Код драконов

Книга: Код драконов
Назад: Глава 3
Дальше: Глава 5

Глава 4

На севере Вейры и главные Холды, как правило, были вырезаны в скалах, которых было так много на этом континенте. Южный Вейр, как и Южный Холд, не имел такого обилия камня, но здесь, на юге, это было не так важно, потому что земля изобиловала личинками, которые посеяли в почву за сотни Оборотов до этого, но которые нынешнее поколение людей Перна открыло только недавно. Личинки пожирали Нити, уничтожая смертельных паразитов, прежде чем те успевали зарыться в землю и нанести ущерб.
Наряду с защитой плодородных земель Южного Континента, мелкие невидимые личинки, казалось, настолько улучшили почву, что деревья и другая растительность, благодаря какой-то неизвестной мутации, обладали замечательной способностью к самовосстановлению любых отметин, оставленных Нитями, упавшими на землю. Естественно, южная растительность была более здоровой, по сравнению с той, что росла на севере.
Южный Вейр был расположен на травянистом мысе возле небольшого пресного озера. Похожие на пещеры комнаты — вейры — были вырыты в крутых склонах утеса, чуть ниже плато с естественными барьерами, где можно было безопасно содержать весь скот Вейра. Поскольку настоящая пещера там не могла быть выкопана, наверху, на плато, был расположен центральный зал, построенный из стволов деревьев твёрдых пород и покрытый чёрной плиткой из рифовых камней. Деревянные здания соответствовали теплому климату Южного, были построены на сваях над землей, с фундаментами также из рифовых камней, широкими окнами и глубоким крыльцом, дающим защиту от палящего солнца. Вейр был гораздо просторнее, чем любой из его северных аналогов, и, хотя он был нетрадиционным, в нем были все те удобства, к которым привыкли обитатели Вейра. Весь день драконы отдыхали на плато, поджариваясь на солнце в ямах, которые выкопали для себя в голой черной почве. Рощи гигантских, изогнутых пробковых деревьев и феллиса давали тень строениям, которые использовали люди, а за центральным залом были разбросаны остальные вспомогательные здания.
Под сверкающим, чистым и голубым небом просыпающегося дня всадники Южного занимались обычными делами. Любой случайный наблюдатель посчитал бы, что драконы и всадники Южного Вейра должны быть довольны своей судьбой, живя в тропическом раю вдали от того, что сами они рассматривали как вмешательство Бенден Вейра и других северных Вейров, но этого не было на самом деле. Эта небольшая группа людей была в глубине души недовольна своей жизнью в Вейре, чувствовала себя напряжённо и всё более настойчиво желала перемен. Их беспокойство ощущалось как физическая энергия другими членами Вейра и начинало заражать остальных и распространяться, как болезнь. Не помогало и то, что многие всадники и их драконы были в самом деле больны, получив отравление во время их неудачной попытки добыть огненный камень. Теперь из открытых окон покоев Госпожи Вейра разносились звуки горячих споров, которые легко мог слышать любой обитатель Вейра.
— Мы находимся слишком далеко от нашего времени, Т'кул! — крикнул Т'рон, Предводитель Южного Вейра. Он поднял голову, чтобы взглянуть на своего заместителя, и одновременно ударил кулаком по столу, подчеркнув свою точку зрения таким образом. Снаружи эхом прозвучал рёв недовольства его бронзового дракона Фидрант'а. Но, сразу же после этих резких слов, плечи Т'рона поникли, и он привычно прижал руку к животу, к месту старой раны. Оглядев всех вокруг, он глубоко задумался. Его суровое лицо было глубоко прорезано морщинами, появившимися за Обороты сражений с Нитями.
— Мы уже много раз обсуждали эту тему… — сказал Т'кул, скрывая напряжение в голосе.
— …И с этим ничего не поделаешь. Да знаю я, знаю! — Т'рон пристально взглянул Т'кулу в глаза. — Я ни в коем случае не должен был позволить тебе уговорить меня вести наши пять Вейров в это Прохождение, послушав эту несчастную Госпожу Бенден Вейра, Лессу. Тьфу! — его хмурый взгляд стал еще более суровым, чем обычно, когда он перевёл взгляд на Мардру, женщину, которая когда-то делила с ним постель. Мардра недолго выдерживала его взгляд, с каменным видом отвернувшись к Т'кулу.
— Когда Прохождение Нитей нашего поколения подошло к концу, Т'рон, мы все начали ощущать какую-то пустоту внутри — отсутствие цели. Ну, ты помнишь это, я знаю! — сказал Т'кул, пытаясь скрыть усталость, которую чувствовал, повторяя свои аргументы в сотый раз. Он сильно закашлялся, его лицо покраснело.
Было время, когда он был Предводителем Вейра, и ему подчинялись сотни драконов и их всадников, и тогда Т'кул излучал жизненную энергию. Теперь он стоял перед Т'роном, опустив одно плечо ниже другого, словно лишился какой-то части себя.
— Если бы мы остались в том времени, — продолжил он, — мы бы прожили остаток нашей долгой жизни, пытаясь наполнить каждый день, нет, час, каким-нибудь важным поступком или каким-то смыслом. Наши драконы все больше бы разочаровывались из-за своей ненужности, а мы не могли ничего сделать с этим, — он сделал паузу и продолжил. — И хотя я ненавижу в этом признаваться, Лесса была абсолютно права: нам было предначертано сделать прыжок во времени и сразиться с Нитями в этом Прохождении. Каждому дракону, всаднику, мужчине и женщине из пяти Вейров было суждено совершить этот прыжок в будущее вместе с ней.
— Но это дорого обошлось нам, Т'кул, — ответил Т'рон. — Доказательства слишком очевидны — мы уже не те. Почему мы должны были заплатить такую огромную цену за свой достойный поступок? Наши драконы не в порядке, они потеряли свою жизненную энергию, их здоровье пострадало — как, впрочем, и наше. Этот дисбаланс заразил нас всех!
— Если бы наша ситуация полностью была обусловлена прыжком во времени на четыреста Оборотов вперед, то каждый дракон и всадник на севере пострадал бы в той же мере, что и мы, — сказал Т'кул, потирая подбородок. — Нет, причиной является что-то другое.
— Всё эта чертова жара! — взорвался Т'рон. — Невозможно выжить в такой душегубке!
Т'кул хмуро посмотрел на Т'рона, — Ты что, не видишь, что драконам нравится, когда тепло!
— Это не одно и то же, — сказала Мардра. — Нужно было обсудить эти проблемы с Бенденом давно. Я уже говорила вам об этом! — она посмотрела с едва скрываемым выражением презрения на лице сначала на одного, затем на другого. — Твоё упорное желание отстоять автономию Вейра слишком сильно развело нас! — в комнате повисла неловкая тишина, прежде чем она снова заговорила.
— Отношения между нашим Вейром и Бенденом сейчас находятся на необратимо низком уровне, и они, скорее всего, не станут помогать нам сейчас, даже если мы решим проглотить свою гордость и попросим о помощи! — в голосе Мардры явно звучал укор. Она начала вышагивать со скорбным выражением на лице вдоль длинной стороны стола медленными, аккуратными шагами, скрестив руки на груди и держа себя за локти.
— Но что же нам делать? — спросил Т'рон с отчаянием в голосе и посмотрел сначала на Т'кула, затем на Мардру.
— Ну, сколько можно слышать этот вопрос снова и снова? Боюсь, из моих ушей скоро пойдёт кровь, — огрызнулась Мардра с ноткой отвращения в голосе, глядя в небо.
Т'рон рассеянно потер себе живот, — Не стоило нам совершать этот прыжок в будущее. Мне жаль. Думаю, это проклятие, вызванное изменением времени. — он покачал головой, сгорбившись, словно нёс огромную ношу.
— Извините, — повторил он, не глядя на остальных, и быстро вышел из комнаты.
Т'кул и Мардра наблюдали, как их когда-то полный энергии Предводитель Вейра пересекал комплекс, где его бронзовый дракон спал под гигантским деревом феллиса.
— Не хочется это говорить, но наш Вейр очень скоро потерпит неудачу, если мы не примем адекватных мер, — произнесла Мардра низким, размеренным голосом. — У Лорант'ы определённо больше не будет брачных полетов. Её слишком взволновало, нет, она просто обезумела после рождения неправильного яйца в этой ложной кладке. — она сделала паузу, и в её глазах промелькнула тень печали. — По правде говоря, Лорант'а была слишком стара, чтобы совершить даже этот последний неудачный полет. Удивительно, что у неё вообще что-то получилось, учитывая, что она так долго не поднималась в брачные полёты.
— Да и королева Мерики тоже не поднимется больше, — мрачно ответил Т'кул, имея в виду свою давнюю пару. — Но решение проблемы нашего Вейра может быть ближе, чем мы думаем.
— Что ты имеешь в виду? — резко спросила Мардра, положив обе руки на стол, и пристально глядя на Т'кула.
Не отвечая, T'кул подошел к порогу и крикнул T'ребу, чтобы тот присоединился к ним.
— Так что ты имеешь в виду, T'кул? — повторила Мардра.
— Т'реб сейчас всё объяснит, — ответил он, открывая дверь в комнату Мардры. Зеленый всадник, быстро ответивший на вызов, вошел в комнату, тихо закрыв за собой дверь, и небрежно приветствовал Госпожу Вейра.
— Расскажи ей, — приказал Т'кул.
— Госпожа Вейра. — Т'реб взглянул на Мардру за подтверждением. Она кивнула, чтобы он объяснил.
— Пока мы были на юге, я продолжал торговать с группой людей из Набола, хотя остальная часть Вейра перестала с ними общаться… — после короткой паузы Т'реб продолжил. — …с тех пор, как умер Лорд Мерон. Эти родственники Лорда Мерона были глубоко огорчены, когда он не выполнил свое обещание предоставить им холды. Они добивались возмещения у нового Лорда Набола, но их претензии были отклонены. Они надеялись заработать свои земли здесь, на юге, но очень многие из них не смогли выдержать тяжёлый морской переход. Один из них, кстати, уже побывал в море и был не против, поэтому его отправили на юг, чтобы он встретился со мной. Этот человек сказал, что они вспоминают о прочных торговых связях, которые у нас были с Лордом Мероном, когда мы впервые были изгнаны, и что он и его родственники хотят, чтобы мы возобновили эти старые связи.
— Они хотят, ну надо же? — спросила Мардра, её голос был полон презрения.
— Пусть он продолжает, — твёрдо сказал Т'кул.
— Они хотят, чтобы мы помогли им забрать землю, которую они считают своей. На севере, недалеко от Набола. Они знают, что молодой лорд Руата еще не утвержден, поэтому его земли будут считаться спорными, если он потерпит неудачу.
— Джексом? — спросила Мардра. — Это его отцом был выскочка Фэкс? Человек, который всегда брал то, что хотел? Т'кул и Т'реб кивнули одновременно. — А еще это тот самый мальчишка-холдер, расколовший непроклюнувшееся яйцо на Площадке Бендена несколько Оборотов назад.
— Это так, Госпожа. Из яйца родился белый дракон, — ответил Т'реб.
— Это ошибка, каких еще свет не видел, — воскликнула Мардра, и её губы скривила гримаса отвращения, открывшая зубы. — Яйцо нужно было оставить в покое!
— Никогда не было такого, чтобы Лорд-Владетель был всадником, Госпожа. Люди из Набола считают несправедливым, что молодому руатанскому лорду было позволено сохранить свои земли и иметь дракона. Конечно, Бенден одобрил это — ведь Лесса с этим парнем родственники.
Мардра вопросительно изогнула бровь.
— И чего они ожидают от нас теперь?
— Им нужна помощь, чтобы избавиться от Джексома и захватить его земли. Если он умрёт, его коротышка-дракон уйдёт навсегда в Промежуток. Никакого вреда для Вейров, как мне кажется.
— Ты согласился помогать им? — спросила Мардра.
— Пока нет. Они хотели знать, что мы потребуем взамен, Госпожа, — воодушевленный взглядом Мардры, Т'реб продолжил. — Я сказал им — новую кровь, то есть нам нужна новая кровь. Они предложили, чтобы мы просто забрали яйцо королевы. Как мы знаем, у Бендена на Площадке зреет одно.
— Ты имеешь в виду украсть яйцо? — прошептала Мардра с ужасом.
— Да. Мы его заслужили, — решительно сказал Т'реб.
— После всего, что мы сделали для других Вейров, вряд ли это можно считать воровством, — вмешался Т'кул, говоря с напором, хотя и тихо. Он перевел взгляд с Т'реба на Мардру и медленно улыбнулся, его губы растянулись в широкую ухмылку, а на лице появилось хитрое выражение. Мардра внезапно встала, потирая щеки руками.
— Ну, не знаю. Мне кажется… — сказала она и остановилась. — Мне кажется, это будет слишком высокая цена, — закончила она поспешно и посмотрела на остальных, беспокойство светилось в её глазах.
— Но они в долгу перед нами! Неужели ты этого не понимаешь? Без нашей помощи они бы погибли еще до конца первого Оборота Прохождения! Т'кул подошёл вплотную к Мардре, словно пытаясь своей близостью подвести их точки зрения друг к другу.
— И все их драгоценные самодовольные ремесленники и холдеры погибли бы тоже, — кисло добавил Т'реб.
— Это звучит безумно, — сказала Мардра. — Как вы собираетесь это сделать?
— Забрать яйцо не будет проблемой, Госпожа. Многие из наших всадников хорошо знают расположение Площадки Рождений в Бендене. Проблема будет в том, чтобы сохранить яйцо в целости и сохранности, а его местонахождение в секрете, пока новая королева не проклюнется, — сказал Т'кул.
— Ну, а если бы у нас был план? — предположил Т'реб, его глаза горели. — Если бы мы знали место, где можно спрятать яйцо, и где никто бы не смог его найти? — и он пристально посмотрел на Мардру.
Госпожа Вейра помедлила несколько мгновений, размышляя, затем на её лице мелькнула почти незаметная тень эмоции.
— Вы хоть представляете, что будет, если нас поймают? — спросила Мардра, нервно ломая руки, её опасения вытеснила распускающаяся подобно бутону надежда. Она уже понимала, произнося эти слова, что полностью приняла и одобрила этот неслыханный и заслуживающий сурового осуждения поступок.
* * *
Когда Н'тон привез мокрого и необычно молчаливого Пьемура обратно в Южный Холд, он убедил своего молодого друга остаться под крышей, пока не будет точно известно, что Нити перестали падать над Южным. По выражению лица Н'тона Пьемур понял, что не вписывающиеся в схемы случаи Падения Нитей вызывают серьезную обеспокоенность у Предводителя Форт Вейра, поэтому пообещал оставаться в холде Торика до тех пор, пока в Южный Холд не придет подтверждение.
Позже, помывшись и переодевшись в свежую одежду, Пьемур присел на заднем крыльце Холда с Фарли, разлёгшейся на его плечах, крепко спавшей и очень довольной. Пьемур долго хвалил её за то, что у неё хватило ума позвать Н'тона на помощь. Во время полета обратно в Южный, Н'тон рассказал мокрому до нитки Пьемуру, что Фарли налетела на его коричневого файра Триса, требуя от него помощи. И, как только Фарли добилась внимания Триса, он передал её послание Н'тону. Пьемур размышлял о том, что Фарли поступила совершенно правильно, поглаживая свою королеву по головке.
Давненько я не делал правильных поступков, подумал он. Но что такое правильный поступок? Пьемур потер висок: он так долго чувствовал себя ненужным. Тяжело вздохнув, юноша закрыл глаза, устав от собственных мыслей. Разве мог он чувствовать себя действительно кому-то нужным, если он всегда чувствовал себя чужаком? Ему очень хотелось иметь кого-нибудь, с кем можно было поговорить, но кто это мог быть? Он не знал ни одного человека, который бы понимал, каково это — быть неудавшимся певцом, да еще и без ощутимого запаса знаний арфиста.
Впервые он почувствовал нежелание жить дальше со своим отчаянием, словно после того чудесного спасения со скалы в нём проснулась новая решимость. Может, настало время, стать таким же храбрым, как Фарли, размышлял Пьемур, а не ждать, когда мне скажут, что делать. Возможно, пришло моё время, время Пьемура из Крома, принимать свои собственные решения и идти своим жизненным путём.
Несмотря на то, что к его отчету о результатах разведки никто не отнёсся серьёзно, он не мог выбросить из головы мысли о Т'ребе и людях из Набола. И что бы ни говорил Мастер Робинтон, Пьемур был уверен, что Т'реб с этими людьми задумал что-то плохое. Была ли решимость Т'реба помочь Мардре причиной его раздражительности? Нет, Пьемур отлично знал, что Т'ребу всегда были присущи раздражительность и непоследовательность.
Он вспомнил разговор Тулана и Крэмба после того, как Т'реб покинул их лагерь. Тулан упомянул родственников, считавших, что Древние могут каким-то образом помочь им защитить земли, которые они считали своими. Т'реб забрал рисунки Крэмба и швырнул Тулану мешочек с деньгами в качестве оплаты. Это, скорее всего, означало, что их сделка включала нечто большее, чем узнал Пьемур. Древние, вероятно, хотели заключить более выгодные торговые соглашения на севере в обмен на помощь наболезцам в получении земли в Кроме. Пьемур не мог сидеть, ничего не делая, и позволить кучке бесчестных родственников Лорда Мерона разрушить то, ради чего его собственная семья так усердно работала. Если бы только он знал, когда они собираются нанести удар, он мог бы кого-то предупредить!
Пьемур решительно хлопнул себя по ноге. Он должен сделать то, что считает правильным! Он знал, что пойдёт против решения Мастера-Арфиста, но кто-то должен был что-нибудь сделать, прежде чем произойдет катастрофа. Как только у него будет ясность насчёт Падения, он проберётся в Вейр Древних и узнает больше об их совместных с наболезцами планах.
Он надеялся, что еще не слишком поздно.
* * *
Сибелл целеустремленно шагал, направляясь в главный зал Форт Холда. Он сказал своей королеве-файру Кими, которая, как знали все, никогда не удалялась от него слишком далеко, разве что, доставляя сообщения, вместо этого подождать на сигнальных высотах с группой файров, гревшихся на солнце. В сообщении Н'тона указывалось, что они с Пьемуром будут в Цехе Арфистов где-то через час, и Сибелл счел необходимым поговорить с Мастером-Арфистом до прибытия Пьемура.
Двое юных учеников, шагающих навстречу, миновали Сибелла, вежливо кивнув ему, хотя им было трудно скрыть свои любопытные взгляды. Сибелл не был одет в обычные синие цвета арфистов, и на нём не было плечевых узлов, указывающих на его ранг. Вместо этого он носил широкополую шляпу и нейтральную одежду, на которой не было ни единого плечевого узла или лоскутка ткани отличительного цвета. В Цехе Арфистов или любой Мастерской увидеть кого-то без знаков отличия или цветов Цеха на их одежде было так же необычно, как увидеть двуногую туннельную змею.
Какой-то подмастерье целеустремлённо стучал башмаками по коридору, быстро приближаясь. Он бросил беглый взгляд на Сибелла в его неприметной одежде и уже собирался проскочить мимо, не сказав ни слова, но, подойдя ближе, узнал знакомые черты Мастера композиции, и его взгляд изменился.
— Доброе утро, Подмастерье Сибелл, — крикнул он радостно, приветливо улыбаясь и одновременно с трудом замедляя шаг. Когда Сибелл кивнул в ответ, он услышал вздох потрясения от двух учеников, только что прошедших мимо него. Улыбнувшись про себя, он подумал, что трудно оставаться анонимным на своей территории, вне зависимости от одежды.
Он достиг конца коридора и остановился, хотя и видел великолепие Большого Зала Форт Холда не в первый раз. Форт был самым первым Холдом, и был основан, когда люди еще только поселились на севере. Очень мало что изменилось у природной каменной поверхности горы, сформировавшей внешний вид Форта. Прочный утес с нависающим каменным занавесом толщиной в два метра скрывал огромную естественную пещеру, расположившуюся внутри. Пещера глубиной была более пятидесяти метров и слегка сужалась с боков. В дальней её части восемнадцать проходов вели в более глубокие туннельные комплексы, но именно здесь, внутри огромной пещеры, первопоселенцы оставили свой след. Было заметно, что они вкладывали большое мастерство и любовь в свою работу, чтобы создать изящное и нарядное жизненное пространство. Кое-кто считал всё эти тщательно проработанные детали украшений в Главном Зале совершенно бесполезными фантазиями и глупостью, но никто не стал бы отрицать, что они прекрасны.
Дизайн интерьера Форта напоминал Сибеллу застывшую музыку. Все дверные проемы и арки в Зале были украшены изысканной резьбой из цветочных лоз и листьев. Огромные двери, ведущие в Зал, закрывались во время Падения, но в остальное время, как и сейчас, оставались широко открытыми, и были изготовлены из уникального, почти неразрушаемого металла, отполированы до глубокого бронзового цвета и отделаны под вековую патину. Высоко вверху первые поселенцы Форта изготовили подвесные канделябры для светильников, которые можно было опустить для замены с помощью сложных систем блоков.
Улыбаясь, как всегда при входе в прекрасный Зал, Сибелл кивал коллегам и другим ремесленникам и ремесленницам, попадавшимся навстречу, и особо поприветствовал Сильвину, управляющую Форта. Он пересёк весь Зал и поднялся по каменным ступеням, перешагивая по две за раз, в рабочие комнаты, предназначенные для более старших ремесленников, а также Мастера-Арфиста.
Дверь в комнаты Мастера Робинтона редко закрывалась, и этот день ничем не отличался от других. Два окна были врезаны во внешнюю стену, и хотя они были утоплены и могли закрываться, они впускали тёплые лучи света. Одно из окон, ближайшее к столу Мастера-Арфиста, было широко распахнуто. Другое окно было закрыто, и солнечные лучи струились сквозь стекло. Свернувшись калачиком на подушечке из мягкой ткани, лежавшей на подоконнике, спал бронзовый файр Мастера — Заир.
Робинтон был на ногах, его высокая, стройная фигура склонилась над верстаком, где он пристально изучал большой кусок хорошо выделанной шкуры неизвестного животного, который был покрыт серией карт звездного неба.
— А вот и ты. Надеюсь, всё хорошо, Сибелл? — спросил Мастер Робинтон, не отрывая глаз от карты. — Входи, пожалуйста.
Сибелл слегка улыбнулся проницательности и осведомленности Робинтона, вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Услышав щелчок дверной защелки, Робинтон поднял голову, и Сибелл поклонился ему. Робинтон медленно выпрямился, потирая поясницу, и пристально посмотрел на своего заместителя, в его глазах ясно читалась усталость.
— Плохие вести, да? — спросил Мастер Арфистов, бросив быстрый взгляд на закрытую дверь и опустившись на стул.
— Проблемы в Наболе растут, как снежный ком, — мрачно ответил Сибелл, и Робинтон пристально взглянул в карие глаза своего заместителя.
— Продолжай, — сказал Робинтон.
— Наши надежды на ослабление напряженности среди родственников Лорда Мерона рухнули, — сказал Сибелл.
Робинтон потёр глаза рукой, затем вздохнул и жестом попросил Сибелла продолжать, хотя его вид показывал, что на самом деле он предпочел бы ничего этого не слышать.
— Потрясающе: спустя столько Оборотов после его кончины, планы Лорда Мерона посеять раздоры в своей семье, абсолютно непредсказуемо, принесли плоды. Хотя Лорд Дектер правит твердой рукой и значительно укрепил Холд с тех пор, как унаследовал его, похоже, не в его силах возместить ущерб, причиненный Мероном еще при жизни.
— Скорлупа, этот человек дотянулся из преисподней, чтобы снова досаждать нам! Он всегда вёл себя гнусно по отношению ко всем, кем он правил, стравливая одну ветвь своей семьи с другой для получения удовольствия, которое это доставляло ему. И вот, будучи живучим, как туннельная змея, он заболел и из одного упрямства умирал очень долго! Похоже, его наследники собираются снова нам вредить, — с горячностью воскликнул Робинтон, но тут же жестом извинился за несвойственную ему несдержанность.
— На самом деле он был просто ненормальным, — сказал Сибелл, и гримаса отвращения на мгновение промелькнула на его лице, которое сразу же вернулось к своему привычному добродушному выражению. — Последние новости от Кэндлера из Набола, — продолжил он. — Он докладывает, что группа родственников Мерона и горстка негодяев из дальних краёв, не имеющих своих холдов, твёрдо нацелились взять дело в свои руки.
— Но с тех пор, как умер Мерон, прошли Обороты! Почему его родственники зашевелились только сейчас?
— Говорят, они пытались расширить дело и работали на случайных работах, чтобы заработать марки на переезд на Южный континент. Это заняло много времени, но, похоже, они верили, что смогут получить там свои собственные земли. Не знаю точно, что произошло за это время, но они вернулись в Набол и раздувают пламя старых обид.
— Позволим Лорду Мерону последнюю шутку — он сознательно вносил этот разлад, пока был жив, потому что не каждый его мельчайший каприз был исполнен, несмотря на то, что он считал, что это положено ему по праву, — с отвращением сказал Робинтон. — Мне никогда не нравилось это грубое подобие человека, — добавил он потихоньку.
— Жаль, что эти люди так и не смогли поладить с Лордом Дектером, — сказал Сибелл, пожав плечами.
Лицо Робинтона помрачнело, — Как ты думаешь, Сибелл, Лорду Дектеру грозит опасность?
— Нет, я считаю, что он в безопасности, потому что не высовывался, продолжал работать над улучшениями, удовлетворяющими его холдеров, и собрал вокруг себя сильную группу верных людей, — сказал Сибелл, добавив. — Но есть и те, кто недоволен отношением Лорда Мерона к ним, и не желают признать Дектера своим лордом.
— И Лорд Дектер их терпит?
— О, да. Он надеется, что, в конце концов, они изменят своё мнение. Мы знаем, что небольшая группа этих людей недавно покинула безопасный Набол. Они ушли недалеко, в сторону границы с Руатом, хотя Кэндлер не смог проследить точное направление. Ему кажется, что он следовал за ними слишком близко, потому что один из родственников Мерона, Джеррол, стал что-то подозревать. Вот почему мы больше не можем использовать Кэндлера для наблюдения за ними.
— Интересно, что задумала эта банда отребья? — спросил Робинтон.
— Пьемур упомянул кое о чём, Мастер Арфист, после своего доклада тебе в Южном Холде, — осторожно сказал Сибелл, наблюдая за Мастером-Арфистом и чутко отслеживая его реакцию. Робинтон слегка приподнял бровь и кивнул Сибеллу, чтобы тот продолжал.
— Пьемур сказал, что слышал, как наболезцы обсуждали захват новых владений. Я думаю, то, что он услышал, может иметь большую ценность, чем мы думали.
На лице Робинтона появилось выражение тревоги, он склонился ближе к своему заместителю, — Что еще слышал Пьемур?
— Он был обеспокоен тем, что его семью собираются выгнать из их владений в Кроме. Но теперь, когда я думаю всё больше о словах Пьемура, что люди говорили о захвате владений возле Набола, мне кажется, что это на самом деле не означает, что они нацелились на Кром. И Кром, и Руат — оба эти Холда находятся возле Набола. — Сибелл начал расхаживать по мастерской Робинтона, заложив руки за спину. — Хотя Пьемур очень сильно обгорел на солнце и плохо себя чувствовал, его не переставало волновать увиденное и услышанное там, на юге, он был уверен, что что-то должно произойти. И еще, по крайней мере один из мужчин, за которыми он наблюдал, был из Набола. Эти двое встречались с Древним по имени Т'реб, и Пьемур сказал, что они упоминали еще и Мардру.
— Да, он говорил об этом, но всё то, что он рассказал, не имело большого смысла, Сибелл. Парень слишком долго находился один. Боюсь, это моя вина, — сказал Робинтон.
— Он упоминал, что Т'реб прячет что-то в одной из этих изолированных бухт, — продолжил Сибелл.
— Товары для незаконных сделок, скорее всего, — предположил Робинтон.
— Возможно, — сказал Сибелл. Он прекратил своё хождение по комнате и слегка покачал головой, словно какая-то ниточка зацепилась в глубине его мыслей, а затем продолжил. — Я думаю, что нас должны беспокоить не столько Древние, сколько эти люди из Набола.
За дверью комнаты Робинтона послышался стук шагов по каменному полу, Сибелл и Мастер-Арфист затихли, и тут раздался стук в закрытую дверь. Робинтон крикнул, — Входи!
Пьемур вошел в комнату Робинтона, слегка запыхавшись и излучая атмосферу срочности; его глаза блестели от волнения. За ним в комнату последовал Н'тон, тихо закрыв за собой дверь.
— Пьемур, какая неожиданность. Что привело тебя в Форт? — спросил Робинтон.
— У меня есть новости, Мастер Арфист. — Пьемур подошел к столу Робинтона и встал перед ним, расправив плечи. Его глаза блестели на загорелом лице.
Робинтон бросил быстрый взгляд на Н'тона и жестом попросил Пьемура продолжать.
— После того, как я нанёс на карту крутой обрыв на западе Южного согласно твоим указаниям, Мастер, и был вынужден вернуться в Форт из-за Падения, я решил вернуться в Вейр, — начал Пьемур. Увидев обескураженное выражение лица на лице Робинтона, он тяжело сглотнул, собравшись, чтобы четко и кратко рассказать о том, что услышал. — Южный Вейр, Мастер-Арфист. — Пьемур увидел, как на лице Мастера медленно меняется выражение лица от хмурого к приветливому, и быстро продолжил.
— То, что я услышал, заставило меня поверить, что небольшая группа людей из Набола планирует вытеснить оседлых холдеров и забрать у них их земли. Я думал, что они идут за землей в Кром, но теперь я знаю, что это не так.
Сибелл, подошёл ближе к креслу Мастера Робинтона, опёрся руками о стол и наклонился вперед, слушая внимательно, — Расскажи нам точно, что произошло, Пьемур, — сказал он.
— Я решил проследить за Т'ребом и следил за ним последние два дня. Похоже, он стоит за всем происходящим. Я не смог пройти мимо сторожевого дракона у входа в Вейр, но, ползая вдоль ограды поселения, я услышал достаточно. Т'реб разговаривал с другими всадниками. Я не мог видеть, кто это был, но знаю, что Мардра и Т'кул были в их числе, — Пьемур сделал глубокий вдох, напомнив себе, что пора добраться до сути и прекратить загружать всех ненужными деталями. — Я слышал, что они упоминали Лорда Джексома.
— Джексома? — воскликнул Робинтон, но тут же махнул рукой Пьемуру, чтобы тот не обращал внимания на его вмешательство и продолжал.
— Я захватил только конец их разговора, но Т'реб сказал Мардре, что они должны быть уверены, что Лорд Джексом останется в стороне, иначе эти люди из Набола не будут молчать.
Наперекор всем обстоятельствам, Джексом, молодой будущий Лорд Руата, Запечатлел дракона за пять Оборотов до этого дня и теперь совмещал пребывание в двух абсолютно разных социальных сферах: он был всадником дракона, хотя не жил в Вейре и не сражался с Нитями, и он был Лордом-Владетелем, хотя его Холд управлялся от его имени, позволяя ему ухаживать за своим драконом. Такое неопределённое положение Джексома сохранится до тех пор, пока его статус не будет официально утвержден остальными Лордами-Владетелями.
— Святые осколки, я чувствовал, что нужно было настоять и добиться, чтобы Джексома утвердили Лорды-Владетели на последнем заседании Совета. — Робинтон с сожалением покачал головой, плотно сжав губы.
— Не будут молчать? И о чем же? — очень тихо спросил Н'тон. Пьемур бросил быстрый взгляд на Сибелла: он заметил, как Н'тон встрепенулся, когда прозвучало имя Джексома. Все знали, что Н'тон помогал Джексому с его драконом Рут'ом и всегда защищал юного Лорда.
— И еще одно, Н'тон: меня беспокоит встреча Т'реба с этими двумя мужчинами в уединенной бухте — она какая-то бессмысленная, — Пьемур задумался, качая головой. — Возможно, он имел в виду, что они не будут молчать об участии Древних в изгнании Джексома.
— Что еще ты слышал, Пьемур? — отрывисто спросил Н'тон, и Пьемур подумал, что напряженность атмосферы в комнатах Мастера уже достигла своего предела.
— Т'реб спросил остальных всадников, уверены ли они, что точно знают, куда идут. Они сказали, что уверены, затем T'кул спросил, когда это произойдет. Т'реб сказал, что в течение недели, но им нужно дождаться сообщения о том, что время пришло. Т'реб сказал очень уверенно, что сообщение придет. Это все, что я слышал, — закончил Пьемур, опустив руки по швам.
— Очень хорошо, Подмастерье Пьемур, ты хорошо поработал, — сказал Робинтон, вставая из-за стола.
Сибелл протянул руку над столом и коротко пожал плечо Пьемуру, почувствовавшему глубокое облегчение, что избежал выговора за своё тайное возвращение в Южный Вейр.
— Как вы думаете, они могут это осуществить? — спросил он, взглянув сначала в лицо Сибеллу, затем Робинтону.
— Это большое по размерам владение, и оно не имеет хороших средств защиты — еще с времен Фэкса. Они могут легко разбить Руат на несколько небольших владений, — сказал Робинтон, несколько раз рубанув рукой по воздуху, чтобы выделить следующие слова, — и поделить этот благороднейший Холд, чтобы удовлетворить свои потребности.
Пьемур почувствовал тошноту от одной мысли о последствиях, которые повлечет за собой такой поступок. Перн снова поглотит пучина беспорядков — и именно в тот момент, когда Мастер-Арфист уже думал, что они добились успеха. Воспоминания о недавнем прошлом, когда тиран и самозванец Лорд Фэкс вторгся в Руат, чтобы еще больше расширить свои завоёванные, а не унаследованные владения, все еще были свежи у всех в памяти. Это был действительно тёмный период, чуть не завершившийся бессмысленным кровопролитием по всей провинции.
Лицо Н'тона потемнело, а Робинтон хрипло откашлялся.
— Это серьезная проблема. Если эти люди преуспеют в завоевании Руата, другие люди в других местах также могут попытаться сломать систему и взять всё, что они захотят. Порядок, по которому мы живем, слишком хрупок, чтобы выдержать такой перелом. — сказал Робинтон торжественно.
— Я с тобой согласен, — сказал Сибелл, — но пока еще ничего не произошло.
— Интересно, почему кто-то постоянно пытается изгнать законных Лордов из Руата? — пробормотал Пьемур.
— Вряд ли они рассматривают Рут'а, как большую угрозу, если думают, что Руат можно так легко ощипать, — сказал Н'тон.
— Хм… да. Мне нужно уточнить кое-какие детали разговоров, которые слышал Кэндлер, — сказал Сибелл, взглянув на Мастера-Арфиста.
— Какие именно? — спросил Робинтон.
— Насколько трудно в действительности будет избавиться от такого дракона, как Рут'?
Пьемур почувствовал волну беспокойства, прокатившуюся по комнате. Все четверо замерли, как будто перестав дышать.
Как мог кто-то в здравом уме думать о том, чтобы нанести вред одному из благороднейших созданий, беззаветно рисковавших своими жизнями ради своего мира и всех живущих в нём? Пьемур был в шоке. Даже мысль об этом не укладывалась в голове!
Сибелл сделал глубокий вдох и продолжил, — Они обсуждали, так же силён Рут', как другие драконы, или нет — они знают, что он еще не научился дышать пламенем. Кэндлер слышал, как один из них сказал, что у них не возникнет никаких трудностей с таким коротышкой, как Рут'.
— Он не коротышка! — воскликнул Н'тон, стараясь не сорваться на крик, — Он надёжный товарищ!
— Да, конечно, но эти люди мало знают о драконах и Вейре. Они разбираются только в земле.
— Все, что им нужно сделать, чтобы убрать Рут'а, это избавиться от Джексома. — Пьемур слишком поздно понял, что ляпнул, не подумав.
— О нет! Пожалуйста, прости меня, Н'тон. Я не хотел никого обидеть. Мне нравится Джексом! И, хотя я мало знаю Рут'а, он мне тоже нравится. — лицо Пьемура начало краснеть под глубоким загаром.
— Пьемур может иметь свою точку зрения, даже если она звучит грубовато, — сказал Сибелл, подняв бровь и бросив взгляд на Пьемура.
— У парня есть дракон, который защитит его, слава осколкам! Неважно, что он не такой, как все, — сказал Робинтон, намекая на необычный цвет Рут'а. Он был единственным во всей истории белым драконом.
— Но он еще не дышит пламенем, — быстро вставил Н'тон.
— Да, и будучи таким маленьким, Рут' может быть более легкой мишенью, тем более, что он живет в Холде Руат, вне защиты Вейра, — сказал Сибелл.
— Только сумасшедший свяжется с ним. Каким бы маленьким он ни был, Рут' все же дракон, — сказал Пьемур.
— Но в чем-то ты прав, Пьемур: если кто-то столкнётся с Джексомом, — предположил Нтон, — и убьёт его за владения, Рут' уйдёт в Промежуток.
— Нет, нет, мы не можем это допустить, — сказал Робинтон, мотая головой. — Мы должны присматривать за молодым Лордом Руата, пока я не смогу убедить Лордов-Владетелей утвердить его. И чем скорее, тем лучше, — добавил он, ударив кулаком по крышке рабочего стола, чтобы подчеркнуть серьёзность своих намерений.
— Не просто присматривать за ним, Мастер Робинтон, мы должны обеспечить защиту Джексома, причем, незаметно. — голос Н'тона звучал предельно серьезно. — Подобно тому, как переворот в Руате нарушил равновесие в жизни холдеров, так и смерть маленького белого дракона повлияет на наши Вейры. Трудности с Древними уже вызвали беспокойство среди всадников, и бессмысленная гибель одного из наших драконов лишь усугубит ситуацию.
Пьемур слушал Н'тона, понимая, что Робинтон мудро позволил Предводителю Вейра говорить от имени всех Вейров, хотя прекрасно сознавал, насколько хрупко равновесие всей жизни на Перне, и как чутко оно реагирует на действия любой его части.
— Нам нужна помощь, Н'тон, не можешь ли ты выделить нам еще кого-нибудь? Понадобится не одна пара крыльев, чтобы не отставать от Джексома, — попросил Сибелл.
Предводитель Форт Вейра согласно кивнул, — Я попрошу Ж'хона помочь вам. Он хороший человек, — сказал он, связавшись со своим заместителем Командира Крыла.
— Я подключу к этому еще и Менолли, — предложил Робинтон. — Она дружна с Джексомом. Общаясь с Финдером, нашим арфистом в Руате, с тобой, Н'тон и Ж'хоном, она не вызовет подозрений у Джексома. Или у кого-нибудь еще, если уж на то пошло.
— Думаю, будет лучше, если как можно меньше людей будет знать точные детали того, что мы слышали о Лорде Джексоме и его Рут'е. Ты согласен со мной, Мастер-Арфист? — сказал Сибелл, взглянув на своего наставника в поисках подтверждения.
— Конечно, Сибелл.
— Мне страшно подумать, как отреагируют Вейры, если узнают, какую участь уготовили они Рут'у, — добавил Н'тон.
— Эти люди из Набола, — сказал Робинтон, неопределённо покрутив рукой в воздухе с отвращением на лице. — Чем раньше мы сможем раскрыть их планы и остановить их, тем скорее они от них откажутся. Пьемур, — добавил Мастер, с улыбкой глядя на своего ученика, — у меня есть особое задание, которое я хочу поручить тебе.
— Да? — приготовился слушать Пьемур, решив, что теперь-то он уж точно вернул себе расположение Мастера-Арфиста.
— Ты нужен мне в Наболе. Уже завтра.
Пьемур почувствовал, как у него забилось сердце: он ненавидел это гнилое, не имеющее выхода к морю, навевающее тоску старое место. Ну почему он? Разве Мастер-Арфист не понимает, что отправка в Набол будет для него наказанием? Пьемур никогда не скрывал своего отвращения к этому северному Холду.
— Мы многое сможем сделать, имея пару хороших глаз, Пьемур, и умную голову в придачу, — Сибелл улыбнулся Пьемуру.
— Только не Набол! Я и не думал, что мне придется возвращаться туда, Мастер, — сказал Пьемур, всё еще не веря.
— Приношу свои извинения, Мастер Робинтон, — перебил Н'тон, — но у меня куча дел в Вейре.
— Да, конечно, Н'тон, спасибо, — Робинтон улыбнулся всаднику. — Сейчас мы проработаем мелкие детали и дадим тебе знать, как мы планируем уберечь Лорда Джексома от опасности. Пьемур, ты тоже можешь идти. Отличная работа, парень.
Слабо улыбнувшись и кивнув в ответ, Пьемур вместе с Н'тоном вышел из комнаты Мастера-Арфиста. Н'тон быстро спустился по лестнице во внешний двор, где его ожидал Лиот'. Пьемур наблюдал, как огромный бронзовый дракон разворачивает свой длинный хвост и встаёт, чтобы пролететь короткое расстояние от Цеха Арфистов Форта до соседнего Вейра.
— Не печалься, Пьемур. Ты достаточно умен, чтобы быстро проникнуть в Набол и узнать всё, что нам нужно. Могу поспорить, что ты покинешь его еще до того, как дракон трижды моргнёт глазом, — сказал Н'тон, крепко пожав плечо Пьемуру. Затем развернулся на каблуках и за несколько коротких шагов достиг своего спутника жизни. Запрыгнув без усилий на предложенную Лиот'ом переднюю ногу, Н'тон поднялся на плечо дракона и уселся у основания шеи дракона, прежде чем Пьемур успел привычно вставить большие пальцы в шлёвки для пояса на своих штанах.
Н'тон махнул левой рукой со сжатым кулаком над головой — салютом всадников и сигналом на взлёт — и на прощание улыбнулся Пьемуру. Оторвавшись от земли, Лиот' повернул голову и посмотрел вниз, а не в небо, и Пьемур почувствовал удивление, когда понял, что дракон Н'тона смотрит на него. Глядя в огромные глаза бронзового, Пьемур робко махнул рукой, задавая себе вопрос, видит ли тот его. И он мог бы поклясться, что огромный бронзовый дракон подмигнул ему.
Двор заполнялся всё больше и больше, и Пьемур понял, что, наверное, пришло время очередного перерыва в каждодневной жизни Цеха Арфистов, пока он стоял и смотрел на Н'тона и Лиот'а. Интересно, подумал Пьемур. Я даже не слышал звонка.
Несколько групп учеников, стуча каблуками, шли по двору, громко переговариваясь и обмениваясь дружескими шутками. Другие студенты, собираясь в группы по пути, пересекали двор, направляясь туда, куда было предписано расписанием, а шесть молодых учеников, неуклюже согнувшись под тяжестью большой сверкающей литавры, целеустремлённо двигались к противоположной стороне комплекса, направляясь к барабанным вышкам.
Пьемур почувствовал лёгкую грусть, наблюдая за ними, а затем острая тоска по тому времени, когда он был еще певцом стеснила ему грудь. Духовное единение с хором и музыка, окружающая его от рассвета до заката, были самыми яркими моментами его жизни. Как он скучал по всему этому. Возможно, было даже лучше, что он так редко бывал в Цехе Арфистов. Как он мог оставаться так близко к тому, что любил больше всего — к музыке, — если больше не мог петь? Это было бы слишком похоже на пытку. Пьемур пожал плечами и направился к главному залу, внезапно поражённый тем, что его так волнуют свои переживания, когда вокруг происходят гораздо более важные вещи.
Назад: Глава 3
Дальше: Глава 5
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий