Лучшая зарубежная научная фантастика: После Апокалипсиса

V
Машины

В Лагаше был проработан десяток вариантов того, с чем могут встретиться охотники: поселения размером с город, флотилии кораблей–таранов, карликовые планеты, пронизанные ледяными туннелями, как старое бревно — термитными ходами. Когда города сражались друг с другом, территория и оружие были известны. Доспехи для безвоздушного пространства, которые Иш носил, когда состоял в Пехотной тактической, не слишком отличались от тех, что надевали солдаты Лагаша, Ашшура или Аккада, хотя в этих часто воюющих городах снаряжение обычно было новее и имелось в большем количестве. Оружие, которым пользовалась тактическая пехота, было достаточно грозным как для кораблей, так и для других космических войск, в распоряжении солдат внутренних войск находились авиация, артиллерия и даже термоядерные бомбы, хотя никто уже тысячу лет не применял их в городах. Но ничего подобного оружию кочевников прежде не существовало — ничего, что могло бы повредить саму конструкцию города. Поэтому никто не мог предполагать, что их ждет, когда они все же обнаружат место расположения нападавших.
Иш видел суда кочевников в доке Исина. Корабли–тараны, не превышающие по размеру баржу, способные обогнать военный корабль и приблизиться к скорости света; корабли на ионной тяге, почти полностью состоявшие из запаса топлива и с таким крошечным жилым пространством, что напоминали обитаемые кометы; хрупкие световые парусники, чьи зеркала в Вавилоне оказывались практически бесполезными, — все они были непохожи друг на друга. Иш полагал, что только сумасшедшим в голову может прийти мысль провести всю свою жизнь в контейнере под давлением, в десяти триллионах лиг от места, которое называешь домом. Немного наберется таких людей, да еще способных все время поддерживать корабль в рабочем состоянии. Не говоря уж о том, что все люди, жившие на каких–то случайных объектах, крутящихся вокруг звезды, вместо того чтобы поселиться в городе, представлялись Ишу ненормальными.
Правда, тут он был несправедлив. Потому что большинство людей, которых в Вавилоне называли кочевниками, родились далеко, на планетах или еще где–то, где нет ни городов, ни богов, потому и выбор у них был, как у улитки, прилепившейся к камню, то есть — никакого. Настоящий выбор на самом деле появлялся лишь у безумцев, и только они могли добраться до Вавилона.
По сравнению с ними, думал Иш, те кочевники, которых он сейчас преследовал, эти убийцы, скрывающиеся во тьме, просты и почти понятны. Богов у них нет, города строить они не умеют и знают об этом, потому и бесятся от злости и разрушают все, чего сами иметь не могут. Такие мотивы Ишу были ясны.
Боги и города боролись за первенство, за влияние, за списание долгов. Войн на уничтожение они не вели. Но именно такую войну развязали кочевники, когда напали во время Шествия Зерна, и Иша снарядили именно для уничтожения.
***
— Вот, — прозвучал голос Шарура у него в ухе. — Вот их оружие.
В рентгеновском спектре Синкаламайди-541 был одним из самых ярких объектов на небе, но для человеческого зрения, даже усиленного настолько, как зрение Иша усилили в Лагаше, даже здесь, менее чем в полумиллионе лиг от цели, тот видимый свет, что он испускал, остывая, делал его лишь необычно яркой звездой, мерцающей при вращении. Даже увеличенный острейшими глазами Шарура, это был всего лишь диск; однако Иш заметил, что на нем виднелся как будто дефект — темная линия, пересекавшая светящуюся поверхность.
На дисплее собственный свет мертвой звезды затемнил черный диск коронографа, а отраженный свет от нее, а также звезд ближайшего скопления и Старой Галактики был многократно усилен. Вокруг Синкаламайди-541 вращалась узкая лента чистого углерода, не более тысячи лиг в поперечнике, ориентированная так, чтобы поглощать энергию магнитного поля погасшей звезды, словно пародия на кольцо Нинагаля.
— Кольцевой ускоритель, — сказал корабль. — Грубо, но эффективно.
— Для такой «грубости» они должны быть весьма умелы, — произнес Нинурта. — Итак, пращу мы нашли. Где же пращник?
* * *
Когда сразу после выхода из храмового приюта Иша зачислили в армию, его обучали как стрелка. Потом, когда он прошел отбор в пехотно–тактическую школу, его тренировали как оператора доспехов для открытого космоса. Но то, что он делал сейчас, управляя платформой, выброшенной, как консервная банка, по электромагнитному рельсу, не было похоже ни на то, ни на другое, хотя расчет расхода топлива, скорости, мощности и тепла напоминал расчет для доспеха для безвоздушного пространства. Но Иш больше не в тактической пехоте, и поверхности здесь никакой нет, и нет городов с их слабым тяготением и сильным вращением, только скорость, темнота и где–то во тьме — цель.
Ни малейшего представления о том, что находится в распоряжении кочевников, они не имели, но Иш надеялся избежать встречи с любым оружием, каково бы оно ни было. Короткие волны корпус его платформы поглощал, а длинные рассеивал или пропускал. Сторона, обращенная по направлению к оружию кочевников, была охлаждена до температуры среднего микроволнового космического фона. Платформа передвигалась на фотонной тяге, излучая тонкий, как лазер, коллимированный пучок. Может случиться, что какая–то из платформ перекроет звезду или ее толкающий луч соприкоснется с глыбой льда или наткнется на какой–нибудь сенсор кочевников, и тогда их обнаружат, однако не скоро и не всех сразу.
Они настигнут кочевников намного раньше.
* * *
— Третья рота, стрелять по кольцу! — приказал Нинурта. — Выманим их оттуда.
Катапульты Шарура запускали платформы под углами так, чтобы часть энергии запуска пошла на замедление самого корабля, а часть — на расхождение платформ расширяющимся конусом, который к этому моменту в широкой своей части уже достиг тысячи лиг в поперечнике. Сейчас, когда они все еще находились под углом к курсу Шарура к мертвой звезде, на платформах заработали автономные двигатели.
Ниже Иша — условно, конечно — и левее мигание индикаторов указывало, что платформы все еще удаляются друг от друга, при этом выстраиваясь вдоль орбиты погасшей звезды. Когда они отошли от Шарура еще на тысячу лиг, отделились орудия, и их собственные двигатели включились, метнув их с такой силой, воздействия которой даже физиологически измененные тела охотников не выдержали бы. Иш видел их как яркие точки даже невооруженным глазом.
Время шло. Вспышки, обозначавшие орудия третьей роты, одна задругой гасли, когда заканчивалось топливо. Когда они были в трехстах тысячах лиг от кольца, открыли огонь самые дальнобойные орудия: пучки антипротонов, мюонные ускорители, гамма–лучевые лазеры на ядерном распаде.
Прежде чем бомбардировка достигла кольца — то есть задолго до того, как минули тридцать или сорок гранов, необходимых, чтобы орудия поразили цель и свет попадания или промаха вернулся к Шаруру и платформам, — пространство между кольцом и третьей ротой залил огонь. Иш видел только вспышки взрывов — сначала ослепительно–белые, потом переходящие в ультрафиолет. Чудовищный толчок вдруг потряс его платформу, диагностические экраны залил красный свет, и рука Иша судорожно сжала гашетку. Последовала серия более слабых толчков — это орудия отделились от его платформы, а затем жуткий скрежещущий звук, как будто одно из них застряло в куче покореженного металла и керамических обломков. Платформа закувыркалась. Примерно половина двигателей системы управления полетом, судя по всему, работала. Иш запустил их попарно и настраивал гироскопы, пока кувырки не сменились медленным вращением, в процессе которого застрявшее орудие, грохотавшее и бившее по корпусу, наконец отвалилось.
— Машины, машины! — услышал Иш голос Нинурты. — Трусы! Где же люди?
И сразу после этого сработало то самое оружие, чем бы оно ни было.
34822.7.16 4:24:6:20–5:23:10:13
Динамическое изображение, записанное с частотой 24 кадра в секунду в течение 117 минут 15 секунд камерой со стабилизацией вращения, на базе «Кир», переданное через QТ на КРС «Освобождение» на станцию Гавгамела и далее в архивы Расширения Содружества в Уризене.
С переднего края ускорительного кольца представляется, будто само кольцо и масса, которая питает его, поднимаются в столбе света.
На протяжении десяти миллионов километров по орбите нейтронной звезды тьма вспыхивает детонацией бомб антиматерии, термоядерными взрывами, кинетическими импульсами дипольных отражателей кольца, поражающими корабли, снаряды, дистанционные орудия, уничтожающими людей. По скоплению космических обломков, напичканному, как минное поле, различными защитами, снуют и лавируют боевые роботы, готовые поразить все, что движется. На стороне Расширения Содружества тысячелетний опыт, который можно использовать, а в самом Содружестве — население в сотни миллиардов, способное поставлять миссионеров–добровольцев, усердных программистов, генералов–энтузиастов. Многие виды вавилонского оружия нейтрализованы, многие вавилонские корабли уничтожены. Другие в результате принудительного ускорения приблизились к скорости убегания и отброшены на гиперболические орбиты, уводящие их с поля битвы навсегда.
Но защитники кольца сражаются со дна глубокой гравитационной шахты, их ресурсы ограничены, почти всё, что им удалось аккумулировать, вложено в само кольцо; а у вавилонян собственные, почти неисчерпаемые источники и совокупное население в сто раз больше, чем у Содружества, более сплоченное и воинственное. И у них есть Нинурта.
Нинурта, охотник Аннунаки, бог, убивший семиголовую гидру, тот, кто прикончил человека–быка в море и шестиголового горного барана, победил демона–птицу Анзу и отнял у него Таблицы Судеб.
Шарур, Булава Нинурты, могучий, как акула среди мелкой рыбешки, сияющий, как солнце, разгоняется все сильнее, умножая неотвратимое притяжение нейтронной звезды мощью своих гигантских двигателей. Тонкие иглы лазеров нащупывают путь среди космических осколков, и все дальше продвигается сияние Шарура, и больно смотреть на корпус корабля, раскаленный до десятков тысяч градусов. Нечто похожее на поток светлячков несется ему навстречу, включаются фильтры камеры, небо темнеет, а вокруг корабля, как новые созвездия, разрываются боеголовки, вспыхивают и гаснут в полной тишине, а Шарур продолжает свой натиск.
Он заполняет собой почти все поле зрения.
Впереди что–то нечеткое, оно проносится мимо камеры и исчезает.
Изображение гаснет.
Передача прекращается.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий