Хэдон из Древнего Опара

Книга: Хэдон из Древнего Опара
Назад: 19.
Дальше: 21.

20.

Ему повезло. Будь на другой стороне солдат, он мог бы без труда прикончить его тот момент, когда он, приходя в себя от неожиданного падения, растянулся на полу. Однако он быстро поднялся на ноги:
— Авинет! Она подошла к нему, прижалась и, плача, страстно целовала его.
Хэдон отстранил ее:
— Сейчас не время. Быстрее скажи, что происходит?
Она смотрела мимо него, наблюдая, как Пага карабкается с секции.
— Где остальные? — спросила она. — Как вам удалось выбраться?
— Не до рассказов, — Хэдон осмотрелся. Они находились в комнате, освещаемой бронзовой лампой. Стены комнаты не крашены, на подставке мечи, копья и топоры. Дверь распахнута, через нее открывался вид на комнату гораздо больших размеров, украшенную яркими фресками пасторальных сцен. В углу располагалась мраморная статуя Аденет, богини страсти, исполненная в натуральную величину и раскрашенная в естественные тона. У подножия огромной кровати валялся труп. Его доспехи свидетельствовали о том, что это был офицер.
— Он находился в этой комнате, — рассказала она. — У двери комнаты, расположенной за моей спальней, — двое стражников. Офицер услыхал шум, который вы учинили. Прислушавшись немного, он отворил дверь, вышел, запер дверь и стал пересекать комнату. Тем временем я взяла кинжал из своей шкатулки с драгоценностями. Я окликнула его и, когда он повернулся, вонзила кинжал ему в горло. Затем открыла секцию, хотя и догадываться не могла, кого можно ждать. Но я молила Кхо, чтобы она вступилась за меня и чтобы каким-то чудом это оказался ты.
— Где Лалила?
— Что тебе за дело? — сказала она.
— Мой долг проследить, чтобы ей не нанесли вреда, — ответил Хэдон в надежде, что она не станет больше задавать вопросов. — Быстро! Где она?
— В апартаментах внизу, в конце зала. — Авинет бросила на него странный взгляд.
— Но мой отец провел ночь с ней…
— От него и следовало ожидать… — Хэдон почувствовал боль при этих словах. — Он все еще с ней?!
— Сейчас, когда Кховот трясет землю?
Хэдон продвинулся в огромную спальню, освобождая место для других. Отдуваясь и изрыгая проклятия, в комнату вскарабкался Квазин. Он огляделся вокруг, и, увидев топоры, загрохотал:
— Пага, ты силен, хоть и коротышка! Разруби-ка мои цепи топором!
Хэдон попросил Авинет объяснить, как закрывается секция. Она указала на просторный чулан сразу же за маленькой комнатой. Он вошел туда и опустил вниз огромный рычаг. Секция, к концу которой были прикреплены цепи, быстро поднялась, предположительно за счет противовеса, установленного за стеной. Оттуда донесся крик сорвавшегося вниз солдата, потом установилась тишина.
Квазин растянулся на мраморном мозаичном полу и, уткнувшись в него лицом, раскинув руки.
— Сначала голову, затем цепь, Квазин, — острил Пага. — Он опустил край боевого топора на цепь, которая связывала запястья. Понадобилось пять ударов, чтобы разъединить звенья. Затем Пага отсек цепи, связанные с болтами.
Квазин поднялся с победным ревом:
— Наконец-то я свободен! Он схватил с подставки самый большой топор. Держа топор в правой руке, он рычал:
— Теперь мы проложим себе путь из дворца!
— Будем надеяться, что нам не придется этого делать, — охладил кузена Хэдон. — Веди себя тихо! За несколькими дверями отсюда — стражники!
В этот момент дворец вновь затрещал и стал шататься. Хотя шахты, по которым поступал воздух, выходили на купол, донесся гул, сопровождаемый градом ударов, будто на крышу падали тяжелые предметы.
Когда толчки земли прекратились и шум стих, Хэдон спросил:
— Где апартаменты Минрута?
— Ты убьешь его?
— Если удастся.
— Позволь мне сделать это самой, — сказала Авинет. — Кхо простит меня за убийство собственного отца.
— Где его апартаменты?
— Они на этом же этаже в самом северном углу на другой стороне здания. Но за его дверью постоянно находится десять человек, все известные нуматену. К тому же, он сейчас должен быть где-то на первом этаже или на улицах, пытаясь успокоить своих людей.
— Как много человек сторожат Лалилу и Абет?
— В последний раз я видела троих.
— Вам известно, где мой топор? — спросил Квазин.
— Топор и меч Хэдона хранятся в апартаментах отца.
— Какая удача! — проревел Квазин.
— Десять человек сторожат наше оружие, — произнес Хэдон. Он пошел в переднюю и взял меч нуматену. Это не был Каркен, Древо Смерти, но ему предстояло сделать свое дело.
Хэдон объяснил своим спутникам, что они должны сделать. Авинет вложила в ножны кинжал и взяла меч пехотинца. Хэдон сказал королеве:
— Держись подальше, но если увидишь, что кому-то угрожает опасность, можешь помочь ему.
— Я женщина, но обучалась сражаться на мечах с детских лет. Бхукла получила от меня много жертвоприношений.
Хэдон прошел в смежное помещение, остальные последовали за ним. Эта комната оказалась вдвое больше спальни, длиной в сотню футов и шириной в сорок футов. В центре ее располагалась утопленная в глубину пола мраморная ванна, окруженная статуями животных и героев девятилетнего Великого Цикла. Дверь, крытая листами золота и украшенная драгоценными камнями, находилась в самом дальнем углу, и потому не давала возможности стражникам слышать шум внутри. Они миновали эту комнату, открыли дверь и прошли в еще одну большую комнату. Слева находилась дверь, открывающаяся в коридор.
— Окликни стражу, Авинет, — сказал Хэдон.
Авинет слегка постучала в дверь тяжелым золотым дверным молотком. Из-за толстой дубовой двери, отделанной бронзой, донесся голос:
— В чем дело, о Королева?
— У вашего офицера припадок, вызванный, возможно, страхом землетрясения. Божество схватило его.
Какое то мгновение было тихо, потом солдат сказал:
— Прошу прощения, о Королева. Но у нас есть распоряжение самого Минрута никому, кроме майора Кетсуха, не открывать эту дверь.
— Но он же дергается и у него изо рта идет пена? — сказала она. — Мне-то все равно, пусть никто не охраняет меня.
— Известно ли им о выходе в шахту? — спросил Хэдон.
— Нет.
— Тогда им нечего беспокоиться, что ты сбежишь.
Снаружи раздался голос охранника:
— Сейчас позовут офицера, о Королева, и мы сможем решить, что предпринять.
Хэдон что-то прошептал Авинет. Она крикнула:
— Минуточку. Мне кажется, майор приходит в чувство. Я посмотрю, в состоянии ли он остаться на посту.
— Как Вам будет угодно, о Королева.
Хэдон вздохнул с облегчением. Он не хотел, чтобы в этом конце дворца собралось еще больше солдат.
— Мы не можем пустить никого из них сюда. Давайте выйдем за ними.
Хэдон отодвинул засов двери, обождал минуту, желая убедиться, что остальные солдаты на месте, а затем с силой толкнул дверь. Она ударила одного из стражников, и он упал, другой стоял в нескольких шагах позади, лицом к Хэдону. Он поднял свое копье, но меч Хэдона отбил его и обратным ударом наполовину вошел в шею солдата. Пага мгновенно бросился на лежащего на полу солдата и вонзил в него кинжал. Квазин, перепрыгнув через них, пошел вперед по длинному зала, за ним бард и книжник.
Перед дверью в конце зала до того стояли двое солдат. Один побежал, несомненно за подмогой; второй застыл, как вкопанный. Квазин заревел и швырнул топор, который, вращаясь, тупым концом ударил убегавшего солдата и сбил его с ног. Квазин рванулся к упавшему, оставив Кебивейбеса и Хинокли разбираться с оставшимся в одиночестве часовым. Тот орал, поднимая тревогу. Упавший солдат вскочил на ноги и поднял копье, но Квазин, боковым ударом выбив оружие охранника, раскроил шлем и череп несчастного. Хэдон кинулся на помощь книжнику и барду. Но книжнику самому удалось перерубить копье, а Кебивейбес отсек руку солдата. Солдат отшатнулся к двери, но Кебивейбес мечом проткнул ему шею.
Хэдон рванулся в дверь; Лалила, сидевшая на стуле, закричала от неожиданности. На крик матери прибежала Абет и остановилась, уставясь на Хэдона, лицо ее было белым. Мгновение спустя обе, плачущие и смеющиеся, обнимали его. Хэдон, высбодившись из объятий, смотрел на ее лицо в синяках:
— Потом! Потом! Скорее пойдемте со мной.
Он застыл: в дверях стояла Авинет, ее темно-серые глаза сверкали.
— Так вот в чем дело! — произнесла она.
— Она никогда не говорила, что любит меня… — словно извинялся Хэдон.
Вошел Квазин:
— Давай же пойдем за нашим оружием, Хэдон.
— Нас пятеро человек против десяти, — сказал Хэдон. — Все десять профессиональные фехтовальщики, а трое из нас не умеют обращаться с мечом. Наши шансы невелики. К тому же, люди в шахте расскажут Минруту о случившемся, и король тотчас сообразит, где мы находимся. Надо убраться отсюда до того, как он пошлет сюда еще солдат.
Квазин ничего не ответил. Он заткнул свой меч и рукоятку топора за ремень и поднял длинный и массивный дубовый стол. Держа его вертикально перед собой как щит, он прошел сквозь дверь.
Хэдон выругался:
— Мой долг вывести женщин отсюда. Все же я чувствую…
— Что ты бросаешь его? — вставил Пага. — Ничего подобного. Это он бросает нас на произвол судьбы из-за своих безумных соображений. У тебя нет причин считать себя предателем, Хэдон.
— Я знаю, будь я на его месте, возможно …
Хэдон резко крикнул:
— Назад!
— Я надеюсь, что мне удастся стать свидетелем битвы, — произнес Кебивейбес. — Последней битвы героя Квазина! Вот это будет сцена для моего эпоса!
— Чтобы воплотить ее, тебе необходимо остаться в живых, — заметил Пага, — а вряд ли это произойдет, если ты останешься стоять там.
Хэдон подумал о том, что вряд ли вообще когда-нибудь Кебивейбесу удастся спеть о ком бы то ни было, но счел за лучшее промолчать.
Он отвел беглецов обратно в покои Авинет, закрыв за ними двери на засов, когда все вошли в прихожую. В прихожей Хэдон расставил остальных за собой, а Авинет в это время толкала рычаг вверх. Секцию можно было отпустить или быстро, или медленно. Авинет высвободила ее так, что секция вообще неожиданно упала и с треском ударилась о пол. Цеплявшийся за перекладины солдат провалился. Хэдон отрубил ему руку и вспрыгнул на образовавшееся отверстие в стене. Появилась голова еще одного солдата. Хэдон пробил его шлем и череп. Бедняга свалился вниз, сбив еще двоих, стоявших ниже. С воплями они пролетели мимо факелов, погрузившись в темноту.
Соблюдая осторожность, Хэдон высунул голову. Над ним никого не было.
На ступенях внизу все еще находилось десять человек. Хэдон подтащил окровавленное тело солдата, которого он сбил первым, и перебросил его через боковое отверстие. Оно ударило человека, шедшего первым, и все вместе втроем понеслись вниз шахты. Остальные стали спускаться. Хэдон прошел в спальню и, схватив тяжелый стул, бегом вернулся и тоже швырнул его. Троих сбило с ног. Осталось еще двое, которые отчаянно старались спуститься вниз. Пага и Кебивейбес принесли еще один стул и тяжелый мраморный бюст. Хэдон сбросил бюст, после чего нужда в стуле отпала сама собой…
— В горизонтальной шахте все остаются люди, — сказал Хэдон. — Сколько — мне не известно. Но вскоре я выясню это.
Вошел Хинокли и сообщил, что в дверь комнаты стучатся люди короля.
— Если мы сложим баррикаду из тяжелых столов и статуй, то сможем задержать их, — сказал Хэдон. — И успеем поджечь комнату. Авинет, у тебя есть что-нибудь легко воспламеняющееся?
Авинет ответила не сразу: дворец шатался вновь и гудел. Где-то высоко над ними о купол ударялись какие-то предметы. Когда дворец перестал сотрясаться, Авинет наконец сказала:
— В часовне, за приемной, перед образом Великой Кхо всегда горит огонь, поддерживаемый древесным углем. Им ты можешь поджечь шторы. Может, и мебель загорится.
Хэдон прошел в приемную, Там стоял грохот: в дверь колотили тяжелыми предметами. Затем на какое-то время все стихло, и Хэдон услышал зычный голос Квазина.
— Пустите меня, вы, идиоты! Это я — Квазин!
Хэдон поспешил отодвинуть тяжелый засов. Вошел Квазин, всклокоченный и потный, но с видом победителя. Он нес топор Ви и Каркен.
— Вот, юнец! — вскричал он. — Вот твой меч, за которым ты убоялся пойти!
Хэдон, быстро задвинув засов, недоверчиво смотрел на кузена:
— Убить десять нуматену и за такое короткое время!
Квазин положил топор и принялся сваливать перед дверью штабелями стулья, столы и статуи.
— Десять нуматену? Десять привидений! Они все исчезли! По всей видимости, Минрут позвал их к себе. И потому я протаранил дверь столом и вошел, чтобы взять свой топор. Внутри находились двое, я полагаю, для уверенности, что ни один наемный убийца не проскользнет в апартаменты, дабы удивить короля, когда тот вернется. Я убил их и принялся разыскивать топор. Быстро нашел его, а вместе с ним и твой меч, который я захватил для тебя, хотя мне следовало послать тебя за ним самого. Никакого тебе спасибо за то, что у нас в руках любимое оружие! Но, возвратившись, я бросил взгляд в низ огромной лестницы в северном углу и увидел, что вверх по ступеням карабкается целая орда, просто муравьиный поток людей. Я забежал в комнату и, вытащив четыре тяжеленных стола, водрузил их на верху лестницы вместе с мраморной статуей какого-то короля или кого-то там еще. Когда людишки обогнули последнюю площадку и шли, построившись по четыре, по ступеням, я запустил в них дубовый стол. Он раздавил пару десятков и сбил с ног гораздо больше.
— Затем, когда оставшиеся в живых перебрались через стол и груду трупов, я послал им второй стол. К тому моменту они явно решили отступить, но я добавил еще и статую и тем ускорил их бегство. Затем побежал вниз, в эту комнату, и обнаружил, что вы закрыли ее и оставили меня снаружи. Я пытался сломать дверь еще одним столом и проклинал вас за недальновидность, но тут вы открыли мне дверь.
— Благодарю тебя за меч, — произнес Хэдон.
Хэдон помог своим спутникам содрать шторы и свалить в груду мебель и вывалил из жаровни уголь на несколько папирусных свитков. Они вспыхнули, мгновение спустя загорелись шторы, мебель начала дымиться. Чуть погодя в дверь заколотили топорами. Беглецы бросились в прихожую, откуда Хэдон выбрался на первую ступеньку, а за ним Квазин…
Когда они добрались до шестой перекладины над люком в горизонтальной шахте, Хэдон привязал конец каната к перекладине. Затем он отвязал конец, прикрепленный к нижней ступени, и вытащил его наверх. Держа в одной руке меч, а в другой канат, он спускался все ниже и дальше наружу. Вот, отпустив канат, он ринулся на пятерых испуганных солдат. Ногами сбил факелоносца, и тот тяжело опрокинулся на спину. Сраженные упали, еще двое улепетнули. Через мгновение Квазин тяжело рухнул, ободрав колени и проклиная все на свете, но все же сумел удержать свой топор.
Хэдон и Квазин подобрали два факела. По канату спустился Пага, Хэдон вручил ему факел. Сейчас они шли за солдатами. Последний из них как раз лез вниз по приставной лестнице. Квазин с ревом подбежал к ней, оттащил ее насколько позволяло пространство и со стуком повернул ее. Падая, солдат истошно кричал.
Квазин отсек лестницу на уровне с полом. Хэдон протащил вверх оставшуюся часть, пока ее конец не уперся в потолок. Квазин отрубил еще три куска лестницы, после чего сбросил их вниз шахты, чтобы солдатам не повадно было глазеть вверх.
— Солдаты все должны быть около основания лестницы. Пошли, — позвал Хэдон.
Вернувшись в большую шахту, беглецы при свете факела увидели, что Хинокли и Кебивейбес все еще спускаются. Остальные стояли у основания лестницы, с тревогой вглядываясь наверх. Хэдон и Квазин спустились вниз и добрались до дна; остальные последовали за ними вниз шахты, идущей под углом 45 градусов. Вышли в огромный туннель, который вел прямо в темноту; беглецы стояли на каменном выступе, где, как и рассказывал Хинокли, находились лодки и бочки с запасами. Бочки открыли и сложили в две лодки пищу и некоторое количество оружия сверх того, что у них имелось. На борт лодки зашло семеро; Квазин занял другую. Факелы вставили в гнезда, расположенные на носу, и стали продвигаться в темном потоке, взявшись за весла.
Некоторое время беглецов окружали гладкие каменные стены; затем в них стали появляться отверстия, из которых сочились сточные воды. Неожиданно Пага вскричал:
— Нас преследуют.
Оглянувшись, Хэдон увидел в отдалении четыре факела.
— Гребите быстрее. Приготовьтесь, впереди нас явно ждут неприятности.
Шахта резко стала сужаться, а угол наклона ее потолка пошел вниз. Хэдон предвидел это, поскольку не было никакой другой причины для того приделывать полоз над лодкой. Через минуту деревянные планки заскрипели при соприкосновении с каменным потолком, и лодку вдавило вниз. Гребцы опустили весла в воду глубже и проталкивались, заставляя лодку продвигаться вперед, дерево при этом терлось о камень. Вода поднялась почти до бархоута, что заставило Хэдона задуматься, не перегружена ли лодка.
Неожиданно туннель увеличился в размерах, и они увидели впереди, на расстоянии примерно шестидесяти футов, отверстие. Оно освещалось факелами и падавшим сверху светом непонятного происхождения. Подплыв ближе, беглецы увидели огненную массу, брызгами испускающуюся в залив, и почувствовали запах серы.
— Кховот извергается! — вскричал Кебивейбес.
Хэдон предвидел, что именно здесь будут находиться стражники. Футов на десять над уровнем воды высилась каменная платформа, и здесь горели факелы. Но стражники покинули свой пост.
И неудивительно. Как только лодки вошли в неспокойные воды залива, беглецы в страхе увидели, как еще один горящий объект падал с охваченного пламенем неба, падал прямо на них.
Назад: 19.
Дальше: 21.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий