Ветры Куликова поля

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Книга А. В. Митяева, с которой познакомился читатель, не может не вызвать интереса и содержанием, и формой изложения. Автор показывает широкую панораму героического прошлого восточных славян, русского и других народов нашего Отечества — примерно с середины первого тысячелетия нашей эры до конца XVIII века, то есть за четырнадцать столетий. Его произведение патриотично в самом высоком смысле слова.
Хотелось бы отметить интересный, хорошо подобранный иллюстративный ряд книги, дающий образное представление о высоком уровне материальной культуры и военного искусства России.
Русская военная история полнится фактами, действиями и именами, которыми мы, советские люди, вправе гордиться. Наш долг помнить о ратной доблести предков в их многовековой борьбе за независимость Отечества, за его могущество. По словам А. С. Пушкина, «гордиться славой своих предков не только можно, но и должно».
В художественной литературе немало сделано и делается для показа героической борьбы русского народа против чужеземных захватчиков за свое национальное существование. Но важно создавать произведения не только об отдельных эпизодах этой борьбы, но и о всех этапах ее, показывать борьбу в целом, как бы сверху, «с птичьего полета», вскрывать динамику развития событий, их роль в общем историческом процессе.
Книга А. В. Митяева охватывает многие важнейшие события истории, а названа «Ветры Куликова поля». Пусть это не удивляет читателей. Куликовская битва — событие всемирно-исторического значения — является нашим национальным символом, вобравшим в себя очень и очень многое. Ею завершился важнейший этап национально-освободительной борьбы, начатый со времени страшного Батыева на шествия во второй половине 1230-х — начале 1240-х годов. Это нашествие было одним из звеньев в длинной цепи набегов и разорений, которым славянские, потом русские земли подвергались с незапамятных времен. Еще в первом тысячелетии до нашей эры на прикаспийские, приазовские, причерноморские степи волна за волной накатываются с востока орды кочевников. Так продолжалось до первой четверти второго тысячелетия нашей эры. Кочевники-завоеватели разоряли не только приморские земли. Они доходили до лесостепей среднего Поднепровья и Подонья, добирались подчас и до местностей, расположенных дальше на север, до лесных районов. Борьба с восточной опасностью, отражение нападений, которые предпринимали византийские императоры на юге, варяги на севере, польские, литовские, венгерские правители, немецкие крестоносцы на западе, — характерная и постоянная особенность жизни славян, русичей на протяжении столетий. Ветры сражений непрерывно проносились, превращаясь временами в бури, то на восточных и западных, то на южных и северных рубежах.
В конце первой трети XIII века на смену половцам пришли — с того же востока — монголо-татары. Они установили на русских землях иго, которое продолжалось без малого два с половиной столетия. Национальное освобождение пришло на Русь в 1480 году — сто лет спустя после Куликовской битвы, в сражениях на реке Угре и ее окрестностях.
Борьба России с ханствами Казанским, Астраханским, Сибирским, Крымским, Большой и Ногайской ордами и др. была по существу тоже продолжением борьбы с Золотой Ордой, начатой на Куликовом поле. Эти ханства были преемники Золотой Орды; она распалась в 20— 60-е годы XV века на самостоятельные государства, с которыми Россия вела борьбу еще в течение нескольких столетий, вплоть до конца XVIII века.
Одним из результатов «Батыева погрома» и установления монголо-татарского ига было отторжение от Руси ряда древнерусских земель и включение их в состав соседних государств — Великого княжества Литовского, Польши, Венгрии, Ливонского ордена, затем Швеции. Это территории современной Украины, Белоруссии, северо-западные земли в районе Чудского озера, южного и восточного побережья Финского залива. Борясь против Золотой Орды, Русь, затем Россия одновременно потратила немало сил, чтобы вернуть эти утерянные земли. Их воссоединение происходило тоже в течение ряда столетий — с конца XV до конца XVIII века. Решающим фактором и здесь была победа над извечным врагом и поработителем Золотой Ордой.
В постоянном преодолении внешней опасности, отстаивая свое право на существование, ведя суровую и непрерывную борьбу, восточные славяне уже в V–VIII веках в полный голос заявили о себе как о могучей и грозной силе, с которой должны считаться воинственные и подчас весьма коварные соседи. Авторитет восточных славян возрос в эпоху Киевской Руси, или, иначе, Древнерусского государства со столицей в Киеве, возникшего в IX столетии.
Историки подсчитали, что во второй половине XI — начале XIII века, примерно за полтора столетия, великие князья киевские, все русские люди отразили почти пять десятков набегов и походов половцев. Как минимум один раз в три года пылали русские города и селения по южным и юго-восточным рубежам, а их жители брались за оружие, чтобы защитить свой очаг. Многие погибали, попадали в плен. Людские и материальные потери еще больше возросли в тяжкую годину Батыева разорения и монголо-татарского ига. Ко всему этому добавились нападения на северо-западе и западе. Редкий год проходил в те столетия мирно и спокойно. В борьбе с половцами и монголо-татарами закалилось мужество русских ратников, возросло воинское искусство. Народ выдвинул выдающихся полководцев, руководивших борьбой за национальную независимость. Святослав и Владимир Мономах, Даниил Галицкий и Мстислав Удалой, Александр Невский и Дмитрий Донской сумели, опираясь на народ, возглавить освободительную борьбу, внести большой вклад в строительство Руси, в укрепление ее государственности, в возрождение хозяйства и культуры.
Борьба Руси, русского народа против своих внешних врагов была как щит для всей европейской цивилизации. Русские необозримые равнины, по словам Пушкина, поглотили силы захватчиков — монголов и их многочисленных предшественников. На этих равнинах, в жестоких сечах, в постоянном противоборства феодалов над народными низами. Это противоречие, очень сложное, диалектическое по сути своей, отнюдь не означает, что простые поди, так сказать, только укрепляли те цепи, которыми они были опутаны по воле своих господ. Или, с другой стороны, что они, пытаясь разорвать эти цепи (как это делали, например, булавинцы в годы Северной войны или пугачевцы во время первой русско-турецкой войны), ослабляли государство, подрывали его усилия в борьбе с внешними противниками. Рассуждать так (а именно это и делали нередко русские дворянские и буржуазные историки XVIII — начала XX века) было бы большой ошибкой. Все эти события и процессы — национально-освободительная борьба, отпор внешним нашествиям, внутреннее развитие государства, хозяйственное, политическое и культурное, связаны между собой теснейшим образом, переплетаются друг с другом. В нашей истории нередко невозможно оторвать друг от друга национально-освободительную и антифеодальную борьбу. Выступая против чужеземных поработителей, русские люди одновременно боролись со своими князьями и боярами, их прислужниками, которые вступали в союз с чужеземцами или отказывались от борьбы с ними. Так не раз бивало во времена борьбы с печенегами и половцами, ордынскими ханами и их карательными войсками. Угнетенные, выступая за свободу и независимость своей земли, добивались мира и покоя, возможности трудиться так, чтобы не отдавать часть результатов своего труда чужеземным господам — феодалам. Русские же бояре и князья, вступая в борьбу с чужеземцами, стремились избавиться от необходимости делиться с ними доходами от труда своих крестьян и горожан. И те и другие — эксплуатируемые, и эксплуататоры — преследовали свои классовые цели, защищали свои интересы, которые не могли не сталкиваться в том антагонистическом обществе. И, естественно, в этой классовой борьбе наши симпатии, сочувствие на стороне угнетенных, а не на стороне князей и царей, императоров и императриц.
Но при этом и такова логика, диалектика исторического развития все они, феодально-зависимые люди и господа, солдаты, матросы и полководцы, флотоводцы, обороняя свою страну, одерживая победы над врагами России, делали прогрессивное, общенародное дело. Сроилось государство, граждане которого ставили и решали новые задачи, выводили государство на новые важные рубежи в делах между народных; во внутренних делах простые люди не прекращали борьбу за социальное и национальное освобождение и довели ее до победного конца — в октябре 1917 года сбросили угнетателей, чтобы с троить новое, социалистическое общество.
Таковы мысли и соображении, конечно краткие, конспективные, которые вызывает интересная и поучительная книга A. В. Митяева. Разумеется, после рассказа о подвигах солдат и матросов Суворова и Ушакова мы, читатели, ждем продолжения — рассказов о героях 1812 года и фельдмаршале М. И. Кутузове, о Крымской воине 185-1856 годов, о русско-турецкой войне 1877–1878 годов и русско-японской войне 1904–1905 годов, о первой мировой войне 1914–1918 годов. Героика гражданской войны и Великой Отечественной войны, подвиги советских воинов заслуживают, конечно, особого повествовании.
В. И. Буганов, доктор исторических наук

notes

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий