Возрождение ковчегов

Глава 28. Вылазка на охоту (Ищунья)

Незнакомец крадучись вышел в тоннель, и Ищунью сковало страхом.
Корнерой подослал разведчиков, чтобы те убили ее и обставили это как несчастный случай? Ищунья вспомнила, как он жадно пялился на Маяк. Ну и ладно, пусть попытаются отнять браслет. Без боя она его не отдаст. Ищунья припала к полу и выпустила когти.
Незнакомец подкрался ближе, и, уловив его запах, Ищунья расслабилась.
– Не убивай меня, сил, – раболепно прорычала Рубака, кидаясь на пол перед ней. – Я увидела свет в Темноте. Пошла в тоннель… и нашла Ищунью.
Ищунья опустила руки, принюхалась: не следует ли кто за Рубакой.
– Хватит пресмыкаться, – сказала она. Ей было жаль видеть ту, которая прежде ее угнетала. – И я тебе не сил, я – хил. Была и останусь им.
– Да, хил, – горячо согласилась Рубака. – Хил навсегда.
От голода живот у нее раздулся. Глядя на рюкзак Ищуньи, Рубака жадно облизнулась, и Ищунья подтянула лямки – по старой привычке она опасалась за добычу.
– Рубака, ты нашла силов? Тех, что в тоннелях попрятались.
– Да… отыскала, – приплясывая, ответила Рубака. – Сказала, что добрая Ищунья вернулась и принесла нам Свет во Тьме. Принесла угощение и хочет вывести нас в Светлый Край. Силы пойдут за тобой.
– Сколько вас? – с надеждой спросила Ищунья.
– Где-то сотня, – загибая пальцы, ответила Рубака. Заметив разочарование на лице Ищуньи, забеспокоилась. – Больше из стаи никого не осталось. Другие с голоду померли. Или в пропасть бросились, когда хилы прогнали нас.
– Больше точно никого? – спросила Ищунья. – Может, еще где схоронились?
– Может, где-то и схоронились, но мало.
Рубака взяла Ищунью за руку и повела в тоннель.
– Сюда, Ищунья. Силы ждут тебя у Двери в Стене. Готовы в путь.
Ищунья рывком высвободилась и покачала головой:
– Рано, время не пришло. Надо уговорить хи-лов, чтобы с нами пошли. Их вожак следит за мной, из-за него все сложно.
– Корнерой? – Рубака сплюнула на пол. – Мерзкий, хитрый и вонючий. Зря Крушила не съел его, пока мог.
– Никто никого больше не съест, – прорычала Ищунья. – С этим покончено.
– Да-да, никто и никого, – пристыженно закивала Рубака. – Но будь осторожна. Корнерою нельзя верить. Он хуже Крушилы. Вот увидишь…
Внезапно в тоннеле раздались шорохи. Рубака вскинулась и завертела головой, принюхалась и испуганно вытаращила глаза.
– Хилы возвращаются…
Она снова посмотрела на рюкзак Ищуньи, и та бросила ей двух крыслов. Рубака поймала тушки ртом, прямо на лету, и отступила в тоннель.
– Найди всех силов, Рубака, – шепнула ей вслед Ищунья. – Приводи их к Двери в Стене, и ждите там. Понятно?
– Да, хил, – прошептала Рубака и скрылась в темноте.
Шорохи сделались громче, и вот в тоннеле появился Ползун. Его взгляд упал на Маяк, и Ищунья поборола желание накрыть браслет ладонью. Ползун разжал челюсти, роняя на пол мертвых крыслов.
– Увидел свет в тоннеле. Ищунья, крыслов поймала?
Ищунья достала из рюкзака добычу:
– Всего пять… зато жирных и сочных.
– У меня шесть, – сказал Ползун, добавляя в кучу своих.
Ищунья запихала мягкие, еще не остывшие тушки в рюкзак. Потом огляделась: кроме них с Ползуном, в тоннеле больше никого не было, а следующего шанса поговорить наедине могло и не представиться.
– Корнерою наше подношение понравится, – начала издалека Ищунья, пристально следя за реакцией собеседника.
В ответ он внимательно присмотрелся к ней.
– Если бы не Корнерой, мы бы пропали или сдохли с голоду.
– Но ведь это вы охотитесь и работаете, – сказала Ищунья. Сейчас она сильно рисковала. – А Корнерой сидит на троне, жиреет и ленится.
Сердце трепыхалось, как пойманная добыча, щеки раскраснелись, тело покрылось испариной. Ползун чувствовал, как она реагирует на его присутствие. Его ноздри раздулись, губы изогнулись в улыбке.
– Уж лучше так, чем ходить под силами, – тихо прорычал он. – Мы тогда голодали и ютились в тоннелях. Корнерой командует, при нем стая едина.
– Еда и кров? И все?
– Большего хилам не надо. Мы сами не думаем.
– Кое-кто из нас не такой, – возразила Ищунья. Маяк мерцал ярче и быстрее, выдавая бешеный пульс. Ищунья поморщилась: все же надо было обмотать его тряпкой.
– Ищунья – рыщунья… – тихонько пропел Ползун. – Всюду лезет носом, в щели, в вопросы…
– Мерзкая песенка, – скривилась Ищунья. – Ее силы придумали.
Ползун посмотрел ей прямо в глаза.
– Песня красивая… Ищунья не такая, как все. Ищунья нашла Дверь в Стене и побывала в Светлом Краю. Ищунья забрала Золотой Круг.
– Не так уж это и здорово, – проворчала Ищунья и снова покраснела. Ползун взял ее за руку – за ту, на которой был браслет.
– Ты не одна сама умеешь думать.
Он снова посмотрел ей в глаза и, не давая ответить, потянул за собой.
– Идем. К мосту. А то другие неладное заподозрят.
* * *
Они бежали обратно в Агартху. Ищунья была быстрее и вырвалась вперед, к тому же она помнила путь наизусть – буквально летела по тоннелям, но куда быстрее в голове проносились мысли.
Зачем Ползун взял ее за руку? Зачем говорил приятные слова? Ответов Ищунья не знала, зато ее сердечко колотилось быстрее обычного, и совсем не от стремительного бега. Ясно же, Ползуну правление Корнероя не по нраву. Может, есть и другие недовольные?
Эта мысль обнадеживала.
Ищунья выбежала было на мост, но тут Ползун ухватил ее за руку и потянул назад.
– В пещере я слышал голоса, – прошептал Ползун, касаясь губами ее уха. Ищунья уловила запах его пота и мускуса. – Ты с… ними говорила, да?
Ползун знает о силах!
– Это я так… – вырываясь, принялась оправдываться Ищунья. – Мне просто жаль их. Я их крыслами угостила… вот и все.
Ползун сильнее стиснул ей руку.
– Нет, не все, мы оба знаем.
– Слушай, я же не просто так вернулась…
– Нет, слышать не хочу, – перебил Ползун, сверля ее взглядом. – Так безопаснее. Я не выдам тебя Корнерою… если кое-что пообещаешь.
– Что? – Ищунья судорожно сглотнула.
– Забери меня в Светлый Край. – Он говорил очень тихо. – Темнота под Землей мне больше не дом.
Он еще какое-то время смотрел ей в глаза, потом отпустил и, развернувшись, помчался на ту сторону пропасти. «А ведь он все знает, – подумала Ищунья, – и хочет идти со мной». Они с Ползуном встретились с другими охотниками у обвалившихся городских ворот. Сердце по-прежнему не уняло своего бега, но Ищунья расстегнула рюкзак и показала добычу:
– Одиннадцать жирненьких, – похвастала она.
– Корнерой будет доволен, – осклабился Сало.
* * *
Корнерой и правда оказался доволен, когда крыслов и жуклов свалили в кучу у алтаря. Хрустнув коленями, он встал с трона. «Засиделся, – подумала Ищунья. – Обленился и обрюзг».
– Свежее угощение, – объявил стае Корнерой, и его голос эхом отразился от стен и свода. – Сегодня у нас пир, хилы.
Хилы затопали по полу.
– Пир! – скандировали они. – Пир!
Ищунье противно было слышать это мерзкое слово, но она постаралась скрыть отвращение. Корнерой тем временем обернулся к ней. Взглянул на Маяк и облизнулся.
– Ты хорошо поохотилась, Ищунья, – сказал он. – Так что быть тебе моим особым гостем на пиру.
– Спасибо, Корнерой. – Ищунья низко поклонилась, чувствуя, как спину ей жгут завистливые взгляды Костолома и Камнекопа. Впрочем, она бы с радостью поменялась местами с любым из них. Ей совсем не хотелось быть на «особом» счету у Корнероя.
– А теперь отдохни, Ищунья, – разрешил вожак. – Охота, должно быть, утомила тебя.
Ползун еще раз многозначительно взглянул на нее и юркнул в сторону, устроившись на полу у алтаря. «Забери меня в Светлый Край», – вспомнила его слова Ищунья и внутренне затрепетала. Она тщетно пыталась избавиться от этого чувства и в конце концов, подыскав себе уютное местечко, легла. При мысли о предстоящем пире у нее потекли слюнки, но стоило вернуться страху, как во рту появился кислый привкус. Ищунья мысленно обратилась к Джареду: «Вот он момент, да? На пиру?»
Маяк вспыхнул – Джаред соглашался.
Наконец, после стольких дней ожидания, все прояснится. Успокоенная этой мыслью, Ищунья свернулась в клубочек и впервые за долгое время, с тех пор как вернулась, ощутила настоящую сонливость. Ползун отправится с ней в Светлый Край – как и остатки силов. Но пойдут ли за ней хилы?
Этого Ищунья знать не могла, но что бы ни случилось, Корнерою это не понравится.
* * *
Ищунья проснулась не сама – ее грубо растолкали.
– Отпустите… меня! – зарычала она, вырываясь.
Множество рук поволокло Ищунью к алтарю. Там ее швырнули на пол. Вскочив на ноги, она отыскала взглядом Корнероя. Тот восседал на троне и коварно улыбался.
– Корнерой… что происходит? – спросила Ищунья.
Улыбка перешла в оскал.
– Ты – мой особый гость на пиру.
– Особый гость? – повторила она эхом, соображая, что все-таки затевается. Однако тяжелая спросонья голова почти не работала.
Ее окружали хилы, вооруженные костяными ножами и копьями – острые наконечники поблескивали в свете Маяка. Ищунья попятилась и уперлась в кучу крыслов, жуклов и клубней, которые нарыли совсем недавно и еще даже не очистили от земли. Хилы облизывались… с голодным видом.
«Пир», – начало доходить до Ищуньи, и ее передернуло от омерзения.
Когда в колонии заправляли силы, на пиру обязательно кого-то съедали… В голове родилась ужасающая догадка: «Сегодня съедят меня».
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий