Осторожно! Играет «Аквариум»!

Дюша Романов: «Я просто ушел на каникулы»

– Я играл в «Аквариуме» с 1973 года по 1992-й. Или по 1991-й… Сейчас уже точно не помню, потому что тогда уже фрагментарно участвовал в концертах, а потом в какой-то момент пошел на каникулы… Не то чтобы я перестал играть, а просто ушел на каникулы. Для себя я это определяю так.
– БГ сказал, что ты точно будешь одним из участников юбилейных аквариумных концертов.
– Я с удовольствием вверг себя в пучину этой идеи и постараюсь помочь, чтобы сей росток превратился в нормальный, хороший баобаб.
– Расскажи о самых ярких и наиболее значительных для тебя аквариумных впечатлениях…
– Самое яркое для меня – это концептуальные семидесятые. Малоизвестный период аквариумной деятельности, но самый яркий. Где-то до восьмидесятого…
– БГ говорит то же самое…
– Я тогда реально жил. Точнее, я рос, а еще точнее – я учился всему. Сознавал, учился, впитывал в себя все, что было вокруг, изобретал новое, свежее, слушал, смотрел, разговаривал… была тогда такая вот эра не ревущих восьмидесятых, не угрюмых девяностых, а многообещающих семидесятых.
– А помнишь, как ты пел на одном московском концерте «Подмосковные вечера»?
– Да, да!
– Недавно вышел компакт-диск с записью этого концерта, и слышно, как ты поешь, а потом начинаешь кричать: «Я не помню дальше слов…»
– Да, это концептуальное решение.
– А потом начинает верещать Валентина Пономарева…
– Она очень удачно подпевала. Потрясающий был концерт, потрясающее душевное состояние.
– Твой любимый аквариумный альбом? Или два альбома? Или три?
– Мне очень трудно оценить то, что было тогда сделано… потому что это – не моя работа, это ваша, Анатолий Августович, искусствоведческая стезя… Мне запомнилось на всю жизнь и воспринимается сейчас как что-то прекрасное, как первая любовь, то чудесное состояние душевное, в котором мы писали «Треугольник», с путешествиями от «Сайгона» до тропилловской студии, где все это и придумывалось, изобреталось, писалось… Фактически концепция альбома создавалась между последней маленькой двойной в «Сайгоне» и первой взятой нотой в студии. Это было очень хорошо. Прекрасное, теплое ощущение, петербургское, нормальное возвышенное состояние. Что еще? По-своему мне нравятся все альбомы, поскольку они не на пустом месте создавались, да и перечень песен каждый раз был неслучайным, они каждый раз подбирались. Но самый любимый – это «Треугольник».

 

Струнная группа. «Золотой состав» «Аквариума».
Андрей Решетин (справа) и Иван Воропаев. 1988 г.

 

– А когда у тебя появилась идея создать группу «Трилистник»?
– Вообще-то мой рок-н-ролльный стаж исчисляется с 1969 года, когда я вместе с Сашей Ляпиным играл в одной группе. А потом стал создавать свою группу и создал ее под названием «Странно растущие деревья». Она просуществовала до того времени, пока я однажды не вышел на концерт вместе с «Аквариумом», после чего моя группа сразу перестала существовать. Ну а «Трилистник» возник тогда, когда Боря был занят своим американским проектом. «Трилистник» возник на некоем гребне нашего изучения шотландско-ирландского эпоса. Мы очень много слушали ирландские и шотландские группы, а я попытался пойти дальше, взяв наших двух скрипачей – Андрюшу Решетина и Ваню Воропаева. И мы стали потихонечку оттягиваться вместе с Файнштейном и Майклом Кордюковым, который потом резко уехал в Нью-Йорк и семь лет оттуда носа не показывал. Вот так мы тогда с «Трилистником» попробовали – и пошло, покатило. Катило до какого-то времени… А потом «Аквариум» опять стал активно концертировать, на это время «Трилистник» затих… потом был момент, когда я официально как бы ушел на каникулы из «Аквариума», но музыканты были общие, порой доходило до парадоксов… Я, например, читал в каком-то городе надпись на афише: «Аквариум» под управлением Андрея Романова». А в июне, надеюсь, будут любопытные для публики и для нас самих концерты…
Май 1997
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий