Жестокие святые

Книга: Жестокие святые
Назад: Надежда Лаптева
Дальше: 23

22

Серефин Мелески

Своятов Леонид Баренцев:
«Клирик Хорза жил в Комязалове и преподавал в академии Писание богов. Считается, что его отравили транавийские наемники, но его тело так и не нашли».
Житие святых Васильева
Стоило Серефину открыть дверь и увидеть Кацпера, как его желудок сжался. Тот выглядел таким изможденным, словно не спал несколько дней. Подхватив помощника, он затащил его в комнату и закрыл двери.
Их могли здесь подслушать, к тому же через час ему следовало отправиться на ужин.
– Ты в порядке? – спросил он.
Кацпер прислонился к двери и медленно соскользнул на пол.
– В холле меня остановил один из Стервятников, что следят за твоим отцом.
У Серефина закружилась голова, хотя он уже несколько часов ничего не пил.
– И? – спросил он, покосившись на стык между стеной и потолком.
Кацпер покачал головой:
– Ничего. Предупреждение? Я не знаю. – Он вздохнул. – Я должен сопровождать тебя сегодня вечером, – закрывая глаза, сказал он.
– Остия и сама прекрасно справится.
Кацпер поднял бровь и открыл глаза:
– Согласно традициям, сегодня умрет несколько человек.
– Согласно традициям, это буду не я. К тому же ты выглядишь ужасно.
Серефин натянул черный мундир с красными эполетами и золотыми пуговицами. А затем проверил, вшита ли бритва в рукав.
– Лучше расскажи мне, что ты нашел.
– Помнишь, я упоминал, что хочу посмотреть на списки участниц?
Серефин кивнул.
– Некоторые из них не будут участвовать. Они пропали. – Кацпер сунул руку в карман и протянул ему несколько смятых листков. – Кроме того, мой шпион вернулся из Соляных пещер. И там все плохо, Серефин.
– А когда было по-другому? – разворачивая бумаги, спросил он.
И поймал себя на мысли, что его руки дрожали.
Серефин прочитал отчет, и его сердце сжалось.
– Это правда? – еле слышно сказал он.
Кацпер кивнул.
Стервятники и король действительно сотрудничали, хотя Серефин не сомневался, что это было не совсем так. Его отец был марионеткой. Отчет гласил, что они проводили новый эксперимент и почти достигли своей цели. Но результат последнего оказался слишком своенравным и трудно контролируемым. Их ужасный процесс запущен вновь, но в этот раз в центре его оказался отец Серефина.
Это напоминало какую-то дурацкую шутку. А ведь это все происходило у него на глазах, но он почему-то зациклился на неверных вещах и не замечал очевидного. Отказ транавийцев от богов оказался не таким простым и легким, как магия и атеизм.
– Отец – слабый маг, – выдавил Серефин хриплым голосом.
Кацпер кивнул.
Если Серефин правильно понял – а он в этом не сомневался, – Стервятники нашли способ получить такую огромную силу, какой не достигнуть ни одному человеку. И собирались отдать ее Изаку Мелески. Но попросили свою цену. Жертву. И теперь короткий рассказ Пелагеи о том, что смертный становится богом, казался до боли ироничным. Изаку всего-то надо отдать им сына, какой пустяк. Что стоит жизнь Серефина по сравнению с неограниченной властью?
Зато теперь его отец сможет доказать всему королевству и своему народу, что он не какой-то жалкий король и слабый маг крови. Он станет кем-то большим, кем-то значительным. Он станет богом.
– Он… сошел с ума, – сказал Серефин.
Другого объяснения не было. Стервятники, страхи матери, предостережения Пелагеи. Отец просто потерял разум.
И Серефину придется поплатиться за это.
Кацпер посмотрел на потолок. Зарычав, Серефин вытащил кинжал из ножен и полоснул по ладони, а затем швырнул на стол. Запах дыма наполнил комнату, когда он развеял все заклинания, наложенные его отцом. К черту последствия.
– Ты знаешь, на ком до этого проводили эксперимент? – Серефин ткнул пальцем в отчет.
– Скорее всего на Черном Стервятнике, но я не знаю наверняка.
Серефин потер лоб. Сейчас не время думать о Черном Стервятнике.
Когда отец сошел с ума? Серефин попытался вспомнить, что происходило в Транавии, пока он торчал на войне. Неужели он пропустил какие-то признаки? В голове всплыли обездоленные и почти исчезнувшие транавийские деревни, через которые они проезжали. Казалось, короля не заботило бедственное положение его страны, к которому подталкивала война. Но так было не всегда. Серефин помнил, как отец переживал из-за обнищания своего народа, но это было слишком давно.
Возможно, он никогда не узнает, когда все изменилось.
Внезапно на Серефина накатила такая усталость, что он даже прислонился к столу.
– Сколько крови потребуется, чтобы завершить процесс?
Кацпер не ответил.
Но кусочки головоломки начали складываться вместе, вот только появившаяся картина оказалась настолько ужасной, что в это не хотелось верить.
– Возможно, для этого понадобится кровь лучших магов Транавии, которых соберут в одном месте под предлогом проведения Равалыка, – прошептал Серефин. – Но обычная кровь не поможет, им нужна та, в которой есть сила. Хоть одна из пропавших девушек была из не магической семьи?
Кацпер покачал головой.
– Все они кровавые маги. Что, если… – Он замолчал, не зная, как продолжить вопрос. – Если этот эксперимент никогда раньше не проводили, то мы не сможем узнать, что случится с твоим отцом.
– К тому времени я уже буду мертв, так что меня не особо волнует, что случится с моим отцом, – возразил Серефин. – Но что, если… они уже проводили что-то подобное? – пробормотал он, пытаясь собрать скачущие мысли. – Ответ здесь.
Кацпер поднял голову.
– Что?
– Ведьма. Кровь и кости, вот о чем говорила ведьма. Выпотрошить церкви Калязина, переплавить их золото, перемолоть их кости. Что еще она говорила?
– Что, если боги, которым поклоняются в Калязине, вовсе не боги? – повторил Кацпер, и в его голосе прорезались нотки ужаса.
Серефин медленно кивнул. Его не заботили боги Калязина, но если они окажутся чем-то совершенно иным, что это будет значить для Транавии?
– И что нам теперь делать? – спросил Кацпер.
Серефин попытался придумать ответ, но у него ничего не вышло. Что они могли сделать? Что они могли сделать, когда всего несколько шагов отделяло сумасшедшего короля от обретения силы, равной божественной?
Что они могли сделать, когда единственная девчонка, которая могла общаться с этими созданиями, выскользнула из их рук и отправилась сеять хаос по миру?
– Мы можем как-нибудь отыскать девушку-клирика?
В темных глазах Кацпера отразилось понимание.
– Думаешь, стоит обратиться к ведьме? Твой отец заподозрит, что ты что-то замышляешь.
Серефин махнул рукой на стол, по которому была размазана его кровь. Он уже дал повод для подозрений.
– А ведь так и есть.
Раздался резкий стук в дверь, отчего они оба подскочили. Серефин принялся быстро заматывать все еще не затянувшуюся рану тряпкой, пока Кацпер открывал двери. При виде них Остия удивленно моргнула единственным глазом:
– Парни, с вами все в порядке?
– Нет, но, думаю, сейчас это не имеет значения, – ответил Серефин, когда Кацпер подошел к стулу.
А затем протянул ей отчет. Выражение ее лица стало замкнутым, стоило ей пробежаться по страницам.
– Вижу, – только и сказала она. – Скоро начнется ужин.
Серефин кивнул.
– Я сожгу это, – предупредила она. – Дела плохи, Серефин.
– Я прекрасно это понимаю.
– Опасность угрожает не только тебе, но и всем магам крови. Каждому дворянину, всему правящему классу Транавии.
– Просто я в большей опасности, – слабо улыбнувшись, сказал он.
Остия провела пальцем по спрятанному в рукаве лезвию, и отчет тут же вспыхнул. Нахмурившись от усилий, которые ей требовались для простого стихийного заклинания, она дождалась, пока догорят бумаги, и тут же развеяла его, а потом стряхнула с рук пепел.
– Тебя уже ждут. Предлагаю обсудить, что с этим делать, чуть позже, – сказала она.
Кацпер тут же поднялся на ноги. Серефину хотелось, чтобы тот остался, но он понимал, что Остия будет присутствовать на обеде как дворянка, а не как телохранитель Серефина.
– Ты и правда выглядишь ужасно, – подходя ближе, сказал Серефин и попытался хоть чуть-чуть привести в порядок волосы Кацпера.
Затем одернул помятый мундир, но это не помогло разгладить складки.
На лице Кацпера появилась ухмылка:
– Не каждый день я сообщаю, что король пытается стать богом.
Серефин поморщился. Бог. Это слово, произнесенное вслух, сделало все происходящее более реальным и ужасающим. Транавия не просто так вырвалась из рук богов. Не просто так отвергла правила и устои. Людей угнетало, что над ними властвовало более могущественное существо. И то, что пытался сотворить отец, по сути мало чем отличалось. Вот только это противоречило самой сути транавийцев.
Если Серефину придется свергнуть его, чтобы завладеть троном и вернуть все на круги своя, так тому и быть. Отец потерял право носить корону, погнавшись за неограниченной властью. Стремление заполучить большую силу достойно восхищения, но это… Это уже совершенно другое дело. Это уничтожит Транавию.
Но сейчас не время паниковать. Серефину предстояло притворяться, что он всего лишь вздорный принц, вернувшийся с войны. И у него это хорошо получалось.

 

Зал для званых обедов заливал золотистый свет хрустальных люстр, висевших над длинным столом. Отыскав свою карточку, Серефин увидел, что ему предстояло сидеть рядом с Йозефиной, а напротив расположилась Жанета. Обычно он занимал место за главным столом, но, видимо, план рассадки изменили.
Когда он опустился на стул, Жанета тепло улыбнулась ему. Остия тут же оживилась.
– Разве не должны были объявить о твоем появлении? – спросила Жанета.
Серефин покосился на другой конец стола, где пустовало место для короля. О его появлении точно объявят, но для Серефина этого никогда не делали.
– Сомневаюсь, – усмехнувшись, ответил он и подозвал слугу. – Но мне так даже больше нравится. – Он улыбнулся Йозефине и жестом велел слуге наполнить стоявший перед ним бокал. – Что это? – спросил он. – Пожалуйста, скажи мне, что это поможет притупить тяготы этого вечера.
– Крой, ваше высочество, – ответил слуга.
«Медовуха подойдет», – решил Серефин.
– Прошу прощения, уверен, что в такой компании вечер пройдет достаточно мило.
Жанета игриво закатила глаза, а Йозефина неуверенно улыбнулась.
Что ж, ему придется постараться, чтобы пережить этот вечер. Он выразительно посмотрел на Остию, и та тут же принялась флиртовать с Жанетой, чтобы отвлечь ее внимание и позволить ему сосредоточиться на Йозефине.
Та как раз снимала белую кожаную маску, и на ее лице явно читалось облегчение.
– Вам не очень нравятся маски? – спросил он.
– Я к ним не привыкла, – призналась она. – Я не ожидала, что они настолько неудобные.
Сейчас он мог видеть ее мягкие черты лица. Ее кожу усыпали веснушки, а глаза обрамляли длинные темные ресницы.
– Ты можешь не носить ее, но другие девушки, ну…
– Разорвут тебя на части, – вмешалась Жанета, отвлекшись на мгновение от разговора с Остией. А затем улыбнулась. – Ты провела великолепную дуэль. Хотя в следующий раз я бы посоветовала тебе поставить щит перед боем, чтобы тебя не застало врасплох заклинание, воздействующее на твою кровь.
На мгновение на лице Йозефины появилось озадаченное выражение, но оно так быстро исчезло, что Серефин засомневался, не показалось ли ему это. Неужели она не заметила заклинания Фелиции? Вряд ли.
– Мне это даже в голову не пришло.
– Неудивительно. В пылу сражения и не такое бывает, – разрывая булочку, ответила Жанета. – Многие маги используют заклинания, воздействующие на тело изнутри, потому что это самый быстрый и грязный способ уничтожить противника.
– Изначально их создавали для пыток, – задумчиво произнес он.
– Ох, Серефин, ты, как всегда, самый очаровательный собеседник за столом, – сказала Жанета.
Двери открылись, и зал погрузился в тишину, словно всех присутствующих накрыло невидимым одеялом. Серефин почувствовал озноб. Все, что они с Кацпером узнали, тут же всплыло в голове, когда в проеме появился король. Отец отыскал Серефина взглядом, и в его глазах мелькнула ярость. Это еще больше напугало Серефина.
«Он знает. Он знает. Он знает». Следом за королем шел Стервятник в незнакомой маске. Они опоздали. Все слишком быстро вышло из-под контроля – хотя он и раньше мало что контролировал.
Теперь Серефина точно ждала смерть.
Он отвел взгляд и заметил, что Йозефина так сильно стиснула руки на коленях, что даже костяшки пальцев побелели. Девушка смотрела на короля с нескрываемой ненавистью.
Но стоило ей поймать его взгляд, как она покраснела. А уже через мгновение опустила голову и забормотала извинения.
Но Серефину не требовались ее извинения. Его интересовало, почему девушка из захолустного транавийского города так смотрела на короля? Возможно, это и не имело значения.
А возможно, он обрел нового союзника.
Назад: Надежда Лаптева
Дальше: 23
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий