Темные отражения. Темное наследие

Глава шестнадцатая

Лиза уселась на край стола, скрестив руки на груди.
– Даже не знаю, с чего начать. Когда они ушли, мы и не думали беспокоиться. Лиам выглядел немного расстроенным, но я решила, что это как-то связано с тем «пси», которого они собирались забрать…
– Погодите, Руби и Лиам ушли из Убежища вместе? Одновременно? – перебила я. – А когда они изменили правила?
Насколько я помнила, с самого начала было решено, что один из них будет обязательно оставаться в Убежище, чтобы в жизни детей всегда присутствовало что-то постоянное и надежное.
– Мы втроем уже в состоянии присмотреть за Убежищем, – сказала Лиза. – И если нужно, мы подключаемся.
Мигель откинулся в кресле и повернулся к нам.
– Как бы то ни было, это началось совсем недавно. Идея разделиться вряд ли кому-то из них нравилась, но по одиночке они могли обследовать бóльшую территорию и спасти больше детей.
– Они уходили не вместе?
Ребята обменялись взглядами, от которых у меня волосы на затылке встали дыбом.
– Скажи ей, – наконец решил Джейкоб. – Никто из них не счел бы это предательством. Это же Зу.
Лиза, похоже, еще сомневалась. Я ощутила укол боли.
Я не принадлежу этому месту. Я не одна из них.
Руби и Лиам больше не были моими, как раньше. Я причинила им боль так же, как они причинили ее мне. И хотя эти трое отнеслись ко мне доброжелательно, это не означало, что они забыли о том, как я приезжала сюда.
– Слушай, – помолчав, начала Лиза. – Ты же знаешь, какие они. Когда их сеть разрослась и сообщений от детей стало поступать больше, Руби и Лиаму пришлось разделиться. Основная причина в этом. Я не слишком задумывалась об этом. Но потом мы стали замечать…
– Они ссорились, – рубанул Джейкоб, наконец переходя к главному.
Мигель кивнул и добавил:
– И мы понятия не имеем, о чeм.
– Это как «мама с папой ссорятся, потому что думают, что мы их не слышим», – сказала Лиза.
– Вы шутите, – выдавила я. Руби и Лиам никогда не ссорились.
– Не-а, – помотал головой Джейкоб. – Потом Руби стала всe чаще и чаще уходить одна. Мы все беспокоились, когда она уходила, но Ли из-за этого реально с ума сходил. Он запирался в столярной мастерской – это называлось «наводить порядок», и в итоге каждый получал по корявой поделке в виде какого-то зверя и делал вид, что им нравится, лишь бы Ли почувствовал себя лучше.
– Да, в точку, – вздохнула я.
– Но вот в чем дело, – снова заговорила Лиза. – Ее отлучки становились дольше и дольше, но она возвращалась без детей. Руби всегда была тихой, но последнее время… ее будто вообще здесь не было.
Это было на нее похоже. Руби могла так глубоко погрузиться в свои мысли, что иногда казалось, будто она растворилась в воздухе прямо у тебя на глазах. Но она любила этих детей и это место. После всего, через что Руби прошла, она наверняка и ценила тишину вокруг, и уютное безумие, царящее в доме. И если это равновесие было нарушено, должно было случиться нечто из ряда вон выходящее.
– А что с последней вылазкой? – спросила я. – Я видела грузовик Лиама и была уверена, что это он плывет к нам.
– Мигель использовал грузовик Лиама, чтобы забирать продукты с точки сбора, – объяснила Лиза. – Вот почему Ли его оставил. Руби ушла, а потом, может, через день или два, через сеть нам поступило сообщение о Синем, который жил где-то в районе Миссури. Лиам решил, что должен его проверить.
– И никто из них с тех пор не выходил на связь? – спросила я.
– Лиам выходил, – сказал Джейкоб.
Я выпрямилась.
– Да? Почему же вы рассказываете всe так, будто он пропал?
– Потому что это было больше недели назад, – откликнулся Мигель. – Он вышел на связь сообщить, что сведения оказались ложными, и мы сообщили ему, что потеряли связь с Руби. Геолокация на ее мобильном телефоне была отключена. Ли решил сам найти ее. Потом и его сигнал тоже пропал. Потом мы получили сообщение с неизвестного номера, в котором было написано, что его телефон был взломан и что он продолжает поиски Руби. С тех пор Ли не отвечает на наши сообщения. И я боюсь, что он тоже пропал.
– Мы предполагаем, он мог заподозрить, что кто-то висит у него на хвосте, и не хотел, чтобы отследили его телефонные звонки сюда, – заметил Джейкоб.
– Он не захотел бы подвергать вас опасности, – согласилась я. – Ну и дела… Вы знаете, где последний раз находилась Руби?
– Да, – ответил Мигель. – Геолокатор зафиксировал 1020–1024, Сайпрес-стрит, в городе Джексон, Миссисипи. Но это точка посреди поля.
– Это тебе о чем-нибудь говорит? – спросила Лиза.
– У нас нет спутникового снимка – подтверждения, что она была там, – добавил Джейкоб. – Так что либо это ошибка, либо… она в таком месте, где мы не можем ее увидеть.
Когда я осознала эти слова, у меня потемнело в глазах.
– Она не мертва, – резко проговорила я. Точка. – Нет. Может быть, она избавилась там от своего телефона, чтобы сбить кого-то со следа.
Лиза горестно нахмурилась и устало прижала руку ко лбу. Две недели они притворялись перед другими детьми, что все в порядке, хотя сами подозревали худшее.
– Я не знаю, что думать, – снова заговорил Джейкоб. – За Руби назначено вознаграждение. Ее могли поймать и выдать правительству. Или она стала добычей какой-то преступной группировки. Заполучить человека с такими способностями – мечта многих зарубежных политиков. А может… она просто решила так. Сама.
Все мышцы моего тела мгновенно напряглись. Когда они с Лиамом ушли, я почувствовала…
Не важно, что я почувствовала. Я всегда понимала, что только так можно было ее защитить. Во время прогулки по парку был ранен отец Руби, прикрывая ее от пули, выпущенной каким-то разъяренным уродом. Руби угрожали и раньше, но это никогда не воспринималось всерьез. Теперь шантаж и запугивание превратились мрачную реальность.
Отец Руби выжил, но ее вера в человечество – нет. У Руби была сила, которую она контролировала и которая отделяла ее от всех остальных. Из-за нее Руби оказалась на самом верху пищевой цепочки и стала мишенью для каждого, кто боялся ее и того, что она может сделать.
– Это не правительство, – сказала я. – Не забывайте, как много там бывших участников Детской лиги. Если бы Руби поймали, такие новости просочились бы обязательно.
У нас были друзья на всех уровнях власти, в каждом министерстве. К тому же Нико позаботился о том, чтобы отслеживать появление подобной информации. А само правительство походило на корабль, в котором полно протечек. Невозможно долгое время хранить в секрете задержание самой могущественной «пси». Кто-то бы похвастался.
– Да, в этом случае власти сделали бы официальное заявление, – согласилась Лиза. – Руби всегда говорила: то, что ей удалось ускользнуть, нанесло больше вреда репутации правительства, чем если бы она открыто выступила против, использовав свои способности.
– А ты как думаешь? – Мигель посмотрел на меня.
– Я думаю… – Я глубоко вдохнула. – Неужели это случайное совпадение, что сначала пропадает Руби, а вскоре после этого пытаются захватить меня?
– Это как-то связано, – кивнул Джейкоб. – Такое совпадение и правда выглядит подозрительно, и вы обе – важные птицы. Возможно, это сообщение, адресованное остальным: неуязвимых «пси» нет.
Дело не только в могуществе, которым обладает Руби. Ее история – вот что имеет значение. Она разрушила место, которое было ее тюрьмой, – круг замкнулся, свершилось возмездие. Руби стала символом. Нашим символом.
Я покачала головой – картина не складывалась. Слишком много неизвестных.
– Неужели она совсем ничего не говорила? Может, как-то намекнула? С кем из детей она работала последним?
– Оуэн, – тихо сказала Лиза. – Руби работала с Оуэном. Но он… ранимый.
– В каком смысле?
– Он Красный, – пояснил Джейкоб. – Проект «Джамбори».
– Мне нужно с ним поговорить, – решилась я, справившись с первоначальным шоком. – Если это не будет для него слишком тяжело.
– Вряд ли ты многого добьешься, – предостерег Мигель. – Оуэн не из разговорчивых.
– А ты был бы разговорчивым, пройдя через такое? – пробормотала я. – Даже немного – лучше, чем ничего.
Внезапно по комнате разнесся резкий телефонный звонок, от которого мы все повскакали со своих мест. У Джейкоба вырвался короткий смешок, и он первым схватил трубку.
– Пиццерия «Бетти-Жан», готов принять ваш заказ… О да. Она здесь. Сейчас. – И парень протянул телефон мне.
Размотав свернутый спиралью провод, я поспешила в кухню – поговорить без посторонних глаз и ушей.
Перед тем как ответить, я сделала глубокий вдох, но мой голос всe равно дрожал.
– Тебе вообще в голову приходило…
Но это был не Толстяк.
– Заткнись нафиг и слушай меня. У меня только несколько минут – пока никто не заметил, что меня нет.
– Нет! – рявкнула я. – Это ты хоть раз меня послушай, Ви. Что за дьявольщина происходит?! Руби и Лиама нет уже две недели, а тебе в голову не пришло мне об этом сообщить? Не делай вид, что это для тебя новость. Толстяк тебе всe рассказывает.
– Конечно, я в курсе, – приглушенно сказала Вайда. – А чем я, как ты думаешь, занималась последние несколько недель? Таскалась по всей стране, пытаясь их найти.
Я вцепилась в трубку, не обращая внимания на то, как по моим пальцам побежало статическое электричество, и приготовилась слушать.
– Ты нашла их?
– Нет, – также тихо ответила она. – Пока нет. Но я звоню не из-за них – я звоню из-за тебя. Ты в порядке?
– Вообще-то не очень. – Мэл, агент Купер, репортеры… Воспоминания о них жгли раскаленным железом. Даже упоминания было достаточно, чтобы к горлу подступили рыдания. – Но я не пострадала.
– Расскажи мне как можно на хрен быстрее, что случилось.
– Ты видела запись? – спросила я. – Ракурс…
– …офигеть какой странный, – прошипела Вайда. – Видала я нарколаборатории, которые выглядели менее подозрительно, чем то, как стояла эта камера.
Слова вырвались наружу, я то и дело сбивалась, торопливо рассказывая о событиях последних дней.
– У меня есть телефон. Я сфотографировала людей, которые нас схватили. Как передать фото тебе?
– Мне нужно, чтобы ты – и эти фотографии – сидели и не высовывались, пока я до вас не доберусь. Не посылай никуда файлы. Мне плевать, насколько защищена их сеть, мы не можем так рисковать и выдать Убежище.
– Я хочу что-то делать, а не просто сидеть здесь и ждать, – сердито начала я.
Внезапно в трубке на дальнем плане послышались голоса.
– Ох, Мeрфи, знаешь пословицу про любопытную кошку?! – рявкнула на кого-то Вайда. – Это личный звонок. Дай мне чертову секунду. Ага, позвонила своей умершей матери. Да мне по хрену…
– Вайда? – позвала я. – Ви?
– Ты всe еще здесь? – Голос Вайды показался мне таким ломким, словно это и не она была на том конце провода. – Прости, мне нужно идти. Слушай, я люблю тебя, ясно? Не делай глупостей. Просто оставайся там, и кто-то из нас скоро появится. Хорошо? – Она помолчала. – Хорошо?
Ничего хорошего в этом не было.
– Я не собираюсь просто болтаться тут, пока киллеры на свободе, а Руби…
Она отключилась. Звук гудков прозвучал во мне набатом.
– Я тоже тебя люблю, – прошептала я, прижав трубку ко лбу.
Я задержалась возле кухонной стойки, обратив внимание на стопку газет на столе.
Верхняя была примерно месячной давности. Крупный заголовок гласил: «Глава компании – глава страны?» Я пробежала глазами по строчкам: «Пока бизнесмен Джозеф Мур приобретает очередную транспортную компанию, чтобы сделать ее частью своей империи, состоящей из линий электропередачи, автомобилей и транспортных контейнеров, его сторонники планируют обеспечить ему возможность навести порядок в высшем кабинете страны».
Я с отвращением отбросила газету и вернулась обратно в «бэт-пещеру», где разгорелся жаркий спор.
– Не такая уж это безумная идея, если ее пытаются подставить…
– Кто пытается? – перебила я.
Джейкоб, который до этого активно жестикулировал, излагая свою идею, обернулся на мой голос и перестал размахивать руками.
Мигель ткнул пальцем в его сторону.
– Этот дурачок предлагает вытащить тех двоих из ямы и проверить, не захотят ли они рассказать нам что-нибудь про «Псионный круг».
– Только мне кажется, что их там никогда и не было – вот в чем проблема, – возразила я. – Подозреваю, что эту легенду они придумали на ходу.
– Я могу допросить их, – вмешался Джейкоб. – Проверим, попросятся ли они остаться, да и кто такая эта Лана, узнаем…
– Нет, – перебил его Мигель, просчитав возможные риски. – Если они врали Зу, они и тебе соврут. Я не могу ничего от тебя утаить, но, к сожалению, эта твоя суперспособность действует только на меня.
– Мы не можем вечно держать их в яме, – настаивал Джейкоб. – Пока они не знают, где конкретно находится дом, но уверен, что уже догадываются.
– Простите, – сказала я. – Думала, Руби поможет с этим.
– Ты не знала, – пожал плечами Мигель.
Проходя мимо его стула, Лиза всмотрелась в один из мониторов и подозвала нас: Роман размахивал руками, а Приянка что-то кричала.
– Они написали что-то на земле…
Мигель метнулся к экранам и вывел изображение на центральный. Оно было зернистым, но мы смогли прочитать слова:
ВЫКЛЮЧИ ТЕЛЕФОН
– Проклятье, – выругался Мигель и включил звук.
– Выключите телефон! – кричала Приянка. – Выключи его!
– Какой телефон? – спросила Лиза. – О чем они?
Мигель врубился раньше других и выдернул из розетки мобильник, который я поставила заряжаться. Экран его светился. Коротко взглянув на него, парень принялся ломать его на части.
– Дерьмо!
– Подожди! – закричала я. – Фотографии!
Рация, висевшая на поясе у Джейкоба, внезапно ожила и зашипела:
– Джей? Уже десять минут, как они…
А потом я почувствовала, как мои нервы внезапно опалила волна жара, и энергия пронеслась по проводам, превратившись из тихого гудения в вопль.
В следующую секунду в Убежище отключилось электричество.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий