Приют миражей

28 июля, понедельник

Хотя огромная часть оборудования, как обычно в летний период, была на ремонте, смена прошла спокойно. В первом часу Саша прилегла в комнате отдыха и незаметно задремала, а старший диспетчер, с которым она сегодня дежурила, разбудил ее только утром.
Ей было ужасно неловко, и она, чувствуя себя кругом виноватой, принялась составлять сводки происшествий, которые обычно готовили для начальства по вторникам.
Провозилась она долго, утренняя смена уже вовсю работала, а здание компании наполнялось сотрудниками.
– Гуля, – собираясь домой, позвонила подруге Саша, – ты где?
– Дома. Сейчас в больницу поеду.
– А что случилось? – испугалась Саша. – Почему ты не на работе?
– Папу сегодня оперируют, мама только что позвонила. А он вчера нам ничего не сказал.
– Наверное, был не уверен, что операция точно состоится.
– Наверное. Ксюша ничего не знает. Позвонить, как думаешь?
– Позвони. Обязательно. Нельзя ее обижать, хотя бы ради Руслана.
Выйдя из здания, Саша привычно повернула в сторону боковой дорожки, но тут заметила подходивший трамвай, добежала до остановки и влезла в новый, с кондиционером, вагон.
У метро, где дорожка выходила на тротуар, из кустов показалась мужская фигура. Мужчина шел быстро, обогнал притормозивший у остановки трамвай. Не слишком высокий, плотный, спортивный, похожий на миллионы московских мужчин.
Когда Саша вышла из трамвая, он уже спускался в подземный переход.
Когда годами ходишь одной и той же дорогой, начинаешь узнавать многих, для кого этот путь тоже является каждодневным. Она уже видела этого мужика, спина казалась знакомой. И походка.
Маша и Коля терпеливо дожидались на даче ее появления. Саша велела им никуда не отлучаться и посадила счастливого Тошку в машину.
К дачному поселку сразу не свернула, поехала дальше мимо дома вымогателя. Синего «Опеля» не увидела, развернулась, когда кончились дома, остановила машину у магазина.
Покупателей в магазине не было. Полная, средних лет продавщица радостно ей заулыбалась, Саша улыбнулась в ответ.
Аппетитно пахло свежим хлебом, почему-то в Москве хлеб давно ничем не пахнет.
– Черный дайте, пожалуйста, – попросила Саша.
– Берите, – продавщица ловко ухватила буханку целлофановым пакетом, протянула Саше. – Горячий, только что получила.
– Знаете… – замялась та, наклонилась к продавщице и зашептала: – У меня друг на прошлой неделе в ваши края поехал и пропал. Дома нет, на звонки не отвечает. У вас тут никаких происшествий не было? Я с ума схожу.
– Да вроде нет, – с сочувствием посмотрела на нее продавщица. – У нас деревня маленькая, все на виду. Я чужих не видела. Вы точно знаете, что он в нашу деревню приезжал?
– Не уверена. Вообще-то это парень моей подруги, – начала сочинять Саша. – Поехал к другу – тот звал его на рыбалку – и не откликается. Подруге кажется, что он вашу деревню называл.
– А друга как зовут?
– Она не знает. Кто-то с работы.
– У нас раньше многие в Москве работали, – задумалась женщина. – Вы ведь из Москвы?
– Да.
– А теперь кто на птицеферме, кто где, в Москву не ездим, далеко. Может, он к Владиславу приезжал?
– А это кто?
– Дом здесь построил. Два этажа, крайний к Москве. Каждые выходные приезжает, зимой и летом. Откуда такие деньги у людей? – продавщица покачала головой. – Молодой совсем, лет тридцать, когда успел заработать?
– Он дома сейчас? – на всякий случай спросила Саша.
– Не могу сказать. Не знаю. На той неделе был, приходил ко мне за хлебом, а в последние дни не видела. Куда-нибудь за границу подался, раз в отпуске. Он мне говорил, что отпуск взял.
– А больше в доме никто не живет? – зачем-то не отставала Саша.
– Девок привозит, – улыбнулась женщина. – Каждый раз разных. Наши-то дуры, когда он дом строил, перед ним хвостами вертели, но он на них и не смотрел. Вообще-то он парень неплохой, вежливый, здоровается со всеми. И дом в порядке содержит, окна сам моет. Огородом не занимается, но москвичи к этому не приучены. У соседей все покупает.
– Спасибо, – поблагодарила Саша.
– Погодите, – остановила ее женщина, наклонилась под прилавок и протянула ей визитку. – Возьмите, вот. Участкового нашего телефон, Ивана Артемова. Я-то его номер наизусть помню, и в мобильнике у меня он забит, мне не нужно. Поговорите с Иваном. Он парень хороший, внимательный, поможет вам.
– Спасибо.
Тошка грустно смотрел в окно, завидев Сашу, заскреб лапами по стеклу, а когда она села в машину, стал лизать в ухо.
– Отстань, – отмахнулась Саша.
Крайний дом был почти не виден за высоким забором из красного кирпича. Саша остановила машину, прислушалась, ничего не услышала и поехала к дачному поселку.

 

Уехать в ближайшие дни Ксюша решила твердо, известие, что свекру делают операцию, нарушило ее планы. До тех пор, пока Ильдару Каримовичу не станет лучше, исчезать нехорошо, зачем тогда вообще приезжала?
Черт дернул ее приехать, правильно Руслан отговаривал. Помощь ее никому здесь не нужна, а свекровь и Гулю она только раздражает. Ксюша понимала, в чем дело, если, не дай бог, с Ильдаром что-то случится, для нее это не будет настоящим горем, а для его родных станет. Конечно, она хорошо относилась к свекру и искренне за него переживала, но ее переживания не идут ни в какое сравнение со страданиями жены и дочери.
Ксюша все понимала и старалась не обижаться. Но все равно было обидно.
Не поеду в больницу, решила она. В том, чтобы сидеть около операционной и хватать за рукав хирурга, есть что-то показушное, а показухи Ксюша не любила. Для родных это нормально, а ей в больничном коридоре торчать незачем.
Опять ехать к родителям и сидеть у них весь день не хотелось, обо всем уже поговорили, а читать или телик смотреть можно и дома. Настроение было отвратительное. Ксюша неохотно поднялась с постели, взяла с лежавшего на тумбочке блюдечка кольцо с бриллиантом, надела на палец. Обручального кольца она никогда не снимала. Суеверной не была, в приметы не верила, а кольцо не снимала, как будто оно было гарантией того, что Руслан ее любит, а она больше всего хотела, чтобы он всегда о ней думал и ее любил.
Кольцо с бриллиантом было дорогое, но Ксюше оно не очень нравилось. Она даже не слишком обрадовалась, когда Руслан его купил.
Они тогда уже подали заявление в загс и готовились к свадьбе.
– Знаешь, – сказал Руслан. Они шли по какой-то тихой улице, и мимо промчался мотоцикл с тесно прижавшейся парочкой в темных шлемах. – Я всегда мечтал иметь байк. Папа бы мне его купил, но мама считала это опасным, и я особо не настаивал.
– Так теперь купи, – удивилась Ксюша. – А маме можешь не говорить.
– Да ну, – засмеялся он. – Что я, пацан? И потом… Если куплю, пропадет мечта.
– У меня тоже есть мечта, – призналась Ксюша. – Я хочу кольцо с бриллиантом. С большим.
– Я тебе куплю.
– Нет, – покачала она головой. – Не надо. Я тоже не хочу терять мечту.
Кольцо Руслан купил прямо на следующий день, и Ксюша делала вид, что очень радуется, и удивлялась, что совсем не рада. У нее не стало мечты.
Кольцо с крупным бриллиантом было у маминой подруги Марины. Марина носила на пальцах множество колец, но почему-то при этом избыток их вовсе не казался дурным вкусом, наоборот, женщина казалась прямым потомком восточных ханов.
У маминой подруги все кольца были необычные и очень красивые, но завораживало Ксюшу только одно. Давно завораживало, с детства.
Марина Ксюше очень нравилась, она была веселой, неунывающей, какой-то светлой, девушка заражалась от нее оптимизмом и радостью. И когда Марина предложила ей поработать в каникулы в ее фирме, Ксюша сразу согласилась.
Мама дружила с Мариной чуть ли не со школы. Она же через кого-то из бывших учеников помогла Марине найти помещение для фирмы. Офис располагался совсем рядом с Ксюшиным домом, в трех минутах ходьбы.
Работа была несложная; формировать заказы для клиентов и раздавать курьерам, и Ксюша делала это с удовольствием.
– Что на зарплату купишь? – спрашивала Марина.
– Не знаю, – пожимала плечами Ксюша.
Ей тогда многого хотелось. Новый телефон, например.
– Буду копить на кольцо с бриллиантом, – неожиданно для себя твердо сказала Ксюша.
– Зачем? – удивилась Марина. – Окончишь институт, пойдешь работать и купишь себе кольцо. А сейчас трать деньги на мелкие радости.
Марину убили на следующий день после того разговора.
Ксюша тогда даже предположить не могла, что Марина окажется родственницей ее мужа.
Она поплелась в ванную, размышляя, чем же все-таки занять бесконечный день.

 

…– Ой, какой хорошенький! – ахнула Маша, увидев Тошку.
– Его зовут Торнадо, – сказала Саша. – Сокращенно Тоша. Он в детстве был большой безобразник.
Тошка внимательно посмотрел на Машу, шагнул к клумбе, сорвал большой красный цветок, названия которого Саша не знала, и покосился на хозяйку дачи, зажав цветок между зубами.
– Нельзя! – прикрикнула Саша.
– Ну что вы, пусть балуется, – улыбнулась девушка.
Тошка выплюнул цветок и лег на дорожку, виляя хвостом.
– Маша, Коля показал тебе фото? – Саша перешла к делу.
– Да. Это Серый, – кивнула девушка и почему-то смутилась.
– Вы что-то еще натворили? – опешила Саша, отметив собственную проницательность.
– Нет, – покачал головой Коля. – Мы просто…
Конечно, усидеть дома они не могли. Вечером поехали к деревне, оставили машину в лесу и болтались вокруг домов. Никита Серебряков, он же Серый, до вечера крутился на участке, потом скрылся в доме, а когда стало совсем темно и молодые люди собрались прекратить наблюдение, Серый из дома вышел и направился к краю деревни.
Коля сначала хотел проникнуть в его дом, но, к счастью, принял другое решение, и парочка последовала за бандитом. Серый подошел к особняку за кирпичным забором и вошел в калитку. Через пару минут Коля тоже проник на чужую территорию, Серого не увидел, света в окнах особняка не было. А вот фонариком внутри дома кто-то пользовался.
Вышел Серый через полчаса, неся в руках объемистые коробки. Маша за это время совсем измучилась, сидя в кустах. Никита отнес добычу домой, второй ходки за чужим добром делать не стал, и через час в загадочный дом проник Коля, захватив из машины фонарик.
Дом был не заперт, и складывалось впечатление, что хозяева только что вышли на минутку по какой-то надобности. Вернее, хозяин, поскольку женских вещей в доме не наблюдалось.
Холодильник работал, на диване валялись небрежно брошенные джинсы, а в кухонной мойке стояла грязная посуда.
Раскрытый бумажник Коля заметил случайно, изучать содержимое в доме побоялся и поэтому прихватил его с собой. Денег и банковских карт в бумажнике не было, только загранпаспорт, паспорт РФ и еще какие-то документы.
– Проникновение в чужое жилище и кража, – констатировала Саша. – Молодец.
Предполагаемые статьи УК Колю не испугали. То ли молодежь теперь инфантильная, то ли пренебрежение к закону стало общественной нормой.
– Принести? – спросил Коля.
– Неси, – вздохнула Саша.
Паспорта были выданы на имя Владислава Владимировича Бондарчука, зарегистрированного в городе Москве и, судя по отметкам, много раз пересекавшего границы нашей родины.
– Это он труп? – Саша посмотрела на фотографию, потом на Колю.
– Не знаю. Не уверен. Тот боком лежал…
– Ну вот что, дорогие мои, – бросив документы на стол, решила Саша. – У меня есть визитка местного участкового, продавщица в магазине дала. Мы сейчас ему позвоним и попросим помочь. Расскажем только про труп и происшествие на дороге. Больше вы ничего не знаете. Больше ничего не было. Понятно?
Слава богу, уговаривать никого не пришлось, упрямство Коли имело разумные пределы. Молодые люди переглянулись и синхронно кивнули.
– Вы все время прятались здесь, – инструктировала Саша.
– Понял, – послушно кивал Коля. – С паспортами что делать?
– Не знаю. Пусть пока у меня побудут. – Саша спрятала бумажник в сумку, достала телефон и, вздохнув, позвонила по номеру, указанному на визитке.
Дальше все пошло намного проще, чем Саша ожидала. Иван Артемов оказался строгим и суровым молодым парнем, отчего-то сразу вызывающим доверие.
Коля рассказал, как на дороге мелькнула тень, как он остановил машину, увидел мертвого человека и от ужаса согласился заплатить появившимся из ниоткуда крутым парням. А потом передумал. Он никого не сбивал, не убивал, законов не нарушал и платить не станет. А вымогателя вычислил по номеру машины, как же еще?
Участковый с Колей уехали, вернулись меньше чем через час, и на этом история закончилась. Во всяком случае, Саше очень хотелось в это верить.
Никиту Серебрякова Иван и Коля застали дома. Иван настоятельно попросил Никиту никогда к Коле не приближаться, иначе он надолго отправит Серебрякова подальше от родных мест. Никита участкового знает, тот пустых обещаний не дает.
От трупа Серый решительно открещивался, утверждал, что на дороге валялся пьяный, и уверял, что, когда через час он проезжал то же место, человека на дороге уже не было. Коля при участковом настаивать не стал, но считал, что человек был мертв.
Оставалось положить деньги на счет Машиных родителей и забыть об этой истории. Триста тысяч Юля уже взяла у Бори, нужно дать девчонке еще денег, напомнила себе Саша.
Борину просьбу можно честно считать выполненной.

 

Настроение с самого утра было отвратительным, тревожным.
За завтраком Илья, не глядя на Варю, заявил:
– Я хочу поменять работу.
– Зачем? – не поняла она и испугалась. – Тебя сокращают?
Про сокращение чиновнического аппарата говорили давно и упорно. Такие сокращения периодически пытались проводить, правда, каждый раз происходило противоположное – возникали новые структуры и численность аппарата только увеличивалась.
– Нет, – покачал головой Илья и в упор на нее посмотрел. – Я хочу заниматься наукой.
Она пожала плечами – делай как знаешь.
И поняла твердо и окончательно, что больше с Ильей жить не хочет. Он непредсказуемый и неблагодарный, она приложила столько сил, чтобы у него была солидная престижная работа, а он этого не понимает и не ценит.
Она бы в ту же минуту объявила, что больше ему не жена и чтобы он не смел ее разыскивать и ей надоедать, если бы не одно препятствие – Максим еще не сделал ей предложения. Конечно, он обещал жениться, если она уйдет от Ильи, но обещать – это одно, а выполнить обещание – совсем другое. В этом тоже было различие между Ильей и Максимом. Илья, если уж что-то обещает, обязательно выполнит, а Максиму она не то чтобы не верила, но чуть-чуть в нем сомневалась. Черт его знает, что придумает его жена, если узнает, что мужу больше не нужна. Конечно, для истинной любви преград не существует, но вроде бы у Максима бизнес. Вдруг фирма на жену записана?
Илья давно ушел, а Варя все сидела за кухонным столом.
С Ильей что-то творится, никогда раньше он с ней так не поступал. Сначала запретил ей через секретариат звонить, теперь, ничего не сказав и не посоветовавшись, собрался уволиться.
Самое противное заключалось в том, что она точно знала – он сделает так, как решил. Что бы она ему ни говорила, как бы ни убеждала, все бесполезно. Он словно перестал быть ее мужем, ее Ильей, а превратился в чужого, незнакомого и опасного человека С таким Варя никогда не связала бы свою жизнь.
Вообще-то в семье мужа так всегда было, ей сразу стоило бы насторожиться. Каждый сам всегда решал, что ему делать, а остальные только поддакивали. Она отлично помнила, как однажды Илья сказал, что родители чуть ли не на следующий день уезжают в Турцию. Варя удивилась: они только накануне виделись со свекровью, и ни о какой поездке речи не было. Это папин подарок, объяснил Илья, он получил большую премию и купил тур. А если матери не понравится, спросила Варя. Как он мог один решать? Маме понравится, успокоил Илья. Уже понравилось.
Варя этого не понимала, она знала точно, что заставила бы мужа от этой поездки отказаться и впредь таких подарков не делать. Супруги все должны решать вместе, на то они и супруги.
Илья стал копией своего отца, и внешне, и дурацким характером.
Такой муж Варю не устраивал однозначно. А идти лучше всего двумя путями. С одной стороны, заставить Илью считаться с ней. А с другой, подтолкнуть Максима к решительным действиям. Правда, непонятно, как поступить, если оба варианта окажутся выигрышными, но проблемы Варя предпочитала решать по мере их поступления.
Она вздохнула, позвонила мужу.
– Илюша, – робко произнесла в трубку, – мне страшно. Я боюсь.
– Чего ты боишься? – Как будто он не подумал, чего она может бояться. Варя почувствовала, как наполняется обидой, и с трудом сдержалась.
– Илюша, вдруг с новой работой не заладится? Все-таки сейчас у тебя и должность хорошая, и зарплата.
– Тебе голодать не придется, обещаю.
– Я не про это, – возмутилась Варя. – Я беспокоюсь о тебе.
– Не беспокойся.
– Ты уже разговаривал с кем-нибудь насчет работы?
– Еще нет. Варь, пожалуйста, не приставай. Когда я приму решение, я все тебе сообщу.
Раньше он ни за что не посмел бы ей сказать, чтобы не лезла, пока он не примет решение. Раньше он понимал, что не советоваться с ней просто ненормально. Господи, зачем она связала с ним свою судьбу? И почему просмотрела в нем перемену?
Варя покрутила телефон, набрала другой номер. Максим не ответил. Она порылась в старых записях и нашла его домашний, когда-то Максим оставил его ей на всякий случай.
– Максима, будьте добры, – попросила Варя, услышав женский голос.
– Его нет дома, – удивилась женщина. – Ему что-нибудь передать?
– Передайте, пожалуйста, что звонила Варя.
Она положила трубку вполне довольная. Женщина на том конце провода удивилась и даже, кажется, заволновалась. Пусть привыкает, ее время кончилось.
Максим перезвонил почти сразу.
– Варенька, я соскучился.
– Я тоже, – призналась Варя. – Я все время о тебе думаю. Макс, я позвонила тебе домой. Это ничего?
– Ничего, – помолчав, успокоил он. Ей его заминка не понравилась.
– Я разведусь с Ильей. Я просто не могу его выносить, особенно после… вчерашнего. Я хочу быть с тобой все время. Мы увидимся?
– Мы будем видеться всегда, когда ты этого захочешь.
– Давай часа в два, – прикинула Варя.
– Я буду тебя ждать.
О собственном разводе он ничего не сказал. Варе это, естественно, не понравилось, но она не первый день жила на свете и трудности преодолевать умела.
Неожиданно она поняла, чего хочет на самом деле. Она хочет уйти к Максиму, и чтобы Илья умирал от горя и умолял ее вернуться, а она бы сжалилась в конце концов, и после этого для них обоих началось бы бесконечное счастье. И чтобы Илье никогда даже в голову не пришло не считаться с ее мнением.
Тогда будет хорошо по-настоящему.

 

На чужой бумажник Саша наткнулась, когда искала в сумке ключи от дома. Она так обрадовалась, что вся история со студентами благополучно разрешилась, что даже думать об этой истории больше не хотелось.
За хранение краденого наверняка статья положена, отпирая квартиру, с тоской подумала Саша. У папы, что ли, спросить?
Она накормила собаку, вместо обеда выпила чаю с бутербродами, взяла яблоко и легла с книгой. Гуля эту книжку прочитала за один день, очень хвалила и навязала ее Саше. Она почитала немного, отложила книгу и, вздохнув, включила компьютер.
Через час поняла, что о Владиславе Бондарчуке, который смотрел на нее с паспортной фотографии, ничего не узнает, даже если просидит, не отрываясь, за компом месяц.
Пришлось звонить Маше, потом объясняться с Колей и несколько часов ждать, пока он не отчитается о проделанной работе.
Парень порученное дело выполнил на «отлично», переслал Саше на электронный адрес все нужные ссылки и пароли. Владислав Бондарчук, как выяснилось, переписывался с массой людей, а работал в фирме, название которой Саше было совершенно незнакомо.
– А вам это зачем? – спросил Коля.
– Еще не знаю, – честно ответила Саша.
Коля вычислил владельца паспорта правильно: в одном из последних писем, а переписывался Владислав в основном с девушками, упоминалось название деревни, в которой Бондарчук имел дом.
Зачем она полезла на сайт фирмы, где работал Бондарчук, Саша объяснить не смогла бы. Фирма имела отношение к поставкам какой-то электроники, назначения которой она так и не поняла, несмотря на техническое образование.
Самым правильным было забыть о Владиславе Бондарчуке. Саша вышла на балкон, покурила, позвонила Гуле. Подруга не ответила, но через некоторое время позвонила сама.
– Говорят, все нормально, – устало сообщила она. – Папа в реанимации. С ним мама.
– Приезжай ко мне, – предложила Саша. – Зачем там по коридорам болтаться, мешать всем.
Гуля приехала минут через сорок, Саша как раз успела приготовить обед на скорую руку.
– Покурю, – сразу решила подруга.
– Кури, – кивнула Саша, направляясь на кухню.
Гуля отправилась на балкон и через несколько минут крикнула:
– Зачем тебе «Плюсарт»?
– Какой «Плюсарт»? – крикнула в ответ Саша.
– У тебя тут на экране сайт фирмы.
– А-а. Иди сюда, расскажу.
Саша кончила рассказывать как раз к концу обеда.
– «Плюсарт» – папина фирма, – откусывая яблоко, сообщила Гуля. – Раньше, во всяком случае, ему принадлежала. Он даже хотел, чтобы я там работала. Пока мы не поссорились.
– Странно, – домывая посуду, заметила Саша. – Я его фамилии в совете директоров не видела.
– Ну и что, – пожала плечами Гуля. – При чем тут совет директоров? Контрольный пакет акций принадлежит отцу, а директором можно кого угодно назначить. Папа туда пару раз детей маминых подруг устраивал. Фирма солидная, платят хорошо.
– Гуля, – задумалась Саша, – попробуй отыскать там знакомых. Хочется узнать про этого Бондарчука.
Подруга послушно сходила за телефоном, посмотрела в потолок и принялась звонить.
Меньше чем через час они знали, что Владислав Бондарчук работает в бухгалтерии, числится перспективным сотрудником, пользуется повышенным женским вниманием, а в настоящее время находится в двухнедельном отпуске.
– Вот что, – покрутив телефон в руках, решила Гуля. – Давай съездим, сами посмотрим на его домик.
– Ой, не хочу, – отказалась Саша. – Мне уже осточертело туда ездить. И вообще, я после ночной смены, если ты помнишь. Я устала.
– Ничего, – успокоила подруга. – Я поведу, а ты подремлешь.
Наверное, упорство у Гули было наследственной чертой, не разбогател бы Ильдар Каримович, не обладай он повышенной силой воли. Саша тягаться с потомственной Камаевой было не под силу, и она в который раз очутилась в знакомой деревне.
Машину укрыли в лесу, на том же месте, где и в первый раз, и пешком отправились вдоль дороги. Улица была почти пуста. Из магазина вышла бабуля, села на велосипед, проехала мимо. Две маленькие девочки перебежали дорогу и скрылись из виду.
– Вот, – показала Саша на кирпичный забор.
– Вижу. – Гуля остановилась у калитки, по-хозяйски ее толкнула. – Пошли.
– Господи, – запричитала Саша, – сейчас кто-нибудь в полицию позвонит, и мы с тобой потом не отмоемся.
– Ничего, твой отец нас выручит.
Дом, как и ожидалось, оказался не заперт. И все остальное было именно таким, как описал Коля, – брошенные наспех вещи и полное впечатление, что хозяин вышел недавно назад и вернуться должен не позже чем через минуту.
Саша бросила чужой бумажник на стол, огляделась. Пустые бутылки, батареей стоявшие на кухне, не соответствовали рассказу продавщицы об аккуратности Владислава, а в остальном дом производил приятное впечатление, чувствовалось, что хозяин свое жилище любит и о нем заботится.
Гуля поднялась на второй этаж, спустилась и резюмировала:
– Парень живет не по средствам. Где-то подворовывает.
– Ты же сама говорила, – удивилась Саша, – что в фирме хорошо платят.
– Хорошо, – кивнула Гуля. – Но не настолько, чтобы за несколько лет и квартиру приобрести, и такой особняк.
– С чего ты взял, что он купил квартиру?
– Оттуда, что сначала покупают жилье в Москве, потом домами за городом обзаводятся.
– Может, у него родители богатые, откуда ты знаешь?
– Вряд ли. У богатых родителей дети по их стопам идут, а не на чужого дядю пашут.
– Ты же не пошла по отцовским стопам. И Руслан не пошел.
– Я другое дело, я не должна семью кормить. А Русланчик имеет возможность заниматься тем, что ему интересно. И получает он, кстати, много. Иначе Ксюшка к нему не прилипла бы.
– Опять ты про Ксюшу, отстала бы уже от нее.
Гуля не ответила, быстро обошла комнату, обшарила шкаф, выдвигая полки.
– Гуля, пойдем.
– Сейчас.
Ни компьютера, ни телевизора в доме не оказалось. Впрочем, это вполне объяснимо, Коля же рассказывал, что сюда наведывались представители криминального мира.
– Гуля!
– Сейчас.
Подруга напоследок зачем-то подвинула стоявшую около входной двери тумбочку, наклонилась и подняла связку ключей.
– Похоже, его ключи.
– Похоже, – согласилась Саша.
Гуля сунула связку в карман юбки. Подруги выскочили из дома, у калитки прислушались, вышли на улицу. Вдали виднелась мужская фигура, но смотрел человек в другую сторону.

 

…Сестра Катя верила в судьбу. Несла глупости про карму, все над ней смеялись, она надувалась, говорить переставала, а верить продолжала.
Теперь Илья тоже готов был поверить в судьбу.
Он уже собрался пойти в столовую, когда зазвонил прямой директорский телефон.
– Да? – удивился Илья: все отчеты, которые от него требовались, он сдал, и зачем мог понадобиться начальству, не представлял.
– Зайди на минутку.
– Сейчас, – Илья удивился еще больше, директор не имел обыкновения приглашать кого-то на беседу без конкретных бумаг.
– У меня к тебе предложение, Илья. – Директор кивнул на стул, Илья сел. – Знаешь, что на базе двух институтов организуется наше дочернее предприятие?
– Слышал, – кивнул Томилин.
– Возьмешь на себя руководство? Техническое? Мы прикинули, лучше твоей кандидатуры на должность главного инженера нет. Что нам требуется, ты знаешь. Диссертация твоя прямо по тематике. Конечно, для такой должности ты молод, но пенсионера я ставить не хочу, все равно через пару лет менять придется. Директора нам навязывают, придется брать варяга, политика, сам понимаешь. Но главный инженер тоже неплохая должность, а?..
– Я никогда не руководил… – Илье показалось, что все это похоже на сон.
– Ничего, – усмехнулся директор. – Все когда-то не руководили. Думать будешь или сразу согласишься?
– Уже согласился.
– Сдавай дела. Дочернее предприятие сейчас самое важное.
Это действительно походило на сон, судьба редко шла ему навстречу.
Илья вернулся в кабинет, тупо поглазел в компьютер. Раньше он немедленно позвонил бы Варе, сейчас ему не хотелось не только звонить, даже думать не хотелось о том, что вечером придется снова увидеть ее недовольное лицо, что-то говорить и выслушивать.
Наверное, именно из-за этого он чувствовал себя виноватым. Илья сделал то, чего никогда себе не позволял, – выключил компьютер и поехал домой.
Квартира оказалась пуста. Это тоже было не похоже на их прежнюю жизнь, раньше Варя всегда сообщала ему, куда направляется.
Надо было ей позвонить, но он не стал, опять спустился на улицу и пошел, стараясь держаться в тени. У Сашиного дома он задержался, не потому, что ожидал ее увидеть, он к ней не подошел бы, он обязан заботиться о Варе, нравится ему это или нет. Ноги остановились сами, когда он увидел Сашу. Она садилась в машину вместе с темноволосой девушкой, он какое-то время смотрел вслед отъехавшему «Пежо» и повернул назад.
Варя еще не вернулась. Илья заглянул в холодильник, достал кусок колбасы, отрезал кружочек, отложил, опять полез в холодильник, на этот раз за водкой, налил рюмку, выпил и налил еще.
Вторую рюмку Илья пить не стал, выплеснул содержимое в раковину, заварил чаю, сжевал колбасу и на метро поехал на дочернее предприятие. Погружаться в работу он умел, и это стало сейчас спасением, потому что его преследовали не только мысли о Варе, но и о Саше.
Он сделал все правильно и все-таки чувствовал себя паршиво. У Саши изменилось лицо, когда он сказал, что женат. Ему даже показалось, что она сейчас заплачет, и он разозлился на нее, он не выносил сцен, ведь Варя вполне его ими обеспечивала. Саша не заплакала, она словно закаменела, и с той минуты он чувствовал, что эта почти незнакомая женщина зависит от него так, как не зависит даже жена. По всем жизненным правилам этого не должно быть, но так было.
Поезд метро был почти пуст. На очередной остановке Илье показалось, что он видит на платформе Варю, мелькнула мысль выскочить из вагона, но он не пошевелился, и поезд тронулся.

 

– Нужно узнать, где у Бондарчука квартира, – подумав, заявила Гуля.
– Как?
– Ну, это как раз несложно. Поехали в «Плюсарт». Там в секретариате Лиза Болотова работает, мы учились вместе. Это я через маму ее туда пристроила. Поехали, фирма на проспекте Мира, сворачивай.
– Где вы с Лизой учились? – Саше стало любопытно.
– В институте.
– И она пошла в секретарши? – удивилась Саша. – С таким образованием?
– Ну и что? – пожала плечами Гуля. – Получает не меньше тебя, а работа куда как легче.
– Да уж. Слушай, а что мы ей скажем? С какой стати мы Бондарчуком интересуемся?
– Как будто ты его девушка, – заявила Гуля. – Он на звонки не отвечает, и ты беспокоишься.
– Нет! – отрезала Саша. – Не хочу я быть ничьей девушкой. И мужиков сроду не разыскивала, пусть сами меня ищут.
– Ну тогда якобы наша подруга его девушка. Это подходит?
– Подходит, – буркнула Саша.
Фирма располагалась в уродливом, из какого-то темного стекла здании постройки девяностых. Тогда как будто специально делалось все, чтобы обезобразить город.
– Здание фирме принадлежит, – словно прочитав Сашины мысли, пояснила Гуля. – «Плюсарт» его частично сдает. Знаешь, какая здесь дорогая аренда!
– Догадываюсь. Гуля, тебе бы бизнесом заниматься.
– Да ну, меня моя работа устраивает. А деньги мужчины должны зарабатывать. Пошли.
Саша заперла машину электронным ключом и нехотя поплелась за Гулей. Она не любила выглядеть глупо, а именно это ей предстояло.
Лиза встретила их внизу, проводила в переговорную, напоила чаем и всячески старалась Гуле угодить. Ничего принципиально нового они о Бондарчуке не узнали. В общении парень приятный, легкий, но карьера для него дело первостепенное, задерживаться после работы для Владика дело обычное. Покупал ли он квартиру, Лиза не знала, но ипотеку не оформлял и больших кредитов не брал, это точно. Никаких справок с работы не брал, это мимо нее не прошло бы. У Владика «Ауди», новая, в этом году купил и очень нахваливал. Про дом в деревне упоминал, даже приглашал на выходные, но Лизе это ни к чему, она замуж собирается и с чужими мужиками никуда не ездит.
Записав адрес Бондарчука и номер его машины, они спустились вниз и, не сговариваясь, поехали по только что узнанному адресу.
– Что будем делать, если он дома? – с тоской спросила Саша, когда они остановились у новостройки.
– Нет его там, – успокоила Гуля.
В квартире хозяина не оказалось. Сначала долго звонили в дверь, потом Гуля без труда эту самую дверь отперла привезенными ключами, и они очутились в квартире, маленькой, полупустой, почти без мебели.
Компьютера там не оказалось, но прямоугольник с более тонким слоем пыли на письменном столе остался. Либо Бондарчук увез ноутбук в деревню, либо кто-то его позаимствовал.
– Нет ни одной флешки. – Гуля, как и в деревенском доме, принялась шарить по жилищу.
– Пойдем, – позвала Саша. – Думаю, надо все-таки в полицию звонить.
– Мы ему никто, от нас заявление не примут. И вообще мало ли где он может быть, к родителям мог поехать. Или к бабе.
Одну флешку Гуля все-таки нашла в кармане джинсов, сунутых в стиральную машину. Пожалуй, лучшего места, если хочешь что-то спрятать, не найти.
– Ну пойдем, – сдалась наконец подруга. – Вроде все осмотрели.
Дома у Саши попробовали прочитать информацию на флешке, оказалось, что открыть файлы невозможно, они запаролены.
– Завтра Колю попрошу, он пароль снимет. – Саша захлопнула ноутбук и откинулась в кресле. – На сегодня хватит. Пойдешь с нами гулять?
Тошка вертелся рядом, Саша погладила его.
Гуля не успела ответить, зазвонил ее телефон, она произнесла в трубку несколько слов, Саша не прислушивалась.
– Папа очнулся. Врачи говорят, пока все нормально.
– Слава богу. Завтра на работу пойдешь или в больницу?
– На работу точно не пойду. Работать в таком состоянии все равно невозможно, а просто отсиживать не хочу. У меня остались отгулы с прошлого отпуска.
– Помню, ты тогда отчет в отпуске доделывала. У меня останешься?
– Домой пойду, – решила Гуля.
Саша проводила ее до подъезда, останавливаясь с Тошкой у деревьев на газоне. На обогнавшего их мужчину она никакого внимания не обратила и, только придя домой, неожиданно вспомнила, что уже несколько раз видела эту спину и эту походку. А еще ей отчего-то стало тревожно. Что-то еще было связано с этим мужиком – неприятное, пугающее.

 

Варя повернулась, положила голову Максиму на плечо. От него приятно пахло дорогой туалетной водой, теперь этот горький запах всегда станет напоминать ей об их любви. Варя знала за собой такую особенность, помнить запахи и все, что с ними связано.
– Я люблю тебя, – прошептал он ей в ухо.
– Я знаю.
Илья никаким парфюмом не пользовался. Раньше она пыталась его заставить, дарила туалетную воду, объясняла, что это мужчине совершенно необходимо, но муж не слушал. То есть слушал, но делал по-своему. Туалетной водой не пользовался, кремом для бритья тоже. Водил по щекам электрической бритвой и считал, что этого достаточно. Как колхозник.
– Останемся до утра? – прошептал Максим.
Шепот немного раздражал, создавалось ощущение, что он чего-то опасается, делает что-то запретное, о чем даже наедине с ней можно говорить только шепотом. Чтобы его жена не услышала.
– Не сегодня. – Варя поцеловала его в шею, провела губами по коже.
Не может она остаться с Максимом, если не вполне уверена, что он завтра же подаст на развод. Нет уж, сначала готовят запасной аэродром, а потом взлетают.
– Завтра увидимся? – Он притянул ее к себе одной рукой, другую подсунул под голову.
– А ты сможешь каждый день уходить с работы? – Варя толком не знала, чем занимается Максим. Бедным он не казался, а это главное.
– Я сам себе хозяин, – улыбнулся он. – Так увидимся завтра?
– Знаешь, – Варя отодвинула его руку, повернулась на спину, – мне с тобой очень хорошо, но… Как-то глупо все это, прячемся, как дети. Мне это неприятно.
– Мне тоже, Варюша, но что делать?
– Жить вместе. Ты этого хочешь?
– Да, – чуть помедлив, ответил он. Варе заминка не понравилась. – Хочу. Но мгновенно меня не разведут. Тебя тоже.
– Записи в паспорте важнее наших желаний? – грустно усмехнулась Варя.
– Нет. – Он снова прижал ее к себе, теперь уже двумя руками. – Не важнее. Но я не хочу, чтобы ты сделала что-то, о чем потом можешь пожалеть. Понимаешь?
– Понимаю, – кивнула Варя. – Не бойся, я твердо решила быть с тобой. Я без тебя просто не смогу, правда.
Когда-то она то же самое сказала Илье: я без тебя не смогу. Тогда она твердо решила остановиться на Илюше Томилине и других вариантов не искать, молодого олигарха в досягаемости не оказалось, а из прочих Томилин был лучшим. Смотрел на нее, как на икону, москвич, и внешне интересный, высокий, спортивный. Правда, тогда Варя не догадывалась, что скоро именно это и перестанет ей нравиться. Был бы какой-нибудь замухрышка, не пришлось бы истязать себя ревностью.
Илья, как обычно, после занятий провожал ее домой, они стояли у подъезда, он смотрел на нее влюбленными глазами.
– До завтра? – спросил он. Варя кивнула и задумалась, ей хотелось услышать другое, пора уже.
– Скорее бы наступило завтра, – прошептала она. – Илюша, мне без тебя плохо.
– Не надо быть без меня, – обнял он ее. – Давай поженимся.
– А родители? – испугалась Варя. – Мы же еще учимся.
– Им придется смириться.
– Ты лучше всех, – сказала она. – Я без тебя не смогу.
Они подали заявление в загс в тот же день и поженились через два месяца.
– Тебе не придется быть без меня, – прошептал Максим.
Варя улыбнулась, высвободилась из его рук, начала одеваться.
Илья уже должен был быть дома, но его не оказалось. Зато в мойке лежала тарелка, что странно, Илья никогда не приезжал домой в рабочее время. Мелькнула неприятная мысль, что он мог ее выследить и сейчас выставит за дверь, но испугаться Варя не успела – хлопнула входная дверь.
– Я приезжал днем, – сообщил муж, появляясь на кухне.
– Вижу, – кивнула Варя на тарелку. – Вымыть не мог? Тараканов хочешь развести?
– Сейчас вымою, – пообещал он. – Ты выходила?
– Раз меня не было, значит, выходила, – поморщилась она.
– Гуляла?
– Да. Слушай, где работает Максим?
– Какой Максим?
– Твой одноклассник. – Илья раздражал ее ужасно, Варя с трудом сдерживалась. – Ты знаешь еще какого-то Максима?
– А… Не знаю, чем он занимается. Одно время у него фирма была, потом вроде бы он бизнес бросил. Почему ты о нем вспомнила?
– Так… Я его встретила на днях. А женат он на ком, не знаешь?
– Кто-то из ребят рассказывал, – Илья вымыл тарелку японским моющим средством, поставил в сушку, – что с бизнесом Максиму тесть помог. Но я точно не знаю, не интересовался, как ты понимаешь.
Варя подошла к окну, задумалась. Если у Максима совместный бизнес с женой, могут возникнуть трудности.
– Варя, – Илья подошел сзади, обнял ее за плечи, – у нас организуется дочернее предприятие, мне предложили быть там главным инженером.
– Что? – она вывернулась из его рук, уставилась на мужа.
– Главным инженером, – кивнул он. – Нового института.
Это меняло все ее планы. Уйти от фактического руководителя института? Оставить его бабам, которые там работают?
Господи, как она мучилась, когда слышала голоса молодых секретарш. Она тогда не знала, что настоящее мучение впереди.
– Поздравляю, – прошептала Варя и впервые за последние дни прижалась к мужу. – Я так за тебя рада! Видишь, я была права, когда советовала тебе уйти с кафедры. Так и сидел бы до пенсии простым профессором.
Пожалуй, с Максимом надо быть поаккуратнее, в метро уж точно больше не встречаться. Слишком много чужих глаз.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий