Трилогия о Хане Соло

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
ТОПРАВА И МОС-ЭЙСЛИ

На Хана смотрело мутное изображение дворецкого Джаббы Хатта — иссеченного шрамами кореллианина Бидло Кверва. За Квервом виднелись песочного цвета стены татуинской резиденции хатта.
— Слушай, Кверв, — выпалил Хан, — дай мне поболтать с твоим боссом.
У бандита-кореллианина были угольно-черные волосы с белой прядью и подвижные зеленые глаза. Он состроил гнусную улыбочку:
— Надо же, сам Соло! А Джабба как раз тебя ждал. Где тебя носило, Соло?
— Где надо, там и носило, — отрезал Хан. Он не любил подобных игр. — Возникли неприятности с имперцами.
— Как нехорошо, — процокал Кверв. — Посмотрим, смогу ли я уболтать Джаббу побеседовать с тобой. Когда я видел его в последний раз, он был весьма не в духе из-за твоей задержки. У него кое-какие виды на этот спайс.
Хан наградил изображение собеседника каменным взором.
— Давай пропускай меня, Кверв, и хватит твоих шуток.
— Ха-ха, а кто сказал, что я шучу, Соло?
Голоизображение дворецкого потонуло в помехах, и Хан на секунду решил, что тот отключился. Он протянул руку, чтобы отсоединиться самому, но помехи внезапно исчезли, а на их месте возникло обрюзгшее тело хатта.
— Джабба! — со страхом и облегчением выдохнул Хан. — Послушай... у меня тут неувязочка.
Джабба выглядел недовольным. Он курил кальян с каким- то коричневым веществом, и его зрачки были расширены от наркотика.
Вот угораздило, подумал Хан, явиться к толстобрюхому, когда тот под спайсом...
— Здравствуй, Джабба, — с расстановкой произнес он. — Это я, Хан.
Джабба несколько раз моргнул, и ему наконец-то удалось сфокусировать зрение.
— Хан! — пророкотал глава Десилиджиков. — Где ты пропадал? Я ждал тебя на прошлой неделе!
— Собственно, об этом я и хотел поговорить, Джабба. Слушай... это не моя вина...
Джабба непонимающе моргнул.
— Хан, мальчик мой... о чем ты говоришь? Где мой груз глиттерстима?
Кореллианин сглотнул.
— Ах да, груз... Джабба, знаешь... они, похоже, устроили западню! Имперцы подкараулили меня и...
— Мой спайс у таможенников? — проревел Джабба так громко и внезапно, что Хан непроизвольно отшатнулся. — Как ты мог, Соло?
— Нет! Нет-нет, Джабба! — крикнул Хан. — Он им не достался! Честное слово, у них ничего на тебя нет, ничего! Но... чтобы таможенникам ничего не досталось, мне пришлось сбросить груз. Я записал координаты, но сразу они от меня не отвязались. А когда я вернулся за спайсом... он пропал, Джабба.
— Мой спайс пропал, — печально возвестил Джабба зловеще тихим голосом.
— Да, но... Послушай, Джабба, не волнуйся. Я заглажу вину, обещаю. Мы с Чуи все отработаем, мы выплатим тебе его стоимость, не волнуйся. Ты же знаешь, мы все сделаем. Сказать по правде, Джабба, у меня такое чувство, что все это кто- то подстроил, понимаешь? Кто еще, кроме тебя и Морута Дула, знает, что я был на Кесселе?
Джабба оставил вопрос без внимания. Часто моргая, он несколько раз затянулся из кальяна. Потом протянул руку, выхватил червяка из наполненной жидкостью сферы и отправил извивающееся существо в рот.
— Хан... Хан, мой мальчик, ты знаешь, я люблю тебя, как сына, — проговорил он медленно и недобро. — Но бизнес есть бизнес, и ты нарушил мое главное правило. Я не могу сделать для тебя исключение только потому, что хорошо к тебе отношусь. Этот груз обошелся мне в двенадцать тысяч четыреста кредитов. Верни мне спайс или деньги до истечения десяти дней — или последствий тебе не миновать.
Хан облизнул губы.
— Десять дней... но, Джабба...
Соединение резко прервалось, и Хан изможденно упал в пилотское кресло.
«Ну и что мне делать?»

 

 

Шесть дней спустя, безуспешно попытавшись вытрясти деньги из своих должников, Хан вернулся на Нар-Шаддаа. Теперь ему придется занять денег у друзей, хотя он и терпеть не мог прибегать к этому последнему средству.
Оказалось, что кто-то уже разболтал о его памятном забеге по Дуге — вероятно, какой-то имперский офицер или солдат, участвовавший в погоне. Его собратья-контрабандисты смотрели на Соло со смесью восхищения и сочувствия.
Восхищения — потому что он установил новый рекорд на Дуге Кесселя, а сочувствия — оттого что печальные новости были всем известны: Джабба крайне недоволен своим бывшим любимцем.
Шуга где-то носило, и Хану оставалось только выругаться от беспомощности. Будь он сейчас на луне, Шуг смог бы ему помочь, хотя это и нанесло бы серьезный урон его финансам.
Хан пытался наскрести хотя бы пару тысяч кредитов по старой дружбе. Но новости о произошедшем на Илизии уже растеклись повсюду, и некоторые при виде Соло просто отворачивались.
Наконец Хан отправился к Лэндо. Не хотелось ему этого делать, но другого выхода не оставалось.
Он постучал, и из-за двери донесся сонный голос:
— Кто это?
— Лэндо, это я, — назвался он, — Хан.
Послышались шаги, дверь резко распахнулась, и, прежде чем гость смог вымолвить хоть слово, с его челюстью поздоровался молниеносный кулак. Пролетев по коридору, кореллианин ударился о стену и сполз вниз.
Он потирал челюсть, пытаясь прогнать пляшущие перед глазами пятна, когда над ним навис Лэндо.
— Ты, должно быть, величайший наглец во всей Галактике, если пришел сюда после того, что устроил на Илизии! — заорал он. — Тебе повезло, что я сразу же не пристрелил тебя, подонок и лицемер!
— Лэндо... — выдавил Хан. — Клянусь, я не знал о том, что она планировала. Клянусь...
Еще бы! — усмехнулся Лэндо. — Разумеется, ты не знал!
— Пришел бы я сюда, будь я в этом виноват? — пробормотал Хан. Челюсть плохо его слушалась и, кажется, начала отекать. — Лэндо... она и меня оставила с носом. Я ничего не получил. Ничего!
— Я тебе не верю, — холодно заявил игрок. — А если бы и поверил, то только порадовался бы! Вы друг друга стоите!
— Лэндо, — произнес Хан, — я потерял груз спайса, который вез для Джаббы. Я в отчаянии. Мне нужно занять...
— Что? — Лэндо схватил Хана за грудки, вздернул на ноги и впечатал в стену, приблизив его лицо почти вплотную к своему. — Ты пришел просить меня дать в долг?
Хан с трудом кивнул.
— Я все верну... честно...
— Вколоти в свою башку, Соло, — прорычал Лэндо. — Мы были друзьями в прошлом, поэтому я не сделаю того, что ты полностью заслуживаешь, и не оторву тебе голову. Но не смей еще хоть раз приблизиться ко мне!
Повторно швырнув гостя в стену, Калриссиан отпустил его. Хан снова сполз на пол, а игрок стремительными шагами скрылся в квартире. Дверь с грохотом закрылась, и кореллиа- нин услышал щелчок замка.
Медленно и мучительно Хан поднялся на ноги. Челюсть дрожала, и он чувствовал привкус крови.
«Значит, вот оно как, — подумал он, таращась на закрытую дверь. — И что теперь?»

 

 

— Мы ведь уже не выберемся?
Брия Тарен не стала отвечать на едва слышный вопрос. Укрывшись за грудой камней, она вынула из бластера израсходованную энергообойму. Вернее, попыталась это сделать. Обойму заклинило. Осмотрев оружие, она обнаружила, что из-за непрерывной стрельбы крепление расплавилось и вынуть пустую ячейку уже невозможно.
Она вполголоса выругалась и подползла к телу, лежавшему неподалеку. Черты Джейса Паола застыли в злом, сосредоточенном напряжении. Смерть настигла его в бою, как он и мечтал. Она начала вытаскивать его оружие из-под тела, но быстро поняла, что оно тоже оплавлено и, следовательно, бесполезно.
Оглядев жалкие остатки эскадрильи Красной руки, Брия крикнула:
— Кто-нибудь, прикройте меня. Я поищу себе оружие.
Джоаа’н подняла вверх большой палец:
— Слушаюсь, коммандер. Здесь пока тихо.
— Отлично.
Отбросив ненужный бластер, командир повстанцев осторожно высунулась из-за гряды и незаметно скользнула в сторону. Она не рискнула подняться на ноги, не зная, выдержит ли ее раненое бедро. Вместо этого она на четвереньках проползла в пробитую дыру в стене полуразрушенного имперского центра связи, где они держали последнюю линию обороны.
В нескольких метрах от нее лежал имперский солдат. В нагрудной пластине его брони еще дымилась дыра.
Брия подползла и сняла с него оружие и запасные обоймы, мельком заметив, что солдат успел израсходовать все гранаты, прежде чем погибнуть. «Жаль... Пара гранат мне бы не повредила...»
У Брии возникла мысль забрать его нательную броню, но зачем? Ведь солдата эти доспехи не спасли...
Здесь, за разрушенными стенами имперского центра связи, на закрытой планете Топрава, слышно было лучше. И дышалось легче. Гарь битвы уносил прохладный ночной бриз. Укрывшись за упавшим блоком пермакрита, Брия рискнула на секунду снять шлем и вытереть измазанное лицо. Она с удовольствием вдохнула легкий ветер, овевавший влажные волосы. Девушка не чувствовала такого ветра с тех пор, как была на Тогории...
«Где ты, Хан? — в который раз подумала она. — Что сейчас поделываешь?»
Узнает ли он когда-нибудь, что с ней станет? Важно ли это для него? Может быть, он до сих пор ее ненавидит. Она надеялась, что нет, но не могла знать наверняка...
Брия вспомнила тот день на Илизии. Если бы все сложилось иначе... Но будь у нее возможность все повторить, поступила бы она по-другому? Она с грустью улыбнулась. Вероятно, нет... Собранные деньги пошли впрок и напрямую привели к тому, что ей доверили это задание. Торбул и другие вожаки повстанцев выслали разведотряд на Раллтиир и обнаружили, что Империя передает важнейшие планы своего нового секретного оружия в инфоцентр на Топраве.
Торбул был откровенен с ней, обсуждая это задание, и дал понять, что возвращения им никто не гарантирует.
Брия знала, на что идет, но вызвалась добровольно. Для этой работы нужны были лучшие, и она не сомневалась, что ее отряд справится.
И они справились...
Это был крупнейший рейд сопротивления против Империи за все время его существования. Тщательно скоординированное нападение, направленное на перехват планов новейшего стратегического оружия. Брия не знала всех подробностей, но ей было поручено захватить имперский центр связи на Топраве и удерживать его, пока техники-связисты будут передавать украденные планы на курьерский корабль повстанцев — кореллианский корвет, который «случайно» окажется в этой закрытой звездной системе.
Когда Торбул сообщил Брии, что Альянсу требуются добровольцы, чтобы сопроводить разведчиков на Топраву и сдерживать имперцев, пока связисты будут выполнять свою работу, Брия согласилась без раздумий.
— Красная рука возьмется за это, — заявила она. — Мы все сделаем.
Она окинула взглядом место побоища, неясно освещенное уличными огнями. Тела, перевернутые машины, сломанные спидеры... Здесь повсюду царил беспорядок.
Брия вспомнила об Илизии. Тот хаос был еще более грандиозным... И она гордилась, что приложила к нему руку. Поглядев в небо, она подумала о «Возмездии». Они потеряли с ним контакт, и Брия опасалась худшего.
«Пора возвращаться к работе», — решила она и поползла обратно к разрушенному центру связи.
Позади послышался глубокий гул тяжелых репульсорных машин. Брия выглянула из-за стены. Над пермакритом разгромленной площадки парил массивный четырехугольный объект, тускло отсвечивающий броней. Имперский тяжелый броненосец типа «Летающая Крепость» сел за останками коммуникационно-сенсорной башни, готовясь к очередной атаке на эскадрилью Красной руки... или то, что от нее осталось.
Брия быстро переползла обратно, чтобы сообщить об этом своим солдатам.
— Слушайте, бойцы, — объявила она единицам выживших, укрывшимся за баррикадой. Она начала раздавать энергообоймы, распределяя их поровну. — Враг наступает. Мы должны глядеть в оба и сдерживать их как можно дольше.
Не говоря ни слова, они кивнули и приготовились обороняться. Брия гордилась ими. Профессионалы. Преданные делу профессионалы.
На этот раз все кончится быстро, подумала она, выбирая позицию за баррикадой.
— Отряд... — вслух спросила она, — у всех есть «снотворное»?
Послышались приглушенные подтверждения. Брия проверила свое собственное: крошечная пилюля была прикреплена к воротнику формы. Нужно было просто повернуть голову и достать ее языком. Никогда не знаешь, будут ли у тебя действовать руки.
«Давайте же, — мысленно позвала она имперцев. — Невежливо томить нас в ожидании».
Имперцам было неведомо, что они опоздали. Красной руке удалось сдержать напор их войск на внешнем периметре, пока связисты передавали планы на курьерское судно. Они едва успели — имперцы разрезали передающую башню надвое через несколько секунд после окончания сеанса связи, но Брия собственными глазами видела подтверждение с «Тантива-4»: «Передача завершена».
Прежде чем датчики были отрезаны, Брия успела заметить изображение имперского звездного разрушителя, который нагонял блокадопрорыватель повстанцев. Успел ли курьер уйти? Узнать ей было не дано...
Брия задумалась о том, что именно содержалось в передаче, но и это останется для нее тайной за семью печатями. Она и ее люди и так знали слишком много, поэтому просто не могли сдаться живыми.
«Едва ли имперцы будут брать сегодня пленных», — подумалось ей.
Девушка наклонилась проверить повязку на бедре, и солдат рядом с ней повторил тот же тихий вопрос, на который она отказалась ответить раньше:
— Мы отсюда уже не выберемся... да?
Брия всмотрелась в его бледное лицо под побитым шлемом, округленные глаза. Ск’кот был хорошим солдатом, преданным ей, преданным делу. Но он был так молод...
И все же он заслуживал прямого ответа.
— Нет, мы не выберемся, Ск’кот, — ответила Брия. — И ты это знаешь. Имперцы сбили наши корабли. Возврата нет. Даже не будь у нас приказа удерживать центр до последнего, нам некуда отсюда деться. Даже если мы прорвемся — у нас нет транспорта. — Она криво улыбнулась и кивнула на раненую ногу. — Я бы выглядела очень глупо, если бы поскакала отсюда на одной ноге, не правда ли?
Он кивнул, и его лицо мучительно исказилось.
Она пристально посмотрела на юнца.
— Ск’кот... нам нельзя сдаваться в плен. Ты ведь это понимаешь?
Он снова кивнул, потом достал свое «снотворное» и прикрепил к воротнику, как это сделала Брия.
— Да, командир. Я понимаю.
Голос его дрожал, но руки держали карабин уверенно.
Он наклонился к ней, не желая, чтобы услышали другие.
— Коммандер, я... Я не хочу умирать.
Признание, казалось, лишило его сил, и он затрясся.
— Помоги мне с повязкой, Ск’кот, — попросила она. — Затяни покрепче. — Пока солдат затягивал на ране повязку, его движениям вернулась уверенность.
— Еще крепче! — велела она, и он со всей силы натянул бинты. Вспышка боли пронзила девушку, несмотря на принятое обезболивающее, которое позволяло ей переносить ранение.
— Вот теперь порядок.
Юноша опустился рядом с ней. Брия обняла его за плечи, как младшего брата, и наклонилась к нему:
— Я тоже не хочу умирать, Ск’кот. Но я не могу допустить, чтобы Империя победила. Я не хочу, чтобы хороших людей убивали, или забирали в рабство, или душили налогами, не давая возможности прокормить семью и вести достойную жизнь. Не хочу, чтобы над ними издевался какой-нибудь имперский мофф, вставший утром не с той ноги.
Последней фразе Ск’кот улыбнулся.
— Не беда, что мы не выберемся отсюда, верно, Ск’кот? Мы погибнем, выполняя нашу работу, потому что они... — она качнула головой в сторону погибших товарищей, — выполнили свою. Мы не можем их подвести, верно?
— Верно, командир, — подтвердил солдат.
Брия крепко обняла его, грустно улыбаясь, и он ответил тем же. Его перестало трясти.
В этот момент Джоаа’н, ведущая наблюдение, крикнула:
— Идут!
Брия сдвинулась в сторону, подталкивая Ск’кота к его позиции. Быстро заглянув в просвет между камней, она отдала необходимые приказы.
— Джоаа’н, сиди тихо и держи ракетницу наготове. Когда они нас засекут, попробуй высунуться и подбить эту «Летающую Крепость». Ясно?
— Слушаюсь, коммандер!
После того как начнется пальба, не забывайте перемещаться, иначе они вас вычислят. Все готовы?
Хор утвердительных возгласов. Брия взяла позаимствованный карабин и проверила заряд. Вставив обойму, подумала: «Прощай, Хан...»
В проеме стены что-то мелькнуло. Брия сделала глубокий вдох.
— Огонь!

 

 

«Ну и дыра этот Татуин! — подумал Соло, пробираясь вместе с Чуи по темным ночным переулкам. — Джейлус Небл был прав...»
Контрабандисты заявились сюда всего несколько часов назад. Хан решил, что единственный способ уговорить Джаббу продлить выплату долга — поболтать с ним лично. Но положение его было не слишком многообещающим. Пока что ему не удалось связаться с Джаббой и попросить аудиенции. На посадочном причале номер 94, где он посадил «Сокол», ему повстречался родианец Гридо. Этот оболтус пытался вытрясти с Хана деньги, заявив, что Джабба назначил за кореллианина награду.
Словно в ответ на мысли напарника, Чубакка негромко заметил, что на улицах ходят слухи, будто этот Гридо водится с бывшим охотником за головами, неким Свиномордом Гоа.
Соло фыркнул.
— Чуи, ты знаешь не хуже меня, что, наняв этого болвана, Джабба просто дает нам ненавязчивый намек. Если бы он действительно желал моей смерти, то нашел бы кого-то более пригодного для этой работы. Гридо свои уши сам не отыщет.
Чубакка фыркнул. Он также был невысокого мнения о родианце.
У Хана осталось немного денег, и он решил попробовать себя в местных азартных играх. Может быть, ему удастся выиграть достаточно, чтобы заплатить часть долга и на время успокоить Джаббу, а потом как-нибудь наскрести остальное...
Они вошли в «Логово крайт-дракона» и остановились, оглядываясь по сторонам. В углу, по всей вероятности, вовсю шла партия в сабакк.
Подойдя ближе, кореллианин внимательнее пригляделся к одному из игроков, худощавому рыжеволосому человеку с правильными чертами лица.
— Здорово! — воскликнул Хан. — Мир тесен! Как жизнь, Дэш?
Дэш Рендар поднял глаза и настороженно улыбнулся кореллианину.
— Привет, Соло! Здравствуй, Чубакка! Давно не виделись. Что там приключилось с вами, прохвостами, на Илизии?
Хан застонал в голос. Дэш Рендар кивнул на пустые стулья, и контрабандисты сели.
— Я в игре, господа, — объявил Соло, выгребая горсть кредитов. — Чуи, будешь играть?
Вуки покачал головой и направился к бару за напитками. Хан воззрился на Рендара.
— Дэш, как ты узнал о рейде на Илизию?
После такого обращения, какое он встретил на Нар-Шаддаа, приятно было найти хоть кого-то, кто не чурался с ним разговаривать.
— Неделю назад я пересекся с Зином Эфитом и Катей М’Беле, и они мне рассказали, — поведал Рендар, раздавая карты. — Говорят, те повстанцы, что были при них, обошлись с ними честно, но те, что с тобой, всех надули. Это правда?
Хан кивнул.
— Сущая. Они надули и меня тоже, а мне никто не верит. — Он поморщился. — Но я не лгу. Джабба готов объявить заказ на мою голову из-за того, что я не могу выплатить долг.
Рендар пожал плечами.
— Да, не повезло, — хмыкнул он. — Что до меня, то я дал зарок никогда не впутываться в дела этих повстанцев.
— Я все время следовал этому принципу, — пробурчал Хан. — Но предложение казалось таким заманчивым...
— Да, Катя и Эфит были весьма довольны. Они теперь швыряются деньгами, как сеном для банты, — поделился Рендар.
Игра длилась всего несколько минут, а Хан уже проигрывал. Тут он почувствовал, как кто-то дергает его за рукав. Кореллианин опустил голову и увидел стоящую рядом маленькую чадра-фэнку.
— Что?
Она что-то пропищала ему, и Хан нахмурился. Он не был силен в ее языке.
— Кабе говорит — кто-то снаружи хочет тебя видеть, — перевел Рендар.
«Джабба! Джабба наконец-то получил мою весточку, — обрадовался контрабандист. — Он прислал кого-то за мной. Мне нужно покумекать с ним и все уладить...»
Хан бросил карты и встал, сделав знак Чуи оставить напитки.
— Ладно, играйте без меня. Может, я позже вернусь.
Положив руку на рукоять бластера, Хан вместе с вуки вышел за проводницей через боковую дверь в переулок. Они постояли там секунду, оглядываясь по сторонам, но никого не увидели.
Внезапно Чубакка развернулся и издал громкий рык.
«Это ловушка!» — в тот же миг понял капитан.
Он схватился за бластер, но, прежде чем смог его вытащить, услышал хорошо знакомый голос:
— Тихо, Соло. Брось оружие. И скажи своему другу: если шевельнется, вы оба покойники. Мне не помешает лишний скальп вуки в коллекции.
— Чуи! — резко произнес Хан. — Не двигайся! — Он медленно вынул бластер и бросил в пыль.
— Повернитесь оба. Медленно.
Кореллианин и вуки подчинились.
В тускло освещенном переулке стоял Боба Фетт. Хан не сомневался, что ему не жить. Джабба наконец-то решил нанять настоящего охотника, дабы удостовериться, что работа не будет сделана через пень-колоду. Контрабандист напрягся, но выстрела не последовало. Вместо этого до его слуха донесся искусственно отфильтрованный голос:
— Расслабься, Соло. Я не на работе.
Хан расслабляться не стал, но с изумлением углядел, что Фетт бросает Кабе кредит. Коротышка прыгнула вперед, схватила его и с радостным щебетом скрылась в темноте.
— Ты не на работе? — повторил Хан. Чубакка был удивлен не меньше напарника.
— Джабба сказал Гридо, что на тебя есть заказ, — передал ему Фетт. — Использует этого дурачка, чтобы не давать тебе спокойной жизни. Как напоминание, что он ждет денег. Если бы Джабба хотел твоей смерти, сам знаешь, кого бы он нанял.
— Да, — кивнул Хан. — Ты прав. — Он помедлил. — Так зачем ты здесь?
— Дал кое-кому обещание, а я всегда держу слово.
Хан нахмурился.
— О чем ты?
— Она мертва, — пояснил Боба Фетт. — Обещал ей, что, если она умрет, сообщу об этом ее отцу, чтобы он не провел всю жизнь в ожидании. Но она так и не назвала мне его имя. И я решил сказать тебе, чтобы ты передал весть Тарену.
— Мертва? — прошептал Хан онемевшими губами. — Брия?
— Да.
Хан чувствовал себя так, словно его ударили под дых. Чубакка сочувственно взвыл и положил лохматую лапу на плечо друга. Несколько долгих секунд Хан стоял, борясь с раздирающими его эмоциями. Скорбь была сильнее. Скорбь и раскаяние...
— Мертва, — глухо повторил он. — Как ты узнал?
— У меня есть доступ к имперским инфосетям. Брия Тарен умерла полтора дня назад. Имперцы подтвердили ее личность. Ее отряд держал оборону во время какой-то операции разведки.
Хан сглотнул.
«Не говори мне, что она погибла напрасно!»
— Они достигли своей цели?
— Не знаю, — ответил безучастный голос. — Кто-то должен сказать ее отцу, Соло. Я дал ей слово... и я всегда держу его.
Хан сумрачно кивнул.
— Я все сделаю, — пообещал он. — Ренн Тарен меня знает. Это будет для него большим ударом... Он снова сглотнул, и это отозвалось в груди болью. Чуи негромко завыл.
— Хорошо, — кивнул Фетт, отступая в тень.
Мгновение спустя Хан и Чубакка остались одни. Кореллианин медленно нагнулся и подобрал бластер. На него нахлынули воспоминания о Брии...
«Думала ли ты обо мне, милая? — размышлял он. — Надеюсь, это случилось быстро и безболезненно...»
Медленно повернувшись, Хан вместе с Чубаккой вышли на улицу. Ему нужно было найти кого-то, кто одолжит ему передатчик... Ему предстояло отправить очень важное сообщение.

 

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий