Нерв

Книга: Нерв
Назад: Пятнадцать
Дальше: Семнадцать

Шестнадцать

Через две секунды я уже у двери.
Но Микки успевает туда одновременно со мной, оттолкнув Даниэллу и Тая.
– Никуда ты не пойдешь, сука! – Она хватает меня за локоть и выворачивает его назад.
Я ору и прорываюсь к двери.
– Я не собираюсь сидеть тут в компании пьяных обезьян, которым раздали пистолеты!
Рядом с нами оказывается Иэн, он пытается отодрать от меня Микки.
– Отпусти ее!
Ее ногти впиваются мне в руки сквозь пиджак.
– Эта гребаная принцесса сейчас лишит нас призов!
Джен и Тай присоединяются к свалке и оттаскивают нас с Иэном от двери. Он вырывается, я все еще пытаюсь добраться до двери. Но у Микки крепкая хватка. Она скручивает меня, бросает на пол и наваливается сверху. Мой позвоночник трещит под ее весом.
Булавки колют меня в щеку, когда она прижимается лицом к моему и обдает мне ухо горячим пивным духом:
– Спорим, такой сучке, как ты, понравилось бы по-собачьи…
Я извиваюсь под ней, но вырваться не могу. Она вжимает мое лицо в ковер, который и пахнет тоже резиной, подтверждая мои подозрения. Я содрогаюсь, представив, с какими жидкостями он вступал в контакт.
Теперь из динамиков звучит металл, басы отдаются у меня в груди. Я с трудом высвобождаю локоть – достаточно, чтобы двинуть Микки в ребра. Она дергает меня за волосы, аж слезы из глаз, но, приподняв голову, я успеваю быстро оглядеть комнату. Сэмюэль все так же сидит за столом. Даниэлла забилась в угол, обхватив себя руками, и, вытаращив глаза, наблюдает за схваткой.
Слева от меня дерутся Иэн, Тай и Джен – уворачиваются и наносят удары. Как только Тай отставит свое пиво и начнет обрабатывать Иэна всерьез, с нами будет покончено. Иэн, наверное, тоже это понимает, потому что вдруг движением из тарантиновского фильма упирается в стену и обеими ногами ударяет Тая в грудь. Тот падает назад, на Джен, – и оба они оказываются на полу. Есть! По крайней мере, один из нас сможет спастись и остановить эту кошмарную игру. Иэн бежит к двери и рвет ее на себя. А потом опять.
– Какого хрена?
Вес Микки, придавливающий меня к полу, внезапно исчезает, но мне по-прежнему тяжело дышать, ведь я вижу, как Иэн снова и снова дергает дверь. Что-то не так. Я пытаюсь подняться на колени, а Микки бросается Иэну на спину и вцепляется ему в волосы. Он резко разворачивается, и она теряет равновесие. А дальше начинается эффект домино: она падает на меня, я падаю на Тая и Джен, которые едва успели подняться. Мы с воплями опять валимся на пол. Каким-то образом я оказываюсь на верху всей кучи, как тряпичная кукла над сцепившимися ротвейлерами. Я скатываюсь вниз и бросаюсь к Иэну.
Его бицепсы вздуваются, когда он снова пытается открыть дверь. Но она не поддается.
Он подпрыгивает, бьет кулаком в воздух под ближайшей камерой.
– Уроды, вы нас заперли! Это похищение!
Микки бросается к двери, и тоже дергает за ручку. Дверь не открывается, и она смеется. Кем надо быть, чтобы смеяться, узнав, что тебя похитили?
Рок-музыка сменяется веселой мелодией грузовичка с мороженым, а потом ее заглушает резкий сигнал. На экранах появляется сообщение:
ДВЕРЬ, ПОХОЖЕ, ЗАЕЛО. ВЫШЛЕМ МАСТЕРА, КАК ТОЛЬКО СМОЖЕМ.
Я ору на экран:
– Вы не можете так поступать! Мы вас засудим!
КОГО ИМЕННО ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ ПРИВЛЕЧЬ К ОТВЕТСТВЕННОСТИ?
Я указываю на Микки:
– Могу начать с этой сволочи.
УДАЧИ. СЛУШАНИЯ БУДУТ НЕДОЛГИМИ: ЕЕ СЛОВО ПРОТИВ ТВОЕГО.
Видят ли зрители послания от НЕРВа? Или им показывают только отредактированную версию, которая прикроет задницы организаторов? Может, именно поэтому мы больше не видим ведущих – теперь, когда на сцене появилось оружие? При этой мысли кровь отливает у меня от лица.
Я прячусь за спину Иэна, набираю 911. На лице Микки появляется волчий оскал, и она бросается на меня, но Иэн ее удерживает. Хотя это совершенно не важно. Звонок не проходит. Мой стон разочарования вызывает смешки у Микки и Тая.
Я просто не могу в это поверить.
– Ребята, вы что, психопаты? Мы тут заперты в одной комнате с оружием. И это никого не волнует, кроме нас с Иэном?
Сэмюэль, с комфортом развалившийся на диванчике, говорит:
– Да там, наверное, бойки сточены или заряжено холостыми.
Я едва удерживаюсь, чтобы не двинуть ему как следует.
– И сколько ты готов на это поставить?
Тай бурчит:
– Да успокойтесь уже. Никто не собирается ни в кого стрелять. Это просто игра.
Даниэлла прижимает руку ко рту, словно она пытается не заплакать. Джен и Микки целуются и хихикают. Они знают что-то, чего не знаю я?
Я опять пытаюсь позвонить. Может быть, если я смогу удалить приложение НЕРВа, я смогу позвонить, но программа запрашивает пароль.
Подняв телефон к камере, я кричу:
– Уберите отсюда свою программу!
Ответа, естественно, нет. Я растираю предплечья, борясь с паникой, которая угрожает поглотить меня всю без остатка. Рукав пиджака оторвался, и под ним на правом плече видны глубокие царапины.
Я кричу:
– Мне нужен врач! Ваш питбуль сорвался с поводка!
Микки потирает лоб.
– Это ты еще легко отделалась!
АПТЕЧКА ПЕРВОЙ ПОМОЩИ В ЖЕЛТОМ ШКАФУ. НАШ ВИРТУАЛЬНЫЙ ДОКТОР ДУМАЕТ, ЧТО ТЫ ВЫГЛЯДИШЬ НОРМАЛЬНО. НО ТЕБЯ ОСМОТРЯТ СРАЗУ ЖЕ, КАК ТОЛЬКО МАСТЕР ОТКРОЕТ ДВЕРЬ.
Шкаф. Я бросаюсь к нему. Аптечка меня не интересует, главное – отрезать остальных от оружия. Замечаю, что кто-то закрыл зеленую дверцу, за которой они висят. Наверное, это Даниэлла.
Но Тай успевает раньше меня, он нависает надо мной:
– Ну, нет, это у тебя не прокатит.
Я пытаюсь поднырнуть ему под руку, но он слишком большой.
– Мне бинт нужен! И, скорее всего, прививка от бешенства.
Иэн оказывается рядом со мной.
– Ладно тебе, чувак, мы все здесь застряли. Дай взять то, что ей нужно.
Тай предупреждающе выставляет руку.
– Я ей сам все достану. Просто на всякий случай, вдруг какая-нибудь тупая задница решит схватить пистолет и прострелить замок. – Тут он глядит на меня. – И, кстати, это не сработает. Они по телику это тестировали.
Просто здорово. Это, наверное, единственная ценная информация, которая задержалась в его крошечных мозгах.
Рука болит. Может, мне действительно нужен укол от бешенства или от чумки.
– Ладно. Мне не нужен пистолет. Просто дай мне что-нибудь для моей руки. Или, может, мне истечь кровью? Тогда уж точно понадобится доктор, и НЕРВу придется прервать игру.
Спорим, НЕРВ и не подумает сделать это?
Тай призывает свою банду для поддержки. Так мы и стоим друг напротив друга и дергаемся, пока он открывает шкаф и роется в нем. Потом протягивает мне пару бинтов и еще какие-то средства.
Мы садимся обратно на диванчик, и Иэн обрабатывает мне раны дезинфицирующими салфетками, а потом бинтует. Напротив нас Джен прикладывает лед к голове Микки. Я ее достала? Прекрасно.
Тай сидит, скрестив руки на груди, и с угрозой смотрит на нас: мол, только попробуйте сделать движение в сторону шкафа. Даниэлла, мурлыкая, гладит его по волосам, браслеты звенят, как связка тюремных ключей. Слева от нас с Иэном молча сидит Сэмюэль, наблюдая за нами поверх очков. Сидим, как на Тайной вечере, вот только еды не хватает и апостолов.
Теперь они врубили рокапопс. Кто там у них диджеем? Сатана?
ОКЕЙ, ИГРОКИ, ПОРА ЗАРАБОТАТЬ СВОИ ПРИЗЫ.
И опять команды – это только текст на экранах. Гай и Гейл, конечно, совершенно пластиковые на вид, но без них комната кажется еще более изолированной.
ТАЙ, ПОЛОЖИ ПИСТОЛЕТЫ НА СТОЛ, ПО ОДНОМУ ПЕРЕД КАЖДЫМ ИГРОКОМ.
Сердце падает в пятки. Тай таращится на экран и морщит лоб, будто читать не умеет. Или, может, у него вдруг появилась совесть?
ЗА ЭТО ТЫ ПОЛУЧИШЬ БОНУС: СТО ДОЛЛАРОВ.
Тай встает, усмехаясь. Затаив дыхание, я молюсь, чтобы случилось чудо или какой-нибудь фокус. Чтобы вместо пистолетов в шкафу вдруг оказались голуби. Но, когда он открывает дверцу, становится ясно, что этого не произошло. Неудачи продолжают преследовать мою пресловутую тощую задницу.
Я кричу:
– Не делай этого, Тай! Это же просто «Повелитель мух» какой-то. НЕРВ хочет, чтобы мы превратились в дикарей. Покажи им, что ты сам себе хозяин.
Тай обращается к Иэну:
– Братан, ты свою женщину контролируешь?
У Иэна застывает лицо.
– Она права. Не делай этого, Тай.
– Тряпка. – Он вынимает пистолет и поглаживает ствол. – «Зиг Зауэр П-226». Мило. Лучшие друзья «морских котиков».
Не выпуская из рук пистолет, он достает другой и передает его Даниэле. Еще два пистолета достаются Джен и Микки, которая присвистывает, рассмотрев свой. Меня передергивает, когда она бросает взгляд в мою сторону. Тай кладет пистолеты перед Сэмюэлем, передо мной и, наконец, перед Иэном. Наше с Иэном оружие он поворачивает так, что стволы смотрят на нас.
Я скрещиваю руки на груди и начинаю повторять:
– Все, кто смотрит, звоните 911. Все, кто смотрит, звоните 911. – И что они могут мне сделать? Опять пригрозить «мерами»? Отнять пистолеты, раздать автоматы?
Я все твержу свою просьбу. Возможно, НЕРВ вырезал мои крики, когда я была в другой комнате, но они не смогут все время это делать. Особенно, если вспомнить, что другие раунды на гран-при уже закончились. Им тогда нечего будет показывать. И в конце концов им либо придется отпустить нас, либо показать меня Зрителям. В любом случае игра окончена. Пошла она, школа моды!
ПОРА ТЕБЕ ЗАТКНУТЬСЯ, ВИ.
– Пора дать мне выйти из игры. Я выхожу из игры. Я выхожу из игры. – Я перемежаю эту мантру просьбами позвонить 911. Иэн присоединяется ко мне.
ПОСМОТРИТЕ НА ВАШИ ТЕЛЕФОНЫ.
Я на секунду прерываюсь, чтобы сказать:
– Вы больше ничего не можете мне предложить. Школа моды и стажировка того не стоят. Ничто этого не стоит.
Тай рычит:
– Ну, поездка в Ирландию с папой, пока он еще ходит на своих двоих, еще как того стоит. Так что заткнись.
ПОСМОТРИ НА СВОЙ ТЕЛЕФОН. РОДИТЕЛИ БУДУТ ТЕБЕ БЛАГОДАРНЫ.
Что, они опять собираются втянуть в это моих родителей? Я смотрю на свой телефон и вижу довольно длинное сообщение. Я читаю. Кажется, это заметки моего психолога – та фигня, которую она печатала у себя на компе, пока меня несло. Такие, например, детали, как музыка, игравшая тем вечером у меня в машине. Просто поразительно, сколько всего у нее в этих заметках. Я казалась себе такой хитрой, скармливая ей всю эту чепуху насчет того, как я чувствую себя невидимой рядом с Сидни, чтобы отвлечь ее внимание от происшествия в гараже. Рассказала ей даже, как дурачилась с Джейсоном Уокером и он по ошибке назвал меня Сидни. Помимо этой истории там еще куча страшно унизительного материала. Господи, я что, рассказала психологу ВСЕ? И чего, спрашивается, стоят все эти бумажки о неразглашении, которые я подписала? И это еще не все. Во втором сообщении – расшифровка беседы психолога с моими родителями, что-то насчет того, что у них не было секса с тех пор, как… – Ой, нет, они просто сгорят от стыда, если это выплывет.
Я смотрю на экраны. Иэн тоже получил какое-то сообщение на свой телефон, и вид у него затравленный.
МЫ БУДЕМ МОЛЧАТЬ, ЕСЛИ ВЫ БУДЕТЕ МОЛЧАТЬ.
И я умолкаю.
А ТЕПЕРЬ КАЖДЫЙ ИГРОК ДОЛЖЕН ВЗЯТЬ В РУКИ СВОЙ ПИСТОЛЕТ. ЕСЛИ КТО-ТО ОТКАЖЕТСЯ ВЗЯТЬ ОРУЖИЕ, ОНО АВТОМАТИЧЕСКИ ПЕРЕХОДИТ К ИГРОКУ, КОТОРОГО ВЫБЕРЕМ МЫ.
Микки берет пистолет первой. Остальные следуют ее примеру. Кроме меня.
Я прочищаю горло.
– Оно того не стоит. Давайте просто пить пиво и тусоваться. Все еще можно исправить.
Иэн косится в мою сторону, и на лбу у него появляется складка.
– Возьми пистолет, Ви.
Ого. Они, должно быть, нарыли на него еще больше грязи, чем на мою семью. Или НЕРВ предложил ему еще один бонус? Что же это может быть? Как бы мне хотелось проникнуть ему в голову и подсмотреть, что им движет!
Я перевожу взгляд на пистолет, который лежит, поблескивая, передо мной, и по спине пробегает холодок. Во рту у меня пересохло.
– Это просто безумие.
Иэн смотрит на сидящих за столом.
– Да, безумие. Но если ты не возьмешь пистолет, то, скорее всего, останешься безоружной.
Каждый мой вдох может превратиться в рыдания. Я заставляю себя произнести трясущимися губами:
– Не взять оружие может быть безопаснее, чем взять его. Даже они не станут стрелять в безоружного человека.
Микки фыркает:
– Конечно, нет.
У ТЕБЯ ТРИДЦАТЬ СЕКУНД НА РАЗМЫШЛЕНИЕ.
Шепот Гейл в динамиках:
– Будь умницей, Ви.
Поздновато уже.
На экране начинается обратный отсчет. Я обвожу комнату взглядом. Микки и Тай поглаживают свои пистолеты, будто котят. Даже Сэмюэль держит пистолет так, будто знает, с чем имеет дело, – должно быть, все эти видеоигры сказываются. Даниэлла и Джен положили оружие к себе на колени и крепко вцепились в подлокотники.
На часах остается двадцать секунд.
– Тебе не нужно ни на кого направлять его, просто возьми, – говорит Иэн.
– Вот так они к тебе и подбираются: шаг за шагом, – шепчу я в ответ, хотя знаю, что все меня слышат.
Иэн отвечает напряженным голосом:
– Никто не заставит тебя стрелять, но, если ты его возьмешь, у них будет на одну пушку меньше.
Микки и Тай смотрят на меня, как удавы на кролика. Может, схватить пистолет и выстрелить по камерам?
Осталось десять секунд.
У Иэна по лбу ползет капля пота.
– Ви, пожалуйста! Я не смогу защищать нас один.
Я так этого не хочу! Но как я буду сидеть здесь, совершенно беззащитная? Когда остается три секунды, я хватаю пистолет. Он тяжелый, и в какой-то смазке, и уж точно не похож на фальшивку. Я кладу его на колени – пятна на юбке меня давно уже не волнуют. Микки хмыкает, на лице у нее широкая усмешка.
– МОЛОДЦЫ, РЕБЯТА! А ТЕПЕРЬ РАССЛАБЬТЕСЬ И ПОЛУЧАЙТЕ УДОВОЛЬСТВИЕ – МЫ ПОКАЖЕМ ВАМ НЕБОЛЬШОЕ КИНО. ПОЖАЛУЙСТА, ДЖЕН, ОТКРОЙ РОЗОВЫЙ ШКАФ С ЗАКУСКАМИ.
Джен встает, явно не зная, что делать с пистолетом, и вопросительно смотрит на Микки.
– Просто держи его дулом вниз, – говорит Микки.
Джен так и делает и на цыпочках нерешительно двигается к шкафу. Я уже боюсь представить, какую именно больную идею НЕРВ решит воплотить в этих закусках. Наверное, что-нибудь ядовитое. С ядом у нас пока испытаний не было. Но когда она открывает розовую дверцу, воздух наполняет масляный запах попкорна, и меня начинает тошнить. Она вытаскивает картонную коробку с логотипом на боку, и ставит на стол, а потом ей приходится совершить еще пару рейсов за упаковками со сладостями – тоже с яркими логотипами. Спонсоры что, реально думают, что это поможет им повысить продажи в кинотеатрах? Глупый вопрос.
Джен кричит Микки:
– Тут в холодильнике полно «Ред Булла». Тебе принести, детка?
И конечно, Микки и те игроки, которые прежде глушили пиво, берут по банке. Алкоголь плюс кофеин – отличная комбинация.
Единственные, кто тянется к попкорну, – это Тай и Микки: они набивают себе полные рты. Сэмюэль, пожав плечами, берет коробку конфет. Когда Джен возвращается на свое место, освещение меркнет, и на экранах появляется название фильма: «Обращение с оружием для начинающих».
За следующие несколько минут мы узнаем, как заряжать пистолет, как взводить курок, снимать оружие с предохранителя, целиться одной рукой и двумя. С каждой новой порцией информации меня одолевает желание завизжать. Нас застрелят. Наша кровь аккуратно стечет вниз через дырочки, и комната будет готова принять следующую партию игроков. Коленки у меня трясутся так, что пистолет чуть не падает.
Иэн берет меня за руку.
– Это все показуха. Они пытаются нас запугать.
Пытаются? Даже он побледнел, и я чувствую, как бешено у него колотится пульс.
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ ВПЕРЕДИ, А ПОКА НУЖНО НАВЕСТИ ПОРЯДОК. КОЕ-КТО ВСЕ ЕЩЕ НЕ ОЩУТИЛ ПОСЛЕДСТВИЙ СВОЕГО ПОВЕДЕНИЯ ВО ВРЕМЯ ПРЕДЫДУЩЕГО ИСПЫТАНИЯ.
Они что, серьезно? Что может быть хуже, чем это? Мне хочется ударить себя, как только эта мысль появляется у меня в голове. Это один из тех вопросов, ответы на которые появляются сами собой. И ответы эти таковы, что начинаешь крепко жалеть о своем любопытстве.
В промежутке между ликующими воплями Микки за одной из дверей, которая вела к «личным» испытаниям, слышатся голоса. Дверь открывается, и в комнату, спотыкаясь, вваливаются двое с завязанными глазами.
Пистолет у меня на коленях вдруг становится в десять раз тяжелее, когда я вижу, кто к нам присоединился.
Томми и Сидни.
Назад: Пятнадцать
Дальше: Семнадцать
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий