Ветер с севера

Книга: Ветер с севера
Назад: Глава 13
Дальше: Эпилог

Глава 14

– Поворот… назад… раз-два, раз-два… у тебя хорошо получается! С тобой приятно танцевать, конор.
– Отдохнем?
– Устал? Не пристало могучему воину уставать, держа в объятьях прекрасную женщину. А в постели ты такой же, быстро устаешь? – От волос Гиры пахло чем-то пряным, горьковатым – травами или снадобьем. Так пахли волосы Санды…
У Неда внезапно испортилось настроение, он убрал руки с талии партнерши и, молча повернувшись, зашагал к стене залы, туда, где стояли те, кто пока не желал танцевать. Бордонар стоял возле главы города и о чем-то мирно беседовал, удерживая на лице любезную улыбку.
– Ты обиделся? – сокрушенно шепнула Гира, семенящая позади в своих золотых туфлях. – Прости, прости, прости! Я не хотела! Прости меня! Я все сделаю, чтобы ты меня простил! Все, что ты захочешь!
– Нет. Не обиделся, – спокойно произнес Нед, не оборачиваясь к ней.
Он был сильно зол – не на нее, на себя. Гира волновала его, и волновала так, что Нед готов был скрипеть зубами. И… сорвать с нее платье прямо здесь, на паркете, на глазах всех людей! Это было ненормально, и Нед не понимал, с чего он так возбудился, и вообще – почему такое у него происходит именно с магиней – красивой, да, сногсшибательно красивой, но… так не должно быть. С ним, женатым человеком, у которого есть две любимые женщины, а еще – целая толпа влюбленных в него девушек, готовых на все ради своего объекта обожания. И он не так уж и «проголодался», чтобы прийти в состояние безумия от вида полуобнаженной женщины.
Правда, посмотреть было на что и было от чего возбудиться. Платье Гиры больше открывало, чем прятало, впрочем, как и у большинства присутствующих здесь женщин. Они как будто соревновались, стараясь превзойти друг друга по двум пунктам: кто эффектней обнажится, пытаясь оставаться в рамках приличий, и кто навесит на себя блестящих побрякушек столько, чтобы компенсировать отсутствие ткани на теле.
Кстати сказать, Гира в этом соревновании оказалась в первых рядах. По одной простой причине – ее тело совершенно, а украшения подобраны так, что усиливали впечатление от ее красоты в несколько раз.
Вероятно, организм конора решил, что эта женщина – цель его существования. Нед стал подозревать, что Гира заколдовала драгоценности, и теперь они влияют как на ее кавалера, так и на всех вокруг. Она же магиня.
– Конор, мы тут с господином Тинардом обсуждаем перспективы сотрудничества. Так вот, считаю, что…
Нед слушал Бордонара, кивал, делал умное лицо, чувствуя за спиной дыхание магини, от которой исходила волна беспокойства, сожаления, вины, и думал о том, какой он дурак! Зачем он отпустил атрока живым? Почему решил, что этот человек, давший клятву своему испасу, так легко пойдет на уговоры, так легко сдастся? Будет обучать шатриев, атроков, будет…
Он был тут. Нед чувствовал его. Чувствовал уже около получаса, с того времени, когда атрок появился в зале. Этот привкус эмоций Нед не спутает ни с чем. Вкус лекарства, горечи, ярости и ожидания. Атрок что-то готовил. Что – неизвестно. И это хуже всего, когда не знаешь, что предстоит. Впрочем, почему неизвестно? Увы, известно. Впереди кровь, смерть, а вот эти люди, веселящиеся, радостные, не подозревают, что скоро их жизнь может оборваться.
«Почему сейчас? Почему он ждал несколько дней? Потому, что дома взять он меня не может, на улицу я так просто не хожу, а здесь, на балу, – я беззащитен, голенький, как младенец. Кроме амулетов и одежды – ничего нет. Ни кольчуги, ни мечей. Зачем я пошел на бал? На кой демон я затащил сюда Бордонара? Почему уверился в том, что теперь нам ничего не угрожает, несмотря на то что атрок Южного испаса жив и не пришел ко мне, чтобы принять предложение?
А вообще – странно. Почему не пришел? Почему предпочел иной путь? Он бы мог прийти, заявить, что принимает мою власть, и… попытаться меня убить, улучив момент. Только попытаться, потому что вряд ли он сумел бы это сделать. А если не уверен я – почему должен быть уверен он? Я же ему заявил, что узнаю, если этот тип обманывает. Он мне поверил. Почему не поверить, если мной уничтожена агара магов, перебиты его соратники атроки, убит Ойдар? Побеждены все, кто против меня выступал. Значит, моим словам можно верить.
Но почему я не почувствовал, что он намерен все-таки выполнить приказ Великого Атрока и доставить Бордонара в столицу? Почему в его эмоциях я не почувствовал обмана? Самоуверенный болван… вот тебе урок! Атрок – это не торговец жареными кальмарами, это… атрок. Человек, умеющий контролировать свои эмоции.
Силен вообще-то. Можно только похвалить. И… убить. И вот еще какой вопрос: кто такая Гира? А если она нарочно подставлена мне атроком? Зачем она потянула меня на бал? С какой стати? Может, и у нее я не почувствовал лжи потому, что не смог? Ой-ей… неужели и на мое сверхчувственное восприятие теперь нельзя рассчитывать? Неужели и оно обманывает? Эта проклятая магия! Никогда не дает стопроцентного результата! Так верить Гире или не верить?! Верить – не верить? Вот вопрос, который мужчины задают себе сотни тысяч лет, глядя на красивую женщину. Разве что-то изменилось с тех пор, как люди стали носить штаны и перестали жить в пещерах?
Хватит глупых рассуждений. Что мы имеем: атрок в полной боевой готовности и несколько его помощников. Какова у них цель? Две цели – убить меня и захватить Бордонара, несмотря на возможные потери среди окружающих.
Каким способом он это осуществит? Вызвав панику, толкотню, устроив переполох.
Как он это сделает? Выпустит демонов? Нет. Вдруг они заденут и принца – а это следует исключить. Принц нужен живым и здоровым – насколько это возможно. Подожжет здание? Что бы я сделал на его месте?»
– Ты с ним? – Нед повернулся к Гире и сильно сжал ее руку выше локтя, глядя в глаза. – Быстро говори, ты с ним заодно?!
Глава города, который в этот момент произносил какую-то прочувствованную речь на тему «Как я люблю власть короля и всех его отпрысков», осекся и с изумленным лицом посмотрел на предводителя ардов, который вел себя не вполне нормально.
– С кем?! – Изумление магини было настолько неподдельным, настолько чистым, что Нед тут же уверился – нет, она не с врагом.
Нед повернулся к принцу и глухо сказал:
– Амулет невидимости! Становись к стене! Хелда, прикрывай Бордонара. Здесь шатрии и атрок!
Девушка тут же оттолкнула принца к стене и встала перед ним, достав из своей белой кожаной одежды, сшитой на заказ всего за сутки, два коротких клинка, длиной по две пяди. Пробиваться к охране сейчас нельзя – там наверняка их ждут враги. Значит, придется драться здесь.
– Гира – рядом с Хелдой! – коротко приказал Нед и побежал туда, где он ощущал атрока. То есть в направлении оркестра.
Пары кружились, дамы таяли в руках своих кавалеров, все мелькало, сверкало, но конор, уже опустивший на себя завесу невидимости, сумел не врезаться в танцующих. Когда бежал, показалось, что увидел силуэт атрока рядом с оркестром, на балконе. Нед уже подбежал к лестнице, ведущей наверх, и… опоздал.
Первые огнешары ударили прямо в толпу, стоящую у выхода из залы. Завизжали женщины, запахло горелым мясом, и, когда дым немного рассеялся, все увидели на полу несколько трупов.
Вторая партия шаров уйти не успела. Нед выбросил в пространство заклинание обнаружения невидимых объектов, и атрок тут же проявился – рядом с перилами, ограждавшими край балкона, творящий пассы какого-то заклинания. Возможно, создавал новые огнешары, а возможно, что-то подобное им, такое же гадкое и эффективное.
Заметив Неда, атрок пожал плечами и усмехнулся:
– Извини! Я по-другому не мог!
Атрок выхватил из одежды метательный нож и метнул его в Неда. Нож просвистел мимо – Нед уклонился так же рефлекторно, как глаз закрывается, встретившись с веточкой дерева.
На атрока напал один из музыкантов – длинным смычком, как мечом, он попытался проткнуть незнакомца и тут же был убит ударом в горло, раздробившим ему гортань.
Но эта секунда, подаренная несчастным скрипачом, позволила Неду выпустить в атрока здоровенный огнешар, растекшийся по поверхности невидимой магической защиты.
Тут же занялись огнем парчовые занавеси по краям балкона, а кто-то из музыкантов закричал от боли, обожженный нестерпимым жаром.
Атрок извлек из своей широкой одежды короткий меч и кинжал и, сократив расстояние в один летящий шаг, оказался рядом с Недом – безоружным, если не считать метательного ножа на предплечье и небольшого кинжала в ножнах на спине. Но с этим оружием выстоять против вооруженного до зубов атрока совершенно нереально. Тем более без кольчуги, которую пришлось оставить дома, так как куртка ее не закрывала.
Нед взревел и бросился вперед, выхватив из ножен кинжал. На дальней дистанции шансов у него не было, да, но вблизи, когда нельзя размахнуться мечом, – тут еще можно поспорить с врагом.
Конечно, атрок успел отреагировать – на то он и атрок. Нед с ходу напоролся на меч, выброшенный в быстром жалящем уколе. Меч пробил ему грудь – во рту появился вкус крови, на губах запузырилась розовая пена. Но атрок не ожидал такой яростной, безумной атаки. Нед как камень, вылетевший из клокочущего вулкана, врезался в Хассара Барода и сбил его с ног, упав на труп несчастного скрипача. Меч узорчатой стальной полосой вышел из спины Неда, но он уже лежал на противнике, глядя в его вытаращенные глаза.
Глядел он не долго, через полсекунды Бароду нечем стало глядеть – узкий кинжал Неда проник через глазницу прямо в мозг противника и мгновенно убил его, проделав в его голове узкий смертоносный тоннель.
Организм Неда закрыл рану, она не кровоточила. Не так просто убить полудемона…
Нед встал на колени, кашлянул, сплюнул кровавую слюну и поморщился – при каждом вздохе грудная клетка расширялась, и меч ходил туда-сюда в ране, вновь открывая кровотечение. Примерившись, под взглядами ошалевших перепуганных музыкантов – их тут оставалось семь человек, – Нед одним рывком вытащил из себя меч. Фонтанчиком толкнулась кровь, пачкая и без того уже измаранный белый костюм, украшенный золотой вышивкой, но теперь у Неда был меч.
Решив поглядеть, что происходит внизу, Нед наклонился над балкончиком и увидел, что несколько человек в костюмах слуг главы наскакивают на Хелду, яростно отбивающуюся короткими клинками. Нападавших было человек восемь-десять, у них тоже не было мечей – только ножи, как у Хелды. Они мешали другу другу ударить как следует, и, видимо, только потому она до сих пор была жива.
Впрочем, ее элегантный белый костюм уже испачкан кровью, изрезан, и продержится она минуту, не больше.
Отбросив мысль о том, почему амулеты невидимости не сработали, Нед бросился на помощь своим людям, мучительно кашляя на ходу и вытирая рукавом кровь, выступившую в уголке рта. Пробито легкое – это Нед определил сразу. Дышать было трудно, хотелось кашлять.
На свою охрану рассчитывать нельзя – толпа, запрудившая входы, вопящая, визжащая, уплотнилась до такой степени, что через нее не пробился бы и ломовой конь.
Гира была тут же – она стояла в стороне, и на ее щеке красовался огромный кровоподтек. Похоже, один из шатриев ударил ее – она шаталась, держась за стену и бессмысленно глядя на то, как противники пытаются добраться до Хелды, изнемогавшей под ударами.
Бордонар тоже не стоял на месте – он где-то раздобыл нож и пытался воткнуть его в неосмотрительно приблизившегося шатрия. Принца давно могли бы убить, но, скорее всего, противника останавливал приказ, запрещавший наносить какой-либо вред Бордонару. Поэтому шатрии не обращали на него никакого внимания и лишь уворачивались, когда его нож мог их задеть.
Нед с ходу врубился в полукруг шатриев и мгновенно убил двоих, даже не успевших понять, что происходит. Остальные обернулись и попытались достать конора ножами, но теперь у него было преимущество – Нед легко уходил от ударов кинжалов, а меч, пусть и не такой длинный, как его «Правый», позволял доставать врагов на дальних подступах.
Последние оставшиеся в живых три шатрия сорвались с места и побежали куда-то в сторону служебного входа, из которого раньше выносили напитки, но мелькнувшие в воздухе летящие клинки навсегда остановили их бег.
Через двадцать минут Нед, Бордонар и Гира шли по улице в сопровождении хмурых охранниц, так и не добравшихся до врага.
Нед был опустошен как морально, так и физически, но в глубине его души таилось облегчение. Похоже, это все. Наконец-то он выбил всех, кто мог противостоять ему в этом городе. Всех атроков и шатриев. Всех ли? Скорее всего, всех. Почему-то он в этом не сомневался.
* * *
– Ты опять полез в пекло! Разве ты не чуял: там что-то намечается! Нед, ты что творишь? И не смотри на меня такими глазами, не боюсь! Ты опять подставил себя!
– Я не чуял, Хара, – устало ответил Нед, обхватывая руками лохматую голову. «Пора бы уже и подстричь волосы – отрастают не по дням, а по часам!» – Мы беседовали с купцами, потом этот… забыл, как его… предводитель зарата купцов… втюхивал мне что-то про исключительные права на поставку металла в город. Надо еще разобраться – что там за права такие. Поганцы, похоже, монополию на поставку металла организовали – через главу Шусарда. А еще о покупке жемчуга – деревня занимается добычей жемчуга испокон веков, а зарат купцов желал, чтобы вся торговля шла только через него. Хлеботорговец один долго доставал, пока Гира не увела меня танцевать. Потом дамы какие-то пытались соблазнить. Наглые, как крысы! Особенно молоденькая такая… Я так и не понял – она надела на себя что-нибудь или нет. Какие-то ленточки, тряпочки на ней – как не стесняется в таком на люди-то выходить?!
– Это была дочь главы, – усмехнулась Гира, – известная девица. О ее похождениях уже легенды ходят. Увидела известную личность, о которой говорит весь город, решила прибрать к рукам. Так охотница стремится украсить стену головой зверя.
– Угу, – криво усмехнулся Нед.
– А как ты узнал, что атрок уже в зале? – поинтересовался Харалд.
– Почуял… как-то, – уклончиво сказал Нед, не глядя на друга. – Почуял, что он уже здесь. Не знаю как. Гира, а ты почему не вмешалась? Почему ты не бросила в шатриев огнешар? Или еще какую-нибудь пакость?
– Я белая, – нахмурилась Гира, – не могу. Я же лекарка. Все, что могу, – это бить руками и ногами. Как простой человек. Что я могла сделать?
– А как так получилось, что тебе врезали по лицу?
– Полезла к нападавшим, вот и получила, – потупилась Гира.
– Ты врешь! – неожиданно вмешалась Хелда. – Не так все было! Конор, она врет – я все видела!
– Что именно видела? – холодно спросил Нед и почувствовал, как от Гиры плеснуло волной страха.
– Она стояла рядом, когда ты убежал к оркестру. Потом пошатнулась, схватилась за грудь и упала. Вот тогда она и приложилась лицом об пол. Я думала, ей конец. Потом думать стало некогда – полезли эти придурки и мне пришлось туго. Хорошо, что мы зажались в углу – там было тесно и нападавшие не могли как следует размахнуться. И еще мне показалось, что эти бойцы слабоваты – не такие, с которыми мы бились прежде. Ощущение, что это были какие-то уличные наемники – трясли своими железками довольно шустро, но как-то… неумело, что ли? Но это так – одни ощущения.
– Хм… у меня такие же ощущения, – кивнул Нед. – Слишком легко мы их положили. Хелда, дай мне нож. Дай, да – метательный, с перевязи. Ага. Итак…
Нед примерился и коротким движением ткнул себя в левую руку выше запястья. Руку обожгла боль – ранка оказалась глубокой.
– Ой! – вскрикнула Гира, осеклась и застыла в своем кресле, не глядя на Неда. Нед выждал, задумчиво взял нож за лезвие ближе к кончику и снова чиркнул по руке, прочертя на коже глубокую царапину.
Гира не подала виду, но Нед заметил – она побледнела и закусила губу, стараясь не выдать своей боли. А ей было больно – Нед ясно ощущал это. А еще она боялась. Боялась так, что ее сердце норовило выскочить из груди.
Гира минуту сидела молча, потом встала, отодвинула кресло и упала на колени перед Недом:
– Я не хотела причинить тебе вреда! Я никогда не причиню тебе вреда, клянусь! А если ты умрешь – умру и я! Прости!
– Это что такое? – озадаченно спросил Харалд. – Что за представление? Нед, ты чего там занимаешься членовредительством? Мне кто-то объяснит, что здесь происходит? Гира! Что это все значит?
– Я, кажется, догадываюсь, – произнес сдавленным голосом Бордонар, и его лицо вытянулось, как будто он увидел свежий труп у себя в постели. – Нед, ты как это допустил?! Нед?!
– Вот так и допустил, – устало ответил Нед, глядя на коленопреклоненную Гиру, склонившуюся к его ногам. – Ну и что с тобой делать? Кто ты? Расскажешь? Зачем ты это сделала?
– Да что сделала?! Что?! – с отчаянием в голосе спросил Харалд и зарычал: – Ну, гады! Что вы рожи такие многозначительные сделали? Игар! Ты что-то знаешь? Магар, Арнот!
– Я не знаю, но догадываюсь, – кивнул Игар. – Лучше промолчу. И ты помолчи, Хара. Мне кажется, сейчас все узнаем. Бордо, может, ты пояснишь? Мне тоже интересно!
– Еще бы не интересно, – восхищенно-осуждающе помотал головой принц. – Не думал, что такое увижу! И как же она сумела тебя опутать?! Это какой надо быть хитрой! Это, ребята, «Нить Селеры». Да, Гира? Да-да… видите, не протестует! Заклинание двенадцатого уровня! Наша Гирочка-то не только красотой отличается, она еще умная и очень, очень сильная магиня! Вот только с какой целью она это сделала? А еще интересно, как она сумела заставить тебя выпить ее кровь, Нед? И как ты дал ей своей крови? Не ожидал от тебя! Как ты мог так попасться?! Что, Юрагор не знал об этом заклинании?
– Не знал, – кивнул Нед, – у нас не было такого заклинания. То есть… не у нас, во времена Юрагора не было. За эти столетия придумали много нового. И я не мог ожидать, что… в общем, не знал. Расскажи, если можешь. А потом мы спросим нашу подругу. Кстати, уже не болят раны, Гира? Ага, не болят, потому что у меня зажили. У меня восстановление очень быстрое. Не такое быстрое, как хотелось бы, потому я не бессмертен, но… очень быстрое. Давай, Бордонар, просвещай нас. Ты же специалист по магии. Смешно, Гирочка, да? Наш принц не маг, но знает о магии больше, чем мы все, вместе взятые!
– «Нить Селеры» – заклинание двенадцатого уровня, доступное лишь самым опытным магам, – монотонно начал рассказывать Бордонар, прикрыв глаза. – Открыто около трехсот лет назад. Сильнейшее приворотное заклинание…
Позади охнула Хелда и сквозь зубы пробормотала:
– Ну ты и сука! Ну ты и тварь! Как посмела?! Убить эту тварь!
– Нельзя, Хелдочка, – усмехнулся Бордонар, – последствия могут быть непредсказуемы! Теперь Неду надо заботиться о своей новой подруге так, как о самом себе! Если она умрет, он получит такой удар, что может этого не пережить. И если он умрет – она умрет точно. Нед-то, может, и выживет – после долгой болезни, после потери разума, но вот она точно скончается.
– Не хрена себе! – ахнул Харалд. – Гира, ты охренела?! Ты что натворила?! Зачем?!
– Он мой король. Я его королева! – Гира выдохнула это сквозь зубы, еще ниже наклоняя голову. – Я хочу быть рядом с ним! И умру вместе с ним! Это был мой шанс, и я не могла им не воспользоваться! Прости, мой король!
– Боги простят! – Хелда выметнула из ножен меч и замахнулась, но Нед резко скомандовал:
– Стоять! Я не приказывал! Назад! Бордонар, излагай до конца. А вы молчите и не мешайте. Я должен знать, чего мне ожидать. И как освободиться от этого… хм… груза.
– Никак, Нед, – тихо сказал Бордонар, – противозаклинания нет. Теперь вы связаны с ней до конца жизни. Конца жизни кого-то из вас.
– И как я это все объясню своей жене? – грустно усмехнулся Нед. – И еще – я так и буду всегда, как увижу Гиру, мечтать овладеть ею, как какой-то маньяк?
– Ох ты… неужели так?! Я не представляю этого, – ошеломленно сказал Харалд. – Теперь и мне хочется ее убить! Еще есть желающие убить Гиру? Становитесь в очередь! Я первый!
– Я же сказал, молчите! – процедил сквозь сжатые зубы Нед. На его скулах играли желваки, и ему очень хотелось врезать кулаком по столу, а еще – по красивой, прекрасной… желанной физиономии Гиры! Он любил ее и одновременно ненавидел. И хотел овладеть ею – до скрипа зубовного!
– Итак, «Нить Селеры». По научным источникам, найдено заклинание магичкой по имени Сарота Нискар. Как она его нашла, неизвестно. Только специализировалась она по любовной магии, по предсказаниям и всякой такой чуши. Для того чтобы это заклинание сработало, нужно, чтобы два человека – мужчина и женщина – обменялись своей кровью, а в момент обмена, в момент передачи крови и кастования заклинания, находились в очень близком контакте. Очень. Лучше – чтобы они занимались любовью. Было, Нед?
– Не было, – глухо сказал Нед, – она лежала на мне, но… не было.
– Неважно. Все равно сработает – большая площадь соприкосновения, кровь, заклинание и… результат! А результат вот какой: теперь Нед и Гира будут ощущать друг друга на любом расстоянии. Ощущать боль друг друга и… получать все другие ощущения. Ну да-да – чего ухмыляетесь? Она будет заниматься любовью – он будет ощущать. Он будет заниматься – она ощутит это. Гарантия против измены, не правда ли? Сарота была коварной женщиной! Впрочем, скорее всего, она и сама не представляла, что у нее получилось. Никто не может предсказать, что получится у мага-экспериментатора. И он сам не может. Вообще заклинания на крови самые сильные, и тебе, Нед, стоило подумать, прежде чем давать свою кровь. И пить чужую. Много выпил? Впрочем, достаточно капельки. Кровь несет часть души владельца… Далее… Теперь, когда она будет колдовать, она может воспользоваться твоей магической силой, твоя сила будет перетекать от тебя к ней. Также ее магия перетечет к тебе. Теперь вы равны по магии – как два сообщающихся через трубку сосуда – в них, как вы знаете, уровень жидкости всегда одинаков. Кстати, тут еще интересная вещь! Гира, скажи, а куда делся твой синяк? Кто тебя вылечил?
– Само прошло, – холодно ответила Гира, она все еще стояла на коленях.
– Нет, не само. Нед вылечил. Он лечит себя сам – у него раны заживают за минуты и часы. И когда ты получила ушиб – такой же ушиб получил и он. Организм Неда тут же его залечил, вылечив и твой ушиб. Сосуды, помните? Сообщающиеся сосуды. Нед, знаешь, что тебе нужно сделать? Посадить ее в отдельную комнату, заботиться, кормить-поить, ухаживать за ней… и никуда не выпускать! Выпустишь, а ее убьют – ты можешь умереть. Когда любовник-маг, которого Сарота Нискар околдовала этим заклинанием, узнал, что она его приворожила и вертела им, как хотела, шантажируя своим телом, – он приказал ее убить. Их не похоронили вместе, нет. Ее сожгли. Он скончался вместе с ней. В муках. Кстати, это заклинание запретное. Откуда ты его знаешь, Гира? Молчишь? Игар, Магар – откуда она могла знать это заклинание? Не подскажете?
– Известно откуда, – ухмыльнулся Магар. – Откуда и я знаю всяческие пакостные заклинания! Из закрытого архива столичной агары. Там хранятся все лучшие достижения магической науки. Но вот этого заклинания – «Нить Селеры» – я не помню. Впрочем, я никогда не интересовался любовными заклинаниями, особенно заклинаниями для женщин! Это ведь женское заклинание, зачем оно мне?
– Ну что же, если навести справки, окажется, что Гира была в столице, посещала агару – а как еще может быть? Конечно, посещала. Если была в столице, обязана отметиться. Там обаяла или даже соблазнила хранителя архива и как следует в архиве поработала. Вот и результат. Вот такая у нас Гира… забавно. Ты спросил, почему она сделала это с тобой? Ведь заклинание «Нить Селеры» можно применить только один раз в жизни – и навсегда! Почему именно ты? Значит, она сочла тебя достойным, самым достойным претендентом на это место, место своего духовного близнеца. Вот как оно получается! Что же такое она увидела в твоем будущем, что поставила на кон всю свою жизнь, а, Нед?
– Не ко мне вопрос, – покачал головой Нед, – к ней. Ее спроси.
– Он великий король! Его ждет великое будущее! И меня вместе с ним! Я видела его будущее! – Гира подняла на Неда зеленые глаза, в которых мерцали искры то ли безумия, то ли одержимости, и снова повторила: – Он мой король! Я все для него сделаю!
– Спятила девка, – вздохнул Харалд, – ну что ты натворила?! У него жена, у него любовница… Считай, вторая жена. Ты куда лезешь? Ты хоть понимаешь, что это преступление? И что он вправе снести тебе голову?
– Понимает она все, – усмехнулся Бордонар, – только поздно уже. Ничего не сделать. Убивать ее нельзя. Сделать ничего нельзя, кроме того, что она и планировала. Теперь Неду нужно таскать ее за собой и беречь, как великую ценность.
– Демон! Я всегда мечтал ощутить – что же чувствует женщина, когда она с мужчиной! – пробормотал Магар. – А Нед теперь…
– Хочешь ощутить себя женщиной? – хихикнул Игар. – Проклятый извращенец! Я всегда подозревал, что с тобой что-то не так!
– Скотина! Ты чего несешь?! – разъярился Магар. – Я не так сказал! Ты на что намекаешь, гадина?! Я щас тебе…
Магар со всей силы врезал Игару подзатыльник, тот взвыл от боли и ярости, и через секунду они свалились на пол и катались, завывая, как два кота, дерущихся за обладание территорией.
Минуту их не могли разнять – они грязно ругались, пинались и плевались, испоганив плевками чистую поверхность пола. Потом успокоились, сели за стол и лишь зыркали друг на друга искоса, показывая под столом неприличные жесты, когда думали, что их никто не видит.
Наконец стало тихо, и Бордонар продолжил свой рассказ:
– Ну что же, вот и все, что я знаю об этом заклинании. Сделать его можно только с согласия партнера, так что Нед сам виноват, что разрешил ей сделать с собой это. Попался на удочку. Кстати, я так и не понял, как она это смогла сделать! А-а! Понял! Шрамы! Верно? Она его лечила! Вместе с настоящим лечением впендюрила ему приворот. Да такой, что только ох и ах. Кстати, со временем действие заклинания должно только усиливаться. До такой степени, что они начнут обмениваться мыслями. Не знаю, можно ли перекрыть доступ, оградить себя от чужих ощущений – об этом в книге ничего не было сказано. Впрочем, я часто убеждаюсь, что для Неда нет ничего невозможного. И хотелось бы услышать от Гиры ответ на вопрос Неда – кто она, откуда. На вид ей семнадцать-двадцать лет, а на самом деле?
– Двадцать восемь, – низким голосом ответила Гира, – я все честно рассказала. Все как есть. Ничего не скрыла. Я одна, детей нет, мужа нет и не было. Мужчины были, да. И женщины. Я довольно богата, но это богатство не приносит радости. Я хочу большего, чем жить в захолустном городе! Я достойна большего! Когда узнала о Неде – а это немудрено, о нем весь город говорил, – мне стало интересно, и я собрала о нем сведения. Когда его увидела, сразу узнала. Это был человек из моих снов – в них он сидит на троне, огромный, как скала, а вокруг – ма-аленькие такие людишки… Я поняла: он повелитель. А это его подданные. И я решила – буду с ним. В любом качестве! Хочешь – сделай меня своей наложницей! Хочешь – буду твоей телохранительницей, лекарем, да просто буду стоять у тебя за спиной – только не прогоняй меня! Я тебе пригожусь! Наши жизни связаны воедино, и я никогда и никак не смогу тебе навредить! О сегодняшнем нападении я не знала – клянусь! Могла бы – сама, своими руками уничтожила бы этих гадов! Прости и пойми меня, мой король…
– Не называй меня так, – поморщился Нед. – Я конор Черного клана.
– Интересно, она ведь должна теперь суметь командовать демонами, – задумчиво проговорил Бордонар, – а ты, Нед, теперь должен суметь лечить! Вы единое целое, если судить по магическим канонам. У вас теперь общая аура. Только тела разные, а так – вы едины в двух лицах! Вообще это очень интересно. Я вставлю этот случай в свой будущий трактат о природе магии! Как хорошо, что все это случилось рядом со мной, и я смогу… Хара, ты обалдел?! Ты чего кидаешься? – Бордонар оскорбленно убрал с лица прилипший ломтик порезанного фрукта и, внимательно осмотрев его, положил в рот. – У меня чисто научный интерес! Почему ты злишься? Я-то тут при чем?!
– А нет ничего интересного, – хмуро пробурчал Харалд, – нечего радоваться. У тебя слишком счастливая рожа, ученый хренов! Товарищ попал в ловушку, а ты…
– Можно я встану? – тихо попросила Гира. – Колени болят. Пол жесткий…
– Пол жесткий… – Нед, поморщившись, задумчиво потер свои колени и кивнул. – Вставай, что теперь с тобой сделаешь…
Гира поднялась на ноги и скромно села в кресло, на самый край, потупив глаза и сложив руки на коленях, всем своим видом выражая смирение и печаль, но Нед чувствовал, как в ней бьется радость и облегчение: пронесло, все идет как надо!
Неду стало противно. Он доверился девушке, а она растоптала его доверие и использовала Неда, словно лошадь, на которой отправилась к светлому будущему. Использовала, как мужчины используют женщин, которых покупают за деньги. Его использовали…
Неду было горько, а еще в нем бушевала ярость, которая не находила выхода. Злиться он мог только на себя, на свою глупость.
– Так что с ней будем делать, Нед? – переспросил Харалд.
– Ничего, – пожал плечами Нед, – посмотрим, что дальше будет. К нападению она не причастна, я это знаю точно. Теперь знаю. А насчет всего остального, что я сегодня услышал от Бордонара и от нее, мне нужно подумать.
Нед помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:
– Теперь перейдем к насущным делам. Завтра мы тоже не уедем, это ясно. Завтра мы пойдем к главе – выражать соболезнование, объясняться. Нужно подписать соглашение с агарой купцов – потом обсудим, о чем с ними говорить. А кое-что мы обсудим с Исой, Харалдом, Арнотом и Бордонаром – не обижайтесь, без вас, ребята. Останьтесь, парни. А все остальные могут быть свободны. Гира, иди. Хелда, оставь нас. Опасности теперь нет, и, мне кажется, можно снять охрану «теней». Ограничимся внутренней охраной здания. Вряд ли кто сюда теперь полезет – на полсотню бойцов и нескольких магов.
– Конор, может, не стоит…
– Хелда, иди, – холодно сказал Нед, не глядя на телохранительницу. – И вот еще что – Гиру не трогать. Хотя бы потому, что каждый удар по ней я чувствую так, как если бы били по мне. А надеюсь, что вы не хотите меня как следует отлупить.
– А стоило бы… – тихо шепнул Харалд, но Нед проигнорировал его бормотание.
Все вышли из комнаты, остались только четверо, не считая Неда. Иса молчал, выжидающе глядя на конора, Харалд, наоборот, не глядел на него, высматривая что-то на стене, будто на ней спрятался враг и сейчас жизненно необходимо его отловить. Помолчав, Харалд вдруг сказал:
– Кальдрана! И в за́мок! Пусть себе полежит! А что, замечательный выход! Ты ведь не будешь таскать ее с собой?
– Ты не понимаешь: я ощущаю все, что происходит с ее организмом. Как бы тебе это выразить, чтобы ты понял… ну вот спит, к примеру, она – я начинаю засыпать! И кто из нас сильнее, чей организм пересилит, то мы оба и будем ощущать! Сейчас она сидела, и ее бросало в сон. И ты знаешь, как на меня накатывало? Пока я не сбросил сон, не пересилил его… тогда и она оживилась. И наоборот – я буду спать, она бодрствовать – Гира свалится с ног и будет спать! А ты – кальдрану ей дать! Представляешь, где-то лежит спящая красотка и все время навевает на меня сон! И буду я ходить спотыкаясь, в полусне…
– А с чего ты решил, что будешь ходить в полусне? – усмехнулся Бордонар. – Ты свалишься, и все. Кальдрана – это тебе не легкая дремота, не забывай. Она уснет – и ты уснешь. Я так думаю. Хочешь проверить? Я думаю – нет. Хе-хе… ну ты и влип!
– Чего хихикаешь? – скривился Нед. – Что так рассмешило? Глупость твоего товарища? Ну да, сглупил! Да вы на нее посмотрите – была бы она хоть чуточку менее красива, хоть чуточку менее притягательна… Может, она применяет какие-то магические средства для усиления красоты и желанности? Бордонар, есть такие средства?
– Есть, – кивнул принц, – но применяет ли? Они рассчитаны на определенный объект, не на всех сразу. И если тебе будет легче, сознаюсь: я бы тоже лег с ней… и не просто лег, бежал бы за ней на четвереньках, как собака! Это какое-то воплощение богини Селеры, право слово! Чего вы на меня вытаращились? Что я такого сказал-то? Ты воплощение богини любви в мужском обличье, она – в женском. И вместе вы страшная сила… Теперь тебе придется держать ее рядом с собой – бодрствовать одновременно с ней, спать… кхм… одновременно с ней. Представляю, что скажет Амела, когда узнает…
– Представляю, – упавшим голосом сказал Нед и прикрыл ладонью глаза. – Она очень расстроится.
– Ха-ха-ха! Ой, я не могу! – вдруг оглушительно расхохотался Харалд. – Очень расстроится! Ох сказанул! Прости, Нед, не удержался! Букаха вас со свету сживет! Ну, тебя-то, может, и нет, а вот ее – постарается. Как – не знаю. Но очень постарается. Или я не знаю свою сестричку! Вот ты вляпался! Что-то богиня Селера на тебя ополчилась… она упорно напускает на тебя свое воинство, и ты раз за разом сдаешь крепости. Хм… а ведь честно говоря, завидую тебе. Я бы многое отдал за то, чтобы меня привязали к такой красотке. Я бы перестал пить вино и шататься по веселым домам – зачем? Когда у тебя рядом такая красавица!
– Она обманула меня! Она использовала меня! – выдохнул Нед. – Как она посмела?!
– Друг мой… все мы обманываем, и все мы используем друг друга, – улыбнулся Харалд, – пора бы привыкнуть к этому. Такова человеческая жизнь. А боги используют всех нас. Ты же не обижаешься на богов? А почему? Потому что это глупо и бесполезно. Как они захотят, так и сделают. И сдается мне, все это божий промысел. Вот ты выйдешь из дома – такой могучий боец, маг, равных которому нет, тот, кто разбил полчища врагов. И вдруг – от карниза дома отделится плохо приделанный барельеф, и бам! Прямо тебе по башке. Случайность? Нет, мой друг, не случайность. Кирпич просто так на голову не падает. Он зачем-то падает. Я не пытаюсь тебя успокоить – ты допустил глупость. Но слишком уж винить себя и набрасываться на Гиру не стоит. Ты потерял бдительность. Уверился, что никто, и тем более какая-то голая красотка, не сможет нанести тебе вреда – ведь ты полудемон, великий маг – что тебе эта женщина? И… попался. Не ты первый, не ты последний попадаешься на женские уловки. Кто может устоять перед женскими чарами? Только тот, кто ненавидит женщин, или слепой старик, которому уже ничего не нужно, кроме теплого очага и удобного кресла. И то не факт… Что же касается Гиры – тут все понятно. Кстати, поздравляю тебя, ты вышел на такой уровень, что и не снилось, выше всех дворян, на уровень короля! Вот на тебя и вешаются женщины, мечтающие возвыситься за счет своего любовника. Так, Бордонар?
– Так, – усмехнулся принц, – и на меня бабы бросались, но быстро отставали, когда понимали, что я не намерен занимать трон, что мне это не нужно. Что главное для меня – моя библиотека и тишина, а не пиры, интриги, балы – все, что сопутствует власти. И я для них невыгоден. Потому я стал шарахаться от всех этих хищниц, которые видят не меня, Бордонара, а принца крови, будущего короля, которого надо соблазнить, чтобы он что-то им дал. Шлюхи продажные! Папаша менял любовниц чуть не каждый день. Не горничная, такая какая-нибудь дворянка – и часто замужняя. Встречалась с моим отцом, чтобы получить для своей семьи какие-то привилегии или чтобы сказать: «Я была с королем! Он не смог передо мной устоять!» Удивляюсь, что папаша не накрутил столько бастардов, чтобы из них можно было создать полк гвардейцев. Всего одна дочь! Плохо старался, без огонька.
Ну так вот, я тебе как наследник старого, уважаемого дворянского рода скажу, Нед, – продолжал Бордонар, – представь себе одинокую женщину – красивую, родовитую, богатую, амбициозную, но… которой ничего не светит. Она не может подняться выше, чем она есть. Она магиня-лекарка, заработавшая денег на своем умении. Кстати, это позорно! С точки зрения дворян, конечно.
– Почему позорно? – поднял брови Нед. – Она же не проституцией заработала?
– С точки зрения дворян, то, что она делает, приравнивается к проституции, – кивнул Бордонар. – Как, женщина сама зарабатывает? Будто простолюдинка! Да еще чем? Магией?! О боги! Как упали нравы! Она должна быть замужем за дворянином, жить с денег, получаемых с поместий, владений, какого-то дела, но не работать сама! И не важно, что она богата, что ее услуги нарасхват, – все равно она ущербная, ее даже замуж никто не возьмет. Никто из власть имущих, именитых. На ней печать судьбы! Черная печать, позорная!
– Честно говоря, не представлял, что все так сложно, – признался Нед. – На мой взгляд, если человек что-то умеет, добился известности, денег своими силами – честь ему и хвала! Неужели все так, как ты описал?
– Еще хуже, – вздохнул Бордонар. – Не зря женщин не отдают в магини, не учат. Кому нужна жена-магиня? Это все равно как отдать дочь в проститутки, а потом подыскивать ей выгодную партию. Ты вспомни, как относятся к магам в Замаре. С одной стороны, маги заносчивые, самодовольные типы, отделившиеся от остальных людей стеной гордости, а с другой – может, вот эта заносчивость, гордость суть реакция на отношение людей? А если ты еще и магиня?
– Верно Бордо говорит, – вмешался Харалд. – Она одинока, она магиня – красивая, презираемая и одновременно востребованная, как дорогая проститутка. И тут ты – с твоим великим будущим! Она поставила на карту все. И… выиграла! Вот так. Умница. Теперь она рядом с тобой, а ты – король! Кстати, не понял, что она про короля, людишек и все такое прочее говорила? Назвала тебя «собирателем земель» – намекает, что ты возродишь империю? Объединишь королевства? Хе-хе… будешь объединять – не забудь и нас, убогих, выдели нам по небольшому королевству, ладно?
– Ладно, – ухмыльнулся Нед. – Не знаю, что она там себе придумала. И что теперь с ней делать, как жить – тоже не знаю.
– Беречь… любить! – усмехнулся Харалд. – Что еще-то? Скажи, а как ты ее ощущаешь? Вот что она сейчас делает?
– Не скажу, – хмыкнул Нед. – Неужели и она меня так чувствует? Это жуть какая-то… Каждый месяц такое?! Ребята, вы не представляете… теперь даже в сортир…
– Ой, я сейчас упаду! Ой, не могу! – Харалд снова расхохотался, да так, что упал в объятья своего брата, скромно помалкивающего рядом на скамье. – Зато теперь тебе и удовольствия – те, что она получит! А не зря Магар ведь сказал – он сразу понял эту штуку! Чего-чего, а мозги у этих парней работают как надо!
– Хватит, – досадливо поморщился Нед, – надоело. Вам все хиханьки да хаханьки, а мне страдания. Если ты сейчас захихикаешь, я тебе эту чашку на голову надену! Иса, ты все молчишь, а ты встречался с командирами групп? Проблемы есть?
– Встречался, но еще не со всеми, – кивнул парень. – Не так все просто, нужно за сутки делать закладки, потом встречаться. И еще себя нельзя показать. Я в темноте общался, капюшон надел и шепотом говорил.
– Арни, что с деньгами? Несут?
– Несут, Нед. Платят исправно. Деньги на счет кладем. Ты уверен, что мы должны брать эти грязные деньги? Это ведь награбленное. Я понимаю, что деньги нам нужны…
– Вот и хорошо, что понимаешь, – перебил Нед, – закроем пока этот вопрос. Нам нужно поскорее поднять крепость, потому – никаких вариантов. Нужно оружие, нужен металл для доспехов, кожа, пенька, лес – нам все необходимо! Арни, вот еще что – ищи ремесленников. Нам нужны ремесленники, переселяй их в Черный город.
– Не хотят. Зачем им из большого города ехать в деревню? – пожал плечами Арнот. – Я пытался соблазнить переселением кожевенников, портных, ткачей – ни фига. Смеются в лицо – мол, мы не идиоты, чтобы отправляться в захолустье, когда нам и здесь хорошо. Соблазнились только несколько нищебродов – ученики или какие-то подозрительные типы, то ли пропились, то ли… в общем, результат плачевный. Вот так. И власть противодействует – зараты встали на дыбы: мол, не соблазняйте наших ремесленников, иначе проблемы будут.
– Вот как? Проблемы будут? – Нед удивленно-восхищенно поднял брови. – А какие проблемы, не объяснили?
– Ну… склады могут сгореть – с кожей и тканями, с лесом. Ну и так далее…
– Иса, вот тебе работа, – нахмурился Нед. – Нужно объяснить этим людям, что они не правы. Арни, подбери список тех ремесленников, что нам нужны, и пусть Иса с ними поговорит. Оба поговорите, убедите их, что сидеть тут неправильно, что нужно ехать в Черный город. Только аккуратно. Никого не надо убивать. Понятно?
– Как получится, – равнодушно пожал плечами Иса, – могут быть и жертвы.
– Все может быть. Но все-таки отдай распоряжение, чтобы обошлось без убийства. Нам нужны ремесленники, но…
– Нед, сделаем все, что сможем, – усмехнулся Иса, – если что, я беру на себя твои переживания по поводу ремесленников. Эти придурки не заслуживают твоей жалости. Они смеялись над нами и говорили, что не поедут к дикарям. Их право, конечно, но не надо было так откровенно издеваться. Не знают, с кем связались. Будут у тебя ремесленники – и кожевенники, и портные, и кузнецы. Обещаю.
– Хорошо. Только без фанатизма, парни. И вот еще что – нам нужны лавки для торговли. Скупите выгодные лавки, но заплатите разумные деньги. Вы знаете, как это сделать, город нам задолжал. Сами не светитесь. Никто не должен знать, что за всеми этими событиями стоим мы. Сура командует. От его имени требуйте.
– А стража? Как они отреагируют? Я имею в виду, что они получают с лавок? Как отреагируют на то, что лавки сменили хозяев и не собираются платить?
– Никак не отреагируют. Стража подчиняется главе города, потому ничего не будет. Мы с ним договорились – глава нас не трогает. Недешево обошлось, но оно стоило того. А если что – мы и на главу найдем управу. Он тоже смертен.
– Жестко, – усмехнулся Харалд. – А что? Так и надо с людьми. Ты правитель и должен принимать жесткие решения. Когда едем домой? Я имел в виду Черный город.
– Домой… – кивнул Нед. – Да, это наш дом. Не скучаешь по деду? Не хочешь вернуться в столицу?
– Скучаю, – кивнул Харалд, – Иса тоже скучает. Дед – великий человек. Сюда бы его… он бы навел порядок! Если бы ты знал, как мне его не хватает!
– Да… хорошо было бы его привлечь, – кивнул Нед, – и организовать обучение бойцов, и с остальным бы помог. Вас, например, обучить надо. Я-то успел только десяток заклинаний вам передать. Вызовем его сюда! Попрошу его, чтобы он приехал. И вот еще что – нам нужно образовать свою агару. Своих магов воспитывать. Пусть этим Гира занимается. Кстати, стоило бы перетащить магов из здешней агары в Черный город. А что? Захотели – и перешли. Они же свободные люди. Поговорю с ней, узнаю, кого можно прибрать к рукам. Они же не все погибли в том бою. Потом официально нашу агару зарегистрируем в столице. Ну что же, парни, не без проблем, но двигаемся вперед. Теперь нужно найти амулет Великого Атрока, отобрать у дракона его поганый яд, приготовить противоядие, и… все будет хорошо! Все будет очень хорошо! Мы же заслужили, чтобы было хорошо, правда?
Назад: Глава 13
Дальше: Эпилог
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий