Трилогия о Хане Соло

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ЛЕД...

Прошло пять дней после смерти Джилиак. Хан Соло и Чубакка навестили любимый бар Хана в кореллианском секторе Нар-Шаддаа «Синий свет» — в буквальном смысле забегаловку, где не подавали ничего, кроме напитков. Но Соло тут нравилось. Стены зала были увешаны голоплакатами с изображениями достопримечательностей Кореллии. К тому же здесь подавали излюбленную марку алдераанского эля.
Бармен заведения, пожилой кореллианин, Мич Фленн, зарабатывал себе на жизнь контрабандой, пока не счел, что накопленных денег хватит на то, чтобы приобрести питейное заведение. Хану нравилось слушать его байки о старых добрых деньках, хотя слова этого чудаковатого типа он едва ли принимал на веру. Да и поверишь тут россказням о существах со странными способностями, которые могут подпрыгнуть на десяток метров или извергнуть из пальцев синие молнии...
Хан и Чубакка проводили здесь почти каждый вечер. Вот и сейчас они пили заказанные напитки возле стойки и слушали очередную небылицу Мича. Краем глаза кореллианин смутно заметил, что кто-то подошел и остановился неподалеку от него, но не стал оборачиваться.
Байка Мича затянулась надолго и казалась еще более невероятной, чем когда-либо. Он что-то твердил о разумном дереве, которое раньше было могущественным колдуном, и о расе существ, отдававших свой мозг боевым дроидам, чтобы превратиться в совершенную боевую единицу.
Наконец рассказчик умолк, и Хан покачал головой.
— Мич, это уж совсем ни в какие ворота. Записать бы тебе все эти истории и продать каким-нибудь продюсерам. Они всегда ищут небылицы для своих шоу.
Чуи сочувствующе взрыкнул.
Принявшись деловито полировать стакан, Мич улыбнулся Хану и обратился к новому посетителю. Точнее — посетительнице:
— Чего изволите, красавица?
Хан машинально повернулся вправо, чтобы увидеть, к кому обращается Мич, — и остолбенел.
Брия!
В первую секунду он решил, что ему просто мерещится, что сходство совершенно случайно... Но потом услышал ее голос, такой, каким его помнил, — низкий, с легкой хрипотцой.
— Просто вишайской воды, Мич.
Это она. Брия. Это и вправду она.
Девушка медленно повернула голову, и их взгляды встре-тились. Сердце Хана стучало как молот, однако лицо сохранило невозмутимость. Сабакк многому научил его в жизни.
Немного помедлив, она заговорила:
— Здравствуй, Хан.
Он облизнул губы.
— Привет, Брия. — Кореллианин не сводил с нее глаз. Потом Чуи неожиданно пошевелился и тем самым напомнил о себе. — А это Чубакка, мой напарник.
— Здравствуй, Чубакка, — тщательно выговаривая слова, произнесла она на почти чистом вукийском — видимо, училась у Ралррахина. — Польщена знакомством.
Вуки неуверенно поздоровался в ответ, похоже не совсем понимая, что происходит.
— Да, — пробормотал Хан, — сколько лет сколько зим.
При всей нелепости заявления, она со всей серьезностью кивнула.
— Я пришла повидаться с тобой, — сказала она. — Можем мы присесть где-нибудь и поговорить минуту?
Эмоции Хана были более чем противоречивы. Он хотел заключить ее в объятия и расцеловать до потери сознания и одновременно — вытрясти из нее душу, осыпая проклятиями. А еще — просто развернуться и уйти, доказать ей, что она ничего для него не значит — ничего!
Но он нашел в себе силы кивнуть.
— Конечно.
Кореллианин потянулся, чтобы забрать кружку. В этот момент Чуи положил ладонь ему на руку и что-то негромко прорычал.
Хан оглянулся на напарника, благодарный за понимание. Ему действительно будет лучше поговорить с Брией наедине.
— Хорошо, приятель. Дома увидимся.
Чуи кивнул Брии и покинул зал. Забрав кружку с элем, Хан проводил девушку к кабинке в дальнем углу слабоосвещенного и почти пустого бара.

 

 

Пока Брия усаживалась в соседнее кресло, он наконец-то смог ее разглядеть. На ней была темная форма военного покроя, не имевшая, впрочем, никаких знаков отличия или иных указателей воинского ранга. Ее волосы были собраны и гладко зачесаны назад. Хан так и не понял, то ли они коротко подстрижены, то ли просто связаны в тугой узел.
Драгоценностей и украшений он на ней не заметил.
Зато заметил на правом бедре кобуру с бластером DL-18 (сам Хан предпочитал более тяжелую 44-ю модель), закрепленную низко — как он любил носить собственную. На поясе рядом с запасными энергообоймами висели ножны с виброкинжалом. По легкому выступу над ботинком Хан мог догадаться, что и там она прятала оружие...
Кореллианин все пытался найти слова, но мог лишь смотреть на нее, с трудом веря, что она действительно здесь, что это не какой-то сон или кошмар.
Брия тоже скользила взглядом по его лицу. Она попыталась заговорить, запнулась и глубоко вздохнула.
— Прости, — начала она, — я тебя напугала. Наверное, нужно было что-то сказать, но у меня все мысли повылетали из головы. Вряд ли я вообще могла что-то сказать.
— Ты пришла ко мне? — спросил Хан.
— Да. В прошлом месяце я видела твоего друга, и он намекнул, что это одно из твоих излюбленных мест. Я... подумала, что именно сегодня смогу тебя здесь встретить.
— У тебя дела на Нар-Шаддаа?
— Верно. Я заняла комнату наверху, над «Приютом контрабандиста». — Она хмыкнула. — Вполне под стать той дыре, где мы провели ночь на Корусанте.
Ошарашенный Хан медленно приходил в себя, и в нем начал расти гнев. Он помнил ту жутковатую маленькую столичную гостиницу. Это была их последняя ночь вместе. Он помнил, как заснул... и как проснулся один.
Он вдруг крепко схватил девушку за запястье, ощутив шок от прикосновения к ее телу. Ее тонкие кости казались такими хрупкими, словно он мог сломать их одним движением. И ему почти хватало злости, чтобы попытаться это сделать.
— Почему? — возжелал он знать. — Почему, Брия? Думаешь, ты можешь вот так запросто подойти ко мне спустя десять лет? Хватает же у тебя наглости!
Она подняла на него прищуренный взгляд:
— Хан, отпусти меня.
— Нет, — процедил он. — На этот раз я не дам тебе сбежать, пока не услышу ответы!
Что произошло в следующую секунду, кореллианин так и не разобрал. Вероятно, это был какой-то прием рукопашного боя. Внезапный поворот, удар — и вот она свободна, а он сидит, держась за собственную руку. Соло ошарашенно оглядел свою кисть, потом поднял взгляд:
— Ты изменилась. Очень сильно изменилась.
И он не был уверен, комплимент это или оскорбление.
— Я должна была измениться, иначе бы погибла, — жестко ответила девушка. — Не беспокойся, я не вскочу с места и не убегу. Мне нужно поговорить с тобой, и именно это я намерена сделать. Если ты меня выслушаешь.
Он кивнул без всякого желания.
— Хорошо. Я слушаю.
— Прежде всего, я должна сказать... Мне очень жаль, что я тебя оставила. Я о многом сожалею в своей жизни, но об этом — больше всего на свете. Но иначе я поступить не могла. Иначе ты бы никогда не попал в академию.
— Ну да, мне это просто чудо как помогло, — горько бросил Хан. — Не прошло и года, как меня исключили. Исключили и внесли в черный список.
— За спасение раба-вуки, — напомнила она, и от ее улыбки у него сжалось сердце. — Я так гордилась, когда узнала, Хан.
Хан хотел улыбнуться в ответ, но им все еще владел гнев.
— Мне твоей гордости не нужно. Я ничем тебе не обязан, детка. Я все сделал сам.
Насмешка ее определенно ранила. Щеки девушки вспыхнули, глаза сверкнули, и на миг ему показалось, что она борется с подступившими слезами. Но вот ее лицо снова такое же, как прежде, — холодное и спокойное.
— Знаю, — прошептала она. — Но я все равно гордилась.
— Я слышал, ты и сама свернула горы ради вуки, — заметил Хан. Голос его, казалось, резал как бритва. — По словам Катарры и Ралрры.
— Ты был там? На Кашиике? — Она улыбнулась. — Я помогала создавать ячейку сопротивления.
— Да, я слышал, что ты вроде как офицер повстанцев на Кореллии.
— В чине коммандера, — негромко подтвердила она.
Хан посмотрел на нее искоса.
— Как здорово, правда? Для испуганной девчонки, которая и бластера в руках не держала, ты проделала большой путь, Брия.
— Я просто делала то, что должна. Быстрое продвижение по службе в сопротивлении — вещь обыденная. Тебе следует подумать о том, чтобы присоединиться к нам, Хан.
Сказано это было легко, но что-то в ее тоне говорило Хану, что она не шутит.
— Нет уж, спасибо, сестрица, — отмахнулся он. — Я видел имперцев вблизи и в лицо. У ваших повстанцев нет ни шанса.
Она пожала плечами.
— Мы должны попытаться. Иначе Император уничтожит нас всех. Он — само зло, Хан. Я думаю, он затеял эту битву при Нар-Шаддаа только для того, чтобы избавиться от Сарна Шильда.
— Ах да, — вспомнил Соло. — Тот самый Сарн Шильд. Милый Шильд, а? Вы были милейшей парой.
От его сарказма она поморщилась.
— Я уже объяснила Лэндо, что все было не так, как выглядело со стороны.
— Выглядело это мерзко, Брия, — фыркнул он. — Как думаешь, каково мне было? Видеть, как ты воркуешь с ним...
Она поджала губы.
— Такое уж мне дали задание. Мне отлично известно, как это выглядело, но я не интересовала Шильда в том смысле, о котором ты думаешь. К счастью. Мне не нравилось то, что я делаю... Но если это будет нужно сопротивлению, я с готовностью повторю. Чего бы мне это ни стоило.
Хан задумался над ее словами.
— Ты действительно считаешь, что весь этот рейд к хат- там задумал Император? Но это сделал Шильд! Как такое возможно?
— Я была там, Хан, и с ним творилось что-то странное, поверь мне. Шильд менялся. Это было страшно. От месяца к месяцу он становился другим человеком. Внезапно он начал планировать захват хаттских территорий и стал заговаривать о свержении Императора.
Хан покачал головой.
— Это безумие.
— Знаю. Я не могу объяснить это иначе как... — Она помедлила. — Если я скажу тебе, ты подумаешь, что у меня тоже не в порядке с головой.
— Что? Скажи мне.
Она сделала вдох.
— Говорят, у Императора есть... способности. Будто бы он может воздействовать на людей и принуждать их к чему-то. Своего рода ментальное вмешательство.
— Как чтение мыслей?
— Не знаю, — ответила девушка. — Может быть. Звучит невероятно, но это единственное объяснение, которое я могу найти и которое кажется разумным. Шильд пользовался популярностью, он был амбициозен и алчен и представлял угрозу для укрепления власти. Поэтому Император просто... поддержал амбиции Шильда, пока мофф сам не погубил себя этим штурмом Нал-Хатты.
Хан нахмурился.
— А Гриланкс? Как он вписывается в план? И кто его прикончил? Я все ждал, что они повесят убийство на меня, но они просто замяли историю. Я ни разу не слышал об этом в новостях. — Хан подавил дрожь, вспомнив, как стоял в запертой комнате рядом с кабинетом Гриланкса и слушал это громкое зловещее дыхание... и тяжелую жуткую поступь.
Брия наклонилась ближе, и Хан неосознанно сделал то же самое. Ее голос упал до едва различимого шепота:
— Говорят, это сделал... Вейдер.
Хан тоже зашептал:
— Вейдер? То есть... Дарт Вейдер?
Она кивнула.
— Дарт Вейдер. Правая рука Императора.
Хан выпрямился. Он слышал об этом человеке, но никогда не встречал его.
— Что ж, — проронил он, — я только рад, что они тогда не попытались добраться до вашего покорного слуги.
Брия кивнула.
— Позже разведка выяснила, что адмирал Гриланкс имел приказ Императора провалить атаку. Взятка хаттов — случайное стечение обстоятельств. Вероятно, все было подстроено с самого начала. Император собирался дискредитировать и уничтожить Шильда. А также нанести урон Десилиджикам и контрабандистам. Если ты заметил, Бесадии, которые поставляют Империи рабов, не пострадали.
Хан поразмыслил.
— Звучит все еще безумно, но об Императоре действительно ходят жутковатые слухи. Я всегда списывал это на истерию обывателей. — Он коротко рассмеялся и сделал глоток эля. — Страшно... если это правда.
Собеседница пожала плечами.
— Скорее всего, никто из нас так и не узнает, как все было. Но теперь это дело прошлое. Я совсем о другом поговорить с тобой хотела, Хан, я...
Брия замолкла, когда к столику напротив прошествовала пара контрабандистов. Хан огляделся.
— Становится людно, — констатировал он. — Может, выйдем отсюда?
Девушка кивнула. Они молча, быстрым шагом покинули заведение и перешли на более спокойную сторону улицы. Самодвижущаяся дорожка была сломана, прохожих почти не наблюдалось. Хан повернулся к спутнице:
— Так о чем ты говорила?
— Хан, мне нужна твоя помощь.
Он вспомнил о рассказе Джаббы.
— В штурме Илизии?
Она кивнула с улыбкой.
— Сообразителен, как всегда. Да, Джабба нас финансирует. Мы намерены взять всю планету, Хан.
Теперь настал черед Хана пожимать плечами.
— Не моя проблема, сестрица. Я тоже изменился. И благотворительностью не занимаюсь. Мне нужна выгода. Я не подставляю шею ради кого попало.
Она кивнула.
— Знаю. Я не прошу о благотворительности. Ты получишь за это больше денег, чем сможешь заработать за сотню контрабандных перевозок.
— И что тебе от меня нужно в таком случае?
Его злость снова начала расти, хотя кореллианин едва ли мог это объяснить. Он поймал себя на том, что обрадовался бы больше, попроси она помочь в память о прежних временах. Но это было совершенно нелепо.
— Альянс еще очень молод, Хан, — сказала девушка. — У наших бойцов достанет отваги и преданности, но большинству не хватает боевого опыта. Моя эскадрилья — стреляные парни и девчонки, но сами мы не справимся.
Хан взглянул на нее с удивлением и почти благоговейным страхом.
— Эскадрилья? Ты командуешь эскадрильей?
Брия кивнула.
— Они проверенные ребята. Мы многое с ними повидали.
— Я о ней слышал, — произнес Хан. — Говорят, вы не даете спуску работорговцам.
Она пожала плечами и оставила реплику без внимания.
— Так или иначе, сопротивлению нужна помощь, чтобы прорваться через атмосферу Илизии. Опытные пилоты, чтобы провести наши корабли. Может быть, еще и некоторая боевая поддержка, но ты знаешь, что за оборона на Илизии. Кучка гаморреанцев и им подобных олухов, спящих на постах. Не наземный штурм меня беспокоит, а эта злосчастная атмосфера. Кореллианское сопротивление уже потеряло там корабль.
Хан кивнул. Злость становилась сильнее, но он умело ее скрывал. Он хотел выслушать все до конца, прежде чем сказать веское слово.
— Верно, это штука опасная. Но любой контрабандист видал вещи и посерьезнее. Итак... тебе нужны пилоты, чтобы провести корабли и, возможно, обеспечить огневое прикрытие. А что взамен?
— Спайс, Хан. Ты же знаешь, что Бесадии копят его горами. Всех видов — андрис, рилл, карсунум и, конечно же, глиттерстим. Они вздымают цены, и их склады набиты доверху. Мы поделимся добычей с контрабандистами.
Хан кивнул.
— Продолжай...
— А нам с тобой останется сокровищница Тероензы. Представь, сколько он накопил за десять лет. Антикварные ценности на сотни тысяч кредитов. Там наберется даже на миллион... может быть, на два. Подумай об этом.
— Сколько у вас людей?
— Точно еще не знаю. Мне еще нужно доложить командованию о положении дел в этом секторе. Мы просим помощи у любой группы сопротивления, которая откликнется, в частности у ботанов и салластан — на Илизии много их собратьев. Возможно, они захотят принять участие в спасательной операции.
— И вы собираетесь освободить рабов.
— Мы заберем их вместе со своей долей спайса. А перед отлетом разнесем фабрики в пыль, как и все остальное. Мы покончим с этой адской дырой навеки.
Хан задумался.
— А как насчет жрецов? Этот их ритуал — оружие похлеще многих. Я видел, как они порабощают умы.
Брия понимающе качнула головой.
— О них позаботится Джабба. Их всех перебьют до того, как мы приземлимся.
Хан ощутил, как на него накатывает волна холодной ярости. Как она смеет? Вернулась и просит ввязаться в ее маленькую вендетту?
— Вам не мешало бы хорошенько рассчитать время.
— Да, — согласилась она. — Это будет крупнейшая военная операция, когда-либо предпринятая новым Альянсом. Мы надеемся пополнить свои силы рекрутами и заполучить спайс. Революция — занятие дорогостоящее.
— Сплошные амбиции, — сухо сказал Хан. — Почему бы просто не напасть на Корусант, если вас тянет на самоубийство?
— Это реально осуществить, — настаивала Брия. — Оборона Илизии не так уж крепка. Хан, ты же был там. Помнишь? Да, я уверена, что мы встретим отпор, но мои солдаты справятся. Твои друзья могут даже не вмешиваться в бой, пока мы берем дворец. Боевой опыт нашим парням не помешает. Если мы справимся, то станем примером для других планет и побудим их присоединиться к Альянсу. Мы сможем свергнуть Империю, только если объединимся.
Хан воззрился на нее.
— И за этим ты пришла ко мне? Чтобы я упросил контрабандистов примкнуть к сопротивлению и помочь тебе в этом рейде?
— Лэндо сказал, что к тебе и Мако Спинсу они прислушаются. Спинса я не знаю. Зато знаю тебя.
Хан наконец позволил себе сбросить непроницаемую маску. Его глаза сверкнули.
— Значит, ты меня бросаешь, не замечаешь меня десять лет, а потом возвращаешься и мнишь, что я помогу тебе, подвергну опасности жизни друзей? Я тебе не верю, Брия. Да, я наслышан об эскадрилье Красной руки. Ты не та женщина, которую я знал, и мне это ясно как день.
— Я изменилась, — проговорила она, глядя ему в глаза. — Я признаю это. И ты изменился тоже.
— Лэндо сказал, что я тебе еще не безразличен, — холодно протянул Хан. — Думаю, ты врала ему, уже тогда планируя меня использовать. Тебе плевать на меня и на то, что у нас было. Тебя заботит только твоя революция, и тебе не важно, по чьим трупам ты пройдешь, чтобы достичь цели. — Он фыркнул. — И вся эта чушь о Сарне Шильде... ну еще бы! Значит, я должен поверить, что такой человек, как он, захочет держать тебя при себе, не будь ты такой... не будь ты такой... — Последнее произнесенное им слово было на родианском и означало уличную женщину.
Брия открыла рот и пальцами нащупала бластер. Хан напрягся, готовый выхватить свой, но ее глаза вдруг наполнились слезами... и тогда он понял, что оружия она не вытащит.
— Да как ты смеешь?
— Я много чего смею, сестрица, — бросил Хан. — Я говорю то, что думаю. И смею думать, что ты настоящая дрянь, если решила сюда явиться. Можешь не рассчитывать, что я снова поведусь на твою смазливую мордашку. Я изменился, да. Я поумнел — и достаточно, чтобы видеть тебя насквозь.
— Прекрасно, — заморгала она, справляясь со слезами. — Ты просто плюешь на меня и свою выгоду. Это не проявление ума, Хан. Это глупость. А то, что курьер наркодилеров изображает оскорбленную нравственность, само по себе смешно, не находишь?
— Я контрабандист! — взвился Хан. — У нас свой собственный кодекс!
— Да, возить наркоту для хаттов! — Она тоже закричала. — Ты и Джабба! Неразлейвода!
То, что она приравняла его к хаттам, стало последней каплей. Хан развернулся и пошел прочь.
— Отлично! — крикнула она вслед. — Я пойду к Мако Спинсу, если хочешь знать. Может быть, он окажется посообразительнее тебя!
От ее слов Хан только ехидно рассмеялся.
— Прекрасно! — прорычал он, не поворачиваясь. — Хорошего тебе с ним разговора. Прощай, Брия.
Он зашагал прочь с поднятой головой, щелкая каблуками по пермакриту. Ему доставляло удовольствие знать, что она остается стоять там, где стоит, и глядит ему вослед.
Большое удовольствие.

 

 

Дурга таращился на изображение принца Ксизора на своем голопроекторе.
— Гури изложила мне вашу проблему, — сообщил принц. — Я выделил для Илизии два отряда наемников под командованием опытного Виллума Камарана. Подразделение «Сверхновая» поможет вам справиться с Тероензой и навести порядок. Но это нужно исполнить быстро, мой друг.
— Благодарю вас, ваше высочество, — ответил Дурга. - Как уже, должно быть, сообщила вам Гури, в благодарность за помощь я предоставлю долю от прибыли Илизии за этот год. Пятнадцать процентов.
Уголки губ фаллиина опустились, и он грустно покачал головой.
— Ах, Дурга, Дурга... Я думал, в вас есть хотя капля уважения. Тридцать процентов в течение последующих двух лет.
Дурга вытаращил и без того выпуклые глаза. Такого он и вообразить не мог! Хатт выпрямился.
— Ваше высочество, если я это сделаю, меня сместят с должности главы Бесадии.
— Но если у вас не будет моих войск, вы потеряете всю Илизию, — резонно заметил принц.
— Двадцать процентов, один год. — Дурга произносил эти слова почти с болью. — Они не пробудут там долго, не забудьте.
— Тридцать процентов, два года, — настаивал главарь «Черного солнца». — Я не торгуюсь.
Дурга глубоко вдохнул, чувствуя, как заново дают о себе знать все раны и ушибы, полученные в битве с Джилиак.
— Да будет так, — мрачно постановил хатт.
Ксизор самодовольно улыбнулся.
— Превосходно. Наемники прибудут на Илизию в ближайшее время. С вами приятно иметь дело, мой друг.
Дурге понадобилась вся сила воли, чтобы вымолвить:
— Хорошо, ваше высочество. Благодарю вас.
Он отключил связь и тяжело осел, в отчаянии представляя, что сказал бы обо всем этом Арук.
«Я в ловушке, — мысленно вздыхал он. — В ловушке. И мне остается лишь выжать максимум из положения, в которое я угодил...»

 

 

Этой ночью Хану не спалось. Мысли о Брии метались в его сознании, как кометы. «Можно ли ей верить?.. Хочу ли я увидеть ее снова?..»
Он задремал, и ему приснились горы глиттерстима, которые ни с того ни с сего превращались в пачки кредитов. Он нырял в них, катался по ним и кричал от радости, и вдруг рядом с ним оказывалась Брия. Он обнимал и целовал ее среди денежных гор... такого богатства прежде он не мог даже представить...
Хан со вскриком проснулся. Лег, заложив руки за голову, и стал глядеть в темноту.
«Или все-таки согласиться? — размышлял он. — Может, вот он, мой шанс? Я смогу забросить ремесло, собрать пожитки и уйти на покой. Найти себе уютное логово в Корпоративном секторе, и катись Империя колесом...»
Он лежал, ворочаясь и раздраженно взбивая подушку, пока не смог этого больше выносить. Спрыгнув с кровати, он направился в ванную и натянул чистую одежду. Заодно причесал волосы, мельком отметив, что прическа из разряда «не мешало бы постричься» превратилась в «хочешь выглядеть, как Чубакка?».
Затем, держа ботинки в руках, он на цыпочках прошел по темной квартире, не желая разбудить Чуи или спавшего на диване Джерика. Он был почти у двери, когда зацепился носком за что-то твердое и услышал жалобный электронный писк.
ЗиЗи! Хан уронил ботинки и выругался в адрес антикварной железки, дребезжавшей свои извинения.
— Заткнись! — прорычал кореллианин и вылетел вон, хлопнув дверью. Через секунду вернулся, подобрал ботинки и снова исчез.
«Приют контрабандиста» находился на границе корелли-анского сектора. Хан пришел туда еще до открытия и был вынужден вызвать ночного портье. Кореллианину вдруг пришло в голову, что он не знает, под каким именем зарегистрировалась Брия, но едва он начал ее описывать, как скучная физиономия служащего просветлела.
— Ах, она! — Человек облизнул губы. — Она ждет тебя, приятель?
— Скажем так, она будет рада меня видеть, — сказал Хан, бросая на стойку кредит.
— Да, разумеется. Номер 7А.
Хан поднялся на древнем турболифте и прошел по темному коридору с затхлым воздухом. Постучался в дверь. Через несколько секунд послышался голос — ясный, словно она и не спала.
— Кто там?
— Брия, это я, Хан, — назвался он.
Последовала долгая пауза, затем замок щелкнул, и дверь распахнулась в темноту.
— Проходи с поднятыми руками, — донеслись слова.
Соло подчинился, и только когда дверь за ним закрылась, зажегся свет. Кореллианин повернулся и увидел Брию в короткой ночной сорочке и с бластером в руке.
— Чего ты хочешь? — спросила она без тени дружелюбия.
Хан обнаружил, что ему очень трудно не смотреть на ее длинные ноги.
— Да я... просто хотел с тобой поговорить. Я тут... пересмотрел твое предложение.
— Да неужто? — Она все еще была неприветлива, но по крайней мере опустила оружие. — Хорошо, дай мне минуту.
Забрав одежду, она исчезла в ванной и через минуту вернулась уже при параде. Хан кивнул на ее правую ногу.
— Что в ботинке?
— Бластер, — пояснила она с короткой жесткой улыбкой. — Симпатичная маленькая женская модель.
— Понятно.
Он сел на край скомканной кровати, ощутив, что одеяло еще хранит ее тепло. Брия расположилась в единственном кресле в комнате.
— Ты искала Мако, после того как мы... расстались?
— Я навела кое-какие справки. — Девушка скривила губы. — Поняла, почему ты так смеялся, когда уходил.
— Да, Мако здорово досталось. Не знаю, что ему теперь делать. — Он прокашлялся. — Ладно, я пришел сюда говорить не о нем. Я подумал над твоим предложением. Может быть, я слишком поспешил тогда. Видишь ли... я был зол, что ты меня бросила. Наверное, мне просто нужно было выплеснуть из себя всю злобу.
Он замолчал. Брия не сводила с него глаз. Ее лицо обрамляли свисающие пряди волос, и Хан был рад видеть, что они не подстрижены. Похоже, до этого они были завязаны в тугой узел. Девушка шевельнула рукой:
— Говори...
— Так что... вот. Может быть, я много чего наговорил тогда, — признал Хан. — Не впервые ведь.
Она распахнула глаза.
— Да ну! Быть того не может!
Хан решительно проигнорировал ее сарказм.
— Так или иначе... этого не повторится. В общем... я хочу взяться. Я передам парням твое предложение и обучу твоих пилотов справляться с илизианской атмосферой. Готов спорить, кое-кто из каперов тоже захочет поучаствовать. Я переговорю с ними и предложу им то, что ты пообещала мне. Пятьдесят процентов из сокровищницы Тероензы или спайс на семьдесят пять тысяч кредитов — смотря чего будет больше.
Она поразмыслила над его словами.
— И ты будешь вести себя прилично?
— Да, — пообещал Хан. — Я всегда веду себя прилично с деловыми партнерами. А мы и есть партнеры. Это просто... бизнес.
Брия кивнула.
— Отлично. — Она наклонилась вперед и протянула руку. — Просто бизнес.
Хан принял рукопожатие, отметив, что ее хватке позавидовали бы многие мужчины.
— Договорились.

 

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий