Титан. Фея. Демон

Глава 31
Зарницы

Как ты думаешь, насколько эти твари разумны? — спросил у Габи Крис, наблюдая за одиноким бомбадулем, который забирал влево для очередного высокого захода.
Взглянув на бомбадуля, Габи нахмурилась.
— Не стоит недооценивать разумности всех тварей, какие есть в Гее. Возьми себе за правило считать, что твой враг не глупее тебя и намного подлее.
— Тогда что он там делает?
Габи похлопала по стволу позаимствованного у Робин оружия.
— Может, он уже слышал про того, которого пристрелила Робин. — Потом она снова взглянула в небо и покачала головой. — Но, думаю, настоящая причина не в этом. И мне это не нравится. Очень не нравится. — Она взглянула на Сирокко.
— Ладно. Убедила. Мне тоже это не по вкусу.
Крис посмотрел на одну, затем на другую, но обе молчали.
А бомбадуль продолжал кружить наверху. Казалось, он чего-то ожидает. Но чего? Время от времени залпами по три-четыре десятка с неба обрушивались стрелы пескодухов. Выпущенные почти вертикально, стрелы, достигая земли, практически теряли свою смертоносную скорость. Одна угодила Менестрелю в заднюю ногу и сантиметров на пять-шесть проникла в мышцу. Рана получилась довольно болезненная, но стрелу с легкостью извлекли, поскольку она не была зазубрена. Заградительный огонь, похоже, был рассчитан всего лишь на то, чтобы удержать их на месте, нежели на нечто более серьезное. Крис где-то читал, что на войне миллионы залпов расходовались именно на эту цель.
Но, если духи хотели удержать отряд на месте, тому должна была быть своя причина. Либо они готовили какой-то сюрприз, либо на подходе были главные силы. В любом случае, прикидывал Крис, логичным решением выглядел бы бросок к тросу. Они бы давно его предприняли — не кружи над головой бомбадуль.
— А вы не думаете, что пескодухи и бомбадули действуют заодно? — спросил он.
Габи взглянула на него и помедлила с ответом.
— Сильно сомневаюсь, — наконец сказала она. — Насколько мне известно, духи никогда не сотрудничали ни с кем, кроме других духов. Да и то не особенно. — Но когда она опять взглянула в небо, то, похоже, задумалась. Поглаживая рукоятку пистолета Робин, она наводила его на далекую мишень, держа ее в поле зрения и приманивая негромким умасливающим шепотком.
— Стрельба прекратилась, — сказала Валья. Крис уже несколько минут назад это заметил, но не решался сказать из страха, что по закону подлости заградительный огонь начнется снова. Впрочем, все было верно — целых полчаса с тех пор, как они вырыли себе братскую могилу, стрелы прилетали с интервалами в одну-две минуты. А теперь их давно уже не было.
— Может, я пессимистка, — сказала Габи, — но мне почему-то и это не нравится.
— Может, они ушли? — отважился Менестрель.
— А может, я недоношенная титанида?
Крис больше не мог сдерживаться. Уже не было нужды без конца напоминать себе, что Габи и Сирокко гораздо старше, мудрее и опытнее в таких делах, чем он.
— По-моему, надо сделать бросок, — сказал он. — Менестрель уже ранен. Если мы станем дожидаться, пока они снова начнут стрелять, может выйти еще круче. — Он подождал, но все молча на него смотрели. Тогда Крис бросился на приступ очертя голову. — Может, мне только кажется — но этот бомбадуль явно чего-то ожидает. Скорее всего — подкреплений.
Крис рассчитывал, что Фея хоть на это откликнется. Ведь никаких оснований так думать, кроме прошлой сбалансированной атаки бомбадулей, когда погиб Псалтерион, у него не было.
Но, к вящему его удивлению, Габи и Сирокко лишь недоуменно переглянулись. И тут Крис понял, что даже Фея обладает лишь определенной базой данных и предугадать, что в следующий раз обрушит на нее Гея, не способна. Так что ожидать можно было чего угодно, и даже хорошо знакомые вещи здесь могли перемениться в одночасье, если бы Гея создала себе новые игрушки и изменила правила, по которым действовали старые.
— Помни, Рокки, ведь это говорит великий счастливчик, — заметила Габи.
— Помню, помню. Я не собираюсь сбрасывать со счета его интуицию. Тем более в такую минуту. Мне и самой-то сказать уже почти нечего. Да, очень возможно, что этот выродок наверху чего-то дожидается. Но, черт побери, как бы стремительно мы ни рванули, у него хватит времени минимум на один заход. А земля там гладкая как блин.
— Я медленнее бежать не буду, — сообщил Менестрель.
— А я позабочусь о Робин, — сказала Фанфара.
— Титаниды проклятые! — в сердцах крикнула Сирокко. — Да ведь вам-то в первую очередь беда и грозит! Я-то за пару секунд в песок зароюсь, а когда ваш народ валится, так задница на полтора метра торчит!
— И все-таки я бы решился на пробежку, — сказал Менестрель.
— Мало радости лежать здесь и ждать, пока из тебя сделают подушечку для булавок.
Крис уже начал думать, что никакого решения так и не последует, ибо Сирокко, оказавшись лицом к лицу с двумя неутешительными альтернативами, вдруг потеряла всю уверенность, какую было обрела за время похода. И если уж на то пошло, он и не считал, что лидерство было ее сильным местом. А Габи нужно было время, чтобы заставить себя принять ту роль, которая по большей части вызывала у нее отвращение. Робин лежала парализованная, а титаниды никогда не проявляли склонности обсуждать ни команды Габи, ни команды Сирокко.
Что же касалось самого Криса, то он ни разу не был капитаном ни одной из детских спортивных команд. А в его перенасыщенной проблемами взрослой жизни никому и в голову не приходило просить его стать лидером. Но теперь побуждение взять власть в свои руки росло в нем. Крис начал думать, что если в ближайшее время все не разрешится, настанет его черед.
И вдруг, буквально в один миг, все разрешилось само собой. Раздался оглушительный взрыв — будто молния ударила метрах в десяти от группы, — и за ним последовал гулкий удаляющийся рев бомбадуля.
Все машинально припали к земле. Когда Крис отважился поднять голову, то увидел бесшумное приближение еще трех бомбадулей, плавно скользивших над вершиной дюны. Переливчатые твари казались нереальными в искаженном тепловыми токами воздухе. Прижавшись щекой к песку, Крис продолжал следить, пока бомбадули из перечеркнутых линиями точек превращались в жадные пасти с огромными крыльями. Крылья были слегка выгнуты — так что спереди бомбадули казались замершими в полете черными летучими мышами.
Они пролетели мимо на высоте пятидесяти метров. Крис заметил, как один бомбадуль что-то уронил. Это что-то оказалось цилиндрическим предметом, который, покрутившись в воздухе, приземлился на противоположном склоне дюны, слева от путников. Когда оттуда взлетел фонтан огня, Крис сразу почувствовал его жар.
— Нас бомбят! — выкрикнула Сирокко и привстала. Габи пыталась стянуть ее обратно, но она упорно указывала на третью стаю бомбадулей, залетающую с северо-востока. Для тактики тарана они были слишком высоко, но как раз перед тем, как оказаться над головами путников, бомбадули чуть-чуть приподнялись, показывая иссиня-черные брюшки с подтянутыми ногами-шасси, — и сбросили новую партию смертоносных яиц. Менестрель присоединился к Габи, чтобы стянуть Сирокко вниз, в тот самый момент, когда бомбы взорвались, осыпая распростертые тела песчаным душем.
— Ты был прав! — крикнула Габи через плечо, вскакивая на ноги. Криса это не очень утешило. Он встал, повернулся в поисках Вальи — и оказался на спине титаниды раньше, чем понял, что происходит.
— К тросу! — выкрикнула Валья. Когда она бешено рванула вперед, Крис чуть не выронил свой водяной пистолет. Потом, оглянувшись через плечо, он увидел реку пламени, бежавшую по склону дюны позади них, а из нее выскакивали все исчадья ада.
Казалось, там их многие сотни, и большинство было объято пламенем. Пескодухи представились потрясенному разуму Криса спутанными клубками щупалец, какими-то беспорядочными узлами. Ничего даже отдаленно похожего Крис никогда не видел. Размером каждый дух был с крупного пса. Они семенили как крабы — стремительно, причем все разом и без всяких команд. Духи были прозрачны, как и пламя, так что, пылая, они превращались в корчащиеся комки яростного света, что не отбрасывал тени. В ушах у Криса зазвенело от почти ультразвукового верещания и металлических щелчков — будто охлаждалось раскаленное докрасна железо.
— Хороша была бомбежка, — прокричала Габи, внезапно появляясь справа верхом на Фанфаре. На руках у титаниды покоилась Робин. — Просто не верится, что бомбадули сговорились с пескодухами.
— Может, ты считаешь, что они на нашей стороне? — ядовито спросил Крис.
— Нет, конечно. Есть у тебя мысли, что делать дальше? — Она указала в небо, и Крис увидел, как две стаи бомбадулей примериваются на очередной заход.
— По-моему, надо бежать, — сказала Валья раньше Криса. — Похоже, они еще не очень навострились бросать бомбы. Им представились два прекрасных шанса, пока мы были беспомощны, а они оба раза смазали.
Менестрель с Феей подстроился под двух других титанид и теперь мчался галопом бок о бок с ними.
— Хорошо. Но они могут изменить тактику и пойти на низкий заход, тогда падайте на землю. А если придется бежать, не бегите по прямой. И немного рассейтесь. Большее количество мишеней собьет их с толку.
Титаниды исполнили приказ. Валья зигзагами продвигалась к тросу. Это сильно отличалось от ее обычного, почти не требующего усилий скольжения. Крис держался как мог. Когда бомбадули сгруппировались для очередного налета, титанида удвоила усилия, посылая по сторонам мощные струи песка и вспенивая его копытами при каждом крутом повороте.
— Идут высоко, — сообщил ей Крис.
— Хорошо. Я продолжу…
— Повернись к ним! — крикнул он. Валья мгновенно повиновалась, и Крис пригнулся, когда над головой у него проплыли три бомбадуля — казалось, так близко, что протяни руку и достанешь. Тем не менее, они шли в тех же пятидесяти метрах над землей. Крис понял, что был прав. Инерция упавшей неподалеку бомбы все же могла забрызгать их жидким огнем. В ушах у него звенело, но главная сила адских приспособлений все-таки была в поджигательном, а не взрывном действии.
— Это напалм, — прокричала Сирокко, когда зигзаги трасс Вальи и Менестреля на мгновение сблизились. — Нельзя, чтобы он попал на тело. Иначе прилипает и горит.
Крису и так не хотелось, чтобы эта гадость на него попала — липкая она или нет. Он так и хотел сказать — но тут Валья вдруг взвизгнула и споткнулась.
Криса подбросило вперед к ее спине. Ударившись подбородком, он громко щелкнул зубами. Потом сел ровно, сплюнул кровь и заглянул Валье за плечо. Вокруг ее левой передней ноги обвились стеклистые щупальца. Они казались слишком эфемерными, чтобы рвать плоть титаниды и тянуть ее вниз, в песок. И тем не менее это происходило. Она уже погрузилась по колено.
Рука Криса будто сама собой выхватила пистолет и пустила в пескодуха струю воды. Тот отпустил Валью, подался на полметра назад и принялся трястись. Крис решил было, что твари конец.
— Вода ему не вредит! — крикнула Валья и взялась колотить духа дубинкой. Два оторвавшихся щупальца какое-то время корчились сами по себе, прежде чем исчезнуть в песке. — Он ее стряхивает!
Теперь Крис видел и сам. Раненый дух тем не менее снова взялся за Валью. Не иначе, как целое гнездо стеклистых змей. Где-то неподалеку от центра гнезда, не закрепленный в определенной точке, располагался крупный розовый кристалл, который вполне мог быть глазом. Пескодух скорее напоминал какую-то беспозвоночную морскую химеру, чем сухопутное существо, и все же у него была гибкая сила кнута.
Валья встала на дыбы, и Крис удержался, только вцепившись ей в волосы. Титанида, казалось, и не заметила. Она обрушилась на тварь копытами передних ног, снова встала на дыбы и повторила маневр, а затем прыгнула прямо на корчащиеся останки и так крепко влепила по ним задними ногами, что куски все еще летели вверх, когда она уже мчалась дальше.
Крис поднял глаза — в небе было черно от бомбадулей.
На самом деле их там сновало штук двадцать-тридцать, но и одного было бы достаточно. Их пульсирующие выхлопы, казалось, сотрясают все вокруг.
Следующее, что понял Крис, — это что Валья стоит перед ним на коленях, тряся его за плечи. В ушах дико звенело. Крис заметил, что волосы Вальи с одного боку опалены, а левая рука и левая сторона лица кровоточат. Желтая ее кожа почти не проглядывала под слоем налипшего песка.
— Ты не так уж и кровоточишь, — сказала Валья, побуждая его опустить взгляд и увидеть красноту под обрывками его одежды. Одна штанина дымилась, и он стал по ней быстро шлепать ладонью. — Ты меня понимаешь? Слышишь меня?
Крис кивнул, хотя и еле-еле. Валья снова подняла его к себе на спину, и Крис с трудом зашарил ногами, стараясь получше ее оседлать. Когда вроде бы получилось, Валья двинулась дальше.
До первой жилы троса оставалась какая-то сотня метров. Незадолго до прибытия Крис расслышал перемену в стуке Вальиных копыт. Вместо глухих ударов о глубокий песок теперь, когда они достигли твердого камня, слышалось приятное сердцу постукивание. Вскоре Крис уже смог коснуться массивной жилы рукой. Валья развернулась, и они вгляделись в безбрежное море пустыни. Нигде ни следа ни Сирокко и Менестреля, ни Габи, Фанфары или Робин. Хотя где-то вдалеке ревели воздушно-реактивные двигатели, не видно было и бомбадулей.
— Вон там, — сказала Валья. — К востоку.
Там, на песке, творилась какая-то суматоха. Множество духов изменчивым облаком сновало над чем-то, лежащим недвижно.
— Это Фанфара, — тихо сказала Валья.
— Нет. Не может быть.
— Но это так. А вон там, справа от останков, боюсь, наша спутница Робин.
Из-за наклонной жилы троса в поле зрения появилась низенькая фигурка. Она была метрах в трехстах-четырехстах от них. Крис увидел, как она остановилась невдалеке от кровавой бойни. Присела на корточки. Приложила ладони ко рту, затем выпрямилась. Крис был уверен, что ее дальнейшие намерения ему ясны.
— Робин! Робин, не надо! — закричал он. Видно было, как она остановилась и стала оглядываться.
— Слишком поздно, — поддержала его Валья. — Она уже мертва. Иди к нам. — Она повернулась к Крису. — Я сбегаю подберу ее.
Крис крепко сжал ее запястье.
— Нет. Подожди ее здесь. — Слова эти показались ему чудовищно негеройскими, но тут он ничего поделать не мог. Перед глазами у Криса все еще стояли щупальца духа, тянущие Валью в песок. Потом он взглянул на ее ноги и похолодел.
— У тебя же…
— Не так скверно, как кажется, — успокоила его Валья. — Порезы неглубокие. В основном.
Но выглядело все просто ужасно. Левую ногу Вальи сплошь покрывала подсыхающая кровь, а по крайней мере один из порезов оторвал целый пласт кожи. Крис беспомощно отвернулся. Робин бежала к ним. Бежала она нетвердо, руки и ноги летели сами по себе. Крис выбежал ее встретить — и сразу поспешил назад, поддерживая девушку за плечо. Задыхаясь, Робин рухнула на камни. Говорить она не могла — только цеплялась пальцами за твердую поверхность, словно та была ее старой подругой. Крис перевернул девушку на спину и взял за руку. Она была без мизинца.
— Мы уже были здесь, — сумела наконец выговорить Робин. — Здесь, под… тросом. А потом Габи увидела бомбадуля, и… и он шел на низкий заход. Первый раз за… за все время. И она его пристрелила! Из бомбадуля что-то вылетело с парашютом… и она бросилась туда. А вода их не убивала! Они появились прямо перед нами, и… и…
— Я знаю, — утешал Крис. — Мы тоже видели.
— …А потом Фанфара побежала искать Габи и… меня не взяла. Я не могла двигаться! Но я двинулась… я встала и пошла… за ней. Она там лежала… а потом вы меня позвали… а Габи все еще где-то там. Нам надо ее найти, надо…
— И Сирокко с Менестрелем куда-то пропали, — сказал Крис. — Но они тоже могут быть под тросом. Ты, наверное, вошла под трос западнее нас. Сирокко тоже могла войти с другой стороны. Мы… Валья, сколько я был в отрубе?
Титанида помрачнела.
— Мы тоже уже были под тросом, — сказала она. — Мы были в безопасности, но затем увидели Габи. Она бежала одна. Мы побежали ей помочь — тут-то нас чуть и не пришибло. Кажется, я и сама ненадолго забылась.
— Ни черта не помню.
— Прошло, наверное, декаоборотов пять… или тридцать минут — с тех пор, как началась бомбежка.
— Значит, у Сирокко была куча времени, чтобы добраться до троса. Надо вначале обыскать наружные жилы троса. — Крис не стал добавлять, что тот, кто до сих пор остался в песках, наверняка уже мертв.
Все чувствовали, что надо спешить, — и в то же время трудно было выбраться из обретенного с таким трудом убежища. Тогда решили потратить некоторое время на осмотр ран. Робин досталось меньше всех, да и у Криса не было ничего такого, что за несколько дней не вылечила бы обычная перевязка. А вот с Вальей пришлось повозиться. Когда разодранную ногу перевязали, титанида явно не стремилась особенно ее нагружать.
— Ну, как вы думаете? — спросил у них Крис. — Кто-то вполне может оказаться с другой стороны вот этой самой жилы, глядя в сторону песков и стараясь нас там высмотреть.
— Мы могли бы разделиться, — предложила Робин. — Они должны быть где-то у самого края. И мы пошли бы с обеих сторон.
Крис пожевал губу.
— Не знаю, не знаю. Во всех фильмах, которые я видел, такое разделение всегда приводило к большой беде.
— Ты что, свою тактику на фильмах основываешь?
— А на чем мне еще ее основывать? Может, ты в таких делах большая специалистка?
— Честно говоря, нет, — признала Робин. — Нам давали подготовку для нескольких видов вторжения, но я не вижу, как ее здесь применить.
— Разделяться нельзя, — отрезала Валья. — Разделение порождает уязвимость.
Время для выработки решения вдруг вышло само самой. Робин, оглядывая пустыню, увидела появившуюся на вершине дюны Габи. Габи неслась длинными, свободными прыжками, которые давно уже перестали казаться Крису странными. Теперь он так хорошо изучил этот способ передвижения, что мог сказать: Габи страшно устала. Она слегка клонилась вбок, будто старалась не порвать там шов.
Расстояние постепенно сокращалось. Когда их уже разделяло полкилометра, Габи замахала рукой и что-то крикнула — но никто ее не расслышал.
И она тоже их не слышала, когда все трое начали бешено вопить, пытаясь предупредить ее о приближающейся сзади смертельной угрозе.
Первой вперед рванула Валья. Крис припустил следом, но титанида быстро от него оторвалась. Она была все еще в трехстах метрах от Габи, когда бомбадуль повел носом вверх — и сбросил свой смертоносный груз. Крис в ужасе смотрел, как яйцо бултыхается в воздухе, а его ноги сами колотили по песку. Бомба упала как раз перед Габи. Она стремительно промчалась сквозь столб огня, вся объятая пламенем.
Крис видел, как она пытается сбить пламя ладонями, слышал ее вопль. Габи уже не знала, куда бежит. Валья попыталась схватить ее, но промахнулась. Крис не раздумывал. В нос ему ударил запах горящих волос и мяса, когда он ударил ее плечом и сбил на землю; пока Валья держала ее, пока Габи билась и кричала, Крис горстями бросал на нее песок. Они перекатывали ее как рулон бумаги и не замечали, что сами обжигаются.
— Мы же ее задушим! — крикнул Крис, когда Валья всем телом навалилась на Габи.
— Надо потушить огонь, — ответила титанида.
Когда Габи перестала биться, Валья легко вскинула ее вверх и прихватила Криса, чуть не вырвав ему руку из сустава. Он буквально взлетел ей на спину — и Валья ринулась к тросу, держа Габи, мертвую или без сознания, у себя на руках. Невдалеке от той самой жилы троса, откуда они наблюдали за началом трагедии, они столкнулись с Робин. Крис поймал девушку за руку и усадил у себя за спиной. Валья не сбавляла ходу, пока ее копыта снова не застучали по твердому камню.
Она уже собиралась уложить Габи на землю — но затем обернулась и увидела, как к тросу подлетает еще один бомбадуль. Невероятно, но этот на полной скорости летел прямо на трос — и курс его был таков, чтобы сбросить бомбы там, где остановилась Валья. Когда он вздернул нос, чтобы их выпустить — одновременно раздался страшный рев его двигателя, резко набиравшего полные обороты, чтобы уйти вверх и спастись, — Валья рванулась еще глубже в быстро мрачнеющий лабиринт монолитных жил троса.
Позади послышались взрывы. Невозможно было разобрать, который из них оповещает о гибели бомбадуля. Валья не сбавляла ход. Она неслась все глубже и глубже в лес жил — и помедлила только тогда, когда темнота стала сгущаться почти в кромешный мрак.
— Они еще летят, — сказал. Крис. Никогда он не чувствовал такой безнадежности. Позади них, силуэтами на фоне видимого между жил тонкого клинышка неба, скользили черные двояковыпуклые линзы, какими спереди представлялись бомбадули. Крис насчитал пять штук, зная, что на самом деле их больше. Один вильнул вправо, другой влево — все они на самоубийственной скорости старались прорваться между жил. Раздался далекий взрыв, затем уже ближе, и один бомбадуль проревел прямо над головой. В темноте было особенно заметно голубое пламя его выхлопа.
Впереди раздался чудовищный взрыв, и вся внутренность троса вдруг запылала оранжевым. Тени плясали в такт с невидимыми языками пламени; затем, на краткий миг, Крис увидел, как сверху валится разбитое тело бомбадуля. Валья неслась дальше.
Вторая тварь появилась позади, и беглецы услышали, как третья врезается в жилу троса. В сотне метров от них горящий напалм стекал по жиле, будто воск по свече, расплескиваясь внизу. Впереди рванула еще одна партия бомб.
Сотрясение начало доходить до крупных камней и других массивных обломков, лежавших наверху. Валун размером с Валью, высекая целые фейерверки искр, рухнул в двадцати метрах перед беглецами. Только Валья его обогнула, как послышался взрыв еще одного бомбадуля, за которым стремительно последовали еще два. Все это пунктиром сопровождали рвущиеся бомбы.
Валья не останавливалась, пока не заметила прозрачное строение. Это был вход на лестницу регионального мозга Тефиды. Она уперлась, не желая туда входить. Пока что лишь страх перед бомбадулями гнал ее вперед — сюда, в то место, которого ее раса традиционно избегала.
— Мы должны туда войти, — понукал ее Крис. — Здесь все рассыпается. Если нас не прикончат бомбадули, так непременно придавит какой-нибудь валун.
— Да, но…
— Валья, делай, как я велю. Пойми, ведь это я, Фартовый Мажор, с тобой разговариваю. Неужели ты думаешь, что я толкну тебя на что-то, что будет тебе во вред?
Валья еще секунду поколебалась, а затем протрусила через арочный проход. Дальше по каменному полу до начала пятикилометровой лестницы.
И титанида спустилась вниз.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий