который лежал в кроватке, не кричал, как обычно кричат дети, а издавал тоненькие мяукающие стоны.
Баррет склонился над кроваткой — и ему едва не стало дурно. Лицо ребенка было не просто искусано — его буквально изгрызли. Нужно что-то делать… но как? На корабле все проще — там есть средства для оказания медицинской помощи. Ладно, самое главное — остановить кровь, это вопрос жизни и смерти. Остановить кровь и предотвратить заражение — если еще не слишком поздно.
Окно, выходящее в темный сад, было открыто. На бельевой веревке смутно белели полотняные квадратики. Сойдет: конечно, они не стерильные, но достаточно чистые. Он выскочил наружу, сорвал несколько салфеток с веревки. Потом вернулся, очень нежно и осторожно приложил кусочек ткани к обезображенному лицу ребенка, не закрывая рта и того, что осталось от носа. Салфетка немедленно пропиталась кровью. Он взял другую. Потом третью.
— Мистер Баррет, мистер Баррет, — миссис Пурдом схватила его за локоть. — С ним же все будет в порядке, правда? Он поправится?
— Конечно, — солгал Баррет.
«С лицом пластические хирурги что-нибудь сделают, — подумал он, — а вот зрение в левом глазу уже не восстановишь».
В этот момент появился доктор — к немалому облегчению Баррета. С миссис Пурдом он говорил, пожалуй, грубовато, но без злобы, спросил Баррета, что тому известно о происшествии и какие меры приняты. Затем он осмотрел ребенка — быстро, но тщательно.
— В последнее время подобные случаи участились, — изрек он с горечью. — Их стало слишком много. О чем думает Совет Крысоловов — Служащие по контролю за грызунами, как они себя величают — Бог знает. По моему, пора бить тревогу.
Баррет перенес изувеченного ребенка в машину доктора и осторожно уложил на заднем сиденье. Миссис Пурдом в панике рвалась в машину.
— Не дергайте ребенка, мадам! — раздраженно прикрикнул доктор. — Говорю вам, не трогайте его! — Он кивнул Баррету: — Спокойной вам ночи. И спасибо за все.
В молчании Баррет и Джейн наблюдали, как исчезли за углом красные огоньки стоп-сигналов, потом вернулись в дом.
Закрывшись в ванной, Баррет тщательно отмывал руки. Дело было не в крови. Он знал, что за животные нанесли эти укусы. Моряки ненавидят крыс еще сильнее, чем жители суши.
Наконец он вернулся в спальню. Джейн уже лежала в кровати, и Баррет пристроился рядом.
— Бедная женщина, — промолвила она. — Бедное дитя.
— То, что сказал доктор, — это правда? — спросил Баррет. — Насчет похожих случаев в округе?
— И не только здесь, но по всему Сиднею. Кто-то мне говорил, что это как чума — вспыхивает снова и снова. То крысы, то блохи… потом будут акулы в бухте и на океанских пляжах.
— Крысы хуже любых акул, — тихо проговорил он. — С акулами мы сами виноваты — не надо плавать в незащищенном месте. А эти подлые твари нападают на детей в кроватках…
— И не только на детей. Ты читал газеты?
— Не читал. В Тасмании местных газетенок не попадалось.
— На прошлой неделе искусали двух пожилых пенсионерок — точно так же, как бедного маленького Джимми Пурдома. Одну недалеко отсюда, вторую — в Мэнли. А еще нашли пьяного с разорванным горлом. Полиция считает, что это крысы.
— А еще собака, — почти прошептал он. — Мертвая собака на дороге, возле нашего дома.
— А я видела кота несколько дней назад. Мертвого. И тоже что-то с горлом.
Баррет жестко рассмеялся.
— Ну прямо как у Браунинга:
Крысы
Различных мастей, волосаты и лысы
Врывались в амбар, в кладовую, в чулан,
Копченья, соленья съедали до крошки,
Вскрывали бочонок и сыпались в чан,
В живых ни одной не оставили кошки…

— Собаки и коты вопиют о помощи, — отозвалась она.
— Но все это слишком серьезно, Джейн. Я сомневаюсь, что они в состоянии нападать на здоровых и трезвых взрослых — а угроза эпидемии? Завтра, когда буду возвращаться, принесу пару ловушек и яд. И, пожалуйста, следи повнимательнее, чтобы не скапливался мусор.
— Я всегда слежу.
Раздался резкий щелчок: Джейн выключила свет.
— Надеюсь, это были крысы, — неуверенно начал Баррет. — Ребенок Пурдомов, потом эта собака…
— Ты о чем, Тим?
— Ну… не знаю, как сказать. Мне показалось, я кое-что видел, когда мы возвращались от соседей, — какое-то животное. Оно быстро прыгнуло в тень. Больше похоже на кенгуру. Небольшого кенгуру.
— Не выдумывай, — возразила она. — Когда это кенгуру бегали по городу?
— Да, но…
— Лучше постараемся уснуть.
Он прижал ее к себе и поцеловал, но Джейн не ответила на поцелуй и повернулась к нему спиной. Интересно, уснула она или только притворяется? «Наступает время, когда мне начинает казаться, будто весь мир против меня, — думал он. — Если бы не эта история с миссис Пурдом…»
Тут он одернул себя.
«Как можно быть таким себялюбивым, Баррет, тебе следовало бы стыдиться. Пусть даже…»
И вспомнил, как все было у них с Джейн до ее беременности — пока все не пошло наперекосяк. Они потеряли ребенка, да и сама Джейн едва не погибла. Он вспомнил, как приезжал домой: вино, которое они пили вместе, откровенная, ничем не омраченная радость тела, когда все напряжение улетучивается, все отчуждение, которое появляется после разлуки, бесследно исчезает. Он вспоминал снова и снова.
«Рано или поздно это должно произойти. Рано или поздно появится женщина — симпатичная, неглупая — и доступная.
И я не смогу удержаться от этого шага. Да, я люблю Джейн. Благодаря ей я знаю, что у меня есть дом, но… Кто сказал, что брак — не просто две пары ног в одной кровати? Джонсон? Он был прав, однако…»
Баррет повернулся и неловко поерзал, стараясь не потревожить эту женщину, которая спала рядом. Пока она сама не готова — если вообще когда-нибудь будет готова — любая попытка добиться близости принесет больше вреда, нежели пользы. И с облечением провалился в тяжелую дремоту.
Вдруг где-то завыли сирены — недалеко и довольно громко. Сна как не бывало. Полиция? Скорая? А может быть, пожарные?
Баррет бесшумно выскользнул из-под одеяла и вышел в сад. Луна стояла низко, на востоке небо слегка окрасилось — приближался рассвет. А на западе, над окрестностями Паддингтона, дрожало ржавое зарево, то появляясь, то исчезая. Ночь звенела переливами сирен.
«Сначала крысы, — недовольно подумал Баррет, — теперь поджигатели».
Он еще немного постоял, а потом прошел на кухню и поставил чайник на плиту. Если он вернется в постель, все равно ни за что не уснет. Он знал это наверняка.
Назад: Глава 1
Дальше: Глава 3
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий