Вектор

Книга: Вектор
Назад: Глава 3
Дальше: Глава 5

Глава 4

За открытыми дверями ангара обнаружился всего лишь обычный коридор – широкий и длинный. Эрик неторопливо проследовал до самого конца, а затем, миновав еще одни ворота, вышел на летное поле космопорта.
Рядом тут же появился бесстрастный робот со значком службы безопасности на груди.
– Приятного дня, господин Орсен. Вы должны были получить комплект из двух программ для репликатора, партию вина, а также экзоскелет модели «Колонист-пять». Вы получили эти вещи?
– Да, – он на всякий случай покосился в сторону следовавшей за ним по пятам грузовой платформы, но там все было в полном порядке.
– Напоминаю, что использование экзоскелета будет запрещено во время всего полета. Вы сможете включить его только на планете прибытия.
– Хорошо.
– Номер вашей каюты – двести девяносто три. Внутри вы найдете личный коммуникатор, а также карту доступа к помещению. В случае возникновения каких-либо вопросов вы можете связаться с искусственным интеллектом корабля при помощи коммуникатора. Кроме того, в кают-компании все время полета будет находиться ответственный за организацию порядка робот.
– Понял.
– Тогда я желаю вам приятного полета, господин Орсен.
Наблюдатель кивнул и двинулся в сторону устроившегося поблизости неуклюжего челнока. Подошел к спущенной на бетон аппарели, легонько пнул ее, исполняя давний и почти забытый ритуал, а потом не спеша поднялся на борт.
Внутри было на удивление пусто – складывалось впечатление, что уже расположившихся в своих каютах колонистов попросту закрывали там во избежание ненужных инцидентов и обычной суматохи.
– В принципе, логично, – Эрик покрутил головой, стараясь обнаружить свой отсек, но вокруг находились двери с номерами совершенно другого порядка. – Ну, и где…
Челнок представлял собой чрезвычайно простую конструкцию – обычный параллелепипед, пронизанный широкими коридорами, по бокам которых располагались абсолютно одинаковые жилые отсеки. Насколько было известно Орсену, с другой стороны от этого блока располагалась огромная кают-компания, а за ней и грузовой отсек, но прямо здесь…
– Ага, – он обнаружил лифт, зашел в него и спустя несколько секунд оказался уровнем выше. – И?
Минут через десять выяснилось, что его каюта все-таки располагалась на первом ярусе – нужно было всего лишь перейти в соседний коридор.
Эрик добрался до нужного номера, заглянул внутрь и поморщился.
Новое жилище представляло собой совершенно голую комнату около двух метров шириной и четырех – длиной. В стенах виднелись очертания откидной мебели, дальний конец занимал санитарный блок, а каких-либо излишеств вроде настенного дисплея не было и в помине.
– Разберемся…
Неуклюжая платформа с трудом проползла сквозь узкий проем, но затем очень ловко передвинулась к стене, в одно мгновение спустив на пол весь свой груз. После чего удовлетворенно пискнула и вылетела в коридор.
Проход тут же закрылся.
– Внимание! Господин Эрик Орсен, в целях обеспечения безопасности на начальном этапе полета все участники векторной миссии должны находиться внутри своих кают. Разблокировка дверей произойдет после подъема на орбиту и полной стыковки с основным кораблем. До этого времени вам доступен только функционал вашего личного пространства.
Наблюдатель невесело хмыкнул, заставил откинуться кровать и улегся на ней, взявшись изучать разбросанные по всему потолку осветительные панели.
А затем грязно и длинно выругался.
До него дошло, что в погоне за экзоскелетом и вином он совершенно упустил из виду обычные повседневные вещи. Ту же самую одежду, обувь…
– Система? У меня есть проблема.
Ответом ему стало лишь молчание. Незадачливый колонист вспомнил наставления робота, еще раз выругался и принялся искать обещанный коммуникатор.
Устройство, напоминавшее собой средних размеров планшет, обнаружилось за одной из откидывающихся панелей. Эрик включил его, нашел кнопку экстренной связи с бортовым интеллектом и сделал вызов.
– Слушаю вас, господин Орсен, – ожил невидимый динамик.
– Я не взял в полет необходимые для жизни вещи. Одежду, предметы личной гигиены…
– Господин Орсен, челнок оборудован бытовыми репликаторами. После завершения первого этапа полета вы сможете ими воспользоваться. Кроме того, стандартный комплект бытовых принадлежностей и медикаментов находится у вас в каюте. Рекомендую вам ознакомиться с ее содержимым. Приятного полета.
Искать медикаменты Эрик не стал. Вместо этого он расковырял один из привезенных с собой ящиков, достал оттуда бутылку вина и снова завалился на кровать.
– Минимум два месяца полета, сорок литров… мало, черт возьми…
Спустя какое-то время челнок вздрогнул. Затем немного пошевелился. Еще через минуту продолжавший дегустировать вино наблюдатель ощутил незначительные колебания гравитации и усмехнулся, подняв вверх полупустую емкость.
– С отлетом нас!
Его тост никто не поддержал – остальные участники миссии по-прежнему сидели в своих каютах, а бортовой интеллект давно отключился от канала связи.
Модуль продолжал подъем. Внизу остались плотные слои атмосферы, двигатели сменили вектор гравитационной тяги, уводя неуклюжий кораблик в сторону синхронной орбиты…
Спустя полтора часа произошла стыковка, но Эрик к этому моменту уже мирно спал, отдыхая после нервного и наполненного событиями дня. Он проспал долгий и нудный процесс интеграции челнока в корпус экспедиционного корабля, проспал выход на разгонную траекторию, проспал начало разгона и очнулся только следующим утром.
Если считать по субъективному времени Атлантиса, конечно же.
– Доброе утро, господин Орсен. Отныне вам открыт для посещения весь доступный пассажирам внутренний объем модуля. Напоминаю, что пищевые и бытовые репликаторы находятся в кают-компаниях. Напоминаю, что кают-компания второго уровня закрыта в связи с неполной комплектацией экипажа. Приятного дня.
Пробурчав что-то невразумительное, наблюдатель отправился приводить себя и свою одежду в порядок. Кинул вещи в чистку, забрался в душ…
Через полчаса в комнате находился совершенно другой Эрик Орсен – заметно освеженный, прилично одетый и полностью готовый к знакомству с кораблем.
– Сначала надо позавтракать, – задумчиво произнес он, прислушиваясь к доносившемуся из живота легкому бурчанию. – А потом… А черт его знает, что потом…
В коридорах и общем зале было немноголюдно – колонисты, перенервничавшие во время старта, до сих пор отсыпались в своих отсеках. По крайней мере, большинство из них.
Наблюдатель кивнул в ответ на несколько подозрительных взглядов, остановился возле первого попавшегося молекулярного принтера и выбрал себе один из стандартных завтраков. Вынул из громоздкого шкафа практически мгновенно приготовленные блюда, донес посуду до ближайшего стола, а уже после этого начал внимательно осматриваться по сторонам.
Зал, предназначенный для одновременного пребывания в нем пяти сотен человек, выглядел очень просторным. А прямо сейчас это впечатление резко усиливалось за счет небольшого количества посетителей – их на данный момент здесь собралось всего десятка четыре, не больше.
– Как посреди стадиона…
Эрик обвел редких колонистов равнодушным взглядом, потом увидел информационный экран и, заинтересовавшись, направился к нему.
Отображавшаяся на дисплее информация была практически полностью идентична той, которую он изучал в изоляторе. Такое же изображение планеты, краткая справка, основные физические характеристики…
Изменилось лишь одно – внизу картинки появилась скромная надпись, сообщавшая, что их кораблю осталось провести в открытом космосе еще восемьдесят шесть стандартных суток.
– Три месяца, – недовольно пробормотал Орсен. – Чертовски много.
– Что, наблюдатель, привыкли за неделю всю галактику пересекать? – послышался за его спиной веселый и слегка насмешливый голос. – Неприятно спускаться с небес на землю?
Он обернулся и уставился на сухощавого старика, рассматривавшего его с непонятном выражением на морщинистом лице.
– Знаете про мою профессию?
– Вряд ли умение годами лежать в темпоральной капсуле можно назвать профессией, – хмыкнул старик. – И каким же образом представителя элиты космофлота занесло на борт экспедиционного корабля?
– Приключений захотелось, знаете ли, – прохладно ответил Эрик, разворачиваясь в сторону своего столика. – Прошу прощения.
Странная встреча слегка испортила ему настроение, но теплый кофе и яичница с беконом быстро вернули все на свои места. Наблюдатель еще раз сходил к репликатору, взял себе добавку, а затем принялся неспешно ее уничтожать, попутно рассматривая находившихся неподалеку соседей.
Кают-компания постепенно заполнялась людьми и становилось очевидным, что здешнее общество давно поделено на различные ячейки и партии.
Больше всего народа кучковалось в самом центре зала, возле уже знакомых Орсену чернокожих. Судя по всему, именно эта группировка занимала главенствующее положение в местном социуме – все остальные, включая самого Эрика, старались держаться возле стен и вели себя гораздо скромнее.
Он откинулся на спинку стула, держа в руках кружку и продолжая изучать попутчиков. Небольшая группа молодежи…
– Простите, я вам не помешаю? – Из-за спины раздался знакомый голос, и наблюдатель, обернувшись, увидел стоявшего с подносом в руках авалонца.
– Да, конечно, присаживайтесь, лейтенант.
– Спасибо, – мужчина аккуратно разместился за столиком, а потом о чем-то задумался. – Вы говорили, что ваша профессия – наблюдатель?
– Верно.
– Я хотел узнать, как нужно правильно к вам обращаться, – пояснил собеседник. – Вы делаете это по неформальной традиции космофлота Федерации, значит, в ответ я должен поступать так же?
Эрик слегка недоуменно пожал плечами:
– Даже не задумывался об этом. Меня подобные вещи волнуют достаточно мало, так что, если хотите, можете называть меня наблюдателем. Или наблюдателем Орсеном – так получится формальнее. Но здесь это все играет крайне незначительную роль.
– Я понял, – лейтенант кивнул и взял в руку вилку, нацелившись ей на исходящую паром жареную колбаску.
Из ближайшего коридора появилась Фрея. Окинула пространство совершенно пустым взглядом, затем пожала плечами и, забрав из репликатора стакан сока, расположилась неподалеку от них.
Похоже, сегодня ей было откровенно все равно на присутствие рядом самого настоящего наблюдателя.
– Вы ее знаете? – Лейтенант осторожно покосился в сторону девушки и вернул колбаску на тарелку. – Почему она такая грустная?
– Ну, если говорить откровенно, то мало у кого из нас есть поводы для радости, – невесело заметил Эрик. – Думаю, очень скоро эйфория от начавшихся перемен спадет и здесь будет множество недовольных лиц. Что же касается вашего вопроса… скажем так, я знаю, из-за чего она здесь.
– Из-за чего? – В голосе Алекса проскользнула искренняя заинтересованность, но он тут же спохватился и поднял вверх ладони: – Простите, если лезу не в свое дело.
– Думаю, мы в любом случае все друг про друга узнаем, – Эрик вздохнул, незаметно покосившись на все так же не обращавшую на их столик никакого внимания девушку. – Она решила узнать, в чем заключается наша профессия.
– Вы про наблюдателей? Это настолько закрытая информация?
– Да.
– Не расскажете? Помню, вы говорили, что здесь протоколы секретности уже не действуют.
Орсен слегка поморщился, вспомнив слова встреченного возле информационного экрана колониста. Чертов старик слишком уж метко охарактеризовал его занятие…
– Все очень просто, лейтенант. Наблюдатели следят за космосом и тем, что там происходит.
Шульц задумчиво потер подбородок:
– И все?
Эрик молча кивнул и принялся за остатки яичницы. Рассказывать остальные аспекты своей профессии едва знакомому человеку не хотелось.
– Тогда довольно странно…
– Мальчик, ты зря думаешь, что тебя отсюда кто-то вытащит, – возле их столика совершенно незаметно появился тот самый старик, который недавно уже успел подействовать Орсену на нервы.
– Что, простите? – Лейтенант заметно стушевался.
– Тебя ведь завербовали сразу после того, как стало понятно, что ты уже никуда не денешься от Федерации? – Старик пододвинул стул и бесцеремонно расположился возле них. – Пообещали спасти, но потребовали выведать как можно больше секретов?
Эрик с удивлением уставился на авалонца. Тот заметно побледнел, но не произнес ни слова.
– К сожалению для тебя, в Федерации всего несколько человек знают, куда именно мы летим. И вряд ли кто-то из них решит спасти твою шкуру.
– Прошу меня простить, – Алекс резко поднялся, забрал свой поднос и отошел куда-то в сторону.
Эрик заметил, что Фрея, обратившая внимание на громкий разговор, проводила его долгим внимательным взглядом.
– Даже так? Считаете, он действительно шпион? – Эрик, чувствуя разгорающийся интерес, повернулся к новому собеседнику.
– С очень высокой долей вероятности, – кивнул тот. – Простите за представление, но я не хотел, чтобы вы узнали об этом спустя несколько месяцев и почувствовали себя преданным. И не хотел, чтобы вы рассказывали ему все подряд. Профессиональная привычка.
– Спасибо, – наблюдателя немного удивила проскользнувшая в последних словах неподдельная горечь. – Меня зовут Эрик Орсен.
– Полковник Подгайный, – представился старик. – Сергей Петрович.
– Петрович? А, я понял, славянское имя.
– Отчество.
– Ну да, это и имелось в виду. Вы из службы безопасности?
– Уже нет, – покачал головой собеседник. – Знакомы с той девушкой? Она знает что-то полезное для Альянса?
Эрик проследил за его взглядом и увидел разговаривавших друг с другом Фрею и лейтенанта Шульца. Покачал головой.
– Быстро же они… Нет, не знаю. Просто обычная гражданка, сделавшая кое-что не так.
– Распространенная ошибка.
– Значит, Альянс все-таки ведет активную разведывательную кампанию? Почему именно через векторные миссии?
– Это же очевидно, – Сергей Петрович взглянул на него с изрядной долей удивления. – Вы когда-нибудь рассказали бы первому встречному о том, что представляет собой институт наблюдателей? А здесь – расскажете. Рано или поздно.
Орсен немного смутился – ответ на его вопрос действительно был чрезвычайно простым.
– Вы правы, вектор развязывает язык… уверены, что Альянс нас не найдет?
– Вряд ли Кристоф Коль решит изменить Федерации, – равнодушно произнес старик. – А без его помощи обнаружить нас будет невозможно.
– Кристоф, значит… – Эрик подумал о том, что сложившиеся у него представления о директоре, скорее всего, весьма далеки от реальности. – Получается, мы летим очень далеко? Сколько лет?
– Не меньше пятисот.
Наблюдатель кивнул и глубоко задумался.
Принадлежавшие Федерации планеты располагались в пределах ста световых лет от Земли. Колониальная сфера уходила еще на сто пятьдесят лет вглубь галактики. А их корабль отправлялся минимум вдвое дальше. Туда, где был лишь совершенно пустой и неизведанный космос…
– Интересно, кто же нашел для нас эту систему, – пробормотал он.
– Исследователи, разумеется.
– Это был риторический вопрос.
Сергей Петрович хмыкнул, но ничего не ответил, рассматривая окружающих точно так же, как и сам Орсен незадолго до этого.
Чуть помедлив, Эрик все-таки задал возникший у него вопрос:
– А почему вы оказались здесь, господин Подгайный? Задание Федерации?
– Если хотите обращаться официально, зовите меня полковником, – старик скривился, будто укусил кислый фрукт. – Но лучше – просто Сергеем. Мы с вами почти одного возраста. Хотя вы наверняка вдвое старше по документам.
– Тогда можете звать меня Эриком.
– Хорошо. Извините, я вас покину. Успеем еще пообщаться.
Оставшись в одиночестве, наблюдатель некоторое время крутил головой по сторонам, а затем махнул на все рукой и вернулся в свою каюту.
Произошедший разговор заставил его серьезно задуматься.
Если новый знакомый был прав, то рядом с ними действительно находился шпион Альянса. Но являлось ли это хоть сколько-нибудь важным фактом в реалиях векторной миссии?
Эрик вспомнил разговаривавшую с лейтенантом девушку и решил, что скрытыми мотивами авалонца все-таки можно пренебречь. В конце концов, он был ничем не хуже огромной толпы преступников, оказавшихся на корабле.
Гораздо больший интерес представлял сам факт шпионажа.

 

– Что, если господин Алекс Шульц был завербован до того, как решил совершить теракт, а не после?
Тихо произнесенная фраза повисла в воздухе.
Расположившийся на кровати Орсен подложил под голову руки и уставился в потолок.
Интерес Альянса к Федерации был постоянным и достаточно назойливым. Что если их разведка решила пойти дальше обычного, устроив многоходовую комбинацию с участием жаждущего мести лейтенанта?
– А почему бы и нет…
Позволить страдающему от утраты человеку забрать какой-нибудь кораблик, объяснить дальнейшие действия, а затем спокойно пожинать плоды – это отличный план. Являющийся по своей сути однозначно беспроигрышным.
Он устроился поудобнее и начал размышлять о том, что могло произойти, доведи лейтенант задуманный им теракт до логического конца.
Скорее всего, Федерация потеряла бы один из своих миров, оставшись при этом в полном неведении относительно причин случившегося катаклизма. И все подозрения спецслужб были бы направлены на систему Авалона – это ведь именно ее обитатели недавно каким-то образом пострадали от действий своего грозного соседа.
– Но Альянс оказался бы в стороне. Получив при этом четкое понимание того, как можно сражаться с Федерацией. Получив целую стратегию…
Эрик не сомневался, что подобного рода методы были придуманы уже давным-давно. Возможно – еще на заре космической эры. Но отсутствие удачных прецедентов требовало настоящих испытаний, одно из которых, похоже, Алекс и устроил.
Наблюдатель задумался о том, что случится, если направить оборудованный Системой корабль в совершенно безжизненную планету. Откажется искусственный интеллект слушать подобный приказ или же спокойно его выполнит?
– Черт его знает…
Подобный маневр вполне мог быть квалифицирован в качестве средства защиты от метеоритной угрозы. А при таком раскладе бортовой интеллект должен спокойно жертвовать собой, не обращая никакого внимания на глубинные установки, защищающие население обитаемых планет.
Возможно, схожие эксперименты уже проводились и даже оказывались полностью успешными. Но в таком случае их результаты должны были кардинально расходиться с официальной статистикой, утверждавшей, что столкнуть корабль с планетой попросту невозможно…
– Не исключено, что новый опыт пришлось провести именно из-за этого расхождения, – Орсен вздохнул, потряс затекшей рукой и сменил позу, начав рассматривать противоположную стену вместо потолка.
Концепция взаимного уничтожения наблюдателю не нравилась, но он помнил прослушанный в академии курс военной истории. Именно угроза всеобщей гибели лучше всего способствовала поддержанию всеобщего мира.
Руководители Альянса наверняка знали об этом не хуже его. Вот только их задумка блистательно провалилась…
– Или наоборот?
Мысли Эрика отправились по совершенно иному маршруту.
Скорее всего, выбранный лейтенантом корабль отправился к планете, но не попал в нее, остановившись в пределах досягаемости космофлота. Затем Федерация распотрошила бортовой интеллект, докопалась до истины, нашла виновника – и заявилась к авалонцам, требуя выдать неудавшегося террориста.
– Доказательства, наверное, показывали, идиоты… не думая о том, что все вокруг теперь будут знать о существовании внутренних протоколов Системы… кретины…
От избытка чувств он даже встал с кровати и прогулялся по комнате. А потом и вовсе вышел в коридор, быстрым шагом направившись в сторону кают-компании.
Безопасника там не оказалось, зато нашелся лейтенант Шульц. Авалонец с потерянным видом стоял возле информационного экрана, рассматривая изображение звездной системы, в которой находилась их будущая планета.
– Простите, лейтенант, можно задать вам один вопрос?
– Какой? – В голосе повернувшегося к нему Алекса была только прохладная подозрительность. – О том, шпион я или нет?
– Мне это неважно, – Эрик отмахнулся, стараясь сделать это как можно убедительнее. – Здесь слишком много настоящих бандитов, чтобы обращать внимание на человека, который просто выполняет свой долг. Я хотел узнать…
– То есть вы в это уже поверили, – лейтенант печально усмехнулся и снова перевел взгляд на экран. – Хорошо, спрашивайте.
– Когда Федерация требовала вашей выдачи, ее представители демонстрировали какие-то доказательства вашей вины?
– Не знаю, – собеседник безразлично пожал плечами. – Это было без меня. Ко мне просто пришли, сообщили о совершенном преступлении, а затем выдали вашим людям. Наверное, доказательства были. По крайней мере, я льщу себе надеждой, что мое государство все же хоть немного защищает граждан и без доказательств такого бы не случилось.
– Спасибо.
Он развернулся, собираясь отправиться дальше, но был остановлен неожиданным вопросом:
– Скажите, вы видите здесь то же самое, что и я?
– Наверное, – Орсену пришлось остановиться. – А что видите вы?
– Я вижу неприятную планету, на которой есть всего несколько мест, подходящих для жизни человека, – меланхолично произнес авалонец. – Но эти места перекрываются биологической и сейсмической угрозами. Почему нас отправили именно туда?
– Нас туда отправили только потому, что мы сами выбрали это место из пяти предложенных, – вздохнул Эрик. – Я голосовал за другую планету.
– Понятно.
Наблюдатель подождал еще чуть-чуть, но других вопросов так и не последовало.
Пропавшего полковника удалось обнаружить только после прямого вопроса, заданного бортовому интеллекту. Тот выдал номер каюты, и уже через пять минут Орсен стоял на ее пороге.
– Хм, – его появление вызвало у Сергея Петровича определенное удивление. – Заходите. Что случилось?
Эрик прошел внутрь заставленной какими-то сумками комнаты и, не особо стесняясь в выражениях, рассказал о том, до чего сумел додуматься после их прошлого разговора. А также о последующей беседе с лейтенантом.
– Понимаете, это ведь была настоящая провокация. И Федерация сделала именно то, что хотел от нее Альянс – раскрыла одну из своих тайн, – завершил он свой экспрессивный монолог.
– Садитесь, в ногах правды нет, – старик кивнул ему на стул, а сам опустился на кровать. – У вас получилась довольно интересная теория. Но мне бы хотелось узнать, что именно вы планируете делать дальше?
– Я решил посоветоваться с вами, а потом составить рапорт для бортового интеллекта. Когда мы выйдем к нужной системе, корабль свяжется с наблюдателем и передаст ему эти данные.
– Думаете, мы будем под контролем? С другой стороны, почему бы и нет, о чем я вообще…
– Институт отправляет наблюдателей во все обитаемые системы, – кивнул Эрик. – Нас точно не оставят в стороне.
– Согласен, – старик на несколько секунд задумался, а потом неожиданно встал на ноги. – Давайте перейдем в кают-компанию. Там хоть чай получить можно.
Слегка недоумевая, Эрик вышел в коридор вслед за полковником и вместе с ним отправился к общему залу.
– Скажите, наблюдатель, почему вы так беспокоитесь о Федерации? – внезапно поинтересовался его спутник, тормозя возле репликатора. – Вам действительно все еще есть дело до того, что там происходит, или же это просто привычка? Может быть, вы хотите таким образом попытаться вернуть все назад?
– Не задумывался об этом, – Орсен дождался, пока старик заберет свой чай, и заказал кофе. – Это сложный вопрос.
– А почему бы в нем не разобраться? Делать нам все равно особо нечего, времени хватает. Скажите, как вы оказались здесь?
– Это тоже сложный вопрос, – проворчал наблюдатель, забирая напиток. – Где сядем?
– Все равно.
– Давайте тогда прямо здесь, – Эрик опустился на ближайший стул. – Мой директор считает, что я записался в вектор для того, чтобы найти смысл жизни. Но лично мне кажется, что он считает… как бы это сказать…
– Что вы беситесь с жиру? Есть такое выражение, оно означает…
– Я знаю, что оно означает, – Орсен недовольно поджал губы, но затем снова расслабился. – Да, он примерно так и считает. А почему вы обо всем этом спрашиваете?
– Подождите чуть-чуть. То есть вы не испытываете к Федерации ненависти и вы не совершали преступлений. Вам просто надоело там находиться?
– Мне надоело находиться в сложившемся там обществе, – наблюдателю вспомнился долгий разговор с Кристофом и он снова ощутил подступающее раздражение. – Но Федерация мне не нравится тоже. Я хотел оттуда вырваться.
– Знаете, ваш директор все-таки был прав, – неожиданно улыбнулся старик. – Вы действительно решили найти хоть какой-то смысл в жизни. Пусть даже до сих пор не хотите сами себе в этом признаться.
Эрик неопределенно скривился, но промолчал.
– Кстати, это ведь отличная причина для того, чтобы отправиться в векторную миссию, – продолжил свою мысль полковник. – Взгляните на окружающих. Большинство из них – попавшие в руки закона преступники. Остальные же пришли на этот корабль по глупости или в знак протеста. На таком фоне ваш мотив выглядит наиболее адекватным.
– Ну, вообще-то, меня вполне можно определить в любую из этих двух категорий, – заметил Орсен. – Тот же Кристоф наверняка считает, что я совершил идиотский поступок. Но это лишь его мнение. Я оказался здесь как раз из-за несогласия с режимом.
– Правда? И при этом сразу же бросились сочинять рапорт для Федерации? Бросьте, Эрик. Меня вот, скажем, совершенно не тянет отправлять домой какие-нибудь доклады.
Кружка с кофе показала дно, и наблюдатель, взяв паузу, отправился за добавкой, попутно размышляя о словах старика. Затем вернулся, сел за стол и уставился на черную поверхность напитка.
Щелкнул по краю емкости ногтем, добившись появления маленьких концентрических кругов.
– Смысл жизни, значит?
– Я не психолог, – Сергей Петрович залпом допил чай. – Тем не менее со стороны все выглядит именно так. Мне не довелось пообщаться с вами за пределами вектора, но ваше желание участвовать в судьбе Федерации сразу после того, как вы ее покинули, говорит о многом.
– И о чем конкретно?
– О том, что раньше у вас в жизни не было действительно достойного занятия. И о том, что вы хотели найти такое занятие, но не могли это сделать в том обществе, которое вас окружало.
– Надо же.
– Именно так. Вам требовалось разобраться в себе – и вы решили сделать это путем изменения начальных условий. Очень правильный поступок.
Эрик сделал большой глоток кофе, обжегся и выругался.
Неприятные ощущения заставили его немного встряхнуться. В конце концов, он ведь хотел поговорить об Альянсе, а не о своей бездарно прожитой жизни.
– Сергей, давайте вернемся к ситуации с лейтенантом и его терактом. Поможете мне сформулировать отчет для передачи наблюдателю?
– А зачем? – Полковник улыбнулся, глядя на своего собеседника добрыми глазами. – Вы всерьез считаете, что служба безопасности Федерации не подумала о том, о чем вы сами догадались за полчаса неторопливых размышлений?
– Хм… поясните?
– Эрик, я не хочу вас обидеть, но вы сейчас напоминаете мне школьника, который где-то услышал о принципах использования энергии темной материи в генераторах поля Шульца и пытается рассказать об этом инженеру-проектировщику.
– Я уже понял, что вы тоже считаете меня дураком, – отмахнулся наблюдатель. – Но почему тогда Федерация поступила настолько глупо?
– А кто вам сказал, что это было глупо? Возможно, какой-то из наших отделов ждал этой возможности много лет?
– Та-ак…
– Вы когда-нибудь видели, что представляет из себя Система?
– Нет.
– Довольно большой такой кремниевый кубик, где носитель информации одновременно является управляющей программой и самостоятельной процессорной единицей. А внутри всего этого находится механизм самоуничтожения.
– Так.
– Даже я не знаю, где и каким образом делают мозги для кораблей. Но я совершенно точно знаю, что этих технологий у Альянса еще нет.
– Так…
– Возможно, именно сейчас пришло время отвлечь всю научную мощь потенциального противника на решение по-настоящему сложной задачи? Заставить думать только о том, чтобы разработать свой собственный бортовой интеллект, а не покупать готовые решения у нас?
– Так, – пробормотал Эрик в четвертый раз. – Новые технологии, огромные траты, сворачивание других программ, разработка новых протоколов, переоборудование уже имеющихся кораблей… однако.
– Верно, – старик довольно прищурился, став чем-то похожим на кантра, безнаказанно сожравшего соседскую кошку. – Я уверен, что Альянс беспокоился по поводу Системы и ее аналогов с того самого момента, когда распалось Земное Содружество. Но создавать с нуля собственный интеллект чрезвычайно сложно и дорого, а какого-нибудь повода для форсирования разработок до сих пор не существовало. Теперь он появился. К сожалению, мне неизвестно, почему мы решили слить эту информацию прямо сейчас.
– Возможно, об этом знаю я, – медленно произнес Орсен. – Скажите, вы с какой планеты?
– Всю жизнь прожил в Атлантисе. Хотя, конечно, пришлось помотаться и по окрестностям.
– Периметр системы уже начинают закрывать?
– Не понимаю, о чем вы сейчас говорите. Учтите, я уже довольно давно нахожусь не у дел.
– Ясно, – наблюдатель почувствовал искреннее удовлетворение от того, что хоть где-то оказался более информированным, чем собеседник. – Федерация реализовывает на Барнарде очередной циклопический проект. Создает пространство, закрытое для перемещения в гипере.
Полковник медленно кивнул и рассеянно уставился на столешницу.
– Значит, Барнард, – протянул он. – А потом и весь Внутренний сектор… да, отвлечь Альянс на ближайшие десять-двадцать лет прямо сейчас – это отличная идея. Они догонят нас в одном направлении, но неизмеримо отстанут в другом…
Эрик с некоторым превосходством усмехнулся:
– Вы, Сергей, тоже не очень-то абстрагируетесь от Федерации. Переживаете. Но при этом чуть ли не прямым текстом намекаете, что покинули ее в знак протеста. Может быть, все обстоит не совсем так?
Полковник посерьезнел, и затем выдавил из себя неприятную кривую улыбку:
– Так, наблюдатель, так. К сожалению, именно так. Но мое несогласие с действиями отдельных структур не распространяется на все государство. Я, в отличие от вас, Федерацию люблю.
– Расскажете, что случилось?
– Когда-нибудь потом, – старик поднялся из-за стола. – Поговорим вечером, если хотите.
Орсен кивнул и проводил удалявшегося собеседника задумчивым взглядом.
В голове крутился заданный еще Кристофом вопрос.
– И ради чего же я все-таки здесь нахожусь?
Назад: Глава 3
Дальше: Глава 5
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий