Титан. Фея. Демон

Пролог
Достойнейшая из достойных

Три миллиона лет вращалась Гея в своем гордом великолепии.
Некоторые из ее обитателей знали о необъятном космосе вне великого колеса. Задолго до создания ангелов летучие твари влетали в могучие своды ее спиц, выглядывали в верхние ряды окон и так узнали форму богини. Но нигде во тьме не видели они другой такой, как Гея.
Ибо таков был естественный порядок вещей: Богиня была их миром, мир был колесом, а колесо было Геей.
Ревнивой богиней Гею было назвать трудно.
Никому не требовалось ей поклоняться — да никому это и в голову бы не пришло. Гея не требовала ни жертв, ни храмов, ни хвалебных песнопений.
Гея упивалась пьянящими энергиями — теми, что можно найти близ Сатурна. А сестры ее рассеяны были по всей галактике. Богинями были, разумеется, и они — но удаленность в пространстве вызвала к жизни культ Геи. Ее общение с ними растягивалось на столетия — при скорости света. На орбите Урана вращались ее дети. Они также были богами, но это мало что значило. Гея считалась Верховным титаном, Достойнейшей из Достойных.
Гея вовсе не была неким отвлеченным представлением. Ее можно было увидеть. С ней можно было поговорить. Чтобы до нее добраться, требовалось одолеть всего-навсего шестьсот километров по вертикали. Прогулка не из легких, но все же осуществимая. Таким образом, небеса становились достижимыми — для тех, кто отваживался на подобный маршрут. Гея принимала примерно одного визитера в тысячу лет. Молиться было бессмысленно. Гея не могла выслушивать всех в ней живущих, да и желания такого не имела. Она стала бы беседовать только с героями. Ибо она была богиней из крови и сухожилий, чьи кости крепили землю, — богиней с массивными сердцами, извилистыми артериями, — богиней, вскармливавшей народы собственным молоком. Сладким молоко не было, зато его всегда хватало.
Когда на Земле строили первые пирамиды, Гея начала сознавать, что внутри у нее происходят перемены. Средоточие ее разума располагалось в ступице. И в то же время, примерно как у динозавров древности, мозг Геи делился на части, обеспечивая автономию для более примитивных ее действий. Такая организация не позволяла богине погрязнуть в ненужных деталях. Очень долгое время все работало превосходно. По всему ее массивному ободу располагались двенадцать периферийных мозгов, каждый из которых был ответственен за свой регион. Все двенадцать признавали главенство Геи; собственно говоря, поначалу трудно было даже говорить о мозгах, отдельных от ее собственного.
Врагом Геи стало время. Смерть не была для нее новостью — во всех видах и обличьях. Она ее не боялась. Некогда ее не существовало, и Гея прекрасно понимала, что такое время снова наступит. Вечность для богини, таким образом, аккуратно делилась на три равные части.
Гея знала, что титаны подвержены старению, — она уже прислушивалась к тому, как три ее сестры со временем перешли на бессвязный лепет, а затем умолкли навеки. Но она и ведать не ведала, какую шутку выкинет с ней собственное стареющее тело. Ни один человек, которого вдруг взялись бы душить собственные руки, не удивился бы так, как удивилась Гея, когда подчиненные ей мозги вдруг стали проявлять своеволие.
Три миллиона лет владычества вообще не обучили Гею искусству компромисса. Может статься, ей и удалось бы ужиться со своими периферийными мозгами, будь она способна прислушиваться к их недовольству. С другой стороны, два из них впали в безумие, а третий сделался настолько злонамерен, что безумным можно было считать и его. Целое столетие великое колесо Геи буквально вибрировало от бешенства войны. В результате грандиозные баталии едва не уничтожили саму богиню и нанесли страшный урон ее народам, которые оказались так же беспомощны, как любой индус перед божествами ведийской мифологии.
Но никакие титанические фигуры, сыпля молниями и руша целые горы, не расхаживали по изгибу колеса Геи. Ибо божествами в этой войне были сами земли. Разумные расы пропали, когда земля разверзлась, а пламя вырвалось из спиц. Тысячелетние цивилизации были стерты с лица великого колеса, а другие вернулись к варварству.
Двенадцать регионов Геи были слишком своевольны, слишком ненадежны, чтобы объединиться против нее. Самым верным союзником богини оказался Гиперион, самым злейшим врагом — Океан. Располагались они на смежных территориях — и оба были разорены еще до того, как было заключено первое шаткое перемирие.
Но бунт и сражения оказались еще недостаточным позором для стареющей богини — приближалась и худшая катастрофа. В мгновение ока воздушные пути заполнились самыми удивительными шумами. Сначала Гея решила, что это новый симптом маразма. Конечно же, все эти голоса из космоса — все эти Лоуэллы Томасы, Фреды Аллены и Сиско Киды — порождения ее собственного воображения. Но, в конце концов, она распознала, в чем фокус. И сделалась заядлой слушательницей. Будь у нее почтовая связь с Землей, богиня непременно собирала бы призовые этикетки от кофейных банок. Она обожала Фиббера Мак-Ги и была преданной поклонницей Эймоса и Энди.
Телевидение потрясло Гею так же сильно, как появление в кино звука поразило аудиторию в конце 1920-х. Как и в более ранние дни радио, многие годы большинство программ было американского образца. Эти-то программы Гее больше всего и полюбились. Она следила за подвигами Люси и Рикки, а также знала все ответы на «Вопрос за $64.000», причем с возмущением поняла, что вопросы подтасованы. Она смотрела все подряд и порой догадывалась о том, что ставило в тупик создателей многих шоу.
Еще были фильмы и новости. А во время информационного бума восьмидесятых — девяностых передавали даже целые библиотеки. Но к тому времени изучение Геей человеческой цивилизации сделалось уже более чем академическим. Просмотр шоу Нила Армстронга укрепил ее в давнишнем подозрении. Люди будут двигаться все дальше и дальше.
И Гея стала готовиться их встретить. Перспектива эта обнадеживающей не была. Еще бы! Воинственное племя, чье оружие запросто может обратить ее в атомы. Вряд ли они с энтузиазмом воспримут в «своей» Солнечной системе тысячатрехсоткилометровое живое колесо — да еще богиню. Она вспомнила радиопередачу Орсона Уэллса в канун Дня Всех Святых 1938 года. Еще она вспомнила «Этот остров Земля» и «Я вышла за космического монстра».
Но все ее планы обратились в прах, когда Океан, всегда готовый сделать Гее гадость, уничтожил космический корабль «Мастер Кольца» — первый же корабль, какой до нее добрался. Впрочем, люди не оправдали худших опасений. Второй корабль, уже вооруженный и готовый стереть ее в порошок, держал руки в карманах ровно столько, чтобы Гее удалось объясниться. Тут ей помогли спасшиеся члены первой экспедиции. Было учреждено посольство, и все тактично не обращали внимания на корабль, остановившийся на безопасном расстоянии и намеревавшийся уже никогда не оставлять своего соседа. Гею это не особенно тревожило. Она вовсе не собиралась вынуждать корабль сбросить свой смертоносный груз, а спектр пакостей Океана был достаточно ограничен.
Вскоре прибыли ученые — проводить исследования. Чуть позже явились туристы — заниматься, понятное дело, тем, чем обычно занимается подобная публика. Гея принимала всех, если только визитер подписывал заявление, освобождающее ее от ответственности.
В соответствующее время она была признана Швейцарским правительством, и ей было позволено учредить консульство в Женеве. За другими нациями дело не стало, и к 2050 году Гея уже была членом ООН с правом голоса.
Годы своего упадка Гея решила посвятить исследованию бесконечной эволюции рода человеческого. Но она также понимала, что для полной безопасности человечество должно в ней нуждаться. Ей требовалось сделать себя необходимой и в то же время дать всем понять, что ни одна земная раса не может считать ее своим трофеем.
И Гея нашла способ этого добиться. Она стала творить чудеса.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий