Город под кожей

6. Первое задание Билли Мура

Первое задание оказалось элементарным. Любой дурак справился бы. Впрочем, возможно, так и было задумано: ему дали шанс доказать, что он не любой дурак. Билли понимал: настоящие испытания и сложности впереди.
Ему позвонили, и густой, низкий, немного манерный незнакомый голос произнес: «Я звоню от мистера Вроблески. Он решил предложить вам работу».
Как и ожидалось, Билли Мур не сказал: «Передайте мистеру Вроблески, что я нашел другую работу». Вместо этого он спросил:
– А мистер Вроблески сам не мог позвонить?
Голос ответил:
– Мог, но в этом нет нужды.
– Тогда с кем я разговариваю?
– Меня зовут Аким.
– Ага. Мойщик машин?
– Мыть машины – одна из моих второстепенных обязанностей.
Билли Мур решил не напоминать Акиму о том, что «Кадиллак» тот помыл хреново.
– Вот как? Есть и другие?
– Ясное дело. Поэтому я и звоню – передать время и место, где найти женщину, которую надо доставить мистеру Вроблески.
– Ладно, – сказал Билли. – Тогда приступим к делу.
Поначалу он сомневался, сможет ли опознать ту, что нужно, но это оказалось наименьшей заботой. Ему сообщили, что объект живет на улице, имеет татуировку, похожую на татуировку Лорел, и все-таки Билли не ожидал, что найти женщину будет так легко. Тем более он не мог себе представить, что та будет разгуливать по улицам голой. Разглядев, в каком она состоянии, Билли расхотел сажать ее в свою машину. «Кадиллак» – хоть и помятый снаружи – был его вотчиной. Тряпки на женщине грязные и наверняка воняют. Такая запросто может наблевать, нассать или запачкать обшивку кровью. Могла заартачиться, засучить ногами, закричать – придется, чего доброго, тащить волоком или надавать по ушам. Опять же опасения не сбылись: Билли попросту подвел женщину к машине, и та без разговоров в нее села. Да, чересчур все просто.
Оказавшись в салоне, незнакомка согнулась на сиденье – то ли устала, то ли набычилась. Билли не сразу разглядел, что она прикрыла глаза и выглядит вполне довольной. Еще бы – лучше сидеть в машине, чем торчать где-нибудь в подворотне. Женщина, похоже, засыпала, что Билли вполне устраивало. Некоторое время они ехали в молчании, хотя рассчитывать, что оно продлится до самого конца, не приходилось. Потом пассажирка зашевелилась, открыла глаза и если не встревожилась, то, по крайней мере, обратила внимание на происходящее вокруг. Осмотревшись в салоне, она одобрительно сказала:
– Элегантно. А куда мы едем?
Билли никто не инструктировал, что говорить. По наитию он решил ответить уклончиво:
– К одному другу.
– Вашему или моему?
– Скажем, общему.
Ответ на время удовлетворил женщину. Она смотрела в боковое окно; глаза ее закрывались, взгляд то обретал, то терял четкость. Тут ей пришла в голову новая мысль.
– А как я вернусь?
Билли не знал и попросту ляпнул первое, что пришло в голову:
– На автобусе.
– Увозят на «Кадиллаке», а обратно – на автобусе?
– Все верно.
– Ну что ж…
Женщине такой поворот событий не показался странным. Затем ее посетила еще одна мысль.
– А что со мной будет, когда мы приедем к вашему другу?
– Это секрет.
Ответ, очевидно, не попал в цель.
– Меня зовут Женевьева, – представилась женщина.
– На Женевьеву ты не похожа, – заметил Билли.
– Раньше была похожа.
– Может, еще будешь.
– Ты так думаешь?
Они подъехали к владениям Вроблески. Услужливый привратник Чарли открыл перед «Кадиллаком» ворота. Вроблески и Аким ждали во дворе у внедорожника, который, похоже, не сдвинулся с места со времени последнего визита Билли. Не глуша двигатель, Билли вылез и обошел вокруг автомобиля, чтобы выпустить пассажирку; ему претила роль наемного шофера, но все же он решил оказать женщине некоторое уважение. Женевьева выбралась из машины, прижимая к телу бархатное тряпье, и остановилась, слегка покачиваясь под звуки слышной ей одной музыки.
– Тебя, надеюсь, никто не видел? – спросил Вроблески.
Такой вопрос предполагал лишь один ответ.
– Никто, – соврал Билли.
– Когда тебя кто-нибудь замечает, ты обязан принимать меры.
– Понятно.
Женщиной занялся Аким. Он обнял ее за плечи, показывая всем видом, что это дело ему намного приятнее, чем мойка машин; в руке у него мелькнул предмет, похожий на шприц. Билли отодвинул от себя мысли о том, что будет с беднягой. Задавать лишние вопросы Вроблески – себе дороже.
На обратном пути пошел дождь. О ветровое стекло «Кадиллака» шлепались крупные, жирные сгустки воды. Билли тянул время, не включая «дворники». Мир за окном подернулся жилками, как мрамор. Билли немного приоткрыл боковое стекло, ловя брызги щекой, и наконец повернул тумблер стеклоочистителей. Размытая панорама за лобовым стеклом разгладилась и очистилась.
На пассажирском сиденье лежал конверт с деньгами – вознаграждение за выполненную работу. Билли остановился у обочины напротив исламского супермаркета с опущенными ставнями и вскрыл конверт. Денег было намного больше, чем он ожидал. Их, конечно, найдется на что потратить – стоянка требовала благоустройства, Карла клянчила новый мобильник, – однако такие деньжищи не платят обычным водилам за доставку бездомных бродяг. Вроблески не скупился; это в равной мере и тешило самолюбие, и настораживало. Билли старался не думать, что произойдет с Женевьевой в доме Вроблески, но не очень преуспел.
Карла не ложилась спать, дожидалась отца: сидела в своем трейлере, за столом. На экране лэптопа красовался лев.
– Хорошо провел вечер? – спросила она.
– Работал.
– Парковочный бизнес отнимает уйму времени, как я погляжу.
– Ну да. А ты чем тут занималась?
– Думала о львах.
Билли взглянул на экран и хмыкнул:
– Вижу.
– Ага. И о «Волшебнике страны Оз». По книжке Трусливый Лев такой один. Но ведь это же неправда! Все львы – трусишки. Нападая на стадо антилоп, всегда хватают самых слабых, отставших, разве не так? Схватки с самыми могучими и крутыми антилопами они не ищут, не пытаются доказать храбрость.
– Разве антилопы бывают могучими и крутыми?
– Ну-у… должны же быть такие, что крупнее и круче других.
– Пожалуй. И больше ты ничем не занималась? Все время думала только о львах?
– Ага.
– Как твоя кожа?
– Как обычно.
– Дай посмотрю.
– Нет.
– Ладно тебе, закатай рукав.
– Не хочу.
– Что ты там прячешь?
Карла не могла признать, что действительно что-то прячет, поэтому задрала рукав на правой руке. Билли сначала показалось, что он видит красную воспаленную сыпь.
– Опять игралась?
– Так время быстрее идет.
– Мало тебе черепа с костями?
Дочь пожала плечами.
– Захотелось чего-нибудь новенького.
Однако, присмотревшись, Билли заметил в беспорядочных пятнах некую систему. Царапая кожу, Карла вывела, словно татуировку, набухшее слово «папа».
– Зря ты это сделала. Мило и трогательно, но все равно зря.
Девочка без приглашения задрала другой рукав и показала левую руку со словом «мама».
– Еще трогательней, – сказал Билли, хотя картина его скорее задела, чем тронула.
– Не волнуйся. Скоро рассосется.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий