24 часа в Древнем Риме

Ночной час XI (05:00–06:00)
Имперский посланник отправляется в британию

Тит Аулус Макриус – человек, который спешит. Он чувствует некоторое беспокойство, поскольку по первоначальному плану он собирался покинуть город вскоре после полуночи. Но экспресс-посланники нечасто отправляются в Британию с имперской почтой, и кажется, что у каждого клерка в Табуларии на Капитолийском холме есть свое письмо, которое непременно следует добавить к имперским посланиям, что уже находятся в водонепроницаемой сумке, притороченной к седлу Тита.
Теперь – спасибо бюрократическим задержкам и дополнительным письмам в последнюю минуту – уже рассвет освещает небо, а улицы начинают заполняться пешеходами. Тит переводит свою лошадь на быстрый шаг, но и так почти наезжает на женщину, которая спешит в соседние апартаменты с завтраком из маслин и хлеба.
Еще один час нужен на то, чтобы преодолеть улицы, полные людей, прикидывает Тит, и тогда он перейдет через мост Агриппы и направится вдоль Аурелии на прохладные холмы вдоль тосканского побережья.
Поскольку он проводит гораздо меньше времени в городе, Тит лучше осознает недостатки, которые местные жители Рима считают само собой разумеющимися. Например, запах. Откровенно говоря, Рим воняет. Впереди есть экспонат А – куча воняющего навоза, который остался после проехавшей телеги. Этот навоз, по крайней мере, свежий, в отличие от содержимого десятков ночных горшков, которые римляне сбрасывают на улицы по ночам. Они слишком ленивы, чтобы спуститься в общественный туалет и снова вернуться наверх. Страшная вонь сочетается с острым запахом сотен тысяч людей и животных, тесно связанных друг с другом, и сливается с запахом гниющего мусора, доносящимся из переулков. Каждый раз, когда Тит прибывает в Рим, он чувствует, что его носовые пазухи в ужасе съеживаются.
Тем не менее среди всего этого есть более привлекательные запахи дров и свежего хлеба из пекарен, а также более резкий аромат древесного угля, с которого у кузнеца начинается день. Гораздо менее приятен запах во дворах кожевников, который приносит восточным ветром от квартала Транстиберим (то есть через реку Тибр). Острого запаха концентрированной мочи, используемой для смягчения кожи, достаточно, чтобы выжать слезу из глаз деревенского мальчика, а Тит, несмотря на годы службы на имперской должности, рожденный на холмах Сабины, по-прежнему считает себя деревенским мальчиком.
Тит – табелларий: так называют имперских посланников (это потому, что большинство сообщений написано на восковой табличке – «табелла»). Должность Тита – стратон, это название происходит от слова «седло». Стратоны передвигаются на лошадях, их достаточно мало, и они считаются самыми дорогими посланниками.
Их нанимают только богатые аристократы, бизнесмены и, конечно же, император. В большинстве случаев, когда используется специальный посланник, он путешествует в легкой карете и не торопится: в римском обществе люди, которые знакомы, обычно живут поблизости, поэтому редко возникает нужда отправлять срочные сообщения на большие расстояния, если, конечно, вы не император. Подобно сети дорог, по которым они путешествуют, посланники – часть ткани, соединяющей обширную Римскую империю.
Если все дороги ведут в Рим, то по этим дорогам в Рим поступают сообщения от губернаторов провинции с бюджетными сметами, налоговыми декларациями и отчетами о численности войск.
Если все дороги ведут в Рим, то по этим дорогам в Рим поступают сообщения от губернаторов провинций с бюджетными сметами, налоговыми декларациями и отчетами о численности войск. Имеются сообщения от скаутов о передвижениях варваров вдоль границы, и приходят сообщения от вассалов, которые находятся за пределами римских границ. Все эти сообщения собираются воедино римской администрацией на Палатинском холме. Затем в ответ такие посланники, как Тит, разбегаются по всей империи, разнося инструкции администраторам о том, предпринимать или не предпринимать военные действия, привлекать ли к ответственности членов этой раздражающей секты, известной как христиане, или есть ли финансирование для проекта губернатора, будь то банный комплекс или акведук. Адриан – очень практичный правитель.
Пейтингерова скрижаль
В 1494 году ученый сделал необыкновенную находку в городе Вормс в Германии. Это был свиток длиной почти семь метров. На этом свитке были перечислены все станции (особняки) римских cursus publicus (название, данное императорским курьерам и транспортным служащим).
Свиток не является картой, так как идея при его создании заключалась в том, чтобы показать не страну, а ее дороги. Таким образом, диаграмма сильно искажена так же, как и современная карта метро, показывающая станции метро, но не отражающая географию города над ним. Тем не менее скрижаль – удивительная работа, которая показывает местоположение более 500 городов на курьерских маршрутах и более 3500 путевых станций и других мест. В результате можно почти целиком и по дням восстановить наиболее вероятный маршрут, который Тит Аулус Макриус проделал по пути в Британию. Также можно проследить еще более романтичные маршруты – через Ближний Восток в Индию и Тапробану (как римляне называли Шри-Ланку).
Предшественником карты, вероятно, была диаграмма cursus publicus, составленная тогдашним приспешником императора Августа Агриппой. На протяжении столетий эта таблица была украшена и расширена, чтобы стать той, которую мы знаем сегодня. Сейчас скрижаль находится в Австрийской национальной библиотеке в Вене и показывает cursus publicus в том виде, как это было примерно в 430 году, или через 300 лет после того, как в этой организации работал посыльный Тит Аулус Макриус.
«Медленная почта». Почтовая карета

 

Как можно понять из описания его работы, Тит проводит много времени в седле. Он не может нести большое количество почты (что, похоже, ускользнуло от клерков в Tabularium), но может доставлять их очень быстро. Частный посланник с лошадью и колесницей может доставлять сотни писем, но если посланник не щадит своей лошади, он будет преодолевать всего тридцать миль в день. На начальных этапах своего путешествия по отличным дорогам Центральной Италии Тит умудряется проехать в два раза большее расстояние, чем на оживленных улицах Рима. При максимальной скорости на открытой местности, если курьер прилагает должные усилия, возможно преодолевать восемьдесят миль в день. Весь транспорт на римских дорогах обязан уступать посланнику, особенно если он несет лавры (что означает, что он спешит сообщить о римской победе) или перья (что указывает на то, что он должен буквально лететь с новостями; перья редко показывают радостную весть для Рима).
Путешествующие по Аврелиевой дороге, как и по большинству итальянских дорог, хорошо обслуживаются. В космополитической империи Адриана многие римляне путешествуют по делам или для удовольствия, и размещение этих путешественников – это небольшая отдельная индустрия.
Как и другие путешественники, личный посланник не на имперской службе будет есть и спать в таверне – доме, который можно опознать по вывеске снаружи, изображающей животное, например петуха или слона. На крупных дорогах эти таверны можно обнаружить каждые восемь миль, а на менее посещаемых – каждые двадцать четыре мили. Дальше, на диких землях перед Медиоланумом, недалеко от Альп, вы будете рады обнаружить их каждые сорок миль.
Это не касается Тита, поскольку он будет пользоваться правительственными учреждениями, рядом с которыми и построены таверны. Причина, по которой он может путешествовать с такой скоростью, не загнав лошадь, заключается в том, что он меняет лошадей каждые восемь миль на почтовых станциях. Такие станции есть на всех основных артериях империи. После расходов на армию это самые большие затраты императорского правительства, поскольку есть тысячи миль имперских дорог, каждая со своими сменными станциями, вмещающими до восьми лошадей для использования быстрыми посланниками; запасными мулами и быками для более медленных транспортных средств; кузнецов и конюхов, чтобы следить за животными; и государственных служащих, чтобы следить за всем остальным.
Плиний (правитель провинции Вифиния и Понт) императору Траяну:
До сих пор, сэр, я никогда не использовал почтовую службу ни для чего, кроме административных целей. Но теперь я нахожу, что мне необходимо нарушить это до сих пор незыблемое правило.
Когда моей жене сказали, что ее дед умер, она хотела как можно скорее добраться до своей тети. В таких обстоятельствах я думал, что она может воспользоваться привилегией [путешествовать с почтовой службой], поскольку я чувствовал, что вы согласитесь с тем, что было бы жестоко препятствовать выполнению ее дочернего долга.
…Поэтому, будучи уверенным в ваших добрых пожеланиях, я взял на себя смелость сделать то, что было бы слишком поздно, если бы мне пришлось ждать вашего согласия.

Траян Плинию:
Да, мой дорогой Секундус, я действительно очень к тебе привязан. Конечно, если бы ты дождался моего согласия, прежде чем использовать те документы, которые я доверил тебе, твоя жена не смогла бы отправиться в путешествие вовремя.
Плиний, Переписка с Траяном, 10.120-1
Хотя они жизненно важны для функционирования империи, почтовые станции не в чести в той местности, где они находятся. Именно эти общины должны нести расходы на эксплуатацию станций, расположенных на их территории, а эти затраты высоки. Настолько высоки, что имперское правительство иногда пытается ослабить недовольство народа, направленное на почтовую службу, приняв на себя расходы на ее администрирование. Тем не менее длительное время нести такие траты просто невозможно для бесконечно безденежной администрации, и неизменно это бремя возвращается в общины в ходе бесконечной бюрократической игры.
Почтовая служба – это не просто имперский вариант «Пони Экспресс», хотя это может быть и так для посланников, таких как, например, Тит. Он служит в подразделении «быстрой почты» – действительно, как стратон он самый быстрый. Однако у почтовой службы также есть и подразделение «медленной почты», и оно делает гораздо больше, чем просто отправка сообщений. «Медленная почта» обычно отвечает за перемещение членов семьи и домочадцев правительственных чиновников в Рим или из Рима, перевозит солдат, пострадавших в зоне боевых действий, к семьям и предоставляет транспорт высокопоставленным чиновникам, которые достаточно для этого влиятельны.
Так как среди клерков существует жестокая конкуренция на отправку и получение сообщений со стратоном, использование «медленной почты» – желаемая привилегия. В конце концов, учитывая, что путешествие – утомительное и дорогое дело, кто не предпочел бы путешествовать первым классом за государственный счет? В результате любой, кто пользуется почтовой станцией, должен предъявить бумаги: официальный документ дает разрешение на использование почтовой колесницы. Документ тщательно проверяется, так как подделок достаточно. Разумеется, у Тита есть собственный, хоть и порядком изношенный документ. Однако работники, которые долгое время обслуживают маршрут Рим – Лондиниум, как правило, узнают его в лицо.
Мысленно, пока он направляет свою лошадь сквозь толпу по улице возле цирка Фламиния, Титус уже планирует более поздние этапы дневного путешествия. Из-за задержки с отправлением он рассчитывает на поздний ужин в Чивитавеккье, приятном маленьком городке на побережье недалеко от Тарквинии, в Этрурии. Мысль о том, чтобы провести там ночь, не причиняет Титу боли, и он стремится развить как можно более высокую скорость. Постоялый двор в Чивитавеккье – одна из самых привлекательных дорожных станций на пути его следования, и жаль, что задержки в Риме означают, что его прибытие будет отложено до поздней ночи.
Постоялые дворы гораздо больше почтовых станций. По самым грубым прикидкам, после каждых восьми почтовых станций должен быть постоялый двор. На нем не только меняют лошадей; там также можно получить ночлег, приличную еду и горячую ванну для снятия судорог после напряженного дня, проведенного в седле. Было время, когда путешествие Тита закончилось бы в Чивитавеккье, а сообщения, которые перевозил Тит, были бы переданы следующему посланнику в цепи. Конечно, так оно и было в старой персидской системе, которой подражал император Август, когда он впервые создал имперский пост.
Желая быстрее и легче получать вести и сообщения о том, что происходит в каждой провинции, он сначала расположил по военным дорогам через небольшие промежутки молодых людей, а потом расставил и повозки, чтобы можно было в случае надобности лично расспросить тех гонцов, которые доставляли донесения прямо смеет.
Светоний, Божественный август, 49
Однако то было тогда, а это сейчас. Фактически миссия, которой в настоящее время занят Тит, – очень хорошая демонстрация того, почему императоры предпочитают, чтобы их посланники несли почту на протяжении всего путешествия. Среди почты, которой нагружен Тит, есть сообщения для легата XX Победоносного Валериева легиона, командира одного из легионов, которые в настоящее время строят стену Адриана на севере провинции Британия.
Не то чтобы император сомневается в лояльности этого легата. Однако у Адриана много врагов в сенате, и он хотел бы быть абсолютно уверенным, что командир целого римского легиона – не один из них. Тем не менее, помимо официального сообщения, которое Тит доставит губернатору в Британии, посланник был тщательно проинформирован о некоторых деликатных вопросах, которые он лично передаст губернатору от имени императора. Вернувшись в Рим, Тит снова доставит официальную почту.
Затем он отправится в малоизвестный офис на Палатинском холме, где доложит правительству о результатах его личной беседы с губернатором провинции. Вот почему императоры предпочитают, чтобы один надежный посланник работал с посланием все время. В рамках этой системы один человек не только несет ответственность за безопасность и целостность почты от начала до конца путешествия, но также может вести устные переговоры, которые никак нельзя доверить бумаге.
Как один из таких доверенных имперских посланников, Тит совершал поездку в Британию несколько раз, причем не всегда он выезжал из Рима. Адриан – легкий на подъем правитель, и Тит все еще вспоминает с содроганием те долгие поездки из Египта в Британию, когда император посещал бывшую провинцию. Летние путешествия на большие расстояния – это буквально легкая прогулка, так как преобладающие ветры дуют с востока на запад по Средиземному морю, и все, что нужно посыльному, – это помахать своими документами, чтобы пройти на огромные корабли с зерновыми, которые курсируют по маршруту Александрия – Остия.
Зимой, однако, это совсем другая история. В это время года посланник из Египта должен отправиться на побережье Леванта и свернуть вглубь страны, чтобы пройти через Персидские ворота в Анатолийские земли и избежать тем самым скалистого побережья Киликии. Затем какое-то время императорский посланник едет по той же Королевской дороге, что и его предшественники, пользовавшиеся ею полтысячи лет назад, когда они несли вести о поражении Персии при Марафоне или позже сообщали о смерти Александра скорбящей Македонии.
На каждом постоялом дворе Тит спрашивает, в каком состоянии дорога дальше. Дороги Галлии были вымощены в течение прошлого века римского правления, но Титу все еще нужно избегать бандитов, дорожных работ, наводнений и других опасностей.
Учитывая, что сейчас он покидает ворота Рима, не будет необоснованным ожиданием, что, если Меркурий, бог поэтов и посланников, ускорит свой путь, то Тит будет завтракать в особняке губернатора в Британии уже через три недели.
А пока Тит снова останавливается. На этот раз из-за целого класса школьников с учителем, которые устроились на тротуаре и дороге прямо перед ним. Взывая к собственному терпению, Тит ждет, когда взволнованный учитель сгонит своих учеников с дороги. Хотелось бы надеяться, что клерки в Лондиниуме будут более организованными, и Титу удастся отправиться в долгий путь в тот переполненный город, из которого он сейчас уходит в лучшее время.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий