Чужие небеса

Глава четырнадцатая

Нас определили в одну карету с магистром Альдином, как видно, руководствуясь принципом «подобное к подобному». Впрочем, у нас такое положение дел не вызвало ровным счетом никаких возражений. Напротив – восторга были полные штаны. Кто же из подмастерьев откажется с таким уважаемым магом дорогу коротать?
Странно, правда, что столь почтенного человека запихнули на задворки кортежа, но это уже не нашего ума дело. Если так поступили, значит, на то имелись некие резоны.
Что примечательно, Альдин и в самом деле оказался милейшим стариканом. Ну да, он иногда забывал, о чем только что говорил, время от времени засыпал прямо посреди рассказа, громоподобно при этом храпя, и очень любил поворчать, обвиняя нынешних магов в том, что они «наглые мальчишки». Причем он имел в виду не нас, а магов вроде наставника или мастера Гая. Мы в эту категорию и вовсе не попадали, проходя по разряду «несмышленыши». Я ведь ошибся тогда в обеденной зале. Этот дедуля учился не вскоре после Века Смуты. Он его застал воочию. Магистр Альдин оказался одним из последних магов, прошедших обучение тогда, когда такие как мы владели миром.
Мы сначала даже подумали, что у старика реальность и вымысел от возраста воедино сплелись, будучи уверенными в том, что столько даже маги не живут. Но это оказалось правдой, нам Гастон де Фюрьи все подтвердил. Ему верить можно, он врет только тогда, когда ему это выгодно. А чувства юмора у папаши Рози вовсе не имеется.
Сколько же Альдин знал! Всего и про все. Правда, желание делиться с нами своей мудростью здорово зависело от настроения магистра. Если он был весел и бодр, то мы выпадали из реальности на все то время, пока длился рассказ старого мага. Если же нет, то сидели тихо, как мыши. Кто знает, что ему придет в голову?
Иногда история, начатая утром в карете и звучавшая весь день, продолжалась там, где мы останавливались на ночевку – когда в доме вельможи, онемевшего от чести, оказанной ему королем, а иногда в обычной гостинице, окруженной кольцом рыцарей для пущей защиты его величества.
В одном из пограничных городков мы остановились как раз в странноприимном доме. До того Альдин рассказывал нам о том, как можно дурачить элементалей стихий, используя их прямолинейность и неразборчивость. Вообще-то «дурачить» это не совсем то слово, там, скорее, имеются некие нюансы в произнесении заклятий… Ну, неважно.
Рассказать за время пути все, что хотел, магистр не успел, но обещал закончить эту лекцию после ужина, поскольку не терпел незаконченных дел.
Эль Гракх и Фриша мигом бросили в отведенном нам номере свои вещи, и выбежали в коридор. И того, и другого Альдин по дороге практически исцелил, потому девушке теперь без надобности был костыль, а пантариец наконец-то задышал в полную грудь, не боясь задохнуться.
Я же, по появившейся недавно привычке, сначала пытливо посмотрел на себя в зеркало, пытаясь сообразить – произошли какие-то новые изменения в лучшую сторону, или их нет?
Дверь номера тихонько скрипнула.
– Фил – проводя пальцем по щеке, грозно рявкнул я – А ну стоять! Нельзя тебе с нами! Не дай боги, кому из королевской охраны на глаза попадешься! Сто раз сказано – не все в тебе милое создание видят, иные за демона принимают и порубить на щепки могут.
Свободолюбивое и любопытное растение на каждом постоялом дворе то и дело пыталось улизнуть из нашей комнаты, дабы изучить новое место пребывания, а также завести знакомства с местными кустиками и деревцами. Сдается мне – взрослеть он начал, а потому стал испытывать тягу к особо стройным березкам и вербам.
– Красив – услышал я знакомый голос, который никак не мог принадлежать моему любимцу – Слушай, а ты чего это такими вещами начал заниматься? Раньше вроде тебе до рожи своей дела не было? Чую, не довели тебя Халифаты до добра. Нет, не довели. Набрался ты там всякой дряни. Но оно и понятно, нравы там те еще.
– Агриппа!?! – в моем голосе смешалось сразу все – и удивление, и радость, и даже немного страх.
Ну да, страх. А что такого? Если сейчас в нашей комнате обнаружат человека, приближенного к Гаю Петрониусу Туллию, который во многом олицетворяет собой противников Асторга, то жить мне в аккурат до завтрашнего полудня. Просто в этих краях чтут традиции, а потому казни государственных преступников всегда проводят в это время суток, как предки заповедали.
– Ну да – воин прошел к кроватям, стоявшим у стены – Которая твоя? Вот эта? Хорошо.
Дерево скрипнуло под его весом, брякнули ножны, прошуршал плащ.
– Ты здесь как? – потряс головой я, а после погладил себя по лысине – А?
– Сначала на лошади, потом пешком, потом снова на лошади – добродушно поведал мне он – Это я про дорогу из Империи сюда. Обратно, впрочем, думаю так же добираться стану. Слушай, ты забавно выглядишь без волос. Это где тебя так обкорнало? На Левантийском кряже?
– Там – я снова провел ладонью по затылку, не без удовольствия ощутив покалывание в пальцах. Еще вчера обнаружил, что новая шевелюра начала пробиваться через кожу.
– Наслышан – в голосе Агриппы я с удивлением услышал нотки уважения – Дали вы там имперцам просраться. Линдус, по рассказам очевидцев, рвал и метал, а после одного из полководцев собственноручно крепко поколотил. Того самого, который войска направил невесть куда без его ведома. Хотел, понимаешь, пузан выслужиться, а вместо этого заработал опалу и был отправлен простым мечником в штурмовые части.
– Ничего себе – проникся я.
– Что значит – «ничего»? – негромко засмеялся нежданный гость – Про вас не забыли, награда нашла героев. Все отлично знают, кто мясокрутку на перевале учинил, наша разведка не зевает. Линдус всю вашу компанию уже объявил именными врагами имперской короны, и назначил награды за головы учеников мага Герхарда Шварца. Причем за живых платит куда больше, чем за мертвых. Если эти денежки сложить с теми, что за вас обещает Орден Истины, хорошая сумма выходит. На такой куш можно долго и безбедно жить, не отказывая себе ни в чем.
– Обрадовал – вытер выступивший на лбу пот я.
– Да вы что. Так, мелочь – задорно подмигнул мне Агриппа – Вот за наставника вашего, рекомого Вороном, графский титул дают, поместье с домом и землями, да еще пять тысяч золотом. Это за живого. За мертвого поскромнее, но все равно – достойно. Очень его Линдус не любит, особенно после того, что он при штурме Фрашта учинил.
– А что он учинил? – я сел напротив гостя, и сложил руки на коленях.
– Фрашт славился неприступностью – неспешно начал рассказ Агриппа – Трудный в плане штурма город. Помнишь Шлейцер? Так он на фоне Фрашта – деревенька. Твой наставник и пара его приятелей из числа «безумцев» пробрались за стены через сточные канавы, и ближайшей ночью подняли все городские кладбища. Все, Эраст! А их там три. Город старый, погосты тоже, там в три слоя гробы лежат. Со времен Века Смуты людей хоронили. Нет, свежих покойников горожане лет семьдесят как за стенами закапывают, на новом кладбище. Но эти-то никто не снес. Грех усопших тревожить, подобное богам не угодно. Но то для горожан, а для твоего наставника и его приятелей – нет. Ох, что там началось!
Я не удержался и хихикнул, восхищаясь лихостью учителя.
– Несмешно – осек меня Агриппа – Мертвые только за первый час столько народу порвали, что ужас. И солдат, и горожан. А главное, что усмирить мертвецов некому было. Всех магов Фрашта давным-давно сожгли, а из Светлого Братства в этот город никого не прислали.
– Они сами открыли ворота – подытожил я – Верно?
– Никто не хочет умирать – подтвердил собеседник – Особенно такой смертью. И я бы не хотел, чтобы мне гнилые зубы глотку порвали. Конечно, открыли, куда им деваться было? На свою голову. Асторгцы никого не щадили, рубили в капусту всех. Они люди слова. Если бы те сдались сразу, то отделались контрибуцией. А так – все, караван ушел. Не сдались – повинны смерти.
– А вот прозвучало слово «безумцы» – уточнил я – Это ты магов так обругал, или…?
– Так Ворона и его приятелей зовут собратья по цеху – пояснил Агриппа – Те, что из Светлого Братства. И им это название подходит, потому как то, что они творят во время сражений, нормальным поведением для человека не назовешь. Нет для них больше никаких условностей, парень. Я тебе врать не стану, мне плевать и на Линдуса, и на Георга, и на Ворона твоего. Да и не боюсь я давно ничего. Чем меня напугаешь? Разве что небом, падающим на землю, да и то не поручусь. Но, знаешь, даже меня проняло той ночью в Фраште. Я же там был, все сам видел с крыши. Пришлось на нее выбраться, чтобы до меня эти костяки ходячие не добрались. И приятелей наставника твоего созерцал, как раз тогда, когда они на городской стене стояли и хохотали, глядя на то, как мертвые рвут на площади живых. На куски рвут. Очень им эта картина нравилось. Нет, ладно бы имперских солдат дохляки гоняли. Тут все ясно, война есть война, для убийства врага все средства хороши. Но тут-то горожане были. Обычные люди. Девки грудастые, бабы толстомясые, гончары, торговцы, дети, опять же… Этих-то за что?
– Ну, а магов за что? – и не подумал жалеть горожан я – Чего они такого сделали, зачем их на костер поволокли? И вот эти самые девки, бабы, гончары орали так, что богам тошно было: «Дайте огня! Больше огня!». А дети грязью в них. Грязью. Опять же!
– Вырос – констатировал Агриппа – Нет больше того забавного мальчугана, которому я подзатыльники отвешивал. Есть боец. Это хорошо. Теперь я за тебя более-менее спокоен.
– Вырос – подтвердил я – Жизнь заставила. Слушай, ты мне на другой вопрос ответь – как ты умудрился сюда пробраться? Эта гостиница в двойном кольце охраны!
– Ну да – кивнул Агриппа – Но если в нее зайти до того, как пожалует его августейшее величество Георг Девятый, а не после, то никаких сложностей не возникает.
– Так его охранники все обошли, все проверили?
– Я тебя умоляю – отмахнулся воин – Это все дело привычки. Я сейчас про себя, а не про них. Но, если тебе интересно, то убить короля у меня не получится. Не подберешься к нему. Да и кому он нужен. Убивать августейших персон – глупость невероятная. В монарших кругах такое не принято. Внутрисемейно – дело обычное, там и кинжал, и яд только так в ход идут. Но прикончить собрата при помощи наемных убийц, даже во время войны – это никуда не годится. Линдус даже когда одно за другим королевства под себя подминал, и то да подобного не унизился. Кого из правителей казнил со всеми традициями, кого в битве зарубили. Но чтобы кинжал под ребро – это нет.
Ну да, я хотел про это спросить. Если Агриппа смог обвести вокруг носа охрану, то он, при желании и его величество сможет прикончить.
– Впрочем, технически такое возможно. Можно было бы попробовать прикончить его величество из арбалета – задумчиво почесал он нос – Хотя… Уверен, что Георг даже спит в гномьей кольчуге, что ему на заказ сковали. Подгорные жители за очень большие деньги их создают. И только для очень высокопоставленных особ. Берут золото, лучшую сталь тройной варки и «драконье железо», это очень редкий материал. А потом из получившегося сплава куют такую кольчугу, она выходит легкая, как рубаха и очень прочная. Ни болтом не пробить, ни мечом. Так что, если только в голову метить.
– На вопрос ты так и не ответил – решил я не длить эту тему – Здесь-то ты как оказался?
– Тебя убивать пришел – благодушно сообщил мне Агриппа, а после щелкнул по носу – Пунь!
– Несмешно – отвел его руку в сторону я.
– Согласен – кивнул воин – Но факт есть факт. Знаешь, когда мастер Гай узнал, кто именно был виновником поражения имперских солдат на Левантийском кряже, то он пришел в невероятное бешенство. В последний раз его так крючило, когда Ворон получил право набирать учеников. Он в тот вечер тоже бегал по кабинету, топотал ногами и обещал сжечь к демонам весь мир. Так что гордись, имеешь право. Хозяина до такого состояния довести не каждый сможет.
Сомнительная заслуга, если честно. Я не сильно рад такому достижению.
– А еще скажи своим приятелям, чтобы те язык за зубами держали в кабаках – уже другим, более жестким тоном продолжил Агриппа – Если бы помалкивали, так, может, и не всплыло бы ничего. Но нет, они разорались. «Когда Эрашт шаданул заклятием, тогда все решилошь. За Эрашта, чудо-мага!». Твоего приятеля слова.
– Какого? – спросил я невесело.
– Здорового, тупого и с покореженной рожей. В щеке у него дырка, а в зубах недочет, потому и шепелявит. Лучше бы она в его голове оказалась, честное слово – Агриппа сдвинул брови – Кабы в том кабаке, где твои дружки праздновали победу, я один был, может, и обошлось бы все. Так нет, нас там трое оказалось. И тех двоих по дороге никак я прибрать не мог. Хотел – но не мог. Так хозяин и узнал про то, кто отличился в бою. А потом еще долго бубнил, что знай он сразу про то, сколько от тебя бед последует, то и не подумал бы тебя в том сарае жалеть. А после велел с тобой не церемониться в том случае, если я встречу тебя где-то тут, в Асторге или в другом месте. В идеале я должен стукнуть тебя по башке и отвезти к нему. Ну, а если ситуация такого не позволит, то убить на месте, причем умирать ты должен долго и мучительно. И привет тебе напоследок передать от архимага Туллия.
– И что теперь? – спросил я – Как поступишь?
– Сам рассуди – как у Агриппы в руках появился кинжал, я даже не заметил – Задачка-то простая. Вытащить тебя отсюда никак не получится, значит буду убивать.
– Не будешь. Хотел бы – уже убил.
– Да мне и не надо ничего самому делать – зло бросил Агриппа – С такими друзьями, как у тебя, ты скоро и без посторонней помощи к Престолу Владык отправишься! Парень, я не смогу всякий раз вытаскивать твою шею из петли. Пока тебе везет, но судьба еще та шлюха, и в один прекрасный день она изменит. Кстати, на задах гостиницы, в выгребной яме два тела лежат. Это были крепкие ребята, я их видел пару раз до сегодняшней встречи. Охотники за людьми, наемники, причем одни из лучших. И они охотились за вашими головами. Они давно вашему конвою на хвост сели, надеялись, что раньше или позже вы трое от него отделитесь, и отправитесь своей дорогой. Там бы вас и прихватили. И магия бы не помогла. Она от арбалетного болта, ударившего в затылок, не спасает. Поверь, эти двое знали свою работу, вы бы даже не поняли, что к чему. Две мертвые головы и один связанный живой подмастерье Ворона – это хороший куш, после которого даже с ремеслом наемника можно будет завязать. Ну, их планам не дано осуществиться, так как эта парочка мертва. Но сколько еще таких вьется поблизости?
– Скорее всего, я никогда с тобой не рассчитаюсь за все для меня сделанное – смущенно потупился я.
– Скажи, чего ты вообще приперся обратно из Халифатов? – спросил Агриппа – Чего тебе там не сиделось?
– Все поехали – и я поехал – мне даже стало странно, что ему приходиться объяснять такую простую вещь.
– Ну, а если все со скалы в море прыгать станут? – уточнил воин – Тоже сиганешь?
– А скала высокая? – уточнил я, и ойкнул от крепкого подзатыльника.
Все-таки как быстро он двигается. Мне бы так научиться!
– То, что затеял твой наставник, кончится плохо – негромко, и оттого чуть пугающе произнес Агриппа – Поверь мне, я знаю. Все войны одинаковы – начинают их идейные фанатики, стоящие с обеих сторон, а заканчивают те, кто этих фанатиков изначально друг на друга натравил. Ну, а умирают в сражениях те, кому эта бойня вообще не нужна. Они чаще всего даже и не понимают, ради чего воюют. Так вот, парень – твой учитель главную возложенную на него задачу уже выполнил. Он еще востребован, как и его безумные приятели, но это до поры, до времени. В какой-то момент тот, кто требовался в начале, станет лишним. И те, кто рядом с ним – тоже.
Нельзя сказать, чтобы мне подобные мысли не приходили в голову. Да и Рози намекала на что-то такое.
Но Ворон ведь не дурак? Он наверняка все про это знает, все понимает. И наверняка у него есть какой-то план. Не может его не быть.
– Вижу, понял – Агриппа тяжело вздохнул – Только все равно уносить ноги куда подальше не станешь. Ну, я все что мог, для тебя сделал. Дальше – сам.
– Так мне бежать особо некуда – попытался оправдаться я – Дома у меня нет, родни тоже. Все, что есть это наставник и соученики. Ну, и ты.
– Ну да, дома нет – признал тот – Точнее – был, да сплыл. В поместье, что тебе по наследству отошло, теперь соваться не смей. Почему именно, надеюсь, объяснять не надо?
– Не надо – подтвердил я – Смешно с ним получилось. Мне ведь там даже побывать не довелось.
Да и ладно. Легко пришло, легко ушло. Рози, правда, расстроится. Очень она имущество терять не любит, пусть даже и находящееся демон знает где.
– И вот еще что – Агриппа помолчал, как видно думая, говорить мне следующую фразу или нет – Если все случится так, как я думаю, Халифаты для вашей братии тоже могут стать небезопасными. Кто знает, что в голове у Сафара? Десять раз подумайте, если решитесь отправиться в ту сторону.
Боги, война только началась, перевес в нашу пользу, а он железно уверен в том, что победы Асторгу не видать. Как так?
Или он видел что-то, позволяющее так думать?
А, может, ему это что-то специально показали?
– И куда тогда нам деваться?
– Подумайте о Западе, если выживете – он выделил голосом последние слова – Меллобар, король эльфов, последнее время охотно берет на службу людских магов. Не скажу, что они там едят с золота, но одно известно точно – всех, кто требует их выдачи, эльфы посылают куда подальше. Дескать, их человечьи проблемы не касаются. Правда, и используют этих магов в самых грязных делах, но тут уж не до жиру.
– Так себе перспектива – резонно заметил я.
– Когда тонешь, то и за гадюку схватишься – осек меня Агриппа – У тебя большой выбор направлений? Даже сейчас, когда вроде бы ты на коне? Ни влево, ни вправо, парень, тебе не вильнуть. А если Георг Девятый сменит милость на гнев, куда ты отправишься? Там Орден, там Братство, там Линдус с наградой за твою голову. Мир велик, только на всех его дорогах вас не ждут. Или ждут, но предварительно запася веревки, цепи, дрова и факелы.
Мне стало совсем уж грустно. Ну да, я не планирую жить вечно, но тут совсем мрачная картина вырисовывается.
– Надейся на лучшее, готовься к худшему – как видно, уловив ход моих мыслей, проворчал Агриппа и поднялся на ноги – Не я придумал, но сказано верно. Ладно, пойду, мне еще сегодня два десятка миль отмахать нужно. И не спрашивай опять, откуда я тут взялся. Между прочим, мы вообще с тобой враги. Я служу тем, с кем ты скоро сражаться будешь, потому ничего я тебе о своих делах здесь не расскажу. Дружба дружбой, но я все же воин, у меня есть честь и достоинство.
– Надеюсь, когда-нибудь придет то время, когда мы с тобой сможем просто посидеть в какой-нибудь корчме и поговорить – поднялся и я – Никуда не спеша и не от кого не убегая. Стол с меня, слово даю.
– Я много могу съесть – предупредил меня Агриппа, усмехнувшись – А выпить еще больше.
– Помню – ответил улыбкой на улыбку я – Мастер Гай еще утверждал, что у тебя желудок бездонный, увеличенный при помощи магии. Когда утром за ночлег и еду рассчитывался.
Агриппа потрепал меня по загривку и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он остановился и обернулся.
– Ходят слухи, что Меллобару служит какая-то молодая девица с изуродованным лицом – прищурившись, сообщил он мне – Она мало говорит, но много делает. В основном на сопредельных землях, которые королю эльфов не принадлежат, но на которые он с невероятным интересом поглядывает. Простой люд эта девица не трогает, но имперские войска и чернецов вырезает под корень. Причем в средствах умерщвления не стесняется совершенно, кишки людям разматывает, как простые веревки.
– А как ее имя? – сразу же среагировал я.
Никак – Аманда? Правда, что ей делать у эльфов? Они же ее папашу с братьями прикончили, она им не служить, а мстить должна.
Да нет, не может быть. С ее самолюбием – и к кому-то в услужение?
– В народе зовут «Белой ведьмой», как видно, за цвет волос. Если верить рассказам, она совершенно седая – ответил воин – Больше ничего не знаю. Орден Истины просил мастера Гая отправить магов на ее поимку, им очень не нравится то, что она творит, но он отказался. Магов эта стерва не трогает, видишь ли, а твой бывший хозяин не особо любит дразнить собак без особой нужды. Ну, и насолить Ордену он всегда не прочь.
Очень интересно. Надо будет эту новость Ворону непременно рассказать.
– Я к чему – Агриппа погрозил мне пальцем – Если вдруг вас занесет к Седонне – требуйте, чтобы эльфы отвели вас к этой девице. Они ее тоже побаиваются. Авось, с ней вы договоритесь быстрее, чем с Меллобаром.
Он вышел из комнаты. Дверь мягко скрипнула, закрываясь, а я все пытался понять – зачем же он собой так рисковал, приходя сюда? Просто чтобы меня предупредить? Или еще зачем-то?
Надеюсь, что последнее верно. Точнее – очень хочу в это верить. И, если вдруг сейчас за дверями я услышу голоса стражей, призывающих кого-то ловить и хватать, то обязательно сделаю все, чтобы они не достигли успеха. По той же самой непонятной причине.
Белая Ведьма. Аманде бы пошло это прозвище. Но – служба эльфам, изуродованное лицо, жестокость… Хотя – о чем я? Лицо у меня самого пару недель назад было такое, что от него люди шарахались, а добротой наша соученица никогда не страдала, так что это все объяснимо.
Все, кроме самого главного. Не верю я, что эта вздорная девчонка перед кем-то спину ломать станет. Тем более перед тем, на чьих руках кровь ее родных. И принцип меньшего зла здесь не работает.
Так что это просто какая-то озверевшая от горя и злобы девчонка орудует, скорее всего из благородных. До войны места там были не менее опасные, чем сейчас, приграничные земли все же, потому тамошние отпрыски благородных родов учились обращаться с оружием раньше, чем с письменными принадлежностями. Причем не взирая на то, какого они были пола. Аманда про это мне кое-что рассказывала.
Вот и выходит, что одна из тамошних девиц выжила во время большой резни, и решила мстить не тем, кто убивал, а тем, кто эту бойню благословил. Кстати – не самое глупое решение. Смысл ненавидеть топор, отрубивший тебе руку? Это просто железка, ей все равно, что рубить – дерево или живую плоть. А вот того, кто этот топор направил, ненавидеть можно и нужно.
Шум за дверью так и не раздался, а потому я направился вниз, туда, где стучали ложки о миски и слышался плеск вина. Новости новостями, но есть хочется.
Любопытно, но главный лагерь армии Асторга находился не так и далеко от того самого Фрашта, о котором упоминал в разговоре Агриппа. Точнее, от того места, которое не так давно являлось Фраштом. Дымящиеся развалины, которые виднелись сквозь бреши в стенах, городом назвать было трудно. Да и что за город без жителей? А последних в нем, похоже, больше не имелось. От них остались лишь горы трупов, сложенные как дрова в поленнице, и исходившие удушливым дымом в тлеющих кострах. Как мы не вглядывались в серое зловонное марево, кроме мортусов в страхолюдных длинноносых масках, крюками тянущих за собой все новые и новые тела, никого больше не увидели.
И ведь не вчера этот город пал, времени-то прошло уже немало. Сколько же тут народа положили, что его все жгут и жгут, а он не кончается?
Сомнений в том, что мы все делаем верно, идя за нашим учителем по дороге войны, у меня не возникло, но внутри что-то так противно сжалось, что даже дышать стало трудно.
Ну да, не мы подняли мертвых, чтобы те убивали живых, не мы рушили стены, не мы уничтожали дома. Не мы, но те, кого мы знаем. Уверен, что ребята не участвовали в этой бойне. И дело не в чистоплюйстве или нежелании убивать невиновных. Тем более, что невиновность – штука относительная. Я тогда Агриппе все верно сказал.
Или нет? Может, в его словах все же была доля правды, и я зря так резко ему ответил?
Повторюсь – армия за это время продвинулась не так сильно. Миль через двадцать мы добрались до линии многочисленных постов, защищающих подходы к лагерю, беспрепятственно миновали их, и оказались на огромном холме, густо усеянным палатками, кострами, повозками, и всем остальным, что приличествует армии, находящейся на марше.
Само собой, явление кортеж, окруженной гвардейцами в блестящих доспехах не прошло незамеченным. Да и ждали тут наверняка появления короля, как без этого? Подобные новости, как правило, таковыми не являются. Даже если его величество и планировало нагрянуть на позиции внезапно и вдруг, то для полководцев это все равно не являлось неожиданностью, ибо гонец, да и не один, был отправлен сюда еще до того, как Георг Девятый отправился в дорогу. У стратегов при дворе есть друзья и родня, которая всегда поможет близкому своему. Ключевое слово – «своему».
А вот нас троих тут точно никто не ждал. Среди группы лиц, встречающих короля, которые мигом столпились у кареты с золотым гербом, я заметил Ворона, который за прошедшее время, казалось, еще сильнее похудел и осунулся. Кроме всего прочего, он несомненно не был рад тому, что должен находиться в обществе царедворцев и изображать радость от встречи с монархом. Он всегда подобные мероприятия терпеть не мог. Потому, к слову, и стоял, если можно так выразиться, на отшибе, не сливаясь с общей титулованной массой.
Возможно, потому и нас приметил сразу. Глянул, погонял желваки на скулах, а после махнул рукой, как бы сказав: «Вон туда валите. Потом поговорим».
– Приехали – проворковал Альдин, выбираясь из кареты – Ох, годы мои не те для таких путешествий. В старые времена я весь континент пешком исходил, везде побывал. Но когда это было? А сейчас мне милее очаг, чтобы в нем огонь горел, и тазик с горячей водой, в который ноги можно опустить. Мммм, кто это там? Не Герхард ли Шварц, ваш учитель? Постарел, постарел, весь седой стал. А ведь еще вчера был юнцом, у которого в одном месте постоянно шило торчит. Эй, Шварц! Поди-ка сюда. Шва-арц! Кому я говорю?
Наставник сначала не понял, что обращаются к нему, потому первый оклик прозевал. На второй все же среагировал, повертел головой, и недоуменно уставился на магистра.
Мы же и вовсе как оторопели. Оказывается, магистр знает нашего наставника настолько, что вправе себе позволить вот такой стиль общения? Имя Ворона в разговорах всплывало, но мы решили, что Альдин в силу возраста вообще знаком со всеми.
А тут, оказывается, более тесные связи в наличии.
– Сюда иди – повторил Альдин – Пожалуйста.
Наставник этих слов, разумеется, не услышал, поскольку гвалт вокруг стоял еще тот, но смысл их уловил. Тем более, что магистр его еще и пальцем поманил.
Ворон непривычно смутился, зачем-то похлопал себя по плащу, а после развел руками и показал на Георга Девятого, как бы говоря: «Я занят. Вон, монарха встречаю».
– Иди-иди – ласково повторил магистр и слова, и жест – Короля есть кому и без тебя приветить.
После же он покачал головой, подтверждая свою просьбу и даже притопнул ногой.
Ворон вздохнул и пошел к нам.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий