Трилогия о Хане Соло

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
ПОСЛЕДНИЙ ПОЛЕТ ДО КЕССЕЛЯ

Соло, не смея верить глазам, смотрел па обращенный на него бластер.
— Брия, что ты делаешь?
— Мне нужно все это, Хан, — сказала она. — Не для себя, для сопротивления.
Она сделала знак повстанцам. Те подошли и, взяв репульсорную тележку Хана, начали грузить па нее коробки.
Хан, еще не пришедший в себя, проводил взглядом первую партию сокровищ.
— Брия... — хрипло проговорил он, — ты не можешь. Так нельзя. Ты... ты хочешь разыграть меня, да?
— Прости, Хан. Я должна забрать все. Все, что мои люди смогут унести с этой несчастной планеты. Весь обработанный спайс, все оружие, все сокровища. Я знаю, это нечестно, но я не могу поступить иначе.
— Другие командиры тоже так сделали, Брия?
— Нет, насколько я знаю, — ответила она. — Но именно я получила сообщение прошлой ночью, Хан. Разведка обнаружила, что у Империи в производстве какой-то масштабный проект. Действительно масштабный. Настолько большой, что от этого может зависеть судьба целых миров. Мы должны выяснить, что они задумали, и для этого потребуются деньги... много денег. Взятки, наблюдение, войска... и не только. Я лишь надеюсь, что собранного с Илизии будет достаточно.
Хан облизнул губы.
— Я думал, ты любишь меня. Ты говорила, что любишь.
Следующая партия груза скрылась за дверью. Хан проводил ее взглядом, борясь с желанием застонать. Чуи с этим желанием бороться не стал.
Брия вздохнула и покачала головой.
— Да, я люблю тебя, — тихо промолвила она. — Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Пойдем со мной, Хан. Ты не сможешь сейчас вернуться на Нар-Шаддаа. Пойдем со мной, и мы будем вместе сражаться против Империи. Ты, я и Чуи. Мы будем отличной командой. Всем приходится идти на жертвы, и мы внесли свою лепту, пожертвовав сокровищем. Ты лее не думаешь, что я оставлю что-то из этого для себя?
Хан мотнул головой. Голос его был полон горечи.
— Не думаю, Брия. Ни на миг. - Он прерывисто вздохнул. — Брия... Я любил тебя.
Ее лицо исказилось в муках от последних слов. «Любил».
— Хан, я люблю тебя! Люблю! Но не могу допустить, чтобы из-за тебя подвергся опасности Альянс! Этот налет был проверкой, и мы ее прошли! Другие ячейки сопротивления увидят, на что мы способны! Хан... мы захватили целую планету. Этот рейд войдет в историю восстания, я просто уверена!
— Да. Как рейд, в котором Брия Тарен обманула тех, кто ей доверился. Включая человека, которого, по ее словам, она любила.
Слезы наполнили ее глаза и покатились по щекам. Она отступила в сторону, пропуская солдат с очередной партией сокровищ.
— Хан... пожалуйста, прошу тебя... пойдем со мной. Ты прирожденный лидер. Тебе не нужно будет жить как преступнику. В Альянсе ты сможешь стать офицером. Нам платят деньги! Не много, но все-таки на жизнь хватит! Прошу тебя, Хан!
Он смерил ее холодным взглядом. Она вздрагивала от рыданий, и Джейс Паол подошел и забрал бластер из ее руки.
— Мы загружаем последнюю партию груза, коммандер.
Она кивнула и вытерла глаза рукавом, попытавшись взять себя в руки.
— Пожалуйста, Хан. Я понимаю, ты сейчас зол. Просто... пошли мне сообщение. Джабба знает, как со мной связаться. Прошу тебя, Хан.
— Ты получишь сообщение, — пообещал Хан. — Помнишь все, что я сказал тебе тем вечером в «Синем свете»? Так все это правда, а я, болван, поверил тебе снова. — Он залез во внутренний карман и вынул сложенный клочок бумаги. — Узнаешь?
Она сосредоточила взгляд на предмете в его руке, подошла ближе и, кивнув, отступила. Ее застывшее лицо было бледным.
— Да...
— Так вот, я, идиот, таскал это с собой все эти годы, — прорычал Хан. — По сегодня меня уже не проведешь, сестрица. Ни одной женщине больше не удастся меня окрутить. Никогда.
Медленными решительными движениями он порвал бумажку на мелкие кусочки и просыпал на пол сквозь пальцы.
— Залезай в корабль и убирайся отсюда, пока можешь, Брия. Если ты еще хоть раз мне попадешься, я пристрелю тебя при первой же возможности.
Она смотрела на него в остолбенении, пока Джейс не тронул ее за руку:
— Коммандер, мы закончили погрузку.
— Ясно, — сказала она тихим дрожащим голосом. — Хан... Прости меня. Я всегда буду любить тебя. Всегда. У меня никогда не было никого, кроме тебя, и никогда не будет. Прости...
Паол положил ей руку на плечо и сказал Хану:
— Я оставляю тебе одну коробку и твою тележку, Соло. Советую не тратить время попусту. Заряды сработают через тридцать минут.
Паол медленно вышел за дверь, держа Хана и Чубакку на прицеле. Повстанцы возле челнока тоже продолжали целиться в кореллианина и вуки.
Хан стоял неподвижно, наблюдая за тем, как взлетает челнок.
Потом он глубоко и прерывисто вздохнул. Ему было горько и больно. Еще один вздох — ничего не изменилось. Глаза щипало, и он закусил губу, чтобы боль помогла ему вернуть контроль над разумом.
— Чуи, — окликнул он, — отличный был денек, не находишь?
Вуки тоскливо и сочувствующе проскулил.
— Ну что ж, будем пошевеливаться, — решил Хан. — Знаешь что, пробегись-ка по комплексу. Может быть, они уронили какие-то коробки с глиттерстимом или еще что. Только за временем следить не забывай. А я проверю комнаты Тероензы. Думаю, у него там найдется что-нибудь ценное. Встретимся здесь через семнадцать минут.
Вуки утвердительно зарычал и сорвался с места.
Обшарив сокровищницу и покои Тероензы, Хан обнаружил кое-какие остатки спайса и, кроме них, — всхлипывающего Ганара Тоса. Хан холодно посмотрел на старого гуманоида.
— Тебе повезло, что ты на ней не женился, — бросил он. — Мотай отсюда, Тос. Здание взлетит на воздух через пятнадцать минут.
Напоминая насекомое, дряхлый зисианец поспешно заковылял из комнаты. Хан презрительно фыркнул и продолжил обыск.

 

 

Вынося к «Соколу Тысячелетия» мешок мелких трофеев, Соло поискал глазами Чубакку. «Поторапливайся, коврик», — мысленно попросил он.
Кореллианин забрался на корабль, чтобы разогреть двигатели, и только тогда услышал рев Чуи, требующего, чтобы напарник вышел и посмотрел его находку!
У Хана подскочило сердце.
Неужто ящик глиттерстима?
Он выпрыгнул из корабля... и застыл в недоумении. Чубакка стоял, окруженный горсткой большеглазых детей, оборванных, тощих и напуганных. Младшего он держал в лапах. Остальным восьмерым было от четырех до двенадцати лет.
Хан уставился на них:
— Что? Откуда они здесь?
Чубакка объяснил, что услышал всхлипы в глубине дормитория, когда обыскивал брошенные здания. Вероятно, это дети паломников, брошенные своими полоумными родителями после налета.
Все дети были человеческой расы, и Хан догадался, что они кореллиане. Он застонал в голос.
— Чуи! Я же велел найти какие-нибудь ценности!
Чубакка возмущенно заявил, что дети и есть ценность.
— Только если мы продадим эту мелочь в рабство, — про- бухтел Хан.
Чуи обнажил зубы и зарычал в ответ. Кореллианин поднял руки.
— Да пошутил я, пошутил! Ты же знаешь, я рабами не занимаюсь! Но что мы будем с ними делать?
Чубакка заметил, что до взрыва зданий осталось меньше пяти минут и это не лучшее время для обсуждения планов.
Хан нахмурился.
— Ладно, народ. Давайте на борт. Ну же, бегом. Думаю, у нас найдется что-то съестное...
Через две минуты «Сокол Тысячелетия» взмыл в воздух, и Хан сделал круг над колонией. Одно за другим здания расцветали огненными шарами. Несколько часов спустя от них не останется ничего, кроме обгорелых останков, да и те вскоре поглотят джунгли...

 

 

Дурга, господин Бесадии, не веря своим глазам, взирал на ночную сторону Илизии сквозь иллюминатор яхты. Ослепительные вспышки света были различимы даже из космоса. Вокруг бывших колоний полыхали обширные лесные пожары, разносимые постоянными ветрами.
Там были выжившие, Дурга не сомневался. Сдавшиеся солдаты подразделения «Сверхновая»... старик Ганар Тос. Они связались с Дургой через портативные коммуникаторы, которые им удалось раздобыть. К тому моменту, когда яхта достигла орбиты, эфир уже оглашался их воплями о помощи. Но фабрики и склады... от них не осталось ничего, кроме пылающих руин.
Исчезло все... Дурга не мог в это поверить. За одну ночь, за каких-то несколько часов...
Все исчезло.
Дурга медленно вздохнул, думая о звонке от принца Ксизора, полученном лишь несколько минут назад. Приятный, ободряющий звонок, напомнивший Дурге, что он в любом случае обязан заплатить «Черному солнцу», но в свете происшествия принц будет рад обсудить новые условия оплаты. Глава «Черного солнца» дал понять, что с удовольствием помог бы Бесадии восстановить илизианские предприятия.
«Нет, — решил Дурга. — Только не снова...»
Во-первых, повстанцы забрали тысячи паломников, и разведка Ксизора сообщала, что им, по всей вероятности, удалось найти «лекарство» для лечения зависимости от Возрадования. Если столько паломников расскажут об Илизии правду, новые желающие повторить их путь едва ли сыщутся.
Ну а т’ланда-тиль, которого Зир нанял на должность верховного жреца, хватило одного перепуганного взгляда на планету, чтобы наотрез отказаться принимать участие в этом предприятии.
«Нет, — подумал Дурга. — В следующий раз я пойду другим путем».
И этот следующий раз, безусловно, настанет. Он найдет новый способ обогатить Бесадии. И если ему, Дурге, придется пойти в услужение к принцу Ксизору — что ж, тогда он поднимется на самую вершину «Черного солнца»!
Сначала он станет виго. А потом... может быть, бросит вызов самому фаллиину. Или даже Императору. Дурга не сомневался в своих способностях и счел, что управлять имперским космосом может не хуже прочих...
Хатт бросил взгляд на сувенир этого кошмарного дня. Длинный окровавленный рог. Наконец-то Арук отомщен, подумал он. Да упокоится он с миром...
Властелин хаттов включил внутреннюю связь, и пилот немедленно откликнулся на его вызов.
— Забрать войска наемников, — приказал Дурга. — Курс на Нал-Хатту. Здесь делать больше нечего. Отправляемся домой.
— Слушаюсь, ваше превосходительство, — ответил пилот.
Дурга откинулся на спинку сиденья и вздохнул. Взяв в руки рог Тероензы, он задумчиво погладил его и начал строить планы на будущее...

 

 

Хан Соло и Чубакка продолжали спорить о дальнейшей судьбе кореллианских сирот, когда спустя шесть часов при выходе из гипериространства система связи оповестила их о вызове.
Чуи настаивал, что они должны везти детей на Кореллию, где о них смогут позаботиться семьи. Хан возражал, что это будет тратой топлива и времени.
— Высадим их в космопорту любого цивилизованного мира, и кто-нибудь за ними присмотрит, — предложил он.
Чубакка ответил, что, сам будучи отцом, считает единственно правильным доставить детей на родину.
Капитан сверкнул глазами на вуки и включил связь, чтобы принять сообщение. Над приборной панелью возникло изображение Джаббы Хатта.
— Хан, мой мальчик!
— Здорово, Джабба, — буркнул Хан. — Чего тебе?
Джабба слегка нахмурился от неприветливости кореллианина, но тут же забыл об этом.
— Хан, я тебя поздравляю! Рейд прошел блестяще! Я очень рад!
— Потрясающе, — мрачно сказал Хан. — Ты ради этого делал межзвездный вызов?
— Да нет же, Хан, — рассмеялся Джабба. — У меня есть груз спайса, и я хочу, чтобы ты забрал его у Морута Дула на Кесселе. Доставь его на Татуин немедленно, хорошо? Сделка заключена, спайс оплачен.
— Ладно, Джабба, — согласился контрабандист. — Моя обычная доля?
— Конечно, конечно, — прогрохотал Джабба. — И возможно, хорошая надбавка, если управишься быстро.
— Уже лечу, Джабба.
— Чудесно, мой мальчик. — Гангстер задумчиво оглядел кореллианина. — И, Хан... отдохни немного после этого. Ты выглядишь довольно потрепанным.
— Верно, Джабба. Так и сделаю.
Он завершил соединение и нахмурился.
— Дожили. Кучка ноющих детей, и я должен тащить их с собой на Дугу. Уж не пора ли мне задуматься о том, чтобы покончить с контрабандным ремеслом, а, Чуи?
Единственным комментарием Чубакки было заявление, что, пока они будут на Кесселе, нужно будет найти молоко траладона и хлеб для бутербродов.
Хан ответил громким стоном...

 

 

Двенадцать часов спустя, с грузом спайса, тщательно упрятанным в потайных подпалубных отсеках, «Сокол Тысячелетия» снялся с поверхности Кесселя. Предоставив Чуи раздавать детям еду, Хан направил корабль к Утробе, постоянно сверяясь с курсом. Внезапно на панели управления замигал сигнал, предупредивший, что прямо по курсу таможенный корабль Империи.
— Чуи! Быстро сюда! — крикнул капитан, прибавляя скорость.
Через секунду вуки был в кабине.
— Пристегни этих клятых детей! — рявкнул Хан. — И двигай сюда! У нас два имперца на хвосте, гонка предстоит веселая!
Хан помчал быстрее, чем в тот день, когда они летали наперегонки с Саллой. Когда Чубакка вернулся в кресло второго пилота, Хан вдруг услышал позади какой-то сдавленный писк и, обернувшись, обнаружил мальчика, огромными глазами таращившегося на Утробу.
— Что ты здесь забыл? — бросил капитан.
Только сопливого мальца ему не хватало!
— Смотрю, — объяснил мальчишка.
— И тебе не страшно? — проворчал Соло, бросая «Сокол» в сторону, чтобы избежать выброса ионизированного газа от одного из скоплений черных дыр. Имперский корабль выстрелил, но порядочно промахнулся.
«Всю жизнь мечтал! Сейчас подстрелят вместе с этой ребятней!»
— Нет, мистер! — пропищал малыш. — Это здорово! А вы можете лететь еще быстрее?
— Рад, что тебе нравится, — пробормотал Хан. — Уж я-то постараюсь...
Он прибавил ходу, пронесшись мимо первого из скоплений черных дыр. От скорости все вокруг растягивалось и размывалось, словно они прорвались в гиперпространство. Хан еще ни разу так не разгонял «Сокол».
— Держись! — крикнул он, когда их едва не затянуло в гравиколодец черной дыры.
— Держусь! — эхом отозвался мальчишка.
Хан разразился маниакальным хохотом.
— Нравится, а? Смотри, как я уделаю это имперское корыто!
— Вперед! — крикнул мальчик. — Быстрее, капитан Соло!
— Как тебя звать-то, парень? — спросил пилот, облетев последний изгиб жутких колодцев Утробы по такой плотной дуге, что двигатели протестующе взвыли.
— Крисс П’теска, мистер.
— И тебе нравится быстро летать, ага?
— Еще как!
— Хорошо...
Хан молнией понесся в Бездну, чудом избегая встречных астероидов.
От имперцев он наконец оторвался. Таможенные корабли были теперь едва различимы...
Если бы уйти еще немного дальше...
Пот градом катился со лба вниз и щипал глаза, но Хан не сбавлял хода. Корабль таможни был уже далеко позади. Хан маневрировал среди астероидов, приближаясь к краю Бездны.
— Отлично, — пробормотал он. — Теперь только свалить отсюда и уйти на световую...
Чуи неожиданно взвыл и начал возбужденно тыкать в панель. Хан бросил взгляд на приборы и громко застонал.
— Вот зараза! Три имперца по периметру Бездны! Как специально дожидаются! Там еще и крейсер!
Мысли Хана лихорадочно заметались.
— Чуи, нам от них не удрать, — сообщил пилот. — И оружия у них больше. Но мы оторвались от того парня на хвосте, по крайней мере временно. Думаю, если мы пролетим еще немного вглубь Бездны, то можем сбросить груз — как ты проделал в тот раз с полковником Квиртом. После того как они обыщут «Сокол» и успокоятся, мы вернемся и заберем его. Что скажешь?
Чубакка был всецело согласен.
— Хорошо, принимай управление. Нужно проделать все очень быстро, — распорядился Хан. — Вот координаты.
Предоставив вуки следовать выбранным курсом, Хан поспешил в коридор к потайным отсекам. Крисс бежал по пятам.
— Дети, а ну-ка помогите, — попросил контрабандист, вытаскивая мотки проводов. Ребятня собралась в кружок и глядела на него во все глаза.
— Как вас зовут? — спросил Хан.
— Кати, мистер, — сообщила девочка лет двенадцати-тринадцати с длинной светлой косой. — Я помогу.
— Я Тим, — добавил ребенок помладше.
— Я Аэрон, — вставил темноволосый мальчик. — Я тоже помогу!
— Хорошо, — проворчал Хан, поднимая палубный настил. — Давайте отнесем эти бочки в правый шлюз и свяжем вместе.
Через две минуты спайс был готов к сбросу. Хан выгнал детей из шлюза и плотно закрыл его за собой. Пренебрегая стандартными процедурами разгерметизации и используя ручное управление, он распахнул внешние ворота и вышвырнул бочки со спайсом в пустоту.
— Чуи! — крикнул он. — Готово! Зафиксируй эти координаты!
Если повезет, Хан сможет отследить перемещение спайса и найти его снова после непродолжительного поиска. Сами бочки были изготовлены из сплава, который на достаточно близком расстоянии могли засечь датчики.
Вот и все, что он мог сделать в такой ситуации.
Соло вернулся в кабину и избрал такой курс, чтобы вырваться из Бездны примерно в том же месте, где его и ожидали встретить. На выходе из астероидного поля имперский сторожевик начал преследование. Хан покосился на Чубакку.
— Уфф, пронесло.
Прозвучал вызов, и Хан включил связь.
— Неопознанное судно, готовьтесь к досмотру, — произнес резкий голос, и в тот же миг Хан почувствовал рывок луча захвата. — Вызывает имперский легкий крейсер «Эксперт». Не оказывайте сопротивления — и мы не причиним вам вреда.
Вокруг Хана столпились дети.
— Ребята, я разберусь с ними, — пообещал он.
Через мгновение после стыковки имперцы уже были в шлюзе «Сокола Тысячелетия» и требовали впустить их внутрь. Хан вздохнул и вместе с вереницей детей направился к ним.
Во главе вооруженной до зубов команды проверяющих стоял сам имперский капитан.
— Капитан Тайберт Капукот, — представился лысеющий человек и с надменным видом взглянул на Хана Соло как на что-то нелицеприятное, — Капитан Соло, вы подозреваетесь в провозе контрабандного спайса с Кесселя. Я уполномочен обыскать ваш корабль.
Хан махнул рукой внутрь корабля.
— Ищите, — бросил он. — Мне нечего прятать.
Капукот хмыкнул и исхитрился посмотреть на Соло сверху вниз — притом что был на несколько сантиметров ниже кореллианина. Он отдал приказ проверяющим пройти на корабль.
— Обыщите каждый миллиметр, — приказал имперец. — Мне нужен этот спайс.
Хан пожал плечами и отошел в сторону.
Имперцы искали... потом еще искали... и искали снова. Хан и Чубайса морщились, слыша грохот то из главного салона, то с кормы.
— Эй! — протестовал пилот. — Я простой честный торговец! Я имперский подданный, и незачем устраивать погром на моем корабле!
— Честный торговец!.. — усмехнулся Капукот. — Если ты не вез спайс, то что же ты тогда делал?
Хан быстро поразмыслил.
— Я... э-э... вез этих детей на Кореллию. Видите ли, на планете работорговцев была спасательная операция, и... гхм... детей бросили на произвол судьбы. Вот я и забрал их с собой.
Капитан злобно уставился на Хана.
— Кореллия — там, — ледяным тоном объявил он, указывая назад.
Хан пожал плечами.
— Нужно было сделать остановку и купить еды. Правда, дети?
— Да! — пропищал малыш Тим. — Мы были голодные! Капитан Соло нас спас!
— Капитан Соло рисковал ради нас своей жизнью, — добавила Кати, отбросив назад длинную косу. — Он — герой.
— Он спас нас, — вставил Аэрон. — Мы чуть не взорвались.
Маленький Крисс подошел и, взяв Хана за руку, запрокинул голову на имперского капитана.
— Капитан Соло — лучший пилот во всей Галактике. Он уделает любое имперское коры...
Хану удаюсь вовремя закрыть парнишке рот ладонью.
— Кхм, — усмехнулся он. — Ох уж эти дети! Говорят, что в голову взбредет. Вы ведь семейный человек, капитан?
Капукот даже не подумал улыбнуться. Наконец досмотрщики вернулись, весьма раздосадованные.
— Сэр, мы ничего не нашли, — доложил один из них. -- Мы провели тщательный поиск, капитан.
Тайберт Капукот покраснел. Он постоял, подбирая слова, йотом наткнулся на пристальный взгляд Хана.
— Прекрасно, — объявил он. — Наш отважный герой капитан Соло утверждает, что вез этих детей на Кореллию. Такой благородный поступок заслуживает имперского конвоя. Следуйте на Кореллию, капитан. Мы сопроводим вас туда.
Хан открыл было рот, но передумал говорить и с усилием кивнул.
— Конечно. Идемте.
Путь до родины отнял у него большую часть дня. Хан бесился из-за того, что не может забрать спайс. Он знал, что, если с ним что-то случится, Джабба с пего три шкуры спустит. Бизнес есть бизнес, и милосердие хаттам неведомо...
Добравшись до Кореллии, он выяснил, что имперцы уже растрезвонили о его прибытии и их поджидала толпа репортеров. Хана и Чубакку осыпали поздравлениями, прославляя как героев, и только то обстоятельство, что Хан уже однажды получил «Кореллианские кровавые полосы», удержало благодарное правительство от награждения его еще одними.
Хан был в панике, ему хотелось вернуться в Бездну к выброшенному грузу. Наконец ему удалось распрощаться с детьми, которые, как он вынужден был признать, оказались весьма милыми, и он отправился восвояси свободным гражданином.
Кореллианин, выжимая максимум скорости, понесся к Бездне — и тем координатам, по которым он сбросил груз чистого глиттерстима. Последующие четыре часа он провел в поисках, прочесывая внешний край астероидного поля и все больше и больше выходя из себя.
— Он должен быть здесь! — стонал он, обращаясь к Чуи.
Но груза не было.
Хан поискал еще два часа, подключив дополнительные системы датчиков в помощь тем, что были на кабине. Внезапно донесся рев Чубакки.
— Иду! — крикнул капитан, бросаясь в рубку. Напарник указывал на экраны датчиков, на которых светились две точки, быстро идущие на сближение. Хан сверил идентификаторы кораблей и крепко выругался, хлопнув рукой по лбу.
— Твою налево! Еще имперцы! Ну почему все мне?
Он плюхнулся в кресло пилота и развернул корабль, направляя его обратно в Бездну. Чубакка вопросительно заревел, желая знать, почему они удирают, если у них все равно пет запрещенного груза.
— Ты что, не понимаешь? — зарычал Хан, увеличивая скорость, пока астероиды вокруг них не начали расплываться. — Они нашли наш спайс и знают, что ищем мы! Ты ж сам видел, что Капукот нам не поверил... Его рук дело! Эти каракатицы арестуют нас по подозрению в контрабанде и конфискуют «Сокол Тысячелетия»! И мы никогда не сможем его вернуть!
Он сделал лихой вираж, уклоняясь о г астероида размером с имперский разрушитель.
— Кроме того, — добавил он, — я не хочу, чтобы они снова потрошили корабль при обыске. Мы только что прибрали бедлам, который учинили Капукот и его ребята.
Хан и Чуи помчали через Утробу обратно к Бездне. Позади шли два имперских таможенных крейсера, преследуя их с непреклонной решимостью.
Капитан в безумном темпе колдовал над управлением, лавируя в астероидном ноле. В полном ужасе от действий напарника Чуи рассерженно зарычал.
— Заткнись, мохнатый! — рявкнул на него Хан. — Мне нужно сосредоточиться!
Вопли Чуи перешли в стоны... или уже молитвы? Хан был слишком занят, чтобы прислушиваться.
Они приближались к краю Бездны, направляясь прямо в Утробу.
— Чуи, мне придется побрить «Соколу» днище и надеяться, что эти имперцы не захотят иметь дело с черными дырами, — напряженно процедил Хан. — Эти жестянки не сдаются!
Чубакка отчаянно взвыл.
— Мне ничего не остается! «Сокола» им не получить!
Два имперца следовали за контрабандистом словно приклеенные. Руки пилотов «Сокола» лихорадочно метались над приборной панелью, отлаживая курс, скорость, мощность щитов...
В отчаянии Хан подвел свой грузовоз к черной дыре ближе, чем когда-либо отважится любое разумное существо. Только бешеная скорость корабля могла их снасти.
«Сокол Тысячелетия» проскочил так близко к черным дырам Утробы, что только его ужасающая быстрота не позволила им засосать корабль внутрь. Аккреционные диски дыр расширялись и сужались, словно зрачки, следящие за стремительным полетом грузовика, облетающего опасные гравиколодцы. Имперские корабли преследовали его на предельной скорости.
Хан заложил немыслимый вираж, выводя посудину к внешним пределам Утробы. Приборы утверждали, что меньший из двух преследователей не смог повторить маневр: с короткой, едва заметной вспышкой корабль исчез в глубинах черной дыры.
— Вот вам! — яростно выпалил контрабандист. — Вы меня не возьмете! Ни сегодня, ни потом!
Последний имперский корабль уже отставал... и «Сокол» был практически за границами Утробы.
— Так-то, Чуи! У нас получилось!
Вуки торжествующе взревел.
Хан промчался мимо Кесселя, и внезапно источников притяжения не стало. Пилот склонился над навикомпьютером и спустя секунду крикнул:
— Курс проложен! Чуи, запускай!
Еще миг — и они снова исчезли в гиперпространстве. Капитан откинулся на спинку кресла.
— Насилу живыми выбрались, — хрипло пробормотал он.
Чубакка согласился.
И только тут Хан заметил невероятное.
— Эй, Чуи. Глянь! — Он ткнул пальцем в панель. — Мы поставили рекорд!
Чуи грустно проворчал, что их рекорд стоил ему больших нервов. Хан прищурился.
— Слушай, забавно как, — сообщил он. — Приборы показывают, что мы сократили не только время, но и расстояние. Меньше двенадцати парсеков!
Чуи скептически рыкнул и постучал по счетчику мохнатыми костяшками, заявив, что скорее уж прибор замкнуло от безумной манеры пилотирования.
Хан начал возражать, но замолк, когда Чубакка не выдержал и рявкнул на него.
— Хорошо, хорошо, я слишком устал, чтобы спорить, — сказал он, поднимая руки.
«Но я действительно сократил Дугу, пройдя ее меньше чем за двенадцать парсеков», — упрямо подумал он.
Однако сейчас перед ним стояли более серьезные вопросы, нежели рекорды скорости и расстояния. Как он теперь оправдается перед Джаббой?

 

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий