Возрождение ковчегов

Глава 26. Всего лишь проекция (Майра Джексон)

Опустив на лицо сварочную маску, Майра склонилась над будущим глубоководным зондом. Вокруг нее фонтаном сыпались искры, пахло раскаленным металлом, его вкус даже ощущался на языке. Роботы испуганно бросились врассыпную. На верстаке, который Майра соорудила из ящиков и листа жести, в беспорядке валялись платы, катушки проводов, куски железа и тяжелые инструменты.
На месте спайки образовался рубец расплавленного металла. Заварив шов, Майра отвела электрод и позволила ему остыть, затем отключила аппарат. Откинула маску и, очень довольная, утерла со лба пот.
– Ну, как вам? – спросила она, указав на зонд.
Роботы сгрудились у аппарата, который очертаниями напоминал миниатюрную субмарину – вроде той, что соорудил отец Майры. Только у этой модели не было герметичной кабины и запаса кислорода на борту.
– Осторожнее, он еще не остыл, – предупредила Майра, когда один из роботов подъехал слишком близко и потянулся к зонду манипулятором. Робот раздраженно запищал и обиженно откатился в сторону. Майра привыкла к этим маленьким механизмам, потому что здесь, в подземелье, они стали единственной ее компанией.
Внезапно она ощутила через Маяк какой-то импульс: браслет озарился вспышкой изумрудного света. Роботы тут же принялись носиться у ног Майры и пищать наперебой. «Входящий сигнал, – зазвучал в голове голос Элианны, – неизвестного происхождения».
«Драккен», – испуганно подумала Майра.
«Нет, это не Драккен».
Тогда Майра облегченно спросила: «А кто? Ищунья? Аэро?»
«Непонятно… Сигнал иной…»
«В каком смысле – иной?»
«Его передает не Маяк».
«Разве такое возможно?» – удивилась Майра.
Элианна не спешила с ответом.
«Не знаю, – наконец заговорила она, – но этот сигнал нацелен на твой Маяк, он очень сильный. Начинаю передачу».
Мир вокруг Майры – склад, заваленный инструментами и деталями верстак, встревоженно пищащие роботы – поплыл, утратил четкость, а потом и вовсе пропал. Майра ощутила странное чувство, как будто ее скручивает и разум отделяется от тела. Чувство усилилось, а потом прошло, но сама она при этом оказалась в другом месте.
Но где?
Майра стояла посреди огромного цеха, в окружении множества золотистых механизмов – вот только это были не криокапсулы. Она находилась уже не в Первом ковчеге. За станками работали, переключая рычаги и нажимая на кнопки, мужчины и женщины в багряных мантиях, другие, шурша по полу мягкими туфлями и сверкая бритыми черепами, сновали по цеху.
Вот одна женщина склонилась над куполом изумрудного света и извлекла из-под него мерцающий золотом продолговатый предмет. Фальшион. Так это же оружейники, сообразила Майра. Она что, перенеслась на Второй ковчег?
Женщина с фальшионом в руках направилась прямо к ней. Майра ждала, что сестра удивится при виде незнакомки или хотя бы, извинившись, обойдет ее, но та прошла прямо сквозь Майру.
«Она меня не видит, – поняла Майра. – Я вроде тут… но меня нет».
– Добро пожаловать в Кузню, мисс Джексон, – произнес голос у нее за спиной.
Обернувшись, Майра увидела старика в багряной мантии. Он смотрел прямо на нее, а значит, видел ее.
– Рад, что вы прибыли к нам в целости и сохранности. Технически ваше тело осталось в Первом ковчеге, зато сознание с нами. В виде проекции.
– А… с вами – это где? – сбитая с толку, поинтересовалась она.
– В Кузне, – подсказал старик.
Майра пораженно огляделась.
– Так это – Второй ковчег?
– Вы совершенно правы. В данный момент мы на околоземной орбите. – Старик указал на круглый иллюминатор в стене. – Можете сами убедиться.
Майра подошла к окну. Было странно находиться здесь… и одновременно в другом месте. Ноги словно скользили над полом, а все вокруг казалось расплывчатым и нечетким. Майра взглянула в иллюминатор и приглушенно ахнула:
– Это… прекрасно.
Увиденное поражало воображение: Земля парила внизу, купаясь в свете пламенеющего солнца. Сквозь пушистое белое покрывало облаков проглядывали сероватый рельеф и пятна голубого. Океаны, сообразила Майра. Справа она заметила сверкающий серебристый корпус Второго ковчега, оканчивающийся соплом некоего… двигателя. Майра в жизни подобных механизмов не встречала.
Старый оружейник улыбнулся.
– Если уж этот вид показался вам прекрасным, что вы скажете о том, что было до Конца!
Майра огромным усилием воли заставила себя оторваться от иллюминатора и посмотреть на старика.
– Как я перенеслась на Второй ковчег? И как получается, что вы меня видите, можете говорить со мной, а другие – нет?
Майра взглянула на собственную руку – изображение мерцало, пропадая и снова появляясь. Мысль о том, что ее сознание внезапно перенесли на борт космического корабля, не укладывалась в голове.
– Отвечу как можно проще, – сказал старый мастер. – Я призвал вас при помощи старинного механизма, созданного моими братьями и сестрами. Мои предшественники разработали метод общения напрямую с носителями – через их Маяки.
– А я думала, лишь носители могут общаться подобным образом, – призналась Майра, силясь разобраться в новом открытии.
– Мой Орден развивает ту самую науку, благодаря которой предшественники и создали Маяки. Прогресс и некоторые преобразования позволили создать фальшионы: они работают на базе той же нанотехнологии и биологических интерфейсов. – При виде озадаченного выражения на лице собеседницы оружейник улыбнулся. – Идемте со мной, и я покажу, как все устроено.
Он отвел Майру в дальний угол цеха, где незаметно примостилась еще одна машина.
– Это Переговорная машина, – объяснил мастер, усаживаясь перед механизмом. – Вы сейчас видите, как я брожу по цеху и общаюсь с вами, однако в действительности я сижу перед экраном.
Майра прищурилась, разглядывая машину.
– И как она работает?
Старый мастер погладил обшивку механизма, и на ладони у него осталась пыль.
– Сам еще толком не понимаю. Переговорная машина очень древняя, и я не успел пока разобраться в ее устройстве. Сегодня первый раз опробовал режим проекции… Как бы там ни было, с тех пор как Аэро вернулся, машина принесла немало пользы.
Оказавшись на борту Второго ковчега, Майра настолько растерялась, что и не вспомнила об Аэро.
– А где он? Можно с ним поговорить?
Старый мастер мотнул головой в сторону ниши в дальнем углу, где от пола до потолка поднимались книжные полки. Оказалось, в тени кто-то сидит – и вот он встал из-за стола и вышел на свет. Почесал нос и чихнул.
– Простите, – извинился Аэро. – У меня, похоже, аллергия на книги.
Майра не удержалась – бросилась к нему и хотела было обнять, но ее руки прошли насквозь.
– Прости, – сказала она и тоже улыбнулась. – Я – всего лишь проекция.
От этого его улыбка не стала меньше:
– И так неплохо.
– Так это ты похитил мой разум?
Аэро кивнул:
– В общем-то, да, нам требуется твоя помощь. – Он вкратце, как можно быстрее рассказал об Архиве оружейников и почему этих записей больше нигде нет. Затем отвел Майру к ближайшей полке с рукописями.
Майра окинула их взглядом.
– Настоящая библиотека… – сказала она. – Я-то думала, что, когда книги перевели в цифровой формат, их совсем не стало.
– Не то чтобы совсем: оружейники чтут старые обычаи. У них – свои преимущества. Если компьютеры вдруг засбоят, останутся копии сведений на бумаге.
– Как на случай Великой Чистки… Это гениально.
– Да, оружейники вообще молодцы.
Аэро отошел к столу, на котором были сложены в неустойчивые стопки книги. Майра взглядом пробежала по надписанным от руки корешкам.
– Тут все, что есть по Четвертому ковчегу, – сказал Аэро. – Старейшина отсканировал эти книги. Мы передадим данные тебе через Переговорную машину, так их не сможет перехватить Виник.
– Надеюсь, тут есть то, что поможет нам победить Драккена, – сказала Майра, разглядывая книги.
Помрачнев, она коснулась раненого плеча, хотя ее проекция и не отображала повязку.
– В чем дело, Майра? – спросил Аэро, заметив, как она переменилась в лице. – Что случилось?
– Драккен, – ответила Майра, и ее изображение мигнуло. – Прости, похоже, эмоции искажают сигнал. Драккен напал, когда я заснула, ранил меня в плечо, а потом… когда я проснулась…
– Ты увидела настоящую рану? – взволнованно подсказал Аэро.
Майра кивнула.
– Постель была в крови. Роботы меня залатали и сделали укол. Хвала Оракулу, кость не задета.
– Драккен мог убить тебя, – сказал Аэро дрожащим от страха голосом. Майра посмотрела ему в глаза. – В мире сна больше не безопасно.
– Точно мы еще не знаем, – заметила она, – но Драккен, похоже, становится сильнее. Профессор говорит, что вблизи Земли его мощь растет. Дивинус подумывает отключить Маяки, но я не хочу, чтобы меня снова отрезало от тебя и Ищуньи…
– Майра, профессор прав. Риск слишком велик.
Майра упрямо замотала головой, чувствуя, как закипает в жилах кровь:
– Нет, я сумею держать Драккена на расстоянии.
Я тренировалась и стала сильнее.
– Это пока ты бодрствуешь. Но что будет, когда ты в следующий раз заснешь? Слушай, я не хочу рисковать твоей жизнью. Надо отключить Маяки.
Майра всмотрелась в его лицо.
– Чтобы снова оказаться в полной тишине? Помнишь, как это разобщило нас? Как сделало нас чужими? Мы перестали чувствовать друг друга, как незнакомцы. Мы не сможем без Маяков, они – ключ ко всему.
Аэро плотно сжал губы.
– А еще они – кинжал, которым Драккен прирежет тебя во сне. – Его слова повисли в воздухе.
Наступила напряженная тишина: упрямство Майры столкнулось с опекой Аэро. Они зашли в тупик.
Майра скользнула ближе.
– Как ты не поймешь! Когда Маяки работают, мы сильнее. Они связывают нас, образуют союз. В обход Виника мы без них не свяжемся. Как ты переправишь мне данные из Архива? – Она испуганно замолчала. – И потом, как я буду знать, что тебя тут не убили?
– Ладно, но будь осторожна. Обещаешь?
– Обещаю…
Майра не договорила – она начала мерцать. Старейшина повозился с настройками Переговорной машины.
– Смешение сигналов, – сообщил он. – Не знаю, сколько еще смогу поддерживать связь.
Майра снова оглядела Кузню, сознавая, что в любой момент ее может выдернуть отсюда. Оружейники продолжали работать на станках, словно посторонних тут и не было. Они просто не видели гостью. В противоположном конце цеха в стене имелась огромная золотая дверь.
– Возиус, Калеб… их ведь держат на этом корабле, да?
Аэро проследил за ее взглядом.
– Они на другой палубе, на гауптвахте. Вооруженные часовые стерегут арестантов круглые сутки, и я их пока не видел. Впрочем, меня заверили, что серьезно они не пострадали.
– Серьезно не пострадали?! – Майра снова мигнула. – Не очень-то обнадеживает.
– Сведения надежные, правда, из вторых рук. Многие солдаты по-прежнему остаются верны Ордену. Сам я Кузню покинуть не могу – Виник выставил снаружи вооруженный отряд. Оружейники предоставили мне убежище, но меня не тронут, лишь пока я здесь. Стоит выйти из цеха, и Виник будет волен поступить со мной как пожелает, и мои шансы, если честно, не радуют.
– Как насчет меня? – предложила Майра. – Я – проекция. Солдаты меня не увидят. Если скажешь, где точно расположена гауптвахта, то спорю, что смогу отыскать Возиуса и Калеба.
– Думаю, попытаться стоит. Как считаете, брат, это сработает?
Оружейник кивнул:
– Моя дорогая, я не знаю, как ваша проекция поведет себя за пределами Кузни. Я буду поддерживать ваш сигнал, но если он ослабнет и я его потеряю, вы просто исчезнете с корабля.
Получив наставления от оружейника и попрощавшись с Аэро, Майра заскользила к двери. Успокоилась, сконцентрировала энергию на том, чтобы усилить свою проекцию, и прошла сквозь барьер. Было странно ощутить, что ограничения материального мира больше не действуют. Майра пролетела мимо отряда солдат, стерегущих дверь в Кузню: те стояли, сжимая в руках фальшионы, но даже не заметили, когда Майра прошла прямо сквозь них и направилась к облицованному гладким металлом коридору.
По пути она наткнулась на двух солдат – юношу и девушку, – которые шли в противоположном от цеха направлении.
– Дезертир засел там, внутри, вместе с Красными Плащами, – пробормотала девушка, почесывая висок рукояткой фальшиона в форме короткого кривого меча.
Майра насторожилась. Красными Плащами называли жрецов в ее колонии.
– Скорее уж тогда с красными гадами, – ответил второй, положив на плечо секиру. Майра прочла его имя на нашивке: «Капитан Люциус Закай».
Его напарница ухмыльнулась:
– Я что хочу сказать: Верховный командующий явно недоволен оружейниками. – Она так и не узнала, что за ними призраком следует Майра. – Пригрели у себя предателя.
Закай же понизил голос и более серьезным тоном сказал:
– Как думаешь, Виник решится на активные действия? Кузня же… неприкосновенна. – Он крепче сжал рукоять топора. – Орден нужен нам, чтобы заряжать фальшионы.
– Да нет, конечно же, – поспешила ответить его напарница. – Просто получается некрасиво.
Майра проследовала за ними до лифта. Вообще-то, сообразила она позднее, можно было подняться прямо сквозь палубы, однако ее разум тогда еще не избавился от привычных ограничений. Законы физического мира на нее больше не действовали, однако у Майры пока не совсем получалось выходить за их рамки. Кузня располагалась на самой нижней палубе; вместе с солдатами Майра вознеслась на верхнюю и, пропустив их вперед, вышла из кабины, заскользив по коридору.
Чем дальше она отлетала от Кузни, тем слабее становилась проекция. Майра взглянула на руку: прежде она выглядела плотной, а сейчас была почти прозрачной. Майра видела сквозь себя. «Ну вот, теперь я – точно призрак», – подумала она.
«Не совсем так, – поправила Элианна. В ее голосе угадывались нотки иронии. – Уж кому как не мне это знать, ведь я – и правда призрак. Вот уже тысячу лет как мертва».
Майра достигла конца коридора и, следуя указаниям старого оружейника, свернула направо. По обеим сторонам здесь тянулись двери в казармы, и за которой из них – гауптвахта, Майра поняла сразу, едва увидела шестерых часовых. Они ее не заметили, когда она скользнула прямо сквозь дверь.
К тому моменту она сделалась совсем прозрачной, а стоило взглянуть на Возиуса, как проекция замерцала. Братишка лежал, свернувшись калачиком, на койке, накрытый шероховатым серебристым одеялом. Юный оружейник сидел на полу, скрестив ноги, и медитировал. Он шевелил губами, однако слов слышно не было. Калеб и Рен сидели, привалившись спинами к стене, в другом конце каюты. У Рен на сгибе локтя были какие-то странные отметины, а белки глаз налились кровью, словно в них полопались сосуды.
«Это от криков», – сообразила Майра. Пленников пытали. Майра присмотрелась к рукам и глазам Калеба: те же отметины на сгибе локтя, и белки – покрасневшие.
«Возиус», – подумала Майра, беззвучно шевеля губами.
Никто не обернулся – ее просто не слышали. Майра внимательно присмотрелась к лицу братишки: он выглядел старше, некогда по-детски пухлые щеки ввалились, проступили скулы, а еще он как будто вытянулся на пару дюймов. Или так просто кажется? Боль в сердце заставила ее скользнуть ближе – Майру словно магнитом притянуло. «Возиус, – снова подумала она. – Я здесь. Мы придумаем, как тебя вытащить. У нас есть план, и Аэро уже действует».
Их разделяли какие-то сантиметры, но братишка смотрел сквозь Майру. Правда, в следующую секунду – не совпадение ли? – он взглянул прямо на нее. Широко раскрыл глаза, сел. Одеяло сползло с плеч. Сердце Майры забилось чаще: неужели братик увидел ее? Или просто ощутил ее присутствие? Майра потянулась к нему прозрачной рукой, но в этот миг проекция погасла… и больше не появилась.
Майру снова скрутило. Сознание устремилось обратно на Землю, сквозь пустоту космоса, атмосферу и слои каменной породы – уходя все глубже и глубже.
А потом все потемнело.
Очнулась Майра на полу склада. Вокруг, испуганно пища, суетились роботы. Рядом, под рукой, лежала сварочная маска. Сила тяжести безжалостно вдавливала в пол.
Майра села, в голове отчаянно пульсировала боль. Роботы озабоченно попискивали, но Майра жестом отогнала их. В памяти роились образы Второго ковчега. Было ли это все на самом деле? Или Майра просто заснула, пока работала, и это ей привиделось в грезах?.. Она никак не могла разобраться, но тут в голове заговорила Элианна: «Со Второго ковчега передают пакет данных, – обычным, приятным голосом сообщила она. – Сказать Ною, чтобы загрузил их?»
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий