Планета Грааль

Глава 2. Турнир

В "Фантоме" было немноголюдно — народ готовился к Играм, штудировал карты, анализировал данные противников. "Игл Клоу" на сегодня отыгрались, и отыгрались неплохо, поэтому имели право расслабиться. Что они и делали, оккупировав высокие сиденья возле стойки.
Берсеркер и Ронин потягивали пиво. Перед Кей стоял бокал апельсинового сока. Стрелок, облокотившись о стойку, рассказывал Аиде подробности сегодняшней Игры. Аида слушала, протирая бокалы. На ней сегодня был короткий топ, открывавший живот с татуировкой в виде изогнувшейся змеи. Другим достоинством ее одежды являлся вырез на груди, позволявший любопытному мужскому взгляду проникнуть значительно глубже обычного. Стрелок, естественно, не забывал туда посматривать, но судя по реакции (вернее, отсутствию оной) со стороны Аиды, ему ничего не обломится и на этот раз. Зато на себе Арисс не раз ловил заинтересованный взгляд барменши. С чего бы это ее вдруг потянуло на таких, как он? Не иначе, легла вчера спать на полный желудок.
В любом случае, как говорится, поезд ушел.
Арисс расслабленно следил за рассказом Стрелка, иногда поправляя и уточняя. Сегодняшняя Игра далась нелегко всем им. Особенно Кей… Это была вторая Игра команды Арисса. Первую — с некрисами — они отыграли шутя, надрав белоглазых всухую и на синем, и на красном поле. Некрисы вообще что-то скисали в этом сезоне. Похоже, их вышибут из Высшей Лиги. А на их место, скорее всего, поднимется их же женская команда, перевшая со страшной силой вверх в Первой Лиге.
А с "Роу Стил" было как-то тяжеловато на этот раз. То ли потому, что арена была тесная — "Ноябрь", бывшая военно-морская база, которую Арисс не любил. То ли потому, что им все-таки не хватало Гладиатора… Но Кей тоже держалась молодцом, хотя Ариссу приходилось то и дело посылать ей на помощь Берсеркера. В конце концов Берсеркер просто стал оставлять свой маячок в укромном месте возле флага, чтобы в случае необходимости вовремя подоспеть.
Они выиграли со счетом пять-два на синем поле и пять-три на красном…
Берсеркер, наклонившись, что-то сказал Кей, она чуть придвинулась к нему. Арисс замечал, что она старается держаться поближе к Кору, словно ища защиты у старого вояки. От кого? От него, Арисса?.. Он взял в свою руку ее маленькую теплую ладошку. Девушка повернулась к нему, взглядом извиняясь за невнимание. Арисс погладил ее ладонь. Почему-то Кей беспокоила его.
Казалось бы, для беспокойства нет причины. Кей полностью принадлежит ему. Она стала его любовницей на следующий же день. Она начала это сама — просто подошла и заглянула в глаза так, что Арисс все понял. И отказываться, естественно, не стал. Но почему она это сделала? Пожалела, что ли? Поняла, что мужику, пусть даже и с исковерканными генами, маяться возле красивой женщины — хуже, чем фрагорезкой по яйцам? У него было ощущение, что и в жизни Кей такая же, как на арене. Она никогда не показывала слабости. Она не выдавала боли и тогда, когда он лишал ее девственности на ковре в гостиной, хотя, к его чести, он сделал это аккуратно. Она упорно шла к своей цели — или что-то ее вело…
Арисс чаще и чаще задавался вопросом — а кто он для нее? Несмотря на то, что временами он был готов рычать от досады, наблюдая ее работу на арене, она оставалась для него Хранительницей Чаши из волшебного сна. Единственной. Незаменимой. А он? Мог ли на его месте оказаться Аркон из "Роу Стил"? Или Горн из "Темной Фаланги"? А почему, собственно, его так волнует этот вопрос? В конце концов, она живет с ним, не отказывает в любви и не требует за это денег. И не мешает, в отличие от шумных и визгливых девиц из Лиандри Пентхаус. Уходит в свою комнату и читает или рисует на холодисплее, не нарушая привычной ему тишины. И чего еще он от нее хочет?..
— Я сейчас, — проговорила Кей, удаляясь по неотложным делам. Арисс посмотрел ей вслед. Она потрясающе смотрится в униформе "Игл Клоу". И синий цвет ей идет гораздо больше, чем любимый ею черный.
— Арисс! — позвала Аида. Голос у нее был грудной, бархатистый. Таким голосом подзывают мужчину, которого мучительно и страстно хотят. Ах, почему это не случилось три недели назад?.. — Вчера заходил Дэд Биггс. Он говорит, что в Нейровижн отмечают повышенный зрительский интерес к вашей команде, благодаря вашему новому игроку, — Аида небрежно кивнула в сторону, куда ушла Кей. — По мнению Дэдди, если дела так пойдут и дальше, вам вполне светит стать фаворитами сезона. А девчонка явно намерена сделать на вас карьеру.
— Не обижай нашу Кей, — вступился Берсеркер. — Она молодец. Попробовала бы ты сама постоять вместо нее у флага, когда "красные" прут со всех сторон.
— Я говорю о том, что вижу сама, — сказала Аида, — а я вижу, что ваша новенькая непроста. Я бы на вашем месте держала с ней ухо востро. Особенно я посоветовала бы это тебе, Арисс.
— А я посоветовал бы тебе не лезть не в свои дела, — раздраженно ответил полуСкаарж. — Мои отношения с Кей — мое личное дело, и вмешиваться в них я не позволю ни тебе, ни Дэду, ни самому Джерлу Лиандри. Ясно?
— Ясно, — вздохнула Аида. — Ребята, вы что-нибудь будете? Арисс, еще тоник?
— Нет, спасибо. Кей, ты будешь что-нибудь? — спросил Арисс, когда девушка вернулась. Она отрицательно покачала головой.
— Ну тогда пойдем погуляем, — предложил он.
— Пойдем, — охотно согласилась Кей. Арисс обнял ее за талию, уводя. На прощание девушка махнула рукой Берсеркеру, Ронину и Стрелку: — Пока! До завтра!
— Счастливо! — отозвались Скааржи. Аида ничего не сказала, но Арисс почувствовал ее неприязненный взгляд, нацеленный в спину его спутницы.
Оставив "Бликсем" на стоянке двадцатого этажа (движение в центре было ограничено), Арисс и Кей поднялись на террасу и сели в открытую гондолу. Мягко стартовав, гондола понесла их в самое сердце Даунтауна. Кей держалась за перила и смотрела по сторонам. Ветер шевелил ее коротко остриженные волосы.
Она специально переоделась для этой прогулки. Теперь на ней были черно-серебристая майка, соблазнительно открывающая левое плечо, и короткая черная юбка. Левое запястье девушки охватывал массивный браслет, больше похожий на фрагмент брони — писк моды этого сезона. Подкрашенная прядка волос в ее челке переливалась металлическими оттенками, на щеке поблескивала наклеенная звездочка. В этом наряде Кей выглядела обычной городской девчонкой — на первый взгляд. Она все равно оставалась не такой, как все, как ни старалась скрыть свою непохожесть. Зачем она это делала, Арисс не знал.
И он не понимал, чего он от нее добивается.
Он задерживался с ней на арене после тренировок, заставляя ее лишний раз погонять фантомов, полазить по тайникам, поэкспериментировать с оружием и транслокатором. Он учил ее тонкостям работы с шок-райфлом — как добиваться большей ударной силы, комбинируя обычный и альтернативный огонь. Он не обязан был этого делать. Ведь она в его команде — затычка для пустого места. Ее взяли, чтобы получить допуск к Играм. Она отыграет этот сезон и уедет, и заниматься с ней нет никакого смысла.
Тем не менее он зачем-то тренировал ее.
Может, он боялся, что ее убьют? Да, наверное. И не только потому, что замены будет не найти. Однажды Арисс увидел, как Кей сбросило взрывом и она упала в "зеленку", быстро истаяв, словно кусочек льда на горячей ладони. Ему это не понравилось. Она не должна умирать так. Он не хочет, чтобы ее тело, пусть и временное, растворяло "зеленкой", дырявило осколками флэк-ядра, разносило на кровавые ошметки ворохом гранат. Он хочет уберечь ее от этих временных смертей — чтобы уберечь от смерти настоящей, вероятность которой у нее, как и у всех бойцов, есть.
А она молча шла к своей цели, словно ведомая незримой силой. Она преодолевала трудности турнирного пути, и Арисс знал, что с таким упорством она сможет попасть в Лигу Чемпионов, или пойти еще выше, стать бойцом Элиты, принимающим вызовы только от себе подобных. А он для нее — лишь временный попутчик. Ну что ж, он привык, что все в его жизни является временным, приходящим и уходящим, как ночные дивы из Лиандри Пентхаус. Кей тоже уйдет из его жизни. И останется только видение о Золотой Чаше, которое будет с ним до последнего вздоха, до предсмертного хрипа, до того выстрела, что навсегда оборвет его жизнь.
Вот только решится ли он когда-нибудь сказать об этом Кей, Арисс не знал… Он легонько тряхнул за плечо девушку, витавшую в каких-то своих мыслях:
— Эй! Ты где? На другом краю Галактики?
— Нет, чуть поближе. — Кей обернулась к нему: — Я засмотрелась на город… Никогда не была здесь раньше.
— Что, серьезно? — удивился Арисс. — Ни разу не была в Даунтауне?
Она улыбнулась уголком губ, сразу же став похожей на Хранительницу Кей из его сна:
— Некому было сводить.
— Ну тогда любуйся, — разрешил Арисс. — Такого у вас на Терре не увидишь.
Кей тихонько отозвалась:
— Это точно…
Мимо проплывали исполинские сооружения, порожденные самыми немыслимыми причудами архитектурной фантазии. Развалины старинного храма на плоской вершине куба из металла и стекла; ажурные башни, стальными гиперболами вонзающиеся в небо; многоярусные сады и открытые галлереи. Светящиеся рекламы, движущиеся изображения на огромных экранах, голографические миражи. Прогулочные террасы, отели, бары, казино, рестораны, магазины.
Пролетев под стеклянной аркой торгового центра, уходящего на многие ярусы вниз, гондола снова вырвалась наружу. Впереди показалось здание головного офиса Лиандри, увенчанное шпилем, над ним парила голографическая эмблема самой могущественной корпорации в Альянсе. С этим зданием по великолепию могла соперничать лишь башня Нейровижн, возвышавшаяся напротив. Гондола плавно опустилась на площадку, соединенную мостами со зданиями Лиандри и Нейровижн.
Посреди площади возвышался монумент — великолепно выполненная голограмма воина с флагом. Воин стоял на каких-то руинах, голова его была склонена, словно он приветствовал зрителей. Он был могуч телосложением, темноволос и смугл; его торс и ноги до колен прикрывали фрагменты брони, на предплечье был намотан грязный бинт. В длинных волосах, развевающихся на ветру, была заплетена косичка. Правой рукой воин придерживал древко изодранного в клочья красного флага, в левой сжимал энфорсер.
Говорили, что это сам Зан Кригор до того, как превратился в киборгообразное существо, закованное в глухую броню. Ариссу было все равно, Зан это или нет. Он приходил сюда, чтобы мысленно поговорить с воином на голограмме. Он чувствовал необъяснимую связь с Флагоносцем, будто бы тот был старшим товарищем в его команде.
Кей тоже обратила внимание на Флагоносца:
— Он чем-то похож на тебя, Арисс.
— Уж никак не лицом, — усмехнулся полуСкаарж. Кей задумчиво уточнила:
— Вы похожи внутренне… Наверное, он тоже был капитаном команды. Как ты.
— Ну тогда извини, что неправильно понял. О, кого я вижу! — Арисс махнул рукой. Пара, стоявшая в обнимку перед монументом, помахала в ответ и зашагала навстречу. Горн и Ивана. Значит, они тоже решили сходить к Флагоносцу… У них завтра тяжелое сражение.
Горн и Ивана подошли. Кей старалась сохранять спокойствие, но Арисс заметил, как у нее расширились глаза. С непривычки Горн действительно производил жутковатое впечатление. Вместо глаз — фрагменты полиметалла с красновато поблескивающими линзами. На правой щеке из-под кожи проступала металлическая поверхность. Еще две блямбы поблескивали на лбу — какие-то сенсоры.
Ивана ничем подобным не отличалась — просто высокая красивая женщина с большими серыми глазами и пышными рыже-золотистыми волосами. Одета она была в короткую курточку и облегающие брюки леопардовой расцветки. Подойдя, она приветливо улыбнулась Кей.
— Жаль, что нам не удалось сыграть в этом сезоне, — проговорил Горн, глядя на Арисса и Кей своими линзами. Арисс с усмешкой отозвался:
— Зато у вас будет удовольствие мочить Фароха в Пещерах.
— Удовольствие на грани мазохизма, — отозвался Горн. — Эта арена у "Черепов" хорошо отыграна. Там один Баэтал с биорайфлом способен держать всю оборону.
— Так вы и выносите первым делом Баэтала с его чавкометом, — посоветовал Арисс. — Потом хватайте флаг и дуйте на свою базу. — Он пояснил для Кей: — Твой несостоявшийся ухажер — большой спец по биорайфлу. Его любимый прием — минировать "зеленкой" все подходы к флагу. А в Пещерах и без того к флагу не очень-то подберешься.
— Да, эта арена не для слабонервных, — согласился Горн. — Красная База — площадка метр на метр над лавовым озером, и ведет туда узкий мостик. Синяя База — такая же площадка над пропастью. Каждый раз кто-нибудь да сорвется… Наши долго ругались, когда зрители проголосовали за Пещеры.
— Говорят, там раньше было святилище, — вступила в разговор Ивана. — И будто бы жрецы, уходя, наложили на это место проклятие. Потом туда послали археологическую экспедицию, и она погибла вся, до последнего человека.
— А мы ничего, играем, — усмехнулся Арисс. — Кстати, завтра будьте внимательны с "Черепами". По-моему, они читят.
— Думаешь, Фарох снова купил кого-то из операторов? — спросил Горн. Арисс ответил:
— Похоже на то… Я подозреваю, им кладут шок-райфл с интеллектуальным блоком вместо обычного ружья. Уж очень лихо они делали "сферу" в прыжке на прошлой Игре.
— Если они и читят, то осторожно, — выразил свое мнение Горн. — Скандал с ридимером запомнился им надолго.
— Да, вся Лига валялась на полу в "Фантоме" от хохота. Кей, ты слышала эту историю? — Девушка покачала головой, и Арисс начал рассказывать: — В общем, так. Играли "Черепа" против "Венома" на Противостоящих Мирах. Фарох заранее с кем-то договорился, что к ним на второй ярус будут подкладывать дополнительное оружие. Но у операторов произошла какая-то накладка, и в Красную Башню вместо снайперки положили ридимер. А Игра была без ридимера.
Ну, Фарох заметил, что вышла ошибка, и кричит своим — ридимер на втором ярусе не трогать. А твой друг Баэтал как раз сиганул туда через телепорт. И естественно, эту штуку взял, после чего недолго думая шарахнул по Синей Базе, отправив две трети "Венома" в аватар. Тетки, выйдя из аватара, подняли галдеж — мол, это не по правилам. Игру остановили, читерство раскрыли и Фароха вышибли в Первую Лигу. Это был единственный раз, когда нам удалось взять Кубок.
— После долгой драки с нами, — напомнил Горн, и они начали подробно обсуждать Игры четырехлетней давности.
— Ну что, не напугалась? — поинтересовался Арисс, когда Горн с Иваной ушли. — По сравнению с Горном даже я — красавец.
— Кто его так… искалечил? — спросила Кей. Арисс ответил:
— Мои генетические родственнички… Десять лет назад Скааржи предъявили претензию, что Альянс разрабатывает технологию, направленную против них. Попытались апеллировать к Федерации, но Федерация ничего сделать не смогла — принцип невмешательства, понимаешь ли. Тогда Скааржи вывели военные корабли к Хроносу — исследовательскому центру Лиандри — и начали штурм. Дрались они жестоко, и все это могло бы закончиться плохо для Хроноса, если бы что-то не заставило Скааржей развернуться и уйти. Потом это событие громко назвали Семидневной осадой.
Горн был одним из организаторов обороны. Во время боя его тяжело ранило, снесло полголовы. Думали — все, он не жилец. Но он выжил, даже не потерял памяти. Не всем так везет.
— Это точно… — вздохнула Кей. — А что за женщина с ним?
— О, тут целая романтическая история, — проговорил Арисс. — Прелестная юная особа примерно твоего возраста или чуть помладше, бредившая Турниром, влюбилась в героя Семидневной осады. И начала тренироваться в "мясных" чемпионатах, не забывая регулярно посещать "Фантом" в надежде встретить предмет своей любви.
Долгожданная встреча состоялась в том самом зале, где ты приложила Баэтала, только при более мирных обстоятельствах. Ясноглазая девочка подбежала к герою Турнира, взяла его за руки и начала что-то бессвязно лепетать. Не знаю, что именно она ему сказала, но сердце старого вояки дрогнуло. Он взялся ее тренировать. Первым результатом совместных тренировок стал ребенок, родившийся у них четыре года назад. Потом они официально оформили свои отношения и с тех пор вместе играют в "Темной Фаланге". Кстати, ее турнирное имя — Ивана.
Кей оживилась:
— Она не русская… не с Терры?
— Нет, здешняя, — ответил Арисс.
— Очень приятная женщина, — проговорила Кей.
— И очень опасный противник, — добавил полуСкаарж. — Второй по силе игрок в "Фаланге" после самого Горна.
Побродив по городу, Арисс и Кей сели за столик в каком-то кафе. Сначала Арисс травил всякие турнирные байки, развлекая свою спутницу, потом речь снова зашла о "Ноябре". Увлекшись, полуСкаарж начал рисовать на салфетке схемы игры на той и другой базе, объясняя, как лучше организовать штурм и вынести флаг. На них посматривали: на Кей — с интересом, на него — с неприязнью и завистью. Наверное, думали — подцепил красивую телку и впаривает ей, урод, про тактические тонкости CTF-игры вместо того, чтобы сразу тащить в постель.
В какой-то момент Арисс почувствовал, что внимание к ним стало более направленным и пристальным. Их снимали. Да, вон тот человек, сидевший через два столика и делавший вид, что читает газету, скорее всего, имеет вшитый в мозги нейрорекордер. Значит, Дэд прав, и из "Игл Клоу" будут делать звезду сезона. Будут подробно обсасывать в масс-медиа отношения капитана команды и новенькой. Лезть грязными руками в его личную жизнь. Мало им регулярного пси-сканирования… Арисс ощутил внезапный приступ злости. Он потянул Кей за руку:
— Пойдем отсюда. Надоело смотреть, как всякая шваль раздевает тебя взглядом.
Вечером Арисс долго не отпускал Кей, словно никак не мог насытиться ее ласками. Девиц из Пентхауса он после занятий любовью всегда отправлял в другую комнату. Кей он от себя не гнал, но девушка уходила сама — по вечерам она рисовала свои трехмерные картины и не хотела ему мешать. Она ушла и на этот раз. Оставшись в одиночестве, Арисс не мог заснуть. Он еще раз прокрутил в голове эпизоды игры на "Ноябре", затем — варианты завтрашней тренировки, но мысли снова и снова возвращались к барьеру, разделявшему его и Кей. Почему его так беспокоит эта невидимая преграда?
Он понял, и эта мысль прожгла его насквозь. Он хочет быть не просто ступенькой на ее пути. Он хочет стать для нее таким же незаменимым, как и она для него. Но едва ли это возможно. Она заработает свои деньги и уедет. А он останется здесь, навсегда прикованный к Лиандри и Турниру… Ему вдруг мучительно захотелось ее увидеть. Безо всякого желания. Просто увидеть. Взять за руки, заглянуть в ее серые с зеленым глаза… Он встал, оделся и тихонько вышел.
Кей не спала. Она сидела за экраном, полностью погруженная в создаваемую ею реальность. Арисс подошел, положил руки на ее плечи. Сняв очки, девушка обернулась:
— Ты не спишь?
Он легонько сжал ее плечи. Она спросила:
— Мне пойти с тобой?
Арисс заметил, что Кей между делом погасила экран. Словно не хотела впускать его в свой мир… Он проговорил:
— Ты все еще боишься меня…
— Почему ты так думаешь?
— Я чувствую. — Он вздохнул: — Кей, у меня генетически обостренные чувства. Я вижу, слышу, осязаю лучше обычного человека. Я различаю, например, когда ты меня действительно хочешь, а когда просто потакаешь моему желанию. А сейчас я ощущаю, что ты боишься. Боишься чего-то во мне. Ставишь между мной и собой барьеры.
Кей помолчала.
— Это не страх, Арисс. Я просто не могу тебя понять. Пытаюсь — и не могу.
— Что во мне такого непонятного? — удивился полуСкаарж. — Вот он я, весь как на ладони.
— Ты все время стараешься казаться хуже, чем на самом деле, — проговорила девушка. Арисс пожал плечами:
— Почему? По-моему, я такой, как есть, а если чем-то не устраиваю, то извини. — Он помолчал. — Ты никогда не говорила, что ты рисуешь.
— Да так… Не знаю, закончу ли это когда-нибудь.
— Можно посмотреть? — попросил Арисс.
— Ну посмотри. — Кей подала ему очки: — Только не критикуй слишком сильно.
— Насчет критики не беспокойся, — ответил он. — Я рисую еще хуже, чем ты стреляешь из риппера.
Арисс надел очки. И будто бы снова очутился в своем сне. Это был тот самый замок! С таинственным полумраком древних сводов и солнечными лучами, струящимися сквозь цветные стекла витражей. Витражи немного другие, отметил про себя Арисс. Но в остальном так похоже…
Он сделал шаг, и высокие массивные двери с металлическими кольцами неслышно распахнулись перед ним. С замирающим сердцем он начал подниматься по лестнице с цветными гербами. Все было в точности как в его сне! И даже те самые, последние двери… Он волновался, словно его вызвал на дуэль сам легендарный Зан Кригор. Что окажется за этими дверьми? Надежда или разочарование?.. Он долго не мог решиться. Потом шагнул вперед, и двери пропустили его.
Арисс упал на колени, прикрывая рукой глаза. Но этот свет не слепил. Этот свет ласково обнимал его, струясь в душу, переполняя ее чувствами, которым он не знал названия… Свет шел из Золотой Чаши, стоявшей на каменном постаменте. Арисс застыл, не в силах сказать ни слова. Будто ему вручили драгоценнейший дар. Дороже жизни. Дороже всего мыслимого и немыслимого на свете…
— Это легенда о Чаше Грааля, — проговорила Кей, когда Арисс снял очки. — По легенде, Чаша хранилась в замке, а где этот замок — никто не знал. Многие искали его, но так и не нашли… Арисс, что-то не так?
— Кей, — он с трудом сдерживал волнение, — что это за свет? Там, в Чаше?
— Это Бог.
— Ты веришь в Бога? — спросил Арисс. Кей тихонько ответила:
— Верю… особенно когда рисую.
Арисс замолчал. Одна часть его души дрогнула и усмехнулась, другая стала горячей, словно раскаленный шар Лавового Гиганта. Это неожиданное, немыслимое совпадение — дар человеческого Бога или насмешка? Он не привык ждать хорошего от людей. От их Бога — тем более… ПолуСкаарж встал, прошелся по комнате:
— А я, наверное, нет. Вашему Богу нет дела, до таких, как я.
— Почему ты так считаешь?
— Потому, что вы — Его создания, а я — создание Лиандри. Биомашина, умеющая лишь убивать и совокупляться.
— Ты непохож на биомашину, — тихо проговорила Кей. Арисс обернулся с кривой усмешкой:
— Ты так думаешь?
— Я это знаю. — Голос девушки стал еще тише: — Я люблю тебя, Арисс.
Свет из Чаши Грааля лился на него, обнимая лучезарным потоком. И в глазах Кей был отблеск этого сияния. Бог людей не смеялся над ним. Бог действительно преподнес ему немыслимый, невероятный дар. А он, Арисс, не понимал. Не понимал, почему Кей в тот вечер подошла к нему, взглядом разрешив делать с ней все, что он хочет. Не понимал, почему она звала на помощь его, а не Кора, когда на Синюю Базу вломилось трое "роустиловцев" с гранатометами, вычищая все вокруг. Не понимал, почему она выкладывается на тренировках, изо всех сил стараясь заменить Гладиатора… Она любила его. А он только пользовался ею, трахал как продажную девку из Пентхауса. Он не достоин и грамма ее любви. Но и на нем была воля человеческого Бога…
— Кей, я должен показать тебе кое-что. — Арисс вынул из своего дримвьювера блестящий диск и вставил в считывающее устройство: — Этот сон я вижу сколько себя помню. Он многое тебе объяснит.
— Ты дал мне турнирное имя в честь нее? — спросила Кей через некоторое время, сняв очки.
— Она и есть ты. — Арисс порывисто встал, подошел к окну: — Я идиот, урод, кабан… Я всегда любил тебя, понимаешь? Только любовь моя была такая же кривая, как и я сам. Не для этого нас создавали. Ты уж извини.
Кей молча подошла, ткнулась лицом ему в грудь. Арисс обнял ее. Как странно… Он привык быть один и внутренне давно смирился с этим одиночеством. И вдруг появилось существо, которому небезразлична его судьба… Они стояли рядом, и у их ног сверкал ночными огнями Лиандри Сити. На мгновение Ариссу показалось, что город многоглазым чудовищем высматривает Кей, тянется к ней невидимыми щупальцами… Он прогнал наваждение. Мягко отстранил девушку от окна:
— Я помогу тебе дорисовать картину. Я хорошо помню, как все было там.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий